Rippin Me Off

http://3.firepic.org/3/images/2013-08/11/jmjx5zt5paek.png Спасибо за обложку Michelle Youmans!

Любовь — это когда оба любят взаимно. Когда любит один — это болезнь.© Рэй Брэдбери

Твой двадцать пятый день рождения. Бали. Снятая отцом вилла. Множество веселящихся вокруг людей, большую часть из которых ты даже не знаешь. Но и плевать на это. Плевать на все. Твой любимый мужчина с тобой. Он вообще в последнее время идет с тобой по этой опротивевшей жизни рука об руку. Джонни Уокер. Усмехаешься, обнажая белоснежные зубы, и, поигрывая льдом в бокале, рассматриваешь виски на свет. Затем делаешь большой глоток и в блаженстве закрываешь глаза. От стакана к стакану становишься свободнее. Забываешь о всем, что было в прошлом. О том, каким человеком чуть не стала. Может быть, правы твои подруги, и все, что ни делается, все к лучшему? Даже та трагедия, что раздробила твою жизнь на две части. То, что было до. И то, что осталось после. Видел бы тебя сейчас твой респектабельный отец. Прилично пьяную, в откровенном бикини и полупрозрачном парео. В окружении накаченных парней модельной внешности. Наверное, его хватил бы инфаркт. Хотя нет. Отцу никогда особо не было дела, как живет его старшая доченька. Конечно, до тех пор, пока все эти гулянки не выплывут на всеобщее обозрение. Но они каким-то чудом все еще остаются в секрете. Ты и сама удивлена этому факту. Видимо, служба безопасности твоего папеньки на "отлично" справляется со своими обязанностями. Оглядываешься по сторонам и, не находя, как и обычно, и следа от крепких парней, приставленных к тебе, снова усмехаешься. Делаешь еще один глоток разбавленного лишь подтаявшим льдом виски. Твоих секьюрити практически никогда не видно на таких вечеринках, как эта, но знаешь, что они всегда рядом. Скучные дяденьки в таких же скучных, как и они сами, костюмах. Интересно, у тебя их столько же, как и у твоих сводных братьев, живущих с отцом в Америке? Чак и Гарри. Пятилетние близнецы и основные наследники корпорации отца. Дети его новой жены, которая и старше-то тебя всего лишь на год или полтора. Ты видела Кэролайн лишь раз в жизни, но этого было достаточно, чтобы понять - рассчитывать на внимание отца теперь, тем более, не приходится. Уж новая жена об этом позаботится. Но, по правде говоря, тебя это даже устраивало. Какое-то время, во всяком случае. Или же ты просто мастерски внушила себе, что подобное положение дел тебя устраивает. Настолько, что и сама в это поверила. К тому же, общаться нормально с отцом, искалечившим ваши с матерью жизни, ты тоже не можешь. Обычно говоришь ему много колкостей, а он все сносит. Холодно смотрит на тебя, словно на надоевшую ему до оскомины вещь, а затем просто оставляет очередной чек на крупную сумму и уходит. А ты ревешь, потому что лучше бы он наорал, залепил пощечину за откровенное хамство, но не откупался от вас. В очередной раз не откупался. И не игнорировал ту пропасть, что возникла между вами по его вине. Любимая и единственная дочка отца, ты вдруг в одночасье оказалась за бортом. Это было труднее всего осознавать. Потому что ты все еще любила его, но уже не могла пойти на попятную. Хотя бы из-за матери. Из-за ее нескольких попыток самоубийства и наивной веры в то, что отец одумается. Обводишь взглядом гостей и наконец находишь Ника. С ним ты познакомилась пару недель назад на Ибице. Делаешь глоток, наблюдая как он прижимается бедрами во время танца к какой-то незнакомой тебе молодой девчонке. Сука-карма. Рано или поздно тебя все променивают на кого-то. Более молодого. Более красивого. Не создающего проблем. В тебе