***
(в пакете со сложенной газетой) Смотри! Мы — главные новости. Мой отец будет так рад… никогда не читать это, никогда. Серьезно, я убью любого, кто отправит ему это. У меня есть небольшое искушение скупить каждую копию, но Уайлен держит чековую книжку под замком. В любом случае, вот оно, во всей красе. Твой портрет такой загадочный и гламурный! Они неправильно описали Уайлена, и он очень расстроен из-за этого. Посмотрим, захочет ли Бреккер поместить в рамочку один экземпляр для Клепки. У меня их много. Здесь оседает пыль. Жизнь постепенно возвращается к нормальной, после того, как Отбросы вернулись в Клепку. Аника пока у руля, а Штадхолл почти не проявляет активности. Никакого дознания. Я не могу отделаться от ощущения, что Каз как-то связан с этим. Спросишь его для меня? Джеспер P.S. Амбрус снова ждет у окна. Он делает это каждый день после обеда. Сообщи Казу. ЕЖЕДНЕВНЫЙ ВЕСТНИК КЕТТЕРДАМА Штадхолл в руинах Из-за взрыва в центральном управлении Штадхолла на улицы Кеттердама сбежали десятки предполагаемых преступников; Возможна диверсия. Офицеры Городской Стражи расследуют причину мощного взрыва, произошедшего прошлой ночью в северном секторе Штадхолла в Кеттердаме, а также различные данные о том, что привело к этому событию. Жителям Кеттердама рекомендуется сохранять бдительность после того, как десятки задержанных, ожидавших суда, теперь находятся на свободе после обвала, разрушившего широкие участки северной стены Штадхолла. Согласно источникам в Штадхолле, следователи нацелились на розыске сообщников капера, известную как «Призрак», которая, как говорят, имеет связи с преступными сетями в Восточном Обруче. Призрак была одним из десятков задержанных, сбежавших прошлой ночью. Офицеры описывают её как молодую женщину сулийского происхождения, маленького роста и сложения. «Не позволяйте ей одурачить вас, — сказал главный инспектор Городской Стражи Ходеманн в заявлении для Ежедневного вестника Кеттердама, — Призрак представляет собой серьезную угрозу, и ее следует считать вооруженной и опасной. Любой, у кого есть информация о ее местонахождении, должен сообщить напрямую в Штадхолл. И без помощи правоохранительных органов никто не должен пытаться поймать её или её сообщников». Прошлой ночью ходили слухи, поскольку несколько источников предполагали, что видели преступницу Гриша Корпориалку и, возможно, Фабрикатора, работающего в связке с Призраком, но сегодня утром эти слухи не подтвердились. Предположения о том, что это может означать причастность Равки ко взрыву, также остались неподтвержденными. В заявлении, опубликованном главным инспектором Городской Стражи Ходеманном, события прошлой ночи начались после того, как мужчина земенского происхождения, одетый как охранник Городской Стражи, привел трех задержанных, которых, как он, утверждает, арестовал. Позже выяснилось, что ордер на арест, а также удостоверение личности мужчины были подделаны. Главный инспектор Ходеманн опубликовал в Ежедневном вестнике Кеттердама следующие ориентировки этого человека и его соратников, которые, как полагают, были помощниками Призрака. (почерком Каза на полях: «Помощники»?! Инеж нарисовала дьявольский смайлик.) В хронологии событий, которой поделился главный инспектор Ходеманн, четверо: трое мужчин и одна женщина — предположительно прошли всю длину коридора с камерами временного содержания Городской Стражи, многие источники сообщили, что видели их вечером примерно в одно и то же время. «Я считаю, — сказал главный инспектор Ходеманн, — что именно в этот период времени подозреваемые выясняли местонахождение задержанной Призрака и, возможно, других сообщников Призрака, которые были освобождены в ходе вчерашней ночной операции». Главный инспектор Ходеманн также сообщил, что эти четверо, по-видимому, были осведомлены о внутренней работе персонала и патрулировании Городской Стражи, поскольку, согласно временной шкале, они, похоже, ждали определенной смены караула, чтобы привести свой план в действие. Это вызвало у репортеров много вопросов относительно агентов среди офицеров Городской Стражи, однако главный инспектор Ходеманн категорически опроверг эти слухи. «Каждый из моих офицеров придерживается самых высоких стандартов честности, которых добрые жители Кеттердама привыкли ожидать от представителей закона», — сказал старший инспектор Ходеманн. Несколько офицеров Городской Стражи, дежуривших в ту ночь, сообщили, что они узнали женщину