The Ghost of Me

      У меня был самый страшный секрет, но сегодня он был раскрыт, и делиться им с Фрэнком я не хотел. Мне казалось, что никто в этом мире не любит эту жизнь так, как Фрэнк Айеро, мне казалось, он просто не поймет меня. Я думал, что, если он увидит мои руки, если узнает о том, как небрежно я обращаюсь со своей жизнью, он вовсе перестанет общаться со мной. Это было самым страшным, что я мог себе представить. - Сейчас я не могу сказать, прости, может, чуть позже, я смогу, правда, - я думал, что он не воспримет меня всерьез и станет допрашивать, но Фрэнки лишь посмотрел на меня своими ореховыми глазами и кивнул. Я был благодарен ему.       Когда на следующий день я вернулся домой, мать сидела, положив голову на руки, за кухонным столом. Она обернулась на звук открывшейся двери. Похоже она плохо спала, а может, и вовсе не спала этой ночью. Вообще она должна была уже быть на работе, но продолжала ждать меня. Чувство жалости к ней, а затем вина кольнули глубоко внутри, но я все еще был зол. Она встала и направилась ко мне. Уверен, что от меня несло сигаретами, и она это почувствовала. Я, не разуваясь, поспешил к себе в комнату. - Джерард! – я ничего не ответил, просто захлопнул за собой дверь и подпер ее стулом. Замка у меня не было, что нужно было срочно исправлять. Я сел под дверью и положил голову на колени, я слышал ее дыхание за дверью. Она постояла еще минуты три и спустилась вниз. Через четверть часа я услышал, как закрылась входная дверь. Ушла на работу. Уверен, она уже сообщила отцу, и когда он вернется из командировки, меня будет ждать серьезный разговор.       Я встал и отправился на поиски телефона. Среди пропущенных звонков от матери и одного от отца, я наконец нашел неизвестный номер. Номер Пэнси. Я сохранил, и захотел написать, но не смог решиться. Я смотрел на мигающий курсор и не мог ничего сделать, как вдруг появилось сообщение: Привет 😊 Это Фрэнк, если ты еще не забыл про меня Ты дома?       Я, не замечая улыбки у себя на лице, напечатал в ответ: Привет, да, все в порядке       Я надеялся получить еще пару сообщений, но Фрэнк больше ничего не писал.       Утром следующего дня стул все еще оставался на своем месте. Я проснулся поздно, я и не собирался идти в школу. Прислушавшись и убедившись в том, что дома точно никого нет, я решил выйти, чтобы поесть, я не ел сутки и желудок сводило от боли. Я знал, что, если поем, станет еще хуже, но не мог больше терпеть эту боль. Нужно было что-нибудь съесть, чтобы хватило до следующего дня. Я отодвинул стул и спустился на кухню. В холодильнике была только холодная курица, которую я начал поедать руками, не доставая. Съев четыре куска, я понял, что меня начинает выворачивать. Я успел добежать до туалета. Когда все снова вышло из меня, я в изнеможении осел на пол и разрыдался.       Я так жалок, я не могу даже есть, я ничего не могу в этой жизни, я не нужен никому, если объективно подумать. Я унижал себя и унижал. Все дошло до мыслей о Пэнси. Я так хотел быть его другом, но я знал, что не нужен и ему. Сообщений больше не было. Я был просто одним из множества его знакомых. А тот день был самым обычным в жизни Айеро, но не в моей. Успокоившись наконец, и придя к полному опустошению, я оделся и дошел до магазина, где купил замок и пачку сухой лапши. К 12 дня замок был прикручен, лапша наполовину сгрызена. Мне стало легче, и я сел рисовать свои глупые комиксы. Спустя часа два домой вернулся Майки, он постучался ко мне, я не ответил, и он ушел к себе. Я решил полностью отгородиться ото всех.       