нет уже той дикой ревности. Она больше не душит тебя. Перегорела вместе с выплаканными когда-то слезами. У тебя был хороший учитель, научивший отключать это чувство. Просто не обращать внимания на те вещи, которые не в силах самостоятельно изменить. Ревность больше не заставляет разбивать вдребезги подарки отца, кромсать ножницами купленные им в Европе дорогие наряды или гнать автомобиль на бешеной скорости по мокрому шоссе. Внутри тебя лишь пустота с легким привкусом горечи. От этого привкуса, пожалуй, труднее всего избавиться. Но он появился задолго до появления Ника. И никак не связан сейчас с его действиями. Салютуешь Нику бокалом, со скукой ловя его немного испуганный взгляд. Но он может не беспокоиться - ты не собираешься устраивать сцен. Этот смазливый парнишка сполна расплатился с тобой за потраченные на него немалые деньги. Чисто деловые отношения. Секс за деньги. Становится смешно от того, что ты докатилась уже и до такого. Но это безопаснее, да и честнее, чем просто цеплять на дискотеках смазливых парней. Тебе не нужны больше отношения, в нормальном смысле этого понятия. Тебе ничего больше не нужно. Обидно лишь за то, что когда-то ты была настолько наивна, что верила... Верила, что сможешь изменить свою жизнь. Остановиться. Забыть детские обиды. Забыть старую Кан Бо Ра. Ту девушку, прожигающую жизнь в праздном веселье на европейских курортах. Но всего лишь полтора года, проведенных в роскошном особняке в центре Сеула за стряпней и домашними хлопотами, доказали тебе, что ты ошиблась. В очередной раз ошиблась. Отворачиваешь от Ника, прикладывая прохладный бокал ко лбу и глядя на звездное небо. Как любовь так резко может превратиться в ненависть? Может, просто с тебя слишком резко слетели розовые очки? Или же наоборот ты слишком долго видела человека не тем, кем он являлся на самом деле? Твой самый страшный кошмар. Он запросто может вновь возникнуть в твоей жизни. Просто потому, что этого захочет по какой-то причине. Как всегда идеальный. Как всегда холодный и неприступный. И жестокий. Презирающий тебя до глубины души по какой-то, известной только ему одному, причине. Может быть из-за того, что ты любила его слишком сильно. Болезненно, одержимо любила. И поэтому затем так чудовищно разбилась о реальность. Ты все еще боишься увидеть его вновь, и поэтому не возвращаешься в Корею. Не можешь справится с этой своей слабостью по имени Чхве Сын Хен. Воспоминания о нем причиняют боль. Оглушающую. Такую, что хочется просто тупо завыть. Почему ты вообще вспомнила сегодня об этом ублюдке? Почему? Почему? Почему? Именно сегодня. Когда ничто не должно омрачать твой день. И эту жаркую ночь. Залпом допиваешь виски и отставляешь в сторону бокал. Направляешься к лестнице, ведущей на пляж. Тебя конкретно штормит, а мысли путаются. Пожалуй, сегодня ты переборщила с выпивкой, даже этого не заметив. Ветер развевает твои волосы, даря хоть небольшое облегчение от духоты, висящей в воздухе. Замечаешь как из тени выходит один из охранников. Показываешь ему рукой, что все в порядке, и бредешь к воде. Они знают, что ты не любишь, когда они находятся на близком расстоянии. Заходишь в воду по щиколотку и стоишь, наслаждаясь волнами, набегающими на тебя. Разводишь руки в стороны и поднимаешь лицо к звездному небу. - Пошел к черту, Чхве Сын Хен! - Орешь, наплевав на то, что тебя кто-то может услышать. В конце концов, это твою жизнь, а не их, этот хладнокровный монстр когда-то искалечил. - Рад, что все еще помнишь обо мне. Этот голос - низкий и холодный - узнаешь из тысяч. Он обволакивает тебя, путает мысли и на мгновение