в группе, предполагаемую Гриша Корпориалку, но ни один из них не сообщил ни о ее личности, ни о том, как они смогли ее узнать. «Я просто скажу, что она хитрая, — сказал один из офицеров, который говорил с журналистами только после обещания анонимности, — и на этом все. Она не похожа ни на одного другого Гриша, которого я когда-либо видел». Предполагаемая равкианская Корпориалка, описанная как высокая и привлекательная, подозревается в том, что отвлекла часовых Городской Стражи, пока ее соратники встречались с Призраком в ее камере содержания. Другие свидетели не настолько убеждены, что Призрак работала в связке с этими подозреваемыми, как старший инспектор Ходеманн хотел бы заставить общественность поверить. Сообщается, что один из офицеров Городской Стражи, который попросил называть его только офицером Б., находился в конце коридора, откуда подозреваемые освободили Призрака. Есть подозрение, что они использовали Фабрикатора, так как ни один ключ не пропал и замок не был поврежден. «Я думаю, что ее похитили, — предположил офицер Б. — Может быть, месть или что-то в этом роде. Из того, что я мог видеть, было похоже, что Призрак пыталась бороться с одним из них, высоким со смешной прической. В какой-то момент она прижала его к дальней стене, но, думаю, в конце концов, он победил». Это одно из многочисленных мнений о характере отношений между Призраком и таинственной четверкой, которая помогла ей сбежать. «Это была не борьба, — сказал другой очевидец, пожелавший остаться неизвестным. — Они явно были любовниками. Она целовала его лицо, как только они ее выпустили. Я думаю, он похититель произведений искусства или что-то в этом роде. Звучало так, будто она спрашивала о сокровище, а он говорил ей, что она может делать с ним все, что захочет. Должно быть, он что-то украл для нее». «Довольно романтично, — добавил он, — если вы готовы не обращать внимания на противозаконный характер и полное отсутствие совести». Главный инспектор Ходеманн не стал комментировать характер отношений двух подозреваемых, лишь заявив: было ясно, что все пятеро в какой-то степени были знакомы друг с другом. «Мы заинтересованы в том, чтобы защитить общественность от некоторых очень опасных преступников, а не распространять фольклор и развлекать публику», — сказал он журналистам. У Ходеманна есть причины хотеть закрыть дело быстро и бесшумно, поскольку в этом году он баллотируется на выборах в Торговый Совет. Многие считают решающим моментом в его кампании именно то, как он справится с нападением на Штадхолл. Некоторые из его потенциальных избирателей уже ломают голову над тем, почему так много из его офицеров были свидетелями событий и все же не смогли остановить или задержать подозреваемых после взрыва. Согласно отчетам, полученным из Штадхолла Ежедневным вестником Кеттердама, по крайней мере, двенадцать охранников Городской Стражи сообщили, что их остановили: предполагаемая Корпориалка или то, что они находились в пределах досягаемости Призрака во время ее побега. Главный инспектор Ходеманн подтвердил, что между его офицерами и пятью подозреваемыми произошло серьезное столкновение в коридорах сразу за камерами для задержанных, но не сообщил, был ли кто-нибудь ранен во время перестрелки. «По моим подсчетам, было произведено не менее дюжины выстрелов, — сообщил журналистам офицер Б. — Но Фабрикатор смог остановить их все. А Корпориалка… сделала что-то, что напугало всех нас. Свет… воздух… казалось, что нас душат руки мертвецов». Большинство свидетелей отказались комментировать природу малой науки Корпориалов, только то, что это их напугало, заставив некоторых развернуться и бежать. «Сначала мы думали, что мы их окружили: превосходство два к одному, — сказал офицер Б. — Но это не имело значения». Все отчеты сходятся в одном: самый невысокий из подозреваемых, мужчина, был тем, кто нес взрывчатку. И когда казалось, что они загнаны в угол, он ее использовал — но не раньше, чем подозреваемый Фабрикатор ослабил все замки на камерах. «В один момент казалось, что мы можем переломить ситуацию, — сказал анонимный свидетель, — а в следующий — рухнула целая стена. По всему коридору царил хаос — двери всех камер открыты, грохочут и болтаются. Все сбежали в дыру, в ночь». Взрыв прервал все внутренние коммуникации в Штадхолле на несколько часов, и, несмотря на то, что равкианская Корпориалка использовала малую науку, лишь горстке охранников Городской Стражи удалось