Фанат

      Молодой парень сидел на побитом жизнью кожаном кресле и бессмысленно таращился в окно автобуса. Стоявший в машине гвалт, росший в геометрической прогрессии с передних сидений к задним, разбивался о пелену задумчивости и ничуть не трогал его мыслей. Сидевший в соседнем кресле новобранец пару раз попытался начать диалог, но, не добившись никакого ответа, предложил поменяться местами и теперь был занят полуболтовнёй, полуперебранкой с сидевшими вокруг него ребятами.       Снова и снова задумчивый юноша прокручивал в голове один эпизод из своей жизни.       – Сорок три балла по профилю! Да чем ты думал, когда готовился к экзамену? Тебе твои херовы «звёздные войны» важнее твоего будущего? Ты вместо того чтоб готовиться, сидел в игрушки резался? – мать всплеснула руками и упала в кресло. – куда ты будешь поступать со своими баллами? Тебя и в колледж не возьмут ни в какой!       –Да прекрати! – в слезах выбросил мальчик. – они не херовы!       –Я знаю, что ему делать. – отец, до этого безмолвно наблюдавший за ходом беседы, снял свои серые, в тон волосам, очки и встал с кресла, направляясь к сыну. Встав у него за спиной и положив тяжёлые ладони ему на плечи, он сказал:       – Пойдёшь ты у нас в армию, сынок. Там из тебя всю эту дурь повыбьют. Вернёшься мужиком настоящим.       –Но… как? И вы ничего не сделаете, чтобы меня отмазать?       –Нет – отец посмотрел на него своими серыми, в тон очкам глазами – глубоко посмотрел, чуть ли не в самую душу. – У тебя был шанс, а ты предпочёл ничего не делать. Пора отвечать за свои поступки.       Снова и снова перед глазами возникали расстроенные лица родителей, снова и снова молодой юноша пытался тщетно поверить в происходящее…       Прошло шесть месяцев. Часть, куда их привезли служить, находилась в таком захолустье, что и говорить стыдно. Учить чему-то стоящему инструкторам было то ли лень, то ли этого не так сильно требовало начальство, чтобы профессиональные военные, которых и так не хватало до требуемого по документам числа, подорвались с места и начали охаживать молодняк. Так только, пару раз были на стрельбище с настоящими АК, да с полдесятка занятий по рукопашному бою – вот и все знания, которые молодые бойцы могли принести домой к тому моменту. За исключением, конечно, доведённых до совершенства навыков чистки картошки и махания снегоуборочной лопатой. Зато ночными дежурствами их дрючили чуть не до посинения – больше половины роты ночью в казарме не бывало. Поговаривали, что на территории части находится секретный военный объект, но правда это, или вымысел ребятишек, чтобы скрасить ночную вахту – оставалось только гадать.       Евгений – так звали нашего двоечника-фаната, сразу не понравился своим вынужденным товарищам. Сначала он старался просто ни с кем не разговаривать, но когда наиболее общительные из его роты попытались насильно выйти с ним на контакт, не выдержал и начал без умолку болтать о своей любимой киновселенной. Стоит ли говорить, что новобранцы не оценили его страсти к фантастике и подняли на смех незадачливого почитателя творчества Джорджа Лукаса и его команды?       И хотя после первого раза Женя совершенно точно решил, что больше словом не обмолвится с тем быдлом, что досталось ему в качестве товарищей по казарме, через пару недель история повторилась. К тому времени слух о человеке, знающем всё и вся про «звёздные войны» распространился далеко за пределы его роты, так что на огонёк заглянула чуть ли не вся часть, за исключением бойцов на вахте. Пришёл даже сержант их роты – человек уже в возрасте, который после всего услышанного заявил, что в жизни подобного бреда не слышал. С тех пор наш фанат и его сослуживцы организовали нечто вроде симбиоза – Евгений, человек по природе своей испытывавший потребность в общении мог её кое-как утолить (хотя потом каждый раз давал себе слово прекратить и снова срывался), а остальные бойцы получали возможность поржать и позадавать тупые вопросы – получалась своеобразная разрядка.       Неизвестно, чем бы закончилось пребывание такой меланхоличной личности в спартанских условиях размещения вооружённых сил – нервным срывом или виселицей в уборной, но и от того, и от другого исхода Женю спас вышеупомянутый сержант. Как-то поутру он ввалился в столовую, ведя следом человек в очках и заляпанном халате. Сержант в столовой – не такое уж редкое явление. Так как на глаза ему никто старался не попадаться, солдаты сделали вид, что созерцание пресного варева из пшённой каши гораздо интереснее данной процессии.       Сержант, однако, направился прямиком к сиротливо сидевшему в уголке Жене с полной тарелкой каши на коленях.       –Рядовой Витюк!       Новобранец вскочил и встал по стойке смирно.       –Вот, прошу любить и жаловать – Сержант козырнул перед ведомым им человеком – ни то доктором каким-то, ни то мастеровым. – обещанный фанат. Разбирается в теме от и до, даже у меня уши вянут от того потока бессмысленной ереси, что он время от времени извергает.       -Гуд, Гуд. – сказал Доктор – что вы сказать про это, молодой человек?       -Мы ему ещё не рассказывали о ваших планах. – учтиво напомнил стоящий за его спиной сержант.       -Ах, да, да – спохватился доктор. – Молодой человек, мне говорить вы разбираться в фантастик… фантастич…       Женя смотрел на него с чувством, средним между эйфорией и недоверием. С одной стороны, «Звёздные войны» были единственным, в чём он досконально разбирался, но талант его был людям совершенно бесполезен. Когда к нему обратились за советом, он уже чувствовал прилив сил и тёплое, согревающее чувство полезности для общества. С другой же стороны… за эти полгода он окончательно перестал доверять людям и сейчас был почти полностью уверен, что это – очередной розыгрыш его сослуживцев. Непонятно, правда, каким образом они к этому делу подключили сержанта, не одобрявшего любые выходки бойцов, но наверняка этому есть логичное объяснение.       -Да, я знаю практически всё о «звёздных войнах», а что?       -Гуд, гуд – повторил доктор. – В этих «звёздные войнах» есть что-нибудь интересное для наший мир?       -Технологии межзвёздного перелёта, бластеров, клонирования людей,устройство нерушимого тысячелетиями общества, и никому непонятная магия подойдут? – выпалил на одном дыхании солдат.       -Гуд, гуд – повторил доктор. – согласны ли вы участвовать в эксперименте?       Предчувствие чего-то чудесного заставило сердце новобранца бешено колотиться. Мечта любого фаната – попасть во вселенную «звёздных войн» грозилась в скором времени осуществиться. Подстёгнутое адреналином воображение юноши в миг нарисовало картины высокотехнологичных планет, космических верфей, огромных скоплений флота и баталий с применением лазерного оружия. Сомнения насчёт розыгрыша начали стремительно рассеиваться – так точно нарисовать морщины на лице и сымитировать акцент ни у кого из солдат в части не получилось бы. Доктор был настоящим… Не уж судьба сжалилась над бедным пареньком и подкинула ему второй шанс?       -Вы хотите меня… отправить… отправить… туда?       -Видеть, какой смышлён мальчик? – сказал сержанту доктор. – зря вы дурно об он говорить. Жду вас в.... три часа дня главный комплекс.       Сердце юного фаната хотело выпрыгнуть из груди. Евгения оставили в казарме одного – собираться для предстоящего эксперимента. Он сложил полный рюкзак вещей за каких-то пятнадцать минут, и теперь ему предстояло ждать. Ждать такого знаменательного в жизни события – сущая пытка. За это время Женя успел перележать на всех в помещении кроватях, почти полностью разрядить мобильник и тысячу раз обдумать план своих действий. Если у него будет выбор, он отправится на войну клонов. Это была его любимая часть истории далёкой-далёкой. Что он там будет делать, он точно не знал, но очень уж ему хотелось. Если же выбора не будет, что ж – эпоха старой республики, галактической империи и новой республики ему тоже отлично знакомы – он найдёт чем там заняться. Скорее всего, ему дадут какое-то задание – что-то типа установить связь с нашим миром или похожая лабуда. То, что он собирался на это задание сразу же забить, не вызывало сомнений. Мир «звёздных войн» для него и только для него. И делать он там будет что захочет, благо все знания для этого у него есть. Или не все? Женя дотянулся до мобильника, забил в поисковике «ауребеш» и скачал первую попавшуюся картинку. Теперь точно все.       Наконец звёздный час настал. Половина третьего за ним зашёл сержант и повёл на объект. То, что они охраняли всей частью каждую ночь, теперь собиралось помочь ему скоротать половину своего срока пребывания в армии.       На входе в лабораторию их встретил тот же доктор: «А, вы пришли. Гуд, гуд» и повёл внутрь. Обстановка в лаборатории выгодно отличалась от затхлости и устаревшего интерьера остальных зданий в части. Белые стены с кучей экранов производили впечатление хай-тека, как в фантастических фильмах. Отдельно бросалось в глаза огромное окно перед систематизированной кучкой рабочих мест с мониторами, а за ним… огромная бело-сине-чёрная – тоже в стиле хай-тек – капсула, размером и формой схожая с джеонозийским «нантексом»– ибо это первое, что пришло Евгению в голову при виде данной махины – величаво покоилась на рельсовой дороге.       –Ну-с, вы готов? – спросил доктор и, получив утвердительный кивок, продолжил: - вы садиться в аппарат, подключаете большая шапка к свой мозг и… думать, думать сосредоточено о том, куда вы хотеть попасть. Тогда будет Гуд. Ясно?       Женя кивнул. Ему даже выбор места предоставили, в которое он отправится - шикарный подгон. Спасибо тебе, доктор… Жаль, что помочь тебе ничем в ответ не удастся.       –Потом… - доктор махнул рукой, и двое работяг притащили здоровенный граммофон – ибо иначе это было назвать трудно – с тарелкой вместо трубы и поставили перед путешественником.       – Это портативный связь. – (Ага, очень портативный – подумал боец) – Вы его подключать – Док взял в руки провод и прикрученную к граммофону рацию. – И говорить. Мы вас ждать. Сильно ждать. Каждый день ждать. А теперь у вас есть пять минута попрощаться.       Солдат достал мобильник и собирался набрать номер матери, как доктор схватил его за руку.       –Мобильник не можно – сказал он взволнованным голосом.       С кем он должен прощаться, если ему не дают пользоваться телефоном, Женя так и не понял. Он хотел как можно быстрее отсюда свалить. К нему подошёл сержант, пожал руку и обнял.       –Что ж, прощай, Витюк. Тебя тут будет не хватать.       –Вы что, правда по мне скучать будете? – боец удивлённо покосился на своего командира.       –Конечно. Давно к нам в часть таких идиотов не привозили.       Евгений демонстративно-обиженно отвернулся.       –Да ладно тебе, Витюк. – сержант хлопнул его по плечу. – Не каждый день я своих бойцов отправляю в какие-то там «звёздные войны».       Оставленные ему пять минут скоротечно таяли… скоро он распрощается с этим бренным миром навсегда в пользу нового, гораздо более интересного.       –Эй, Витюк! – сержант догнал направившегося к выходу испытателя, остановил его, схватил за плечи и заглянул ему в лицо. – Я искренне рад за тебя. Надеюсь, в своей фантазии тебе будет лучше, чем здесь.       –Угу – буркнул Женя. Ему не хотелось говорить с сержантом. Их ничего не связывало, и скоро они друг друга забудут. Насовсем. Вот только впереди у сержанта рутинная работа в захолустном военном подразделении, а у него – жизнь, полная приключений.       Из капсулы вылез человек в военной форме.       –В ваш аппарат заложили всё необходимое снаряжение. У вас паёк на две недели, воды на одну. Плащ-палатка, «Макаров» с четырьмя дополнительными обоймами, пара лимонок, разгрузка, сапёрная лопатка, запасной комплект радиоэлектроники к портативному приёмнику –всё это уже лежит в грузовом отсеке.       Эвон оно как! Даже кое-какой лут в дорогу выдали. Что ж, стартовый набор «искателя приключений на одно место» выглядит достойно. Огнестрельное оружие сильно ценится в далёкой-далёкой из-за своей редкости, так что за него можно будет выменять кредитов на неплохой бластер.       Женя закинул рюкзак с вещами в грузовой отсек и полез по трапу в жилой модуль. Мягкое кожаное кресло, в котором так удобно полулежать, заканчивалось «шапкой», про которую говорил док. Боец надвинул шапку на голову и целиком отдался созерцанию событий, образы которых он почерпнул из «войн клонов», комиксов и интернета.       -Думать об одном! – Голос доктора, раздавшийся из динамика, перебил мыслительный процесс.       -Чего? – раздражённо буркнул Евгений       -Зафиксируйте в памяти один момент из вашей фантастики и думайте о нём как можно сильнее! – раздался из динамика приятный женский голос – должно быть, ассистентка пожилого доктора.       «Об одном. Что ж, это можно». Солдат начал прокручивать в памяти сражение на Джеонозисе, тем более что помнил он его от начала и до конца почти полностью. Вот трёх диверсантов привязали к столбам, вот им на помощь подоспели двести двенадцать джедаев, вот из них осталось от силы пару десятков… С неба спускаются республиканские канонерки… Орды дроидов, клонов, техники и кораблей сошлись в сражении на пустынной равнине.       Зачем Женя старался попасть именно в эту мясорубку, он едва ли сам понимал. Возможно, просто яркий момент. Возможно, ему хотелось увидеть всю войну клонов своими глазами от начала и до конца…       Тем временем капсула осветилась снаружи ксеноновыми лучами, послышался еле уловимый звук соприкосновения колёс с рельсами… в течении десятка секунд капсула набирала скорость, а затем всё стало белым. Это продлилось лишь мгновение, после чего капсулу тряхнуло и вокруг стало темно. Отойдя от потрясения, испытатель подвинул к себе экран, выводящий изображение окружающего корабль пространства. Далеко-далеко тусклым светом сияли маленькие белые точки…              