лишает воли. Замираешь, чувствуя легкую панику, а затем резко оборачиваешься. Так резко, что чуть не падаешь в воду. Сын Хен стоит на белоснежном песке, засунув руки в карманы брюк и чуть склонив голову вбок. Рассматривает тебя, словно невиданную прежде зверюшку, и снисходительно улыбается. Долбанный ласковый маньяк. Знаешь, что эта улыбка не сулит тебе ничего хорошего. Молодой человек может улыбаться, а уже через секунду причинять тебе боль. Сломать всего лишь парой фраз. Удивительный талант заставлять тебя трястись от страха одним лишь взглядом из-подо лба. Таким, каким он смотрит на тебя сейчас. Стараешься быть смелой, но это не так просто. Потому что сердце колотится на нереальных оборотах, а слова застревают в горле. Не знаешь, чего и ожидать от появления Чхве. Явно ничего хорошего. Потому что по своей воле Сын Хен вряд ли захотел бы встретиться с тобой вновь. Спустя год после вашей последней встречи. После вашего расставания. Относительно тихого для ваших "особых" отношений. Но ты была слишком измучена тогда для споров и выяснений отношений. А Чхве... Чхве почему-то отпустил тебя. Достаточно легко отпустил. Но у тебя в воспоминаниях до сих пор звучал звон разбитого кулаком зеркала, а перед глазами стоял Сын Хен, исподлобья глядящий на тебя взглядом загнанного в западню зверя. От этих воспоминаний мороз всегда пробегает по коже. Каждый долбанный раз пробегает. Пытаешься взглядом найти охранников, но уже знаешь наперед, что никто не вмешается. Чхве может позволить себе все, и ни один из людей отца не бросится тебе на помощь, если только не будет прямой угрозы для твоей жизни. Но они не понимают... Никто не понимает, что раз за разом во время ваших встреч Сын Хен уничтожает тебя морально. - Сын Хен, какими судьбами? - Пряча страх и панику за ехидным голоском, произносишь ты. - Решил поздравить меня с днем рождения? Подзывает тебя к себе пальцами. Так, как делал это раньше. Так, как привык. Сглатываешь, наблюдая за ним. Ненавидишь его сейчас так, как никогда прежде. Потому что не можешь сопротивляться и шагаешь вперед. Словно моряк, услышавший голос Сирены, медленно, словно в трансе, приближаешься к молодому человеку. Не стоит злить Сын Хена еще больше, потому что ты знаешь, прекрасно знаешь, что случается, когда молодой человек приходит в бешенство. И в такие моменты ты цепенеешь от ужаса. Потому что тебе кажется, что Чхве тогда способен на все. - Собирайся, Бо Ра. Мы возвращаемся домой. Смотришь на него, замерев от шока. Понимаешь, что это конец. Настал тот момент, которого ты так боялась. Дом. Место, вернуться куда ты так боялась. Место, в котором когда-то вдребезги разбились твои мечты на другую жизнь. На то, что можешь быть любимой. Со всеми своими недостатками и ошибками в прошлом. Качаешь головой, понимая, что страх вновь вернуться в этот роскошный особняк перекрывает ужас перед Чхве. Отступаешь назад. - Нет. - Говоришь четко, сжимая кулаки. - Я не вернусь туда. Слышишь меня, Сын Хен? Я туда не вернусь! - Вернешься. - Говорит уверенно и все так же невозмутимо. Делает шаг вперед и хватает тебя за руку. Пытаешься освободить запястье, но ничего не выходит. И тебя накрывает отчаянье. - Я не хочу причинять тебе боли, Бо Ра, но, если ты не прекратишь это драматическое выступление... Клянусь, я силком потащу тебя в машину. Хочешь чтобы твои гости увидели это? - Ты не посмеешь, - шипишь, с недоверием глядя на парня и продолжая сопротивление. - Я буду кричать. - Кричи, - пожимает плечами Чхве и холодно усмехается. - Ты считаешь, что кто-то из этого отребья, которым ты окружила себя, придет тебе на помощь? И вправду так считаешь? На глаза набегают слезы. Знаешь, что Сын Хен прав. Никто тебе не поможет. Никто. - Отпусти меня, Сын Хен. Я могу идти и сама. - Обреченно опуская взгляд, произносишь ты. Но как только молодой человек разжимает пальцы, бросаешься прочь. Глупая попытка сбежать, но не можешь удержаться и не попробовать. Хотя и знаешь, что от Чхве не убежать. Так и есть, через мгновение уже барахтаешься под парнем на песке, а он... Он с силой вжимается в тебя, показывая, кто по-прежнему главный в ваших странных болезненных отношениях. - Ненавижу! Слышишь меня? Ненавижу! - А я скучал по тебе, Бо Ра. - Говорит тихо и проводит пальцами сперва по твоему носу, а затем по губам, глядя при этом в глаза. Мурашки пробегают по коже от глубины его темных глаз. Это совсем не то, что ты должна чувствовать по отношению к этому долбанному чудовищу, но тело тебя предает. Все еще помнит Сын Хена. Все еще предательски благосклонно реагирует на его прикосновения. Начинаешь снова вырываться, борясь одновременно и с парнем, и сама с собой. Неожиданно обхватывает ладонью твою шею и чуть сжимает пальцы, заставляя этим действием прекратить сопротивление. Подается немного вперед и шепчет на ухо. - Бо Ра, ты же не хочешь, чтобы я наказал тебя прямо сейчас и здесь? На глазах у людей твоего отца. Ты не хочешь. Потому что знаешь, что Сын Хен может это сделать. За внешней безукоризненностью и даже легкой чопорностью скрывалась та еще порочная скотина. Так пленившая тебя когда-то порочная скотина. Которая при случае могла и наплевать на все принципы и хорошие манеры. - Сын Хен, прошу тебя... Не заставляй меня вернуться туда... - Плевать на раздавленную гордость. Плевать на снисходительно смотрящего на тебя Чхве. Готова умолять этого долбанного монстра. Лишь бы он убрался из твоей жизни. Оставил тебя в покое. - Прошу тебя, Сын Хен. Прошу. - Не могу, Бо Ра. Потому что время идет, но ничего не меняется. - Произносит с фальшивым сожалением, убирая тыльной стороной ладони слезы с твоих щек. Начинаешь реветь в голос, понимая, что Сын Хен действительно заставит тебя все-таки вернуться в Сеул. - Я и так слишком долго терпел... Все твои выходки, всех твоих мальчиков... Слишком долго, понимаешь? - Тогда зачем все это? - Говоришь с отчаяньем. - Зачем ты возвращаешь меня туда, после того... - Замираешь, пытаясь подобрать слова, чтобы Чхве не разъярился. Но в итоге, решаешь расставить все точки над "i" прямо сейчас. Потому что возвращение в твою жизнь Сын Хена просто ошеломило. Разрушило в одночасье вдребезги иллюзию того, что ты освободилась от него. От его магического воздействия на тебя. - Зачем я тебе, после всех этих мальчиков?! Зачем? Во взгляде молодого человека мелькает что-то такое, от чего у тебя сжимается все внутри от нехороших предчувствий. Лицо по-прежнему спокойно, но в глазах жалость. Он редко жалел тебя в прошлом. До того, что произошло с тобой прошлой зимой. И это настораживает. Уже жалеешь о том, что задала свой вопрос. Не хочешь слышать ответа. Просто боишься его услышать. Безумно хочется закрыть глаза, и, открыв их вновь, понять, что это все был лишь сон. И что Сын Хена нет рядом с тобой. Что он не нашел тебя. Улыбается наконец. Почти ласково. - Потому что ты, Кан Бо Ра, все еще моя жена? - Прижимается лбом к твоему лбу. - Ты все еще принадлежишь мне. Понимаешь? Ты понимаешь. Понимаешь, что брак с Чхве был когда-то огромной ошибкой. Понимаешь, что, как бы он тебя ни презирал и ни ненавидел, Сын Хен по какой-то, известной только ему одному причине, никогда тебя не отпустит. Во всяком случае, достаточно далеко и надолго. Наверное, ему просто нравится мучить тебя. Когда парень чуть привстает, закрываешь лицо ладонями. Начинаешь смеяться. Зло и неестественно. - Ты понимаешь, что это бред? - Выдыхаешь с сарказмом. Голос при этом предательски дрожит. - Весь наш брак - бред. Уже изначально. Ты не хотел его. С самой нашей первой встречи ты просто позволял мне любить себя. Все твои девки... Блядь, каждая из твоих девок удостаивалась твоего внимания больше, чем я. Каждая из этих шалав была достойнее меня. А теперь... Теперь ты, Чхве, приходишь сюда и говоришь про "моих мальчиков"?! Ты сам не понимаешь, что наш "брак" окончательно и бесповоротно превратился в фарс за этот год? Наверное, твои родственники счастливы, что избавились от такого наказания, как я? Ведь все, что нужно было от негодной Бо Ры вашему чудесному семейству так это миллионы моего папаши да наследник. К сожалению, вы получили от меня только первое. Но... ничего, думаю, что твои родители, как и ты, даже рады теперь, что со вторым не сложилось. Мгновение тебе кажется, что Сын Хен ударит тебя. Возьмет и залепит смачную пощечину. Тебе даже хочется, чтобы он так сделал. Потому что становится невыносимо тошно от собственных слов. Ты хотела задеть его, а в итоге сделала больнее только самой себе. Потому что никогда не думала, что начнешь ради мести спекулировать такими вещами. Но Сын Хен ничего не делает. Просто смотрит на тебя и все. Муж никогда не бил тебя, но все равно каждый раз в такие моменты тебе кажется, что это вот-вот должно произойти. И ты сжимаешься от страха, когда в его взгляде мелькает легкая тень. Жить с ним может только мазохистка. Которой нравится быть ежедневной жертвой эмоционального терроризма. А себя ты теперь к числу подобных особей не причисляешь. Во всяком случае, хочется верить, что ты излечилась от этого недуга. Стала умнее. - Насколько я помню, и ваша семья немало поимела с этого брака. Разве нет? - вскидывая бровь и садясь на песок, произносит Сын Хен. - Слияние компаний наших родителей принесло обеим сторонам немалую прибыль. А про наследника... Тоже садишься на песок и качаешь головой, со злой усмешкой глядя на красивое лицо своего мужа. - Почему ты не подпишешь бумаги на развод?! - резко перебиваешь его. - Просто не возьмешь и одним росчерком не покончишь со всем этим? Не освободишь нас обоих от этих абсурдных обязательств друг перед другом? - Запуская пальцы в растрепанные волосы, сердито вопрошаешь ты. - Думаю, что никакой особой трагедии это не вызовет. Тем более, что... - Закрываешь глаза на мгновение, чтобы все-таки сказать то, что хочешь. Пусть эти слова и причинят тебе чудовищную боль. - Тем более, что у нас нет детей. - Отводишь взгляд, чтобы не показать Чхве своей боли. Ты и так раздавлена им. Умело прижата к ногтю. И ты презираешь саму себя за эту слабость. Тебя начинает подташнивать от этих воспоминаний. Закрываешь рот ладошками, борясь с тошнотой. Наконец умудряешься хоть немного побороть свои чувства. - Тебе нужно найти другую женщину. Которая будет хорошей женой и... прекрасной матерью. Сын Хен оказывается рядом с тобой так быстро, что вздрагиваешь. До болезненного ощущения сжимает пальцы на твоем подбородке, заставляя посмотреть в глаза. - Ты считаешь, Бо Ра, что я не чувствую своей вины? Считаешь, что я такое чудовище, что не оплакивал... - Смолкает, явно не в силах окончить фразу. Пристально смотрит в глаза, а потом зло усмехается. - Ты реально считаешь меня таким чудовищем. - Качает головой, запуская пятерню в свои темные волосы. - Только знаешь, мне плевать, что ты там думаешь в своей головенке. - