Добрый день, папочка

      Мы ходили вдоль рядов и стеллажей, и мне начало казаться, что мы ищем то чего нет. Я невольно шла и смотрела на маленькие стеклянные шарики с ярлычками. И тут один привлек моё внимание, на котором было… там было моё имя. «Гермиона Джейн Грейнджер-Малфой (?)», -- прочла я и ужаснулась. Какого там через дефис написана эта чертова фамилия??!       — Герми, ты чего? — мне на плечо легла рука Джинни.       — Там моё имя! — показала я палочкой на шар, а потом взяла его в руку.       — Акцио! — шар вырывается из моей руки и я оборачиваюсь.       — Интересно, мисс Грейнджер, ваша внимательность достойна уважения! — губы Лициуса Малфоя нервно дернулись в ухмылке. — Любопытно, что у нас может быть общего?       — Отойди от неё! — я оказалась за спиной Рона, стараясь взять себя в руки.       И тут шар заискрился и раздался голос Трелони. Я уткнулась носом в спину Рона и часто задышала, стараясь прийти в себя.       — У Малфоя в ночь под кровавой луны свет родилась на свет светлая душою дочь. Её бурное полное пламенем сердце не охладит вовек ледяная кровь аристократа…       Шар разбился, но все итак все поняли. В черноте за спиной Малфоя раздался безумный смех и вскоре рядом с ним стояла когда-то красивая брюнетка, в черноте волос которой уже белели седые пряди. Я вышла из-за спины Рона, хоть меня и трясло, приготовила палочку. Малфой же стоял словно и не было шара.       — Малютка Поттер уже приготовил палочку, — женщина оголила свои пожелтевшие зубы. — Деточки, почему не в школе?       — Поттер, отдай предсказание, — ровно произнес Малфой.       — И вы отпустите нас домой? — с насмешкой спросил Гарри. — Нет, уж лучше дождемся Воланд де Морта, и он скажет, где Сириус.       — Да как ты… Ты! Грязная полукровка! Не смей… не смей произносить его имя! — Белатриса приготовила палочку и наставила на Гарри.       — Не смей, — также ровно сказал ей Малфой.       Вокруг нас появлялись Пожиратели и судорочно думалв, как нам выбраться. Мой взгляд скользнул по стеллажам спредсказаниями. Стеклянные шары! Нужно их разбить, а после бежать! Так у нас появится время для побега. Гарри тоже об этом подкмал и сразу же шепотом нам об этом сказал, пока те выясняли отношения. Я приготовила палочку       Вскоре мы уже бежали меж стеллажей. Я и Гарри с Невиллом побежали в другую сторону. Так мы оказались в небольшой комнате с колбами. Мы спрятались под столом, когда через несколько минут появился пожиратель. Он неловким движением сбил полку и ему на голову упала колба. И вскоре голова пожирателя стала уменьшаться. Он стянул капюшон. И нашему взору предстал взрослый мужчина с головой младенца.       — Это время, — ужаснулась я и закрыла рот ладонью.       — Идем, он нам уже ничего не сделает, — сглотнул Гарри и двинулся вперёд.       Башка этого человека издавала детский истеричный плачь, пока взрослое тело махало конечностями, сваливая и круша все вокруг. Я ощутила ко по моей спине тек холодный пот, хотя ужасов я до этого навидалась, ну взять хотя бы встречу с Василиском, ну или ночь с Люпином, Снейпом и Блэком. Мы вышли и встретились с остальными ребятами. Полумна безжизненно смотрела вперед себя, только сбивчивое дыхание подавало признаки жизни. Рон же как дурак смотрел вперед себя и нес какую-то чушь. А у Джинни была огромная рана на ноге.       Тут у меня в глазах потемнело и покосило в сторону стены, так что при падении я приложилась об неё головой. Раз и мгла вокруг меня, да такая что не могу разглядеть, что передо мной, а может и вовсе ничего не было. Воздух был тянучий и пахло сыростью. А ещё холод до костей и мурашек.       — Девица в ночь красной луны родилась у черного мага, — раздался тянучий и скрипучий голос.       — Сколько страданий в ту ночь перенесла её мамаша, — подхватил другой, который был чуть ниже.       — А орала та как! Прям как раненная грязнокровная сука! — раздалось множество голосов и их эхо окружило меня.       Я упала на колени и почувствовала, как с моих ушей течет что-то тёплое и густое. Мои пальцы коснулись этого, а потом я поднесла это к губам и попробовала на вкус — кровь.       — Кто же знал, что её ублюдок станет первородной, — продолжали голоса. — Чистая телом, но не душой! Девка Малфой!!! Закончит род Малфой и уничтожит свой род!       — Отныне и вовек не иметь тебе детей, твоё чрево пусто! Ты заключила с нами сделку, и после смерти твой сосуд мы заберём в Небытие, а душа превратиться в прах!       Я сжала голову руками и старалась не кричать от страха и боли. Я понимала, что теперь я обречена.