Во тьме...

Гарри Поттер уверенно поднялся в кабинет директора Дамблдора. Зайдя, семикурсник уселся напротив мага, вопросительно подняв бровь. За эти два года Поттер сильно изменился. Сначала Дамблдор считал, что это последствия смерти Сириуса. Но и сам Гарри подтверждал — он не горевал по Сириусу, он не горевал по Лили и Джеймсу, он не горевал по Седрику. Он вообще не горевал. На вопросы «почему?» отвечал «Я их отпустил», на вопросы «что дальше?» говорил «я не знаю…» и шёпотом прибавлял «… и знать не хочу». Директор был обеспокоен изменениями в своём подопечном. Это напоминало ему о событиях 28-го года. Так не хотелось вспоминать это, но странная штука судьба — все время норовит посмеяться над ним. — Что с тобой происходит, Гарри? — с выдохом спрашивает директор. — Что с тобой творится, Ньют? — Профессор? Вы о чём? Со мной всё нормально…- заинтересованный взгляд Поттера скользит по лицу старого мага. — Со мной, директор? Со мной всё прекрасно… О нет. Дамблдор настойчиво продолжает верить, что судьба-злодейка смилуется над ним и не допустит повторения тех событий. Гарри немного нервно облизывает нижнюю губу. — Тебя не беспокоят старые раны? Лили, Джеймс, Сириус? — Дамблдор с интересом наблюдает за парнем, но натыкается лишь на равнодушие. — Раньше ты так остро реагировал на упоминания о них… — Я отпустил их, профессор. Вы это уже знаете. — По моей вине умер когда-то близкий мне человек… Я всё ещё не могу отпустить. — Они умерли не по моей вине, — с серьёзным взглядом возразил Поттер. — Это война. На ней умирают. Если хотите выставить виноватого — возьмите себя! Они поднимаются и неспеша идут к запретному лесу. Дамблдор всё продолжает смотреть на эмоции парня, но его лицо закрыто равнодушной маской. На какой-то опушке он садятся на поваленное дерево и смотрят на траву. — Ты ошибаешься, мальчик мой. Ты совершаешь огромную ошибку. Гарри недовольно смотрит на старого волшебника и отворачивается. Повисает неловкая пауза. Дамблдор оглядывает поляну, на которой они находятся. Воспоминания накрывают его волной. — Ты ошибаешься, Ньют, мальчик мой. Ты совершаешь ошибку. — старик с деланным беспокойством смотрит на парня. — И все же, это мой выбор, директор. — Но ты можешь всё исправить. Во Франции видели Криденса. Нужно помочь мальчику. — Вам нужно, вы и помогайте! Я отказываюсь во всём этом участвовать. — Ньют негодовал. — Тебе пора выбрать сторону, мой мальчик. Без этого никак. — директор упёрся взглядом в собеседника. — Да что вы все заладили, вы, министерство: «выбери сторону». Хорошо. Я еду во Францию, раз без этого никак. — Ньют устало вздохнул. А потом ему начали приходить письма с воспоминаниями. По одному письму в неделю. И в каждом – кусок какого-то воспоминания. //… Персиваль Грейвс, связанный, стоит на коленях перед аврорами. Сзади Ньют, Тина, Куини и Якоб. Ньют направляет палочку на «Грейвса» с какой-то болью в глазах. С болью и безысходностью. — Ревилио. — личина Персиваля Грейвса спадает и пред всеми предстаёт Гриндевальд. — Думаете, вы сможете удержать меня? — вкрадчивым шёпотом интересуется тёмный маг. — Мы постараемся, мистер Гриндевальд, — отвечает ему девушка-аврор. Двое мужчин поднимают Гриндевальда с колен и уводят. Они проходят прямо мимо стоящего у стены Ньюта и останавливаются рядом. Ньют подавлен, но никто на это не обратил внимание. Разве что тёмный маг, но он не подал и виду. — Всё мы когда-нибудь умрём. — сказал Геллерт, глядя на Ньюта. — Прости… — одними губами ответил парень. Гриндевальда увели… // Шокированный Дамблдор откинулся на спинку стула, обдумавая увиденное. Через неделю пришло новое письмо. //… — Так ты это задумал! Почему ты не предупредил меня? Ньют взволнованно ходил по комнате, с негодованием смотря на