* * *

             Шёл третий день пребывания молодого солдата в капсуле, хотя теперь она была для него скорее тюрьмой. Запасов еды и провизии ещё хватало, а вот терпения – нет. Евгению осточертела его лежанка, но он ничего не мог поделать – аппарат был слишком тесным. В основном он занимал себя тем, что таращился в небольшое окошечко в самом носу капсулы, хотя для этого и требовалось занимать очень неудобную позу. Капсула медленно, но постоянно вращалась, и Жене каждый раз открывалась новая панорама звёзд.       Мысли о том, что он попал куда-то не в далёкую-далёкую галактику, рассеялись к исходу первого дня. Хотя наш экспериментатор и знал физику на сорок три балла, его знаний было достаточно, чтобы понять: тем методом, которым запускали его капсулу, запустить что-либо в космос с Земли невозможно. Да и Земли поблизости не было видно. Значит, он был где-то за пределами нашего космоса. Где именно? Ответ напрашивался сам собой. Да, это не Джеонозис, но…       Был ещё один момент, объяснение которому наш герой найти не мог. Едва он отправился в своё путешествие, он почувствовал по всему телу странное ощущение – нечто среднее между щекоткой пёрышком, мурашками и слабым ветерком. За несколько дней он к этому чувству почти привык, но даже близко не мог предположить, с чем это связано.       Капсулу внезапно осветил яркий луч света. Женя быстро перевернулся и прильнул к окошечку. Увидел он там немногое. Почти сразу же ярко-белое свечение заставило его прикрыть глаза ладонью.       Немного спустя корабль повернулся к солдату боком, и он смог его чуть-чуть разглядеть. С одного взгляда он определил его модель – крейсер типа «Гозанти», хотя и сильно модифицированный, с установленными по бокам дополнительными ангарами медленно разворачивался одним из них в сторону привлёкшего его внимание объекта.       Через какое-то время раздался ощутимый бух, испытателя тряхнуло и в окошке показался тусклый свет красной лампы, не справлявшейся с предоставленным ей обширным пространством. Женя заранее подготовился к выходу – в надетую на нём разгрузку он положил «Макаров» с двумя обоймами, гранату, мобильник и зарядку к нему – вдруг на корабле есть розетки. На телефоне хранилось чуть-чуть заряда, а информация по лору вселенной была очень важна в сложившейся ситуации.       Экран, выводящий изображение внешних камер, показал, как захлопнулись стенки ангара и к его аппарату стали стекаться люди. Ну, как люди – разумные с различными рожами, имевшие на головах хвосты, шерсть или чешую. А самые разумные – шлемы.       Решив не медлить, наш герой распахнул дверь (хотя скорее это была крышка, ибо располагалась она в верхней части корабля) и вышел наружу. Ангар наполнился гулом голосов на непонятном языке, его обитатели попятились назад, вскидывая оружие. Женя спрыгнул вниз и решительно направился к своим спасителям. В том, что их знакомство удастся, он не сомневался.       Полутьму ангара осветил синий блин, и незадачливый экспериментатор грохнулся на пол у основания своей капсулы.              

* * *

             Пленник очнулся в полутьме тюремной камеры, и первое, что он почувствовал – так это усиленное действие «щекотки». Дрожь охватывало всю поверхность тела без исключения, в некоторых местах даже вызывая ощущение лёгкого зуда. Однако стоило ему поднять голову, как увиденное заставило его забыть про свою проблему. Перед ним, положив ногу на ногу, в кресле сидел самый настоящий викуэй. Его толстая кожа на лице, по виду граничащая с чешуёй или песчаной коркой, словно слоем грима скрывала любую мимику.       Вскочив, Женя огляделся и обнаружил рядом с викуэем небольшой столик, на котором были выложены его пожитки: харчи, огнестрел, рюкзак, граммофон-приёмник с набором запчастей к нему и мобильник. Рядом возвышалась бочка, в которой в капсуле хранилась питьевая вода – тоже с его корабля.       Переведя взгляд на гуманоида, потом на стол, потом снова на гуманоида, Женя криво улыбнулся(потому что ситуация была совсем не радостная) и нерешительно помахал рукой. Сидевший до этого момента смирно викуэй с любопытством посмотрел на него и на одном дыхании выпалил длинную тираду. Судя по интонации, это был какой-то вопрос, однако пленник не понял ни единого слова. Неуверенно пожав плечами, Женя начал лихорадочно соображать что делать. Идея была на поверхности: он подошёл к решётке, показал пальцем на столик и обвёл руками в воздухе прямоугольник.       Викуэй слегка сдвинул брови(наверное, толстая кожа не позволяла сильно) и приблизился к столику. Взглянув ещё раз на пленника, он хмыкнул и ткнул пальцем в ящик радиодеталей. Заключённый помотал головой. Гуманоид хмыкнул ещё раз, уже протяжнее, и ткнул пальцем в коробку с сухпайком, конфискованную у Евгения. Тот опять помотал головой. Викуэй нахмурился, секунду-другую завис над столом, а потом ткнул пальцем в телефон. Женя радостно закивал и показал большой палец вверх. Викуэй, в свою очередь внимательно осмотрел глазами мобильник, потом что-то рявкнул и к нему со всех ног побежало(или поехало) весело бибикающее ведро на трёх опорах. Обладатель астродроида поднёс телефон к его камере. Робот пиликнул, после чего спроецировал из своего визора голубую сеточку и быстренько прошёлся ей по внешнему корпусу телефона. Издав своё неизменное «биби», он спроецировал в воздух голубые символы ауребеша в десяток строк. Некоторое время гуманоид вчитывался в текст, потом грозно сдвинул брови и что-то спросил у дроида. Получив в ответ утвердительный бибик, он покосился сначала на дроида, потом на пленника и отдал последнему телефон.       Протянув руку через решётку, заключённый схватил прибор и быстро-быстро разблокировав его, стал искать недавно скачанную картинку. Преуспев, он просунул руку между прутьями, после чего поманил викуэя к себе четырьмя пальцами свободной руки. Тот сощурил глаза, вглядываясь в текст на экране, после чего посмотрел на пленника с толикой заинтересованности. Женя сам взглянул на картинку, и только тут до него дошло, что она переводила буквы ауребеша на английский. Не то что бы с английским языком у него было всё совсем плохо – стабильная четвёрка в годовой на протяжении многих лет – но вот свободно изъясняться он всё же не умел. Что ж, с чего-то надо начинать.       Евгений поднял телефон повыше, чтоб викуэю было видно, и ткнул пальцем в «херф»(английскую «h»). Последовательно он провёл пальцем ещё до четырёх букв, так, что на выходе получилось «hello». Гуманоид, уже не в силах скрывать удивление, смотрел на него некоторое время, а потом кивнул головой. Женя поспешил продолжить общение. За десять минут викуэй узнал о своём пленнике, что его зовут странным именем, что тот путешественник, что он не умеет говорить на общегалактическом, что он летел на Джеонозис и что ему надоело сидеть в клетке. Немного подумав, викуэй всё же согласился выпустить его.       Выйдя из камеры, Женя как следует потянулся и огляделся. Они, без сомнения, находились в трюме корабля, а вокруг были такие же камеры, в которой сидел он – штук шесть в ряд с каждой стороны.Его сопровождающий плюхнулся в кресло, оставив недавнего пленника оглядывать помещение в поисках чего-нибудь для присесть. Не найдя достойного кандидата на эту роль, Евгений похлопал по воображаемой планке ладошкой. Хмыкнув, его сосед по трюму спросил: «chard?» и, углядев на лице парня недоумение, достал из-под груды хлама белый левитационный контейнер, поставил перед собеседником и уже более утвердительно описал его как «chard». «Chard» - повторил за ним Евгений.       Теперь Женя предложил своему собеседнику самому взять телефон и что-нибудь сказать. Тот взял девайс, с любопытством повертел в руках и начал водить по экрану толстыми пальцами, когда аппарат бибикнул и показал на экране лого компании-производителя. Викуэй удивлённо уставился на бывшего пленника. Тот пожал плечами и, поводя вокруг глазами, поднял валяющуюся на полу энергоячейку. Гуманоид встал, положил телефон в мешочек на поясе, рявкнул «poder» и направился к выходу. Сидящий на ящике парень изобразил на лице удивлённую гримасу и огляделся по сторонам, но остался сидеть на месте. Викуэй обернулся, подошёл к своему спутнику, схватил его за руку и потащил за собой.       Поднявшись на два уровня вверх, они вошли в заваленную хламом комнату, в центре которой сидел сгорбленный салластианец с портативным паяльником. Викуэй подошёл к нему сзади и молча уставился на его творчество. Инженер перестал паять, опустил руку с инструментом, вздрогнул и тихо обернулся. Нависающий над ним гуманоид протянул ему телефон и что-то гаркнул. Салластианец удивлённо уставился на прибор в его руках, отчего его и без того большие чёрные глаза ещё больше расширились. Он что-то быстро пробормотал, после чего викуэй засунул ему в другую руку энергоячейку, которую Женя нашёл в трюме. Покачав на ладони аккумулятор, он опять быстро проговорил что-то на своём языке и направился к верстаку в левой стороне комнаты. Взяв в руки кусок провода, он вставил один его конец в энергоячейку, а второй раскроил на два полюса и подсоединил к телефону. Источник питания изобразил на своём корпусе сине-зелёное свечение и радостно закурлыкал. Салластианец вытащил провод из разъёма и передал мобильник викуэю, после чего тот перекочевал к Жене. Женя не сразу опомнился после увиденной картины, и ему потребовалось с полминуты на то, чтобы нащупать и зажать клавишу питания. Телефон завибрировал и вывел посередине экрана надпись «100%» с зелёной батарейкой.       Из мастерской они направились не в трюм, а в каюту викуэя. Видимо, он решил, что его спутник не представляет опасности и перестал напрягаться от каждого необычного действия паренька. Впрочем, Евгений не делал ничего, чтобы не оправдать возложенных на него ожиданий.       В каюте они продолжили затеянный в трюме разговор. Тут Женя столкнулся с тем, что не до конца понимает своего собеседника: викуэй владел языком достаточно свободно, а путешественник знал лишь тот набор английских слов, что ему дали в школе. К тому же их, приходилось пропускать через единственный возможный в их ситуации переводчик на ауребеш. С грехом пополам викуэй поведал ему, что он капитан судна контрабандистов, которое держало курс с Рилота на Фоллин, а далее на Ланник. Звали капитана Рур Галсо. Корабль – крейсер «Гозанти» в транспортной комплектации – был подбит в перестрелке, и потому летели они на резервном гипердвигателе 8 класса. Когда Рур закончил рассказывать свою историю, Женя попросил научить его базовым словам общегалактического. До вечера они повторяли, как произносить «еда», «существо», «корабль», «планета» и т.д. Под конец своеобразного урока паренёк уже клевал носом, и Рур потащил его в незанятую каюту. Едва коснувшись спиной койки, путешественник тут же отключился.              

* * *

             – Смотри чего тут есть! – молодая тви-лечка вылезла из груды хлама, держа в руке голову протокольного дроида.       – То, что надо – флегматично ответил Рур. – Деб, сможешь запустить?       Салластианец что-то быстро-быстро пробормотал, схватил голову дроида, вздохнул и скрылся в лифте.       – Капитан, зачем это всё? – спросил человек в поношенных доспехах. – это как-то связано с тем кораблём, что мы приняли на борт?       – Да, связано – спокойно ответил викуэй. –лететь ещё неделю, а со скуки подыхать не хочется. Но тут на нас свалился паренёк, полный загадок. Мы с ним вчера болтали – так он сколько всего знает! Да и надо ему помочь язык подтянуть, а то он на общегалактическом совсем ни гугу.       – А на каком языке он говорит? – поинтересовалась тви-лечка.       – А ещё бы я сам знал. – ответил Рур. – я даже не понял, с какой планеты он прилетел, если честно. Так что думать нам над этим явлением ещё всю дорогу, господа.       – Ууу, терпеть не могу думать… – стукнул вибросекирой об пол громила-деваронец.              

* * *

             Женя очнулся в незнакомом монотонно-сером помещении и хотел уже начать в панике бегать по комнате, как в голову ударили события минувшего дня. Вспомнились своеобразные переговоры с не в меру уравновешенным для своей профессии гуманоидом, предшествующая посадка на борт корабля, промелькнула пара слов из общегалактического, которые он не успел забыть со вчерашнего. Голова раскалывалась, как после пьянки, хотя ничего такого вчера не произошло – наверное просто не привык к обстановке.       Едва он поднялся на кровати, в каюту влетел викуэй, рявкнул «poder»и потащил его за руку вон. Они дошли до трюма корабля, где их уже ждала остальная команда: тви-лечка в лётном комбинезоне, закованный в доспехи человек со внушительным бластером на поясе, низенький салластианец в разгрузке бортового инженера и двухметровая груда мышц, засунутая в тело деваронца. А между членами этой разношёрстной компании стоял на плоской стамине компьютер с торчащими вокруг проводами и подключённой к нему головой протокольного дроида.       Женя лихорадочно соображал, что делать. Его новые друзья наверняка думают, что при помощи данной приблуды смогут спокойно с ним общаться. Что ж, их ждёт глубокое разочарование. И как бы это разочарование не вылилось в проблемы для него…       Тем временем капитан сделал жест рукой, как бы приглашая его начать диалог с машиной. Путешественник смущённо выкинул руку в приветственном жесте и сказал: «Здравствуй, дроид!». Тот замигал глазами, в системнике мелькнула искра, и из нутра головы раздалась хриплая речь. Пару секунд царило молчание, потом присутствующие начали проявлять реакцию. Инженер, как ответственный за данный продукт своего полёта фантазии, выпучил глаза ещё сильнее, чем вчера, когда только увидел телефон и начал быстро-быстро изрыгать ругательства. Викуэй развёл руками в стороны, как бы иллюстрируя своим видом: «Я же говорил!». Тви-лечка выразила на лице нескрываемую заинтересованность. Броненосец снял шлем, под которым скрывалось смазливое лицо молодого парня, чтобы убедиться в правдивости изображения с визоров. И только деваронец презрительно посмотрел на дроида, после чего отложил секиру, плюхнулся на пол и отвернулся.       Следующие семь дней пролетели как один. Экипаж корабля не мог поверить в то, что протокольный дроид мог не знать языка, на котором говорит разумный, да к тому же человек, и буквально засыпали его вопросами. Только деваронец сидел в углу весь понурый – с ним у Жени как-то сразу не задалось общение.       Основной запас слов общегалактического путешественник освоил за три дня, что не удивительно – данный язык тысячелетиями шлифовался в сторону простоты и удобства. Дальше его друзья по мере сил поправляли ему грамматику, но, так как сами не были в этом деле знатоки, объяснить толком что к чему не могли. Только общие правила, что это-де так не произносится, а надо по-другому. Евгений успел рассказать им очень многое о своей планете, и разношерстная команда не знала, чему дивиться больше: тому, что этой планеты нет на карте, тому, что при низких по меркам остальной галактики технологиях она имеет огромную армию и запас ядерного вооружения, или тому, что они встретили представителя такой нетипичной планеты.       Парень тоже черпал знания об окружающем мире. С одним из первых же разговоров он понял, что на Джеонозис уже не попадёт –вокруг царила эпоха империи. «Видимо, доктор с немецким акцентом чего-то напутал с расчётами, и в итоге я не попал на арену Петранаки ни по времени, ни по местоположению». По словам его новых друзей, злобный имперский флот вот уж двенадцать лет не даёт им нормально заниматься контрабандой. «Ага, девятнадцатого дбя империя появилась, с тех пор двенадцать лет прошло – значит сейчас седьмое дбя на дворе».       Только с громилой-деваронцем путешественник подружится так и не смог. Как понял Евгений по словам остальной части команды, бугай был очень замкнут с незнакомыми людьми и потому стремился вернуть команде корабля тот состав, который она имела до принятия на борт непонятной капсулы.       В итоге, когда корабль подлетал к Фоллину, деваронец в ультимативной форме потребовал высадить путешественника и оставить его там. Данное высказывание чуть не закончилось ссорой между членами экипажа, но Женя, не желая быть тому причиной, согласился добровольно покинуть их дружный коллектив, попросив, однако, оставить ему капсулу, в которой он прилетел. «На кой хатт она тебе?» - спросил викуэй под удивлённые взгляды остальных. От необходимости оправдываться Евгения спас громила. Обрадовавшись, что команда останется в старом составе, он заявил, что самолично выкинет капсулу из трюма.       Вот и настал день, когда они прибыли в пункт назначения. После десяти минут прощаний и наставлений путешественнику удалось покинуть трюм вслед за капсулой, которую сбросили в лес недалеко от столицы Фоллина. Покалывание по всему телу, к которому он успел привыкнуть на корабле, начало действовать ещё сильнее.              

* * *

             Шёл седьмой день его скитаний по городу. Еды уже начинало становиться впритык, и потому Женя, переступив через громко орущую совесть, начал подворовывать фрукты и прочую снедь на рынке. Положение бездомного скитальца нравилось ему всё меньше и меньше. С гнетущим чувством ностальгии вспоминал он время, проведённое на подобравшем его корабле.       Сегодня мелкому воришке особенно повезло: хозяин местного «военторга» решил отлучиться по своим делам прямо когда Евгений проходил мимо его лавки. Не воспользоваться таким шансом было просто преступно, и парень запустил ладонь в ящик с армейским сухпайком – длинными белыми протеиновыми батончиками, набрал полную горсть, а затем пустился на утёк прежде, чем кто-то из толпы успел опомниться. Убежав на приличное расстояние, он огляделся и спрятался за грудой контейнеров так, чтобы его не заметил приближающийся патруль штурмовиков, а затем снял со спины рюкзак и положил батончики в один из внутренних карманов.       Оглядевшись вокруг, Женя понял, что он в относительной безопасности и никто его не найдёт среди этих контейнеров, если только целенаправленно туда не полезет. Впервые за ту неделю, что он живёт на Фоллине, у него выпало время обдумать происходящее. Совершенно точно, он не так представлял себе жизнь в звёздных войнах. Последние семь дней он скорее выживал, чем жил. Понимая, что имеющийся у него паёк скоро закончится, он всеми силами старался отыскать себе дополнительное пропитание. Мейлураны и джоганы отлично шли в ход, но достать их было не так просто, и в итоге на поиск одного такого фрукта уходил целый день. «Портативный» прибор связи Женя продал какому-то старьёвщику в первый же день и выручил за него четыреста кредитов с мелочью. Эти деньги он решил приберечь на всякий случай – вдруг настанут времена ещё хуже – и на еду пока не тратил. Надо было решать, что делать дальше, иначе он рискует всю жизнь проторчать на этой зачуханной планетёнке, а ведь душа требует приключений – он как-никак в «Звёздных войнах». Мелькнула мысль податься в наёмники. Вернее, она сидела в его молодой макушке уже давно, просто он решил её обдумать только сейчас. Вспомнилась кантина со всяким сбродом к югу от центра города. Женя не раз видел, как туда заходили вооружённые до зубов люди. Имперские же солдаты сторонились этого квартала. Да, если и есть у него шанс на приключения – то он только в этой забегаловке. Однако попасть туда та ещё морока. Если там и правда околачиваются наёмники, надо как-то себя у них зарекомендовать, иначе они ни во что его ставить не будут. Путешественник напряг соображалку в попытках придумать что-то такое этакое. «Завалиться туда в наглую и просто взять заказ?» – «Нет, не поймут». «Принести что-то стоящее на продажу?» – «Хм». «Драгметалл?» – «Да откуда?». «Оружие». «Где взять?» – «Хм, поблизости полно имперцев». Кажется, уже слышно, как закипает мозг. Ну же, думай голова, как спереть у имперцев оружие. Кадр из мультсериала – Спектры угоняют спидербайки с привязанными к ним ящиками. А вот кадр из реальной жизни – мимо Жени проносится два штурмовика на спидерах. И это здесь, на Фоллине. Цепочка замкнулась. Надо просто угнать спидербайк с ящиком. В ящике обязательно будет что-то ценное. Вот только надо как-то справится с пилотами. Его «Макаров», который он всегда носил при себе, тут не подойдёт – бабах от него будет слышен на весь город. Значит, нужен бластер. Осталось его найти где-то. Или украсть – не важно. Важно только то, что он идёт вперёд, навстречу приключениям.       Женя поднялся с ящиков и отправился по направлению к мостовой. Его глаза наткнулись на имперский конвой, который состоял из бронетранспортника K79-S80 и сопровождающих его солдат. А параллельно ему шла процессия в балахонах. Путешественник так залюбовался конвоем, что не сразу заметил те странности, которые промигали имперцы. Возможно, он бы совсем не разгадал надвигающуюся опасность, если бы не видел такого раньше. Сердце застрочило в груди как автомобильный мотор. Женя бросился назад за ящики, опрокинул стоящую выше остальных тройку так, что получилось неплохое укрытие. Ящики издали сильный грохот – достаточно сильный, чтобы привлечь внимание патруля.       – Какого хатта там происходит? – рявкнул штурмовик из эскорта, после чего подтолкнул товарища вдвоём направиться к ящику. Сердце заколотилось ещё сильнее. Женя достал из-под куртки «Макаров» и сейчас крепко сжимал его в ладони. Если повезёт, этих двух он перестрелять успеет, а там…       Громкий вопль прошёлся по улице, а вслед за тем в бронетранспортёр полетело три гранаты с крыши здания, у подножия которого сидел Евгений. Раздалось три мощных взрыва, земля под ногами качнулась, и на дальней стороне улицы послышались выстрелы. Один из ящиков упёрся Евгению в коленку – взрывной волной в него отбросило имперского солдата. Отодвинув один ящик, он осторожно выглянул, а затем ползком вылез из-за укрытия. «Это хороший шанс себя проявить»              

