The Ghost of Me

      Через пару дней Майк влетел ко мне в комнату, даже не постучав, как обычно: -Что сл-? -ДЖИ! ОНИ ВЗЯЛИ МЕНЯ! -Что? -ОНИ ВЗЯЛИ МЕНЯ? -Кто? - The Rodneys! Это группа Рэя и Мэтта! -Охуеть, это сработало…       Я вскочил со стула и во все глаза посмотрел на Майки, я никогда не видел его таким взволнованным. -Мне позвонил Рэй, - Майк тараторил, не останавливаясь, - он сказал, что хочет встретиться со мной, чтобы показать их наработки и объяснить основы игры на басу перед тем, как познакомить с Мэттом! Сказал, хочет посмотреть, что со мной делать… - тут он притормозил, - Джи… Я ведь ничего не умею, что мне делать? -Забей, Фрэнк же обрисовал ему ситуацию, думаю, они понимают, на что идут. Ты главное не нервничай, и все пройдет отлично. Хочешь, я пойду с тобой? -Я не знаю… А это не будет странно? -Решай сам, но я бы хотел убедиться, что ты на репетиции, а не в лесу. -Что? Что за чушь? Ты строишь из себя заботливую мамочку? – возмутился брат, но тут же понял сарказм и усмехнулся, -Ладно, думаю, я справляюсь сам. -Как скажешь. В любом случае, поздравляю! -Да! Так, это где-то в пять, мне нужно… - он задумался, прикидывая, как ему спланировать оставшееся время. -О, мне на самом деле тоже к пяти нужно быть в городе. -А тебе зачем? -Мы договорились встретиться с Фрэнки, просто прогуляться. -Хорошо, передавай ему «спасибо». Он вроде неплохой. Я имею в виду, он не заставляет тебя делать то, чего ты не хочешь, или плохо относится к тебе? Ведь так? -Кто теперь строит из себя мамочку? – заметил я, складывая карандаши в коробку, - Нет, все в порядке, он ничего такого не делает. Единственное, - я уложил последний карандаш и посмотрел в окно, - Мне иногда кажется, что все это не по правде. В смысле, он слишком хороший и интересный человек, чтобы общаться с таким, как я. Меня не покидает чувство, что все это ненадолго, -я решил доверить брату часть своих переживаний.       Майки пожевал нижнюю губу, и внимательно посмотрел на меня: -Джи, мне кажется, как говорится, что тебе кажется. Ты абсолютно точно не плохой человек, не нужно принижать себя. Я уверен, Фрэнк тоже видит в тебе интересную личность, поэтому и хочет общаться. Я думаю, все в порядке. -Да, возможно ты прав, - я не решился спорить с ним. -Ты говоришь, тебе тоже надо в город. Может, вместе дойдем до метро? -Да, давай, я сейчас соберусь, дай мне полчаса, и можем идти.       Я нашел где-то чистую бежевую рубашку в клетку и черные джинсы. Я заметил, что потребовалось на один люверс меньше, чтобы застегнуть ремень. Это показалось мне странным, ведь на мой взгляд я в последнее время ел слишком много, но другая часть меня в какой-то степени отпраздновала эту победу. Я накинул сверху кофту на замке и собрал сумку. В четыре вечера мы уже вышли из дома и направились в сторону железнодорожных путей. Всю дорогу я слушал музыку, потом пожелал брату удачи и вышел на Кристофер-стрит.       Я довольно быстро нашел Церковь святой Веро‌ники в районе Вест-Виллидж, около которой мы должны были встретиться. Я снова пришел рано, ходил туда-сюда по улице и только через четверть часа решился написать Фрэнку. Я уже пришел. Он ответил спустя две минуты. Бегу, не умри от холода XO Прошло еще минут пять, и я почувствовал чьи-то руки на моих плечах. Я вздрогнул и резко обернулся. -Бу! -Ты дурак или да? – вырвалось у меня прежде, чем я успел подумать. -Извини, я не хотел… А, нет, подожди, хотел, - Фрэнк заговорщически улыбнулся, - Ты уже ледышка, пошли найдем что-нибудь горячее.       В итоге была выбрана какая-то маленькая кофейня поблизости, где я взял небольшой латте, а Фрэнк - чай. -Куда дальше? Ты говорил, что тебе что-то нужно купить, - спросил я, делая первый глоток кофе. Я действительно не знал, что мы собираемся сегодня делать, Фрэнк сам написал и предложил вместе сходить за чем-то. -Да, мне нужна книга. -Книга? Ты читаешь? -Раньше достаточно много читал. Сейчас мне захотелось перечитать «Сияние», но она осталась дома в Белльвилле. Поэтому да, мы идем за книгой. -Хорошо, ну, я знаю книжный, здесь недалеко, минут десять. -Отлично! Веди!       Мы направились прямо по Гринвич-стрит в противоположную от школы сторону. Это был обычный жилой район, дома выглядели несуразно: разной высоты и из разного кирпича. Тут и там я видел пожарные лестницы, которые складывались в общий неясный рисунок. Мы разговаривали обо всем и ни о чем. -Ладно, я понял, что слишком мало знаю о тебе. Давай, расскажи что-нибудь! В моей голове, ты просто загадочный подросток с прекрасным музыкальным вкусом, который ходит в черном, пишет песни и гуляет по кладбищам в свободное время, - я закатил глаза. -Я не гуляю по кладбищам, мы это уже выяснили. -Да ну тебя. Что ты любишь? - Ну, я люблю кофе, комиксы, рисовать и ужастики, - я был сбит с толку неожиданными расспросами, поэтому выдал первое, что пришло в голову. -Ты рисуешь?! – Фрэнк обогнал меня и повернулся, идя спиной назад, - Я должен это увидеть! -Ладно, - я только пожал плечами, уже зная, что сопротивляться бесполезно. Я никогда не мог ему отказать, - Кстати, Майк просил передать спасибо. Его, кажется, взяли. Ну, он сейчас на репетиции. -Серьезно? Мои поздравления! Я же говорил, делов то!       К тому времени как мы завернули на Бликер-стрит и подошли к маленькому магазинчику, я немного согрелся благодаря кофе. Латте, как и следовало ожидать, был не таким, как тот, что я обычно делал и любил, но меня все устраивало. Мы выкинули пустые стаканчики и, увлеченные разговором, буквально ввалились внутрь, где было слишком тихо и пахло бумагой. Продавец за стойкой косо посмотрел на нас и вернулся к заполнению бумаг, а Фрэнк потянул меня за рукав в сторону полок с ужасами. Книга нашлась достаточно быстро, но я предложил посмотреть еще что-нибудь, и мы застряли там надолго.       Сначала мы рассматривали полку с фэнтези и обсуждали «Властелин колец». А точнее, Фрэнк недоумевал, почему хоббиты изначально не могли полететь в Мордор на орлах. Затем я потащил своего друга к классике, я вспоминал и перечислял Фрэнку рассказы, которые читал на каникулах, а потом наткнулся на Сэлинджера, вытащил «Над пропастью во ржи» и показал ему обложку. -Ты читал? -Да, но я не особо понял, было достаточно скучно. -Да, так может показаться, но на деле здесь гениально описана жизнь самого обычного подростка. -И в чем же там гениальность? - Фрэнк с сомнением взглянул на меня. Я ненадолго задумался и начал рассказ. -Главного героя Холдена Колфилда в очередной раз отчислили из школы, по сути, он на протяжении всей книги шатается, как и мы, по Нью-Йорку, думает о смысле жизни, и все время спрашивает у всех, куда утки деваются зимой. -Я никогда не понимал этого дурацкого вопроса. Все просто, они улетают на Юг, - возразил Фрэнк. -Ну на самом деле утки олицетворяют ощущение неопределенности и перемен. Холден борется с чувством отчуждения и замешательства, и это отражается в его постоянных расспросах про этих птиц. Вообще книга заканчивается тем, что, он разговаривает со своей маленькой сестрой. Обычный разговор, но я интерпретировал его по-своему. Сестра спросила его, кем же он все-таки хочет стать, и он ответил, как ты помнишь, что хочет быть неким стражем в поле ржи, по которому беззаботно бегают дети. Он будет ловить их, чтобы те не упали в пропасть. Поэтому роман и называется «Над пропастью во ржи». Лично мне кажется, что это не просто пропасть, я думаю, что это пропасть взрослой жизни, - я закончил и у меня побежали мурашки, эта тема была так близка мне. Я чувствовал всегда, что слишком рано повзрослел, и я бы хотел уберечь детей от этой участи. Я хотел быть, как Холден Колфилд, или, может, я хотел, чтобы в моей жизни в нужный момент оказался бы такой Холден. Я так любил эту книгу, и теперь я мог с кем-то этим поделиться, и меня слушали. Фрэнки положил голову себе на плечо и задумался. -Охуеть… В твоей интерпретации это звучит намного интереснее… Я бы даже перечитал уже с этими мыслями! Я только улыбнулся. -А у тебя есть, что мне посоветовать? -Даже не знаю, - Фрэнк прикусил нижнюю губу и начал дергать колечко, - Думаю, тебе должно понравится, он потащил меня обратно к ужасам, - Вот, «Американский психопат», она вышла четыре года назад где-то. Мне безумно нравится. -Так, и о чем она там? - Здесь про богатого банкира, который живет в Нью-Йорке, но он безжалостный серийный убийца, который проводит свои ночи, истязая и убивая людей, включая женщин, коллег, бездомных и животных. В романе исследуется природа насилия, показывая, как оно может стать неотъемлемой частью человека, который потерял связь с реальностью и моральными принципами. Как-то так, - хихикнул Фрэнк. -Ну, неплохо. Давай возьмем ее тоже. -Серьезно? Значит вас, мистер, интересуют не только вампиры, но и кровожадные серийники? -Да, сэр, именно так оно и есть, - рассмеялся я.       Мы оплатили книги и вышли из магазина. Мы решили завалиться к Фрэнку и еще поработать над песней, он сказал, что успел что-то подобрать и ему было нужно мое «экспертное» мнение. Мы свернули с Бликер-стрит налево снова на Кристофер-стрит и, пройдя квартал, наткнулись на Стоунволл-инн. -Ты знаешь историю этого места? – вдруг спросил Фрэнки. -Да как-то нет, я знаю только, что это самый известный гей бар Нью-Йорка, - я окинул взглядом кирпичное заведение с яркими вывесками, пытаясь хоть что-то припомнить. -Это да, но вот, почему он им стал! Бар открылся в 1967 году, а уже в 1969 году полицейская облава в «Стоунволл-инн» привела к первому крупному протестному выступлению геев, вошедшему в историю как Стоунволлские бунты. Эти бунты привели к возникновению движения за права геев в принципе в Соединённых Штатах в наше время. Вот такая вот вам историческая справка, - хихикнул Фрэнк. -Ты считаешь, важно поддерживать это движение? -Конечно, благодаря этому движению мы все стремимся к гражданскому равноправию, соблюдению прав человека и искоренению дискриминации. Я вообще никогда не пойму гомофобов. Разве другим людям должно быть дело до того, с кем кто спит, и кого любит. Ты разве так не считаешь? -Я не знаю, если честно, у меня нет мнения на этот счет, я раньше даже не задумывался. Но то, что ты говоришь, звучит вполне разумно. -Да, я интересовался темой, читал достаточно про эти бунты и в принципе историю гомосексуализма, это довольно интересно.       Я был поражен его познаниями, у нас было не принято говорить о нетрадиционной ориентации, а он знал так много. В отличие от меня он понимал важность этого и мог аргументировать свою позицию. Позицию, которой, как оказалось, у меня даже не было. Задумавшись, я на автомате хотел завернуть к дому Фрэнка, но он остановил меня. -Давай пройдем через парк. -Хорошо.       