Сероводород

Разве кто-то вправе решать за самого человека, что для него лучше, а что нет? У каждого разное представление о жизни, разное восприятие и понимание прекрасного… Наверное, всё-таки было правильно, что Ван Шуи и перед Ибо раскрыл все карты. Сделал мужчина это прямо в машине перед стенами школы, где учится сын. А чего тянуть? И, что больше всего поразило альфу, так это насколько его сын в нужные моменты собирается и сдерживает свои эмоции. В тот момент Ибо показался Ван Шуи взрослее их всех. Актёры, три актёра одного большого драматического спектакля с плохим концом. И нет, в этой чудовищной постановке никто не умер страшной смертью, кроме счастья. А его действительно не стало. Стоит подвести итоги: чтобы было, если бы судьба повернулась иначе в самом начале? Если бы Ван Ибо, когда однажды постучался в кабинет госпожи Фу, не повстречал там нового врача… М, нет, стоит брать промежуток времени гораздо раньше и не Ибо с Чжанем, не людям нынешнего поколения. Чтобы теперь сделал Ван Шуи, попадись в его руки машина времени? Он бы ни за что не позволил своему первенцу остаться никому ненужным. Забрал бы его и пусть бы на тот момент он сам был глупым школьником, зато Сяо Чжань никогда бы не узнал, что значит жить в приюте без родителей. А как бы тогда Ван Шуи обрёл Ибо? Ведь и без этого мальчишки мужчина не хотел жизни. Ему были нужны оба его ребёнка. Нашёл бы способ, однозначно. И были б парни друг другу братьями. А так, что в итоге получилось? Пепелище… *** Изменилось ли что-то для Сяо Чжаня после разговора с… С доктором Ваном? Ну не мог он называть мужчину отцом, не получается. Молодой человек практически не знал своих родителей и тот факт, что те люди, из рук которых он попал в приют, не были ему родными по крови, погоды не сделает. Так и так он оказался бы в приюте. Кто-то ошибся в жизни, кто-то струсил. Сейчас омега уже взрослый, у него есть свой малыш, которого он любит всем сердцем и приложит все усилия, чтобы стать для него достойным родителем. Чжань даст ему всё то, чего не было у него самого. Однако, есть один момент, от которого омега не находил себе места. Если уж для него в сложившейся ситуации нет никакой существенной разницы, то что касается Ван Ибо - велик риск, что парень может попросту сломаться. По сути, выходит, что Сяо Чжань вмешался в семью. Отец и сын живут счастливо в своём маленьком мирке, а тут у них нарисовался кто-то третий и всё разрушил. Но есть шанс всё исправить, по крайней мере, так в этот момент показалось Чжаню. Конечно, Ван Шуи - человек порядочный. Не пошёл бы он к Сяо Чжаню с разговорами о прошлом, если б у него не было желания продолжать дальнейшее общение с этим омегой. И Ван Ибо он не бросит. Напротив, захочет, чтобы у него было двое сыновей. Но нужен ли Ван Ибо брат? Ван Ибо… Этого альфу Сяо Чжань любил, он давно признался в чувствах к этому парню, причём и ему, и самому себе. Но ведь если ты кого-то любишь по-настоящему, то сделаешь всё, чтобы твой ненаглядный был счастлив, даже если самого тебя его счастье обречёт на страшные страдания. А Сяо Чжань привык страдать. Вообще, иногда кажется, что страдания, боль и отчаяние – это его самые лучшие друзья. Они идут с парнем рука об руку на протяжении всей жизни и, даже более того, как выяснилось, с момента, когда он ещё находился в утробе матери. Пусть так и будет. Возможно, ему просто стоит попытаться проложить свой путь заново. Он хотел сделать это вместе с Ван Ибо - начать новую жизнь, столько раз представлял, как они будут вместе, как проживут друг с другом всю жизнь в любви и согласии. Чёрт возьми, семья с Ван Ибо – эта идея была самой сладкой для омеги. Они же истинная пара, они должны быть вместе! Но, видимо, как и у отца… у ИХ отца не сложились отношения, на те же грабли наступают и мальчики. Кто там смеялся со слов, что зачастую дети повторяют судьбу своих родителей? Вот же оно, живой пример! С такими мыслями Сяо Чжань паковал вещи, всё самое необходимое для него и для сына. В основном это деньги и документы. Только куда ему ехать? Помощи всё равно искать неоткуда, поддержки тоже. Будь то другая страна или другой город. Ибо не станет его искать – это точно. Если уж Ван Шуи расскажет ему всё, то парню не будет дела до Чжаня за другими мыслями. А если побег омеги станет преградой старшему альфе для того, чтобы раскрыть рот, тогда душевных страданий Ибо не избежать. В любом случае, оба варианта для подростка лучше, чем если его отец приведёт в дом другого сына, родного, сместив при этом самого Ибо. *** Разве кто-то вправе решать за самого человека, что для него лучше, а что нет? У каждого разное представление о жизни, разное восприятие и понимание прекрасного… Ван Ибо возненавидел Сяо Чжаня. Этот театр жизни, поле участия в столь неоднозначном спектакле было трудно удержаться на ногах, не свалиться в бездну, где нет спасения от роковой гибели. Но юный альфа бы удержался, протяни ему кто-нибудь соломинку, за которую бы тот ухватился. Но этой соломинки не протянули, а наоборот, ещё и толкнули, тем самым помогли свалиться. Вот там-то он эту ненависть и повстречал. И, нет, разъедающее изнутри чувство возникло не по причине того, что отец обманул его и в их игре появилась роль для Сяо Чжаня, взаимно замещающая роль, а потому что он посмел оставить Ван Ибо. Да, услышать от отца правду было нелегко. И тоже, как и Чжань, по-началу Ван Ибо решил что отец шутит, после на какой-то момент показалось что у мужчины поехала крыша, но в итоге всё оказалось правдой. Сразу же возникла куча вопросов, грусть, печаль и тоска – что угодно, кроме злости на отца. Бесспорно, на Ван Шуи следовало бы разозлиться за то, что он не кинулся на поиски своей любимой, беременной девушки, но в тот же момент Ван Ибо примерил на себя облик отца и взглянул на ту ситуацию его глазами. Глаза были его, а сердце и мозги самого Ибо. И, да, тот сам не понял, как бы поступил на месте Ван Шуи, ведь в те времена он был ещё младше, чем Ван Ибо сейчас. Что ему было делать? А потом же альфа при первой же возможности кинулся на поиски и ему на это потребовалось больше двадцати лет, но он же добился своей цели и за это мужчиной следовало бы гордиться. Ван Ибо им очень гордился. Всеми его поступками. И зауважал ещё сильнее. Тем более, что ничего б в его жизни не поменялось, В ЖИЗНИ ВАН ИБО ТОЖЕ БЫ НИЧЕГО НЕ ИЗМЕНИЛОСЬ, не прими Сяо Чжань решение в одиночку. Теперь-то расположение Ван Шуи к Сяо Чжаню стало куда сильнее и исчезло последнее препятствие на то, чтобы влюблённые были вместе. Они бы стали счастливыми на радость отца, положившего жизнь, пожертвовавшего своим счастьем ради детей. Но нет же! – Идиот! Идиота кусок. Ненавижу!!! – кричал Ван Ибо в беспамятстве, метаясь как одержимый по родительскому дому, круша всё подряд. Ван Шуи стоял в стороне, глотая слёзы, что далеко несвойственно альфе. Он никогда не видел сына таким, но понимал, что ему необходимо выместить свою злость. И пусть мальчишка лучше сделает это здесь и сейчас, в присутствии отца, который, как ни крути, не даст переступить черту, нежели останется один на один со своими эмоциями и совершит самоубийство. Окровавленные руки можно помыть, а порезы обработать и перевязать, в крайнем случае, если они слишком глубокие, их ушьют в травмпункте. Да даже сам Ван Шуи это сделает дома! Это всего-навсего капилляры сосудов. А вот перерезанную сонную ушить не получится. Ван Ибо попросту потерял себя. Подросток крушил интерьер. Разбил телевизор, швырнув в него чем-то тяжёлым (никто даже и не понял чем именно). Лицо парня было покрыто царапинами, он драл его ногтями. Костяшки тоже сбиты, а светлые обои гостиной запачканы кровью. Руки… Предплечья были разодраны, с них, мелкими лоскутами, свисала кожа. Это случилось, когда Ибо свалился в осколки, что осыпались от экрана разбитого телевизора, и «проскользил» по ним. Лишь когда его целью стал зеркальный шкаф, отец понял, что это конец. Только тогда Ван Шуи накинулся на Ибо. Мужчине пришлось в буквальном смысле скрутить подростка. Они сцепились в клубок. Ван Шуи - довольно сильный мужчина, но злость делала подростка в разы сильнее и так просто одолеть его не вышло. От того старшему альфе тоже нехило досталось. Но рассеченная бровь, царапины и синяки ничто, по сравнению с жизнью РОДНОГО ребёнка. Это мелочи и за них он простит Ибо. Обязательно простит, надо только успокоиться. Ни одной, правда, ни оной молитвы не знал до этого доктор Ван, всю свою жизнь он прожил атеистом, но сейчас он только и делал, что молился, причём всем Богам, которых только сумел придумать. Он умолял Небожителей, чтобы те помогли Ван Ибо вновь вернуться в реальность. Сейчас это был не он, на место того белобрысого мальчугана с добрейшими глазами пришёл сумасшедший Бес и он готов уничтожить всё и вся, в первую очередь себя самого. – Ублюдок! – Ибо даже кричал не своим голосом, его никто бы никогда в жизни не узнал. – Тварь! Сдохни, сдохни кусок дерьма, сдохни! Любовь – это не только порхающие в животе бабочки, столь трепетное и нежное чувство способно изменить человека до неузнаваемости, уничтожить его, превратив в лишённое здраво мыслить существо. Можно ли сказать: «Люди, будьте осторожны, когда с головой ныряете в этот водопад страстей»? А какой толк? Можно ли уберечься от полного уничтожения сердца и души?