* * *

             Ювуд Гор был членом партизанского отряда Со Герреры с того самого момента, как Галактическая Республика была реформирована в Империю. Они познакомились на Ондероне, где Ювуд и встал на путь борьбы с Империей. С тех пор прошло целых двенадцать лет. За это время он успел стать настоящим профессионалом в деле истребления штурмовиков.       Нападение на конвой было хорошо спланировано – всё-таки у Со был огромный опыт проведения рейдовых набегов, однако именно сегодня всё пошло не по плану. Пять имперских солдат, которых должен был взять на себя Ювуд, ни с того ни с сего решили разъединиться. Двое направились ко внезапно упавшим ящикам, из-за чего Гор не смог перебить их всех в первые секунды боя. Сразу же после того, как партизаны раскрыли свои истинные намерения броском гранат и вытаскиванием винтовок из-под балахонов, Гор успел застрелить двоих, однако третий смог залечь за укрытием – развороченным куском металла. Боец успел оббежать штурмовика и расстрелять его сбоку, однако в этот момент почувствовал, как что-то врезалось в наплечник. По наитию он ушёл в кувырок и очутился рядом с тем же куском металла. Тут ему пришлось пригнуться – иначе бластерный болт прилетел бы ему в лоб. Упав на землю, он перекатился через бок, уворачиваясь от следующего выстрела и впечатался плечом в другой кусок металла. «Конец» - промелькнула в голове мгновенная мысль. Та доля секунды, что штурмовик потратил на прицеливание в лежащего, загнанного в угол повстанца, показалась вечностью. А затем произошло две неожиданные и, на первый взгляд, невозможные вещи: первое – раздался мощный бабах, как от гранаты, но взрыва за ним не последовало. Второе – из-за спины штурмовика брызнула кровь, а сам он пошатнулся и начал падать вперёд. Ювуд воевал очень долго, но кровь ему приходилось видеть нечасто – бластеры не оставляют открытых ран. Его передёрнуло.       Штурмовик упал лицом вниз, недолетев менее полуметра до повстанца, и открыл вид на фигуру молодого юноши, вытянувшего руку с… да, это был огнестрельный пистолет – из его дула сочилась небольшая струйка дыма. Большая редкость, надо сказать – в галактике огнестрельного оружия осталось не так много, а то, что есть – давно растаскано по коллекциям богатеньких обывателей, которые не могут придумать грамотного применения своим финансам.       Паренёк, застреливший штурмовика, стоял столбом с вытянутой перед собой рукой. Его глаза были широко открыты, он пытался поймать ртом воздух – и не мог. Ювуд вспомнил своё состояние после того, как первый раз убил разумное существо. Оно было немногим лучше. Боец поднялся, схватил юношу за корпус и похлопал по спине. Тот опустился на четвереньки и блеванул на асфальт.       Ювуд оглядел поле боя. Партизаны добивали имперских солдат и вытаскивали из транспортника контейнеры с грузом. Его внимание привлёк труп штурмовика, лежавший в метре от него. Пуля из огнестрела попала точно между шлемом и кирасой. «Меткий выстрел». «С другой стороны, с такого расстояния было сложно промахнуться».       – Сворачиваемся – раздался голос Со Герреры.              

* * *

             «Как же хреново…». Женя и оглянуться не успел, как очутился на базе повстанцев. После того, как он убил человека, с ним произошло страшное… как будто что-то сломалось внутри. Было плохо. Голова раскалывается до сих пор. Первую половину пути его поддерживал тот повстанец, ради которого он и пошёл на этот отчаянный шаг, а вторую он прошёл в беспамятстве.       По пришествии на базу путешественника усадили за измызганный каменный стол, который, возможно, служил партизанам в качестве обеденного. Его обступила достаточно пёстрая компания, среди которых Женя узнал непосредственно Со, Джин Эрсо и того бойца, что он спас. Рядом мелькали лица, знакомые по «Изгою-один», но вспомнить их имена он не мог. Геррера был таким… В общим именно таким, каким Евгений его знал, и никаким другим. Почему это так произошло, он и сам понять не мог. Внешность повстанческого лидера была более близка к версии из «Повстанцев» – он уже носил нагрудный барокостюм, но растительность на лице пока ограничивалась короткой бородой по всей нижней челюсти. Джин была тоже как из фильма, но будто менее грозная, что ли. И более молодая. Сколько ей сейчас? Если её бросили за пять лет до событий фильма и тогда ей было шестнадцать, то сейчас семь лет до событий фильма, стало быть, ей четырнадцать…       – Ювуд, расскажи нам, зачем ты его сюда привёл? – раздался повелительный голос Со.       – Он спас мне жизнь и убил штурмовика – ответил тот       – Ты хочешь, чтобы он к нам присоединился? – спросил Геррера.       – У нас не так много людей, чтобы отметать новобранцев – сказал Гор.       – Он совсем не умеет сражаться – высказался Стейвен.       – Научим – парировал Ювуд.       – Со Геррера – прохрипел Женя. Голова у него начала раскалываться ещё сильнее. – Зачем вы здесь?       – Откуда ты знаешь моё имя? – встрепенулся лидер партизан.       – Я много чего знаю – буркнул тот.       – Тогда может ты ещё и знаешь, что происходит на этой планете, хатт её подери?       – А?       – Мы видели много раз, как имперцы забирали местных жителей без каких-либо на то причин и увозили на транспортёрах. – сказал один из партизан.       Женя изо всех сил напряг мозг(ту часть, которая работала в его состоянии) и закатил глаза от напряжённой умственной деятельности. Через полминуты память откликнулась на запрос и выдала кое-что интересное.       – На Фоллине находится имперская лаборатория по производству биологического оружия.       Повисло молчание.       – Что ж, это объясняет если не всё, то многое. Безусловно, Империя не остановится ни перед чем ради достижения своих целей. Осталось понять, что они делают с гражданскими.       – Они похищают местных жителей? – спросил Женя       Партизаны согласно закивали.       – Ты знаешь, зачем? – навис над ним Со.       – Нет. Хотя… Фоллинцы вырабатывают мощные феромоны, не уступающие по уровню воздействия зелтронским. – ответил Евгений. – Это лишь теория, но другое объяснение найти сложно…       – Звучит разумно – ответил Со. – Хотя всё равно странно, даже для Империи.       Женя пожал плечами, словно показывая, что на этом его полномочия в данном вопросе исчерпаны.       – Все свободны – объявил Со. – Ювуд, мальчик на тебе.       Боец уселся за столик рядом с Евгением       – Ну, рассказывай!       – Что именно? – хриплый голос юноши вгонял в уныние.       – Для начала, откуда у тебя огнестрел?       – Сержант выдал. – ответил Женя и тут же понял, какую глупость сказанул.       – Чего?       – Да не бери в голову. Ну есть он у меня и всё, не спрашивай откуда. – Парень был не в том состоянии, чтобы выдумывать правдоподобную легенду.       – Можно посмотреть?       Женя вытащил из складок одежды пистолет и протянул его бойцу. Тот потратил несколько минут на изучение оружия и вернул владельцу.       – Раритет, конечно, но много с ним не навоюешь.       Хозяин пистолета молча кивнул.       – Пойдём подыщем тебе бластер.              

