Ты остаёшься на телефоне, только чтобы услышать моё дыхание

Эндрю лежал на кровати и читал русский роман, достаточно тяжелый, чтобы у кого-нибудь могло случиться сотрясение мозга. Иностранные письма навевали воспоминания о растрепанных каштановых волосах, острой линии подбородка и острых глазах, почти неземно контрастирующих с мягкой улыбкой. Эндрю возобновил чтение своего романа до того, как начал поэтически отзываться о Ниле Два (к счастью, вымышленных) убийства и развод (также вымышленный) позже Эндрю закрыл книгу и порылся в ящике прикроватной тумбочки, прежде чем вытащить маленький Полароид, который Дэн подарила ему перед выпуском. Это Нил, конечно же, это он, сидит на тротуаре рядом с кортом, частично закрыв лицо рукой. По той части его лица, которая не была скрыта рукой, Эндрю мог сказать, что Нил смеялся, его глаза искрились весельем. Эндрю не в первый раз пожелал, чтобы Нил не прятал лицо каждый раз, когда он смеется. Простая подводка для глаз, любезно предоставленная Рейнольдсом, делала его глаза еще более потусторонними, почти лисьими Нилу, наверное, это нравилось. Наркоман. Эндрю не нужны были фотографии, чтобы вспомнить. Его память убедилась в этом. Тем не менее, его глаза проследили изящную линию носа Нила и он пожалел, что не в Пальметто. Эндрю подумывал о том, чтобы заказать билет на рейс в Пальметто, когда зазвонил его телефон. Взглянув на телефон, Эндрю понял, что это Нил, поэтому он ответил, надеясь, что это не ФБР, а Нил просто поджег кухню. – Я не хочу убегать. – Не надо - ответил Эндрю. - Ты приедешь в Денвер, и мы будем в одной команде, ты сможешь беспокоить меня столько, сколько захочешь. Эндрю с нетерпением ждал этого. Он почувствовал, как Нил выдохнул, и они вернулись к своему обычному легкому подшучиванию. Эндрю открыл окно и достал сигарету, пока Нил пытался заставить его признать, что он был лучшим игроком во всем колледже. Эндрю сдался, потому что становился мягким. – Разве это не романтично? - шутливо спросил Нил. – Что? – Мы вместе смотрим восход солнца. Ну, так и есть, ты разговариваешь со мной по телефону, так что это считается". – Это не так. И я не смотрю на восход солнца, - солгал Эндрю, глядя на восходящее солнце, восхищаясь тем, как оно превращает небо в знакомые огненно-красные оттенки, по которым он так скучал. Они спорили несколько секунд, прежде чем Нил попросил его объяснить, какое отношение друг к другу имели эмодзи "баклажан" и "капли воды". Эндрю собирался покончить с Ники. – Он сказал: "Не могу сфотографировать на телефон”, затем странная ухмыляющаяся физиономия, а затем баклажан и капли воды". Планы изменились. Эндрю собирался покончить с Ники после того, как его член перестанет сговариваться против него. В конце концов, это было источником всех его проблем на протяжении последних 4 лет. Он не собирался даже слегка возбуждаться из-за чего-то, о чем говорил Ники. В любом случае, это была глупая идея, и Нил никогда бы этого не сделал. В свою защиту скажу, что он скучал по Нилу. – Извини, - услышал он голос Нил. Заверив Нила, что его это совсем не беспокоит, они вернулись к непринужденной беседе. Позже, когда Эндрю услышал тихое дыхание Нила в трубке, он подумал, что, возможно, полет в Пальметто был бы неплохой идеей.