— А ты хочешь узнать?

      — Где у тебя аптечка? — спрашивает андроид, окидывая внимательным взглядом своего напарника.       — На кухне в шкафу, — Рид махнул рукой, лениво моргая, будто только проснулся.       Едва кивая, Девятка поднимается на ноги, быстро исчезает на кухне, открывает все шкафы подряд; квест «найди аптечку» оказывается невыполнимым, — потому что в указанном месте нет ничего, кроме кофейных зёрен в черных пакетах, да коробок молока. Диод мигает жёлтым, а затем андроид изгибает бровь, проверяет шкафчики повторно, но ничего не меняется. Либо Гэвин что-то перепутал и аптечки тут нет, либо соврал.       — Но тут ничего нет, — произносит жестянка, выходя в гостиную, где детектив уже распаковывал бинт. — Понятно… Дай сюда и сядь на диван.       Рид показывает средний палец, отчего андроид поднимает взгляд к потолку, а после отбирает бинт, убирая его в аптечку, и достает перекись с ватой. Мужчина морщится, но садится на кровати только для того, чтобы достать пачку сигарет из куртки, буркнув что-то похожее на «Мне не нужна твоя забота, Пластик». На самом деле наоборот — нужна. По крайней мере сейчас, когда на теле имеются раны от ножа с уже засохшей кровью. Кажется, у Гэвина скоро прибавится шрамов. Девятка вздыхает, присаживаясь на колени перед напарником.       — Я обработаю твои раны, — имитируя усталость, произносит андроид.       — Валяй, — махнул рукой мужчина, открывая пачку.

***

      Когда раны были обработаны, андроид ушел, ничего не сказав. Нет, это никак не задело немного похуистичного Рида. Наоборот, тот был рад наконец избавиться от Девятки и его лекций на тему «Польза и вред курения», которые смутно напоминают рассказ в два и более томов. Рид устал. Он очень сильно устал от того, что эта жестянка каждый раз приходит со своей заботой и имеет его мозг словно жёнушка, заставшая мужа поздно ночью пьяного вдребезги без единого доллара от зарплаты.       Никогда в жизни не вспоминайте того, кого не хотели бы видеть…       Андроид останавливается в дверном проёме, чуть наклоняет голову в бок, прожигая своим холодным взглядом, который, как считают многие, ничего хорошего не предвещает. Вообще-то, RK надеялся, что после всех потрясений, после произошедшего сегодня, он отдохнёт, что к его возвращению напарник будет спать. И что же предстало его оптическому модулю? Рид, действительно, лег, но далеко не для того, чтобы отдохнуть, а покурить, будто ему на балконе не дают это сделать.       — Ты знал, что курение это желание взять что-то в рот? — произносит андроид, подходя к кровати.       Гэвин кашляет, давится сигаретным дымом, бурчит что-то отдаленно похожее на «Ну, ты спизданул, конечно», на что жестянка лишь качает головой, поджимая губы. Не нравились ему эти привычки детектива, но кому интересно это?       Они сидят в тишине около трёх минут, размышляя над чем-то своим. Если бы андроид был живым, если бы был человеком, то он давно начал возмущаться из-за сигаретного дыма в комнате. Возможно, он бы даже выкинул все пачки или положил в них обыкновенные карамельки, — RK где-то читал, что это помогает избавиться от вредной привычки. А Гэвин просто думал, когда он наконец окажется в тишине и когда жестянка заткнется со своими лекциями.       — Чего ты хочешь, жестянка? Чего ты этим добиваешься? — немного устало произносит Рид, смотря на сидящего рядом RK, который спокойно и, отчасти, холодно смотрел на детектива. Пожалуй, этот взгляд многих пугал. Да вот только не все знают, что за этим взглядом скрыта самая обыкновенная детская наивность. Всевышнему вдруг стало скучно и он решил во взрослое тело поселить ребенка?       — Я не совсем понимаю, о чем ты говоришь, Гэвин. — Диод на долю секунды окрасился в жёлтый, а затем вновь моргнул светло-голубым. Взгляд напарника был все таким же холодным, когда он следил за каждый действием детектива, решившего сесть на кровати.       — Каждый раз… Каждый блядский раз ты приходишь сюда и имеешь мой мозг этим «курить вредно, Гэвин». Ты правда думаешь что я перестану, избавлюсь от этой привычки от одних твоих слов?       — Ты так намекаешь, что было бы лучше, если имел тебя?       — А тебе есть чем? — Тот хмыкнул, чуть покачав головой.       — А ты хочешь узнать? — Девятка чуть улыбается, наклоняя голову в бок и внимательно смотря на напарника, который взглянул не менее внимательно, словно бы пытался узнать, не послышалось ли ему это.       В какой момент игра в гляделки закончилась, Рид не понял. Скорее всего именно в тот, когда он оказался на коленях у Девятки, стараясь лишить того возможности шевельнуть нижней частью тела и скинуть его, а может в тот, когда их губы впервые соприкоснулись изначально в нежном поцелуе, который слишком быстро перерос в дикие покусывания до крови. Что же это за пластик такой эластичный? Единственный минус, — прокусить трудно. Почему-то, Гэвин был уверен, что вести придется ему, что этот неразумный андроид занимается чем-то подобным впервые. Чёрт возьми, он был уверен и в том, что тот даже целоваться не умеет! Каково же было его удивление, когда все оказалось в точности до «наоборот». И где он только так научился?       Ладони андроида коснулись его бёдер, когда Рид полез целоваться, держа его лицо в собственных, чтобы тот даже не вздумал отвернуться. В игривой манере пальцы прошлись по позвонкам, а затем замерли немногим выше поясницы, прижимая детектива к себе сильнее. Вот уж точно, самообучающаяся машина, даже не приходилось объяснять, что и как делать. А может, это просто было заложено в нем программой, может это на тот случай, если придется отправлять на миссию под прикрытием андроида вместо человека. Вот только куда? В «Эдем»? Если так, то что у него ещё имеется?       В голове проскакивает лишь короткое «Охренеть», когда язык андроида, — влажный как у людей, — проникает в его рот, когда тот берет всю власть в свои руки, когда его ладони проскальзывают под свободный свитер тёмно-синего цвета с большим горлом, — да, Риду нравились подобные вещи. Кто бы мог подумать, что у этой машины есть слюна, правда, та была синтетической. Пожалуй, за этот вечер детектив сможет узнать много нового про особенности строения андроидов, точнее про особенности строения тела его напарника.       С пошлым чмоком и тонкой нитью слюны, Рид отстраняется от губ андроида. Взгляд последнего можно было охарактеризовать, как пьяный, но, увы, тот человеком не был, соответственно взгляд таковым не являлся. Мужчина хватается за края своего свитера, тянет вверх, — Девятка с некой нежностью проводит ладонями вслед, — а затем и вовсе снимает элемент одежды, кидая его куда-то в сторону, не особо заморачиваясь в каком состоянии тот потом будет, вновь сливаясь с жестянкой в поцелуе, пытаясь прикусить нижнюю губу, изучая языком рот последнего. Поцелуй со вкусом пластика, наполненный какой-то животной страстью. Ладони Девятки скользят по телу, сжимают бедра, фиксируя, не давая двинуться, что заставляет детектива невольно попытаться дернуться в сторону. Не отрываясь от губ, мужчина попытался что-то сказать, но получилось какое-то нечленораздельное мычание. Форменная куртка летит следом за свитером, а именно черт знает куда. Позднее вещи придется искать по всей комнате, как в той шутке, в которой трусы, которые искали минут пять, оказались под кроватью вместе с ремнём от брюк.       Скин медленно исчезает на пальцах, изучающих ещё свежие раны на теле напарника. Андроид прекрасно понимает, что тому нельзя напрягать свое тело, что придется обойтись простой дрочкой или минетом. Не очень-то и хотелось, чтобы этот кожаный мешок пострадал, чтобы все не стало хуже, чем есть. Рид что-то шепчет, покрывая пластиковое лицо поцелуями, но до звукового модуля доходят лишь отдельные звуки, не представляющей особой важности. Кажется, от возбуждения тому снесло крышу окончательно.       Девятка осторожно касается шеи детектива, поглаживая ее, а затем чуть сжимает его горло, впиваясь в губы, кусая до крови, проталкивая язык в рот Рида, который пытался уйти от этого ощущения, убрать руку андроида. Рид никогда не был фанатом острых ощущений. Все это длится недолго, — андроид медленно убирает ладонь, скользит по ключицам человека, выцеловывает едва ли не каждый миллиметр на шее, пока мужчина судорожно хватает воздух, хватаясь за чужие плечи, подставляясь под поцелуи.       — Ляг, будь добр, — шепчет на ухо детективу RK, получая в ответ короткое «пошел нахер». Но Гэвин все равно послушно выполняет просьбу.       Жестянка делает шаг от кровати, а его диод бешено мигает жёлтым, руки не слушаются, а система охлаждения биокомпонетов выдает ошибки, отчего ему приходится делать глубокие вдохи, чтобы охладить оные. Пожирающий взгляд серо-голубых глаз андроида скользит по телу детектива, останавливается на ширинке брюк, которые не могли скрыть небольшой бугорок. Расстегнув рубашку, андроид спокойно подходит к кровати, снимает обувь, а после нависает над напарником, который уже потянулся к собственному ремню.       — Какой нетерпеливый, — шепчет Девятка, касаясь губами виска мужчины, сжимая кисти его рук, припечатывая его к кровати, лишая возможности двигать руками. — Знаешь, Гэвин…       — Давай обойдёмся без секса с мозгами? — тут же предлагает Рид, пытаясь поцеловать медленно отстраняющегося от него RK, на лице которого была лёгкая улыбка. — Пхак… Заканчивай уже, жестянка.       Тот издает некое подобие смешка, проводя носом по шее, ненадолго задерживаясь на шраме, затем касается губами ключиц, проталкивая свою ногу меж чужих, касаясь коленом паха, вызывая тем самым выдох сквозь зубы. Мужчина тихо матерится, дёргает рукой, пытается поймать губы андроида своими. И ему это удаётся; Гэвин касается уголка его губ, скользит губами по щеке, трётся пахом о чужое колено. Девятка издает нечто похожее на рык, слабо кусает мочку уха человека, чуть оттягивая ее, а затем вовлекает в очередной поцелуй, проталкивает язык в чужой рот, скользит ладонями по телу, останавливаясь на бедрах, чуть сжимает их. Не отрываясь от губ, они меняются позициями; Рид буквально оседлал его, проводя ладонями по груди андроида, — в этих местах скин плавно исчезает, открывая вид на белую пластиковую обшивку.       — Тебе нельзя сильно напрягаться. Я бы вообще не советовал, — шепчет Девятка в губы детектива, обхватывая его лицо собственными ладонями. — Но вряд ли тебя это остановит, так что у меня есть предложение. Сядь на край кровати.       — И почему мне страшно от твоих предложений? — Мужчина искренне старается выглядеть недовольным, но получается не очень хорошо.       — Твой стояк явно с тобой не согласен, — пытается пошутить RK, внимательно следя за каждым действием напарника, вновь делает вдох, так как система охлаждения работает через раз, а перегрева не хотелось. — Где смазка? — Он спрашивает это, потому что знает, что тот, как и все люди мужского пола, мастурбирует во время просмотра очередного порно. И если это так, то искомый предмет у него обязательно должен быть.       — В нижнем шкафчике, — детектив лениво махнул рукой в сторону прикроватной тумбы. Девятка не ошибся. — Слушай, что у тебя ещё имеется помимо синтетической слюны? — Рид откидывается на спину, немного хмурясь, пока жестянка шарится в шкафчике.       — Ты уверен, что хочешь поговорить об этом? — Найдя нужное, андроид подходит к человеку, чуть наклоняя голову сторону. — Думаю, сейчас не подходящее время. — Он небрежно кидает тюбик с лубрикантом на кровать, справа от бедра Гэвина, а затем медленно опускается перед ним на колени.       — Ты прав, — тот приподнимается на локте, смотря на Девятку. — А может и нет, кто знает.       Последний чуть ухмыльнулся, касаясь пальцами пряжки ремня, не разрывая зрительного контакта, трётся щекой о его пах, заставляя детектива сделать глубокий вдох сквозь зубы, ненадолго отстраняется медленно растегивает, проводя большим пальцем по ширинке. Мужчина касается ладонью щеки андроида, — и вновь скин исчезает, оголяя обшивку. Было странно видеть андроида почти всего в белых пятнах и полосах, с идеальной прической, немного глупой лёгкой улыбкой. Но было в этом что-то такое, что не поддается описанию.       Девятка осторожно касается ладонями бедер человека, прося тем самым чуть приподнять их, что тот и делает, а затем, разрывая зрительный контакт, стягивает с напарника брюки и нижнее белье. Тот произносит нечто похожее на «Блять, нет», упирается ладонью в лоб андроида, который тут же берет ее в свою и целует, проходится языком по каждому пальцу, упорно игнорируя нежелание Рида. Что бы его не смущало, это было не важно, ведь RK900 машина, выполняющая задачи, а его нынешней задачей было сделать детективу приятно, помочь ему расслабиться и снять напряжение. Он снимает брюки полностью вместе с бельем, кидает в сторону, как делал это ранее Гэвин, не задаваясь вопросом «по какой траектории полетела одежда?», а затем, набирая достаточно синтетической слюны во рту, касается губами головки члена, чуть посасывая ее, проводя языком по ямочке, поднимая взгляд на мужчину, издавшего тихий стон, коснувшегося его волос и нахмурившегося. И откуда только андроид-детектив узнал, как это делать?       Андроид одной рукой тянется к тюбику, не отвлекаясь от дела, другой же поглаживая бедро мужчины, с некой лаской поглаживающего его волосы, делающего глубокие вдохи, отдаленно напоминающие стоны. Когда лубрикант с трудом удается выдавить на ладонь, андроид смешивает смазку и синтетическую слюну, размазывает ладонью по стволу члена человека, внимательно смотрит на его, лицо, затем поднимается, не прекращая стимуляции рукой, и все это лишь для того, чтобы заставить Рида лечь на постели, чтобы их лица находились в считанных сантиметрах друг от друга. Большой палец осторожно скользит по головке, чужие ладони сжимают плечи жестянки, глаза закрыты, а с полуоткрытых губ вскоре начинают срываться стоны.       Пальцы RK бегло прохаживаются по яичкам, затем вновь останавливаются на стволе, чуть сжимают оный. В голове Рида почему-то проскакивает шутка о том, что при создании Девятки в «КиберЛайф» забыли, что он, вообще-то, должен быть андроидом-детективом. И он бы с радостью произнес это вслух, если бы мог, конечно.       Спустя какое-то время детектив начинает двигать бедрами, подстраиваясь под движения руки андроида, пытается поймать чужие губы, забирается ладонями под расстегнутую черную рубашку, скользя по телу, — от этих действий следов на теле жестянки оказывается больше.       Девятка покрывает его шею и лицо поцелуями, с каждым движением руки наращивая темп, заставляя напарника едва ли не выгибаться от ощущений. Рид что-то мычит, пытается что-то сказать, — слова либо не находятся, либо ему просто не дают этого сделать, — прижимается к андроиду всем телом. Кто бы мог подумать, что этот человек будет едва подрагивать рядом с ним, тем кого он изначально не любил от слова «совсем» и кому был готов пустить пулю в лоб, лишь бы тот не докучал и вообще свалил с дороги к чертям?       Проходит не так много времени, когда мужчина кончает, все еще прижимаясь к андроиду, размазывающему эякулят по собственной ладони. Девятка осторожно касается виска Гэвина губами, прокладывает дорожку поцелуев до уголка губ, а затем медленно отстраняется, смотря на ладонь. Появляется безумное желание, отображающееся, как очередная миссиях или задача, которое RK тут же воплощает в жизнь: он медленно проводит языком по ладони на которой медленно восстанавливался скин.       — Фу, блять, — шипит Рид, морщась и отворачиваясь. Жестянка в ответ на это лишь чуть улыбается.       — Мне принести полотенце или салфетки? Или ты желаешь дойти до ванной? — Андроид окидывает человека внимательным взглядом.       — Сначала ванная, потом отдых. Завтра вставать рано. — Голос детектива звучит спокойно, как и всегда, даже немного устало. Внешний вид тоже его выдавал.       — Хорошо, тогда пойду и наберу ее, — андроид вновь касается виска мужчины, который морщится, в который раз, делает вид, что ему это не нравится, губами, а затем спокойно покидает комнату, делая вид, что ничего не произошло.