Я старался не задумываться, вести себя эгоистично, и продолжал рисовать. Мне пришла идея комикса, очень яркого. Единственный яркий персонаж в моей жизни был Пэнси. Я по памяти изобразил угловатого персонажа, в общих чертах похожего на Фрэнки. В одной руке у него был лазерный пистолет, а в другой зеленая маска. Я подумал о том, что сюда мог бы вписаться и Майки. Ему я обрезал волосы и нарядил в леопардовую футболку. Мне стало смешно от его вида в этих пафосных черных очках и дурацкой футболке, да еще и с лазерной пушкой в руках. Мне захотелось пойти показать это ему, чтобы вместе посмеяться, но вспомнил, что не хочу контактировать ни с кем. Получалось хорошо, я решил нарисовать еще и себя, нарисовать таким, каким хотел бы видеть: черные длинные волосы, острые черты лица и черный бронежилет с красным галстуком под ним. Я очень отличался от двух других персонажей. Результат даже устроил меня.       Я курил в окно последнюю сигарету из пяти, что одолжил мне Пэнси. Одолжил… вряд ли это слово здесь уместно, ведь я не смогу их ему вернуть. Завтра я собираюсь идти в школу, может, мне удастся с ним пересечься. Я всё думал, как мне подойти к нему, под каким предлогом? Типа: «Хэй, привет, давно не виделись!» Ага, позавчера. Как это вообще делается у нормальных людей? Вдруг мой телефон завибрировал, я тут же достал его, на экране светилось новое сообщение от Пэнси. Привет, Джи! Тебя не было в школе, все хорошо?       Я замешкался. Что ответить? Сказать, что просто прогулял? Что тогда Фрэнк подумает обо мне? Я решил приврать. Привет, немного простудился, завтра буду Без шапки меньше надо гулять, дурень До завтра!       Я готов был поклясться, что услышал рядом с собой этот яркий и беззаботный смех . Мне хотелось прыгать по комнате или выйти из окна в сугроб. Завтра я приду, и мы точно встретимся, Фрэнк сам так сказал!       Счастье, как и всегда, было недолгим, я все еще оставался забитым подростком с тараканами в голове, поэтому до самой ночи: пока читал Сэлинджера, пока делал домашку по химии, пока дописывал сочинение по литературе, - я пытался придумать, о чем ему будет интересно поговорить со мной. Я не хотел, чтобы мой новый знакомый так быстро разочаровался во мне.  Но, как сильно бы я ни старался, я так и не смог ничего выдумать, и поэтому уснул в тревоге.       Утром я встал еще раньше, чем обычно, чтобы точно ни на кого не наткнуться, быстро собрался и поспешил покинуть квартиру. Поскольку времени было очень много, я, не смотря на холод, который так и продолжал донимать меня, неспеша направился к метро, не дожидаясь автобуса. Было еще темно, изредка попадались фонари. В нашем спальном районе не было ни витрин, которые оставляют включенными в Нью-Йорке, ни машин, ни ярких рекламных баннеров. Все эти детали… их так не хватало здесь. Я, сам того не замечая, начал любить огромный суматошный город через реку.       В школу я пришел вовремя, не рано и не поздно. Я оглядел холл, но нигде не увидел знакомой макушки растрепанных коротких волос. Подумав, что Фрэнк найдет меня позже, я отправился на литературу. Шел один урок за другим, а Пэнси так и не появлялся. Начался последний урок. Последний урок последнего школьного дня перед рождественскими каникулами. Это значило, что если мы не увидимся сегодня, то следующий раз будет очень не скоро. Под конец математики на меня напали отчаяние и разочарование. Я совсем отключился, снова пропускал мимо ушей лекцию о дифференциалах, мне было просто-напросто так страшно и так гадко. Я не мог винить Пэнси, поэтому винил во всем себя. В чем? Я и сам не могу ответить на этот вопрос, просто в чем-то. Урок подошел к концу, я надел наушники, включил на плеере The Dark Side Of The Moon и вышел из школы.       Я походил к воротам, слушая интро Breathe, когда кто-то схватил меня за плечо. -Джи, постой!       