мужчину. — Я же реально думал, что самолично сдал тебя в лапы авроров! Ты представляешь себе, что я чувствовал?! — Успокойся, мотылёк, остынь. Я просто хотел посмотреть на твою реакцию, твои эмоции. — Реакцию? Эмоции? А обо мне ты подума…? — Геллерт заткнул Ньюта поцелуем. — Остынь. — отстранившись прошептал он… // После этого воспоминания Дамблдор был в ещё большем шоке. Но на следующей неделе пришло ещё одно письмо. //… Та же самая комната, что и в прошлый раз. Геллерт сидит за столом, Ньют у него на коленях. — Он сказал, что я совершаю ошибку. Я сказал, что так не думаю. А потом меня решили отправить во Францию со словами «выбери сторону. Без этого никак.». Что ж, я согласился ехать. И сторону я выбрал, — он поцеловал Геллерта. — У меня во Франции сбор будет. Там публично присоединишься ко мне. Хочу, чтобы все знали, что ты только мой. Гриндевальд самодовольно улыбнулся, а Ньют засветился счастьем… // Что ж, Ньют отлично отыгрывал свою часть. Дамблдор даже не обратил внимания на это, во время разговора с юношей. //… Большое помещение. Вокруг много сторонников Гриндевальда. Он предлагает аврорам присоединиться. Синее пламя. Остаётся совсем мало людей. Среди них Тина, Ньют, Якоб, Тесей с аврорами, Куини, Лита Лестрэйндж. — Ньют? Ты долго там стоять будешь? Я ожидал увидеть тебя одним из первых. — Гриндевальд смотрел прямо на молодого человека. Все друзья Ньюта стояли в шоке. — Не хотел шокировать общественность, Геллерт. — Ньют проходит сквозь синее пламя и останавливается рядом с Тёмным магом. Куини, Якоб, Лита и Тина в полном шоке. Они неверяще смотрят на Ньюта. Геллерт распыляет свое синее пламя по всему помещению и аппарирует, держа Ньюта за талию…// — Не ожидали, Дамблдор? Из Тёмного угла вышел никто иной, как сам Геллерт, а рядом с ним стоял Ньют. — Геллерт? — Дамблдор выглядел уставшим. Они потом многое ему рассказали и аппарировали. Не обращая внимания на антиаппарационный щит Хогвартса. — Мне лучше это знать, профессор. — Дамблдор вздрогнул. Погрузившись в воспоминания, он забыл о Поттере, сидящем рядом. — Это не ошибка. Гарри встаёт и уходит. Этим вечером директор всё не мог уснуть, вспоминая последние слова, сказанные ему Геллертом и Ньютом. — Ты убьёшь его сейчас, Лерт? — Рано, мотылёк, рано. Но всё же, все мы когда-нибудь умрём. — Гриндевальд подошёл к окну. — Идём, нам пора домой. — Я выбрал сторону, профессор Дамблдор. И этот выбор не в вашу пользу. Ньют в последний раз взглянул на Дамблдора и взял Гриндевальда за локоть. Они аппарировали. Пир в честь завершения учебного года в Хогвартсе. Гарри Поттер и его однокурсники заканчивают седьмой курс и уходят из школы. В зал врываются Пожиратели смерти, во главе с красивым мужчиной лет 35. Всё испуганно замирают. Гарри Поттер встаёт со своего места и под кучей взглядов движется к Пожирателям. Встаёт рядом с лидером, взмах палочкой – и его школьная форма меняется на мантию Пожирателя, ещё взмах – и на его лице появляется серебряная маска. — Ну, что вы застыли? — вызывающе крикнул Гарри. — Поприветствуйте как подобает Тёмного Лорда Волдеморта! Всё в ужасе отшатываются от них на пару шагов. Недолгая битва, и вот все дети связаны по факультетам и сидят возле своих столов, профессора тоже обездвижены. Тёмный Лорд и Поттер стояли напротив Дамблдора. — Ты убьёшь его, Том? — поинтересовался Гарри? — Рано, любимый, рано. Всё-таки, все мы когда-нибудь умрём. — Потом обратился к Пожирателям. — Возьмите несколько пленных. Пять старшекурсников и двух учителей. Мы уходим. Гарри, идём. — Что ж, ещё увидимся, Дамблдор. Я выбрал свою сторону. И Пожиратели во главе с Томом и Гарри аппарировали. Директор развязал всех учеников и учителей и отправил их в свои комнаты. Даа, всё-таки судьба – та ещё злодейка.