The Ghost of Me

      Все выходные я провел с Майки, разглядывая комиксы, играя в приставку, поедая чипсы и слушая Iron Maiden. Родители не вернулись на выходные, мама позвонила нам, чтобы сообщить о новом дежурстве и продлении командировки отца, она делала вид, что очень извиняется, а мы сделали вид, что очень расстроены.       Вечером в воскресенье я сел за химию, но ничего не смог из себя выдавить. Я читал, потом резал себя, потом долго смотрел в потолок, лёжа на полу и не в силах дойти до кровати, а слёзы стекали по моим щекам и ушам. Я не люблю плакать, мне не нравится боль в носу и холод стекающих капель, особенно по шее, но часто я не могу остановить себя. Понимаете, мне просто больно, так больно, вы бы только знали.       Неделя началась заново. Темное утро, до тошноты душный автобус, холодный ветер и боль в желудке. Было огромной ошибкой съесть тот сэндвич, боль мучила меня половину дня, а еще, кажется, температура то поднималась, то спадала, и меня трясло. -Привет, Руди Шлоттерштейн! – меня догнал Пэнси, я вовсе не обратил внимания на него с первого раза, слишком уж меня мутило и пошатывало, - Ты что-то совсем плохо выглядишь, может, тебе лучше домой? -Ээм, нет, нельзя. Все нормально. И тебе привет, - я как будто совсем не соображал, что говорю, это пугало. -Ладно, как скажешь. Вообще то… Знаешь, вообще-то, я тут случайно заметил тебя, хотел позвать на наш концерт, помнишь? -Да, хм, вряд ли. Концерт? – как же я старался думать, Бог видит, я очень старался, - А. Да. Концерт. Да. Извини, наверное, нет. Наверное, не получится, - меня совсем не порадовала мыль о том, что нужно куда-то идти вечером, я бы хотел просто проспать всё время дома. -Эй! Ну нет! Так не получится. Ты совсем как будто не в настроении,это нужно исправлять. Слушай, давай так, я встречу тебя у черного входа в восемь, посидишь немного с нами, послушаешь, а если все-таки не понравится, то, не держу, конечно. -Знаешь, это не очень хорош.. -Да, да знаю. В общем в восемь, - он сунул мне в руку бумажку, — Это между Третьей и Четвертой авеню, недалеко от Astor Place. Всё, до вечера!       Когда он убежал к ребятам, ждавшим его на лестнице, и они скрылись за углом, я развернул клочок.

«125 East 11th Street»

       Господь Всемогущий, я не верю в тебя, но, чёрт возьми, за что мне всё это?       После уроков я вернулся домой. Мне очень хотелось есть. Когда хочется есть, я открываю свой блокнот и отвечаю на несколько вопросов: «1. Ты точно голоден? 2. Тебе больно? Насколько? Разве нельзя терпеть? 3. Сколько раз ты уже ел? 4. Ты сможешь остановиться? 5. Ты отвратителен?»       Так я и не поел, лег спать, когда на часах было всего 4 часа. Никуда идти я не собирался, честно, у меня из головы вылетело все, что происходило сегодня, вчера и когда-либо вообще. Меня разбудил голос матери, она дергала меня за плечо, которое начинало кровоточить. Осознав это, я резко вскочил, прикрыл рубашку волосами и по привычке одернул рукава так, чтобы они прикрывали запястья. И чего это она.. -Ты чего, я не хотела пугать. Майки сказал, ты спишь весь вечер. Так нельзя. Как учёба? Давай вставай, хватит раскисать! – ужас, почему именно сейчас она решила стать правильной матерью? И когда она вообще вернулась? Мне пришлось встать под ее внимательным взглядом и сделать вид, что у меня все в норме. -Пойдем, поможешь мне готовить. Нужно хоть иногда что-то делать по дому. Мне никто не помогает, - бросила она, выходя из комнаты и спускаясь на кухню. Если честно, в этом доме я максимально нигде ничего не трогаю, включая еду. Всё, что у меня есть, лежит на моем чердаке. Это ужасно несправедливо, я только дышу общим воздухом, а весь хаос и бардак создают остальные обитатели дома.       Я поплелся за ней на кухню, но решил завернуть в ванную, чтобы умыться и прийти немного в себя. После очередного кошмара у меня немного было нарушено сердцебиение и внутри всё щекотало от необъяснимой тревоги. Заходя на кухню, я уже видел на себе ее недовольный взгляд. Снова устала на работе? Майки взболтнул чего лишнего? А может какая-нибудь трижды проклятая коллега сказал ей, что нужно 10 минут в день разговаривать со своим ребенком, 3 раза обнимать его и 20 улыбаться? -Так как там с учебой? - она протянула мне дощечку и нож, - Долги? Проблемы? -Нет, все в порядке, никаких проблем. -Да? Как твои рисунки? Ты рисуешь? -Да, иногда. -Не хочешь показать? -Нет.       Мы молча варили какой-то гадкий суп, у меня сводило желудок, а на кухне повисло неловкое молчание. Я чувствовал, что-то не так. Её как будто скоро прорвёт. -А друзья? – спустя минут 10 спросила она. -Друзья? -Ну да, друзья. Как твои друзья? -Нормально. -Ты совсем не гуляешь... -Не хочу. -Что за односложные ответы, Джерард? -Извини, просто устал, все в порядке. -Знаешь, я не верю тебе, - её все-таки прорвало, -Почему ты закрываешься от меня? Не хочешь разговаривать? Что я сделала? Я снова плохая, да? -Нет, мам, я никогда тебе такого не говорил и даже не думаю так, - чувства вины и гадости захлестнули меня. Я не специально, мне просто очень тяжело, я никогда не хочу ее расстраивать. -Тогда что с тобой? Почему ты так неблагодарен мне? – я молчал… - Господи, зачем ты так поступаешь с собой и со мной? – меня обдало холодом. - О чем ты? -Об этом! - все что произошло дальше было как во сне. Она подошла ко мне и задрала с силой рукав рубашки, оголяя красные глубокие раны. Я в ужасе отшатнулся от нее, слезы подступили к горлу, мне было страшно. Как это произошло? Откуда и почему? Страх сменился обидой. Я больше не чувствовал жалости к ней, мне было жалко себя. Почему так? Почему из всех способов поговорить об этом и помочь она выбрала путь обвинений меня же?? Раз она знала, черт, почему, почему раз она знала, она не помогла мне, а устроила все это? — Это тело не принадлежит тебе! Не ты его создал и не тебе себя убивать! Что за ужас ты делаешь, кто тебе это показал? – я плакал, точнее слёзы лились сами, а я моя истерика внутри не позволяла произнести ни слова. Кажется, это называется шок. — Это все те ребята из школы? Или, где, где ты умудрился этого набраться? Я заметила красные пятна на полу в ванной неделю назад, а потом запах крови, я же почти не заходила в твою комнату. Думаешь, я ничего не вижу?!       Её было не остановить. -Почему ты молчишь? – она уже кричала, у нее тоже лились слезы, - Господи, так что я не так сделала? Разве я как-то не так тебя воспитала? Да скажи ты хоть что-нибудь!       Я открыл рот, но звук получился с опозданием. Я не узнал своего голоса, он был хриплым. Голос человека, морально убитого. -Пойду прогуляюсь.       Я схватил только пальто и ботинки и вышел босиком на улицу, я бежал квартал в одной рубашке, только чтобы поскорее скрыться от нее. Когда я понял, что меня никто не преследует, я остановился и дрожащими руками стал натягивать пальто и сапоги. Удалось мне это не с первого раза, обувь я надел не на ту ногу. Носки промокли от снега и все хлюпало.       Я прошел еще три квартала в неизвестном направлении, прежде чем сесть на снег и разрыдаться.       Не знаю сколько времени прошло до моего успокоения, а точнее опустошения. Я сидел, смотря в темноту в каком- то переулке, получая обморожение всего. Я был без шапки и без своих 4 слоев одежды. В конце концов я понял, что мне нужно идти. Я как опьяненный зашагал по улицам, не имея цели, пока не набрел на какой-то экран с яркими красками. Я не видел, что там, я только видел время. 19:30. Только тогда я вспомнил про Пэнси.       Я нашел несколько смятых долларов в кармане куртки и уехал, уехал к черту из этого города. Наверное, я опоздал. Когда я подошел к назначенному месту я увидел его, он стоял у стены, смотря себе под ноги. В следующую секунду он выбросил сигарету с какой-то досадой и повернулся, чтобы уйти. -Пэнси! – мой голос все еще был не похож на человеческий. Страшно представить, как я выглядел.       Он тут же обернулся, я увидел, как его брови изогнулись в удивлении, он улыбнулся и направился ко мне. -Джи, я думал ты не придешь. Уже почти 20:30 и... Боже, что с тобой? - он смотрел на меня во все глаза полные непонимания. -Извини. Давай зайдем внутрь. -Да, да, конечно!       Так я оказался на репетиции Pencey Prep.