И мы по Уэверли Плейс дошли до Вашингтон-сквера и остановились перед величественной белой аркой. Я бывал в этом сквере много раз, и каждый раз запрокидывал голову и наблюдал за тем, как ввысь поднимается это строение. Так я сделал и сейчас. Из моего наваждения меня вывел снежок, которой прилетел мне в руку. Толчок, и комочек рассыпался на кучу маленьких ошметков снега. Я почувствовал боль от недавних порезов и в недоумении завертелся на месте, выискивая источник атаки. Я уже знал, кто был этим источником, но не знал, где он. Пока я пытался сориентироваться в пространстве, в меня прилетел еще один комочек снега, теперь уже в плечо. Я тут же обернулся в нужную сторону и увидел веселого Фрэнки за кустами рядом со входом в парк. Я принял правила игры и начал бегать, собирая снег в кучу и игнорирую боль в руках, которая то и дело напоминала о себе из-за большого количества движений. Первый снаряд пролетел мимо, второй задел ногу Пэнси, а вот уже третий припечатался в его дурацкую голову. Лицо Фрэнка надо было видеть: все в снегу и с жутким непониманием происходящего. Он вышел из укрытия с поднятыми вверх руками. -Все, все, я сдаюсь, - он подошел ко мне с этими словами, и ровно, когда я почти успокоился, зарядил снежком прямо мне в затылок.       Где он его успел взять, я не знаю. Я жутко разозлился, накинулся на Фрэнка и повалил его в ближайший сугроб, зарывая снегом. Он молил о пощаде, но его мольбы не были услышаны, я больше не верил этому маленькому ублюдку. Я не понял, как оказался в сугробе рядом с ним, как уже меня закидали снегом, я только заметил, как смеюсь вместе с Фрэнки.       Когда мы успокоились, встали и отряхнулись, мы оценили уровень разгрома. Дворник бы убил нас своими собственными руками: весь сугроб был разворошен, а ошметки снега валялись на пешеходной дорожке. Все мое пальто промокло, а Фрэнк дрожал от холода. -Пойдем, а то прохладно стоять, - я вдруг обратил внимание на то, что он был в тонкой куртке. -Ты с ума сошел? У тебя почему такая легкая куртка? – я вскинул брови, сам удивляясь своей смелости. Фрэнк просто пожал плечами. Я тут же снял свой полосатый шарф и накинул ему на шею. -Нет, Джи, не стоит, ты замерзнешь! -Замерз тут пока что только ты. - У нас прям уже традиция какая-то делиться вещами при каждой встрече, - засмеялся Пэнси, закручивая шарф вокруг шеи, - Классный шарф! - Это бабушка связала, - сказал я, и тут же смутился. Что за бред я несу? -Круто, - снова улыбнулся Пэнси, - А теперь пошли.       Мы прошли в тишине минуты две, за это время я успел подумать о том, как мне стыдно за весь бред, что я наговорил и вообще за все. Но с Фрэнком было так легко общаться, я даже не задумывался над тем, что говорю, и поэтому неизбежно нес чушь. Наконец мы дошли до Томпсон-стрит, где был его дом, и поднялись на тот же седьмой этаж. Боба снова не было дома, и мы спокойно сели за песню. Мы переделывали наработки Фрэнка, я добавлял что-то свое. И когда время уже было расходиться, так как мои родители все еще следили за тем, чтобы я вовремя возвращался домой, Фрэнк спросил. -В прошлый раз ты сказал, что песня о том, чтобы жить своей жизнью и не полагаться на мнение общества. Это ты про себя?       Вопрос поставил меня в затруднительное положение, я боялся открываться даже Фрэнку, но снова что-то сподвигло меня на это. -Да, есть такое. -И что же ты делаешь не так, как хочешь? -Я… Сегодня я говорил, что рисую. Это всегда было очень большой частью моей жизни, но из-за родителей и общего мнения о том, что художником быть несерьезно, я изучаю только точные науки, и я даже до сих пор не знаю, куда мне поступать. Мне ничего не нравится из того, что я учу, - я развел руки в сторону, сам для себя открывая эту правду.       Фрэнк на минуту ушел в себя и сильно задумался, я редко видел его таким серьезным, как сейчас, но спустя какое-то время он просиял и выдал: -Завтра встречаемся в полпятого около Флэтайрон-билдинг! -Но зачем? – не понял я. -Мы идем узнавать, что нужно для поступления в школу визуальных искусств!