последовать за беглецами через обломки. Никто, однако, не вернулся. «Мы хотим заверить всех, что это не было случайным действием, — сказал в своем заявлении главный инспектор Ходеманн. — Это было организованное, подготовленное нападение с единственной целью освободить Призрака, и для большей части Кеттердама, пока вы не являетесь сообщником этих людей, вы в такой же безопасности, как и всегда в пределах нашего города. Структурные повреждения нашего управления никоим образом не мешают нам выполнять свои обязанности перед жителями Кеттердама, и я могу заверить, что все поддается ремонту и будет восстановлено задолго до дня выборов». Что касается любых текущих версий о местонахождении Призрака, на сегодняшний день следователям нечего сообщить. Но офицер Б. выразился лучше всех. «Она пират, — сказал он. — Она может быть сейчас где угодно в мире». Официальный репортаж А. Ван Пуль***
Уважаемый господин Бреккер, Это моя благодарность за Ваше очень щедрое пожертвование кампании. Мне интересно услышать Ваши условия относительно того, чтобы стать постоянным участником нашего дела, и я был бы рад обсудить это лично или в продолжении переписки. Я благодарю Вас за Ваше продолжительное меценатство и поддержку Торгового Совета. С благодарностью, Главный инспектор Ходеманн***
Моя дражайшая, любимейшая Инеж (ведь ты все-таки моя, что бы Бреккер не заявлял), У нас не было достаточно времени, чтобы отпраздновать и наверстать упущенное после этого бурного приключения, поэтому я пишу это. Торопясь прийти к тебе на помощь, я оставила все письма, которые писала тебе во Фьерде, так что на днях тебе доставят большой конверт, а пока получай это. Святые, было так приятно снова увидеть все ваши лица, но особенно твое. Это было и то и не то воссоединение, в котором мы все нуждались, и не только из-за чудовищной горы торта, которую, я до сих пор не могу поверить, Бреккер доставил в гавань в разгар проклятого побега. Что ты с ним сделала? Или крюге все-таки наполнил его холодное, пустое сердце? (Я хотела бы повторить, что, возможно, это был лучший торт, который я когда-либо ела, но не позволяй этому вскружить ему голову.) Я дразню, любимая — было время, когда я не пожелала бы этой любви ни одному из вас, но вот вы здесь, и я не могу представить это по-другому. Море идет тебе, и он идет тебе, и ты ему подходишь, и если бы я могла каким-то образом алхимизировать чувство видеть тебя счастливой во вкус вафель, я была бы самой богатой женщиной в Кеттердаме. Бреккер тоже. Можешь даже передать ему, что я сказала. Так что, хоть мне и грустно ненадолго расставаться с тобой, знай, что я дорожу этими моментами, и они поддерживают меня месяцы. Иногда изменения могут происходить так медленно, что может показаться: они никогда не произойдут вообще. Но увидев тебя на этот раз — тебя и твои безумные, неряшливые тюремные поцелуи и твое выглядящее шоколадно-тортовым лицо — и то, как твое сияние подпитывало людей вокруг, людей, которые тебя любят, я чувствую, что мельком увидел другую сторону. Даже такие люди как Бреккер, могут быть счастливы. Даже люди, как я. Ты наполняла каждое мгновение добротой в своем побеге. Ты не преступница, скрывающаяся в ночи. Ты — вдохновительница, захватывающая часть мира. Прежде чем мы вновь воссоединимся, люблю, Нина***
Дорогой Джеспер, Каз раздражен тем, что газета назвала его прическу смешной, и он совсем не в восторге от перспективы того, что газету поместят в рамку. Но пока не выбрасывай всё. Может, к тому времени, как мы вернемся в Кеттердам, он изменит мнение. От всего сердца, спасибо. Джеспер, я не знаю, что бы я делала без тебя, это относится и к Уайлену. Каз был бы мертв, и я, вероятно, тоже. Ты держал нас всех вместе, как доблестный и стойкий верный друг, которым ты всегда был. Каз соглашается — неохотно и в гораздо меньшем количестве слов, но он соглашается. Поцелуй за нас Уайлена и Амбруса. Ну ладно, за меня. Каз только что скривился, но я знаю, что в глубине души он хочет убедиться, что Амбруса тоже погладят и поцелуют. Нам предстоит долгий путь в Лефлин, и я еще не знаю, сколько мы пробудем в Новом Земе. Думаю, через пару месяцев, если я смогу добиться своего… думаю, что смогу. Когда мы вернемся, у нас будет более праздничное воссоединение, чем это последнее, я обещаю. Со всей нашей любовью, Инеж и Каз (почерком Каза) P.S. Собаки реагируют на язык тела и последовательность. Постарайся не погубить его, пока меня нет.