Дым

      — Вероятность того, что на нас нападут киборги?       По барной стойке проскользнула маленькая чашечка, ловко перехваченная мозолистой загорелой рукой.       — А ты всё думаешь наперёд, Хината-кун, — бармен поставил на стойку локти, придерживая ладонью подбородок и игриво улыбаясь, — крайне мала.       — Никогда не знаешь, когда на тебя смогут напасть…например, медведи-роботы, — Хаджимэ приподнял в задумчивости бровь, поднося к губам край чашки и отпивая кисло-сладкое сливовое вино, прокатывая его на языке и растирая кислоту по нёбу. В ярких неоновых огнях его собеседник представлялся загадочным и довольно привлекательным.       В баре царила своя тёмная атмосфера, освещаемая ядовитым розовым и бирюзовым цветами, ритмичная музыка с нотками джаза успокаивающе, но в то же время энергично ударяла по стенам. Многие посетители мирно болтали между собой, иногда раздавался звонкий смех из-за углов. Хаджимэ чувствовал, как растворяется в этом. Сверху доносилась приглушённая речь из маленького телевизора, изображение в котором пестрило помехами вперемешку с японской рекламой.       — Ты стал заходить сюда гораздо реже, — подметил Нагито, накручивая на тонкий палец белокурую прядь, — заставляешь меня тут совсем заскучать. — Протянул тот с некой тоской и почти обидой.       — А ты мог бы и сам выйти на улицу, — язвительно ответил Хаджимэ, фыркнув и слегка морщась от кислого вкуса оставшегося на своих губах. Из-за него кожу немного щипало, и он уже собрался облизнуть их, но почувствовал мягкое, но настойчивое прикосновение чужих холодных губ, прижавшихся к его собственным. Хинате на пару секунд удалось разглядеть хитрый, томно полуприкрытый взгляд, в котором отражались взрывные ядовитые цвета. Нагито неторопливо прошёлся кончиком языка, собирая с чужих губ всю кислоту, а потом отстранился, соблазнительно облизнувшись.       — А ты мог бы и заходить почаще, — прошептал он, тонко улыбаясь и скрещивая на груди бледные, почти цвета снега, руки.       — А? — Хината только сейчас опомнился от странно приятного транса. Теперь его губы щипало уже не от напитка, а от прилипшего к ним плавящего жара. — Ты и других так к себе в бар завлекаешь?       — Только тебя, Хината-кун. — Наклонил тот голову к плечу, не сводя пристального взгляда с сидящего напротив. — Только тебя. — Повторил Нагито, усмехаясь.       Хаджимэ почувствовал, как ему самому становится уютно из-за этой тёплой усмешки. Он вздохнул, думая, что приходить сюда он будет теперь не реже пяти раз в неделю. А оставшиеся два дня они будут как обычно сидеть дома, наслаждаясь присутствием друг друга.