Это был Фрэнки. Я ощутил некоторое облегчение ровно до того как обернулся. Рядом с нами стояло еще четверо человек. Я совсем растерялся, не зная куда себя деть. -Привет, - все, что удалось мне сказать. -Я же говорил, что увидимся сегодня. Ты идешь с нами! Надеюсь… Послушай, у тебя ведь не было планов? – Пэнси с надеждой посмотрел на меня. -Эм, нет, не было. -Этот чудик идет с нами? – спросил белобрысый парень, стоявший позади Фрэнка. -Ты один тут НЕ чудик, Боб. Ты единственный и не повторимый в своем роде долбаёб, - съязвил другой.       Я в конец смутился и замялся. Фрэнк кинул на Боба гневный взгляд. -Да, извини, я не представил. Это Боб, это Вилле, а других ты уже знаешь. Шон и Джон. Хах, как близняшки, - я оглядел всю компанию и кивнул.       Потом только понял, что нужно представиться. - Джерард, - я кивнул еще раз. - Отлично! Теперь идем, - сказал Фрэнки, и вся компания направилась за ворота. Я сам не понял, как подписался на это мероприятие, но теперь я был с ними. И с Бобом, которому я, кажется, не нравился, и на чьем телеке я недавно смотрел фильм.       Мы завернули сначала направо, потом прошли по знакомой улице, затем свернули, и дальше я совсем перестал ориентироваться, что меня пугало. Спустя минут десять мы остановились у какого-то странного и, я бы сказал, потрепанного магазинчика. -Давайте деньги, малолетние ублюдки, - прикрикнул Боб. -А сам то, - промямлил Шон. - Ввожу в курс дела, - я вздрогнул от неожиданности. Вилле, каким то образом оказавшийся рядом со мной,обвел рукой всю нашу компанию и продолжил, - По какой-то магической причине Роберту продают именно здесь. Так что тебе брать? – я взглянул на Фрэнки который активно что-то объяснял Бобу, и Вилле, видимо, увидел мое замешательство, - Я так и понял, значит, Coors Light и пачка Malboro. -Аа если мне не хватит денег? -Я заплачу, не парься, Джи, - Фрэнк уже был рядом с нами. Я попытался выдавить из себя улыбку. Воспоминания о прошлом пиве были не самыми приятными, я боялся повторения истории, а вот от собственной пачки сигарет я бы не отказался.       Боб наконец-то зашел в магазин, а ребята начали общаться между собой, в то время как Вилле продолжал стоять рядом со мной. - Чем занимаешься вообще? -Учусь, если ты об этом. А так, читаю, рисую, слушаю музыку, ничего необычного, - я немного нервничал, - А ты? -Ну, - Вилле усмехнулся, - Художник из меня никчёмный, поэтому путь в живопись мне закрыт, но вот музыка, - он немного помолчал и продолжил, - Я играю в Winha, как то на репетиции познакомился с Pencey Prep. Тоже учусь, мы , кстати, в одном классе по математике и литературе. -Правда? -Ага, - мой новый знакомый закурил, а я начал восхищаться своим кретинизмом. Насколько я всегда погружен в себя, что не вижу ничего вокруг… Не замечал его, не замечал никого. - В любом случае, рад познакомиться, Джерард, - он улыбнулся мне и отошёл в сторону. Я был так удивлен тому, что общаюсь с людьми, что могу даже завязать повседневный разговор. Такого со мной не было с начальной школы. Кому-то это покажется диким, и, знаете, так и есть.       Боб вышел с двумя упаковками пива по шесть в каждой. -Кому пихаем в этот раз? -А тебе часто пихают? - пробормотал Фрэнк себе под нос, но я услышал и чуть не прыснул от смеха. -У меня есть место в сумке, - Вилле подошел к Бобу и, получив свою пачку сигарет, запихнул одну упаковку с банками к себе в рюкзак. -У нас все под завязку, - сказал Шон, и все посмотрели на меня. Я быстро сообразил, в кои то веки, и расстегнул рюкзак, подвинув тетради, уместил упаковку, и закинул сумку обратно на плечи.       Пока мы шли все дальше и дальше по городу, каждый успел выпить по банке пива, ребята много болтали, иногда втягивая меня в разговор. Как оказалось, мы направлялись в зал игровых автоматов. Я бывал в подобных местах всего раз или два, так как большую часть времени сидел дома и читал комиксы, поэтому почти не понимал, о чем они говорят. Когда я озвучил эту мысль, Фрэнк снова пришел в ужас и начал причитать, что меня лишили всех радостей этого мира. Наконец он успокоился, и они с Шоном и Вилле принялись объяснять мне азы, как они это назвали.       На меня обрушился шквал всяких названий и имен игровых персонажей, основных тактик вперемешку со спорами, кто и что круче. Я понял, что похожие дебаты у нас происходят с Майки, но по поводу Marvel.       Наконец мы дошли до неоновой вывески и завалилась всей толпой внутрь. В пятницу вечером народу было достаточно, в основном подростки. Освещения было мало, зал был погружен в полумрак, но повсюду горели разноцветные яркие экраны аркадных автоматов и неоновые вывески на стенах. Все пестрило в глазах, даже пол был покрыт ковром с очень красочными разводами. Каждый автомат был особым произведением искусства, все разрисованные в индивидуальной стилистике. Казалось, что создатели игр соревновались друг с другом с целью срубить как можно больше денег с посетителей.       Фрэнк начал водить меня по рядам, показывая свои любимые игры. Я запомнил только Doom. В итоге мне предоставили выбор, и я решился на самую безобидную и понятную видеоигру Pac-Man. Главный герой, цветной округлый персонаж с открытым ртом, известный как Пакман, должен поедать точки на игровом поле, избегая встреч с привидениями. Было довольно интересно, я сыграл пару раз, вкидывая свои сбережения в этот «банкомат».       Потом я отправился искать компанию. Все выстроились, разделившись на две команды рядом Бобом и Шоном, которые играли в Mortal Kombat. Кто-то болел за Скорпиона, а кто-то за Саб-Зиро, как я понял. Выиграл Саб-Зиро, и было решено отметить это второй банкой пива. Затем Фрэнк потащил меня играть в SuperMario на денди. Дальше были Contra, Donkey Kong и куча других игр. У меня уже кружилась голова от количества кнопок, джойстиков, мигающих пиксельных изображений или просто от выпитого, но я был в какой то мере счастлив.        Мне удалось пообщаться со всеми, даже сблизиться с Бобом, пока мы рубились в недавно вышедшею The King of Fighters. Он сказал, дословно, что я, оказывается, неплохой чувак, но играть все равно не умею. В общем, все прошло не так плохо, как я ожидал, я даже не сильно расстраивался из за потраченных денег.       Я улыбался, чувствуя себя частью этой странной компании, у меня это так легко получалось. Где-то в восемь вечера компания пьяных подростков шла обратно, а я впервые не был аутсайдером.       Через время все разошлись в разные стороны. Совсем стемнело и появились первые звезды. Фрэнк вызвался сопроводить меня до метро, сказав Бобу идти домой и приготовить хоть что-нибудь съедобное, не спалив при этом квартиру.       Мы шли в темноте под снежинками и молчали, меня немного шатало, а в голове роились разного рода мысли, одна из которых мне показалась интересной, и я решил ее озвучить. -Знаешь ‘39? -Что за 39? -Песня «’39». Queen. -А. И что с ней? - Ее написал Брайан Мэй… - я помолчал немного, а затем остановился и закинул голову назад так, чтобы видеть звезды, - Он астрофизик, - Фрэнки тоже остановился и посмотрел на небо, не перебивая меня. -Эта песня о том, как в каком-то тридцать девятом году группа волонтеров отправилась в далекий космос, где время идет не так, как на земле. За один год, проведенный исследователями в космосе, на земле пролетела сотня лет. В конце песни доброволец возвращается домой и ему тяжело на душе. Он видит свою плачущую дочь и ее глаза, глаза его покойной жены. For so many years have gone though I'm older but a year Your mother's eyes in your eyes cry to me.       Я процитировал строчки песни и опустил свой взгляд со звезд на Фрэнки, на его глаза, в которых отражался далекий космос. -Спасибо, - только и сказал я, а затем смутился и поспешил к метро, бросив в след оцепеневшему другу, - До встречи!