* * *

             Стейвен стоял у кладовки, облокотившись плечом на дверной проём.       – А, ведёшь нашего воинственного молокососа? – лениво бросил он приближающейся парочке. – Из чего ж ты того штурмовика-то убил, воин?       – Чего пристал? – с металлическими нотками в голосе ответил Ювуд.       – Зря ты за него взялся. – растягивая слова, проговорил тот. – Не выйдет из него бойца.       Гор остановился и взглянул Стейвену прямо в глаза.       – Не всё тебе зелень воспитывать – сказал он и потащил за собой Женю.       – Моя хотя бы воевать умеет – бросил им вдогонку партизан.       Кладовка не изобиловала снаряжением, которое помимо разнообразного поношенного тряпья составляли трофейные имперские бластеры и ящики со взрывчаткой в количестве двух штук.       – Винтовки Е-11. – Мгновенно определил Женя.       – Ага… – Протянул Ювуд. – Мощная дура, надо сказать.       Затем он зачерпнул из ящика два термальных детонатора и протянул один пареньку.       – Гляди сюда. Вот этот ползунок сдвигаем вниз, загорается красная лампочка, и можно кидать.       Евгений только молча кивнул. Он, конечно, раньше в живую не видел термальных детонаторов, но не разобраться с ними сложно – там всего одна подвижная часть.       – А теперь – Ювуд назидательно поднял палец вверх. – В тир!              

* * *

             Следующие два дня пролетели незаметно за тренировками. Ювуд Гор оказался отличным учителем: он гонял Женю в тире целый день, а когда винтовка перегревалась, показывал ему приёмчики ближнего боя.       Но у партизан наметилась новая вылазка. Геррера решил обойтись малым отрядом и взял с собой на задание человек шесть, среди которых был и Ювуд. Остальные остались на базе. Надо сказать, за тренировками путешественник совершенно не успел познакомиться с остальными партизанами, и теперь, когда наставник не мог его тренировать, ему предстояло попытаться найти с ними общий язык. Признаться, он этого несколько опасался. Всё-таки в отряде Со были не совсем обычные повстанцы, а матёрые головорезы, хоть и объединённые единой целью – борьбой с Империей. И как они отнесутся к нему, зависит от него самого. Ещё и этот придира… Чем же ему Евгений так насолил?       – Глядите, нас соизволил посетить великий воин! – продекламировал Стейвен под дружный хохот остальных. – Много штурмовиков настрелять успел?       – Привет, ребята! – решительно помахал рукой Женя, чувствуя, как его решимость стремительно угасает.       – Как успехи на поле брани? – Стейвен встал из-за стола и направился к нему. – Я смотрю ты даже трофей принёс, м? – он попытался вырвать из рук Жени винтовку, но тот вцепился в неё намертво.       Пересилив новобранца, Стейвен поднял винтовку на уровень своей груди и пробежался по ней глазами.       – А что, Ювуд не научил тебя правильно заряжать оружие, а? Или он сам не умеет?       Женя готов был вытерпеть какие угодно нападки от Стейвена на него самого, но не на своего наставника. Ведь его даже рядом нет, и это так подло! Вот мразь! Нельзя же так! Парень почувствовал прогрессирующее желание прикончить того на месте. Он поднял голову и взглянул прямо в глаза своего обидчика. Тот смеялся заливным смехом. В другой ситуации Женя посчитал бы такой смех красивым, но не сейчас. Сейчас ему хотелось причинить Стейвену боль. Сильную и жгучую. Накопившаяся в груди ярость начала стремительно выходить наружу и, проходя через кожный покров его тела, соединилась с непрекращающимся покалыванием. Комбинация двух этих чувств переросла в дрожь по всему телу, а затем… С лица Стейвена не успел сойти последний смешок над собственной шуткой, когда он согнулся, оторвался от земли и грохнулся на пол.       Всё разом закончилось: на миг не стало ни Стейвена, ни покалывания. Но лишь на мгновение. Лёгкая-лёгкая щекотка вновь обдула Женино тело, затем Стейвен сделал попытку подняться, а зал огласил крик десятков разумных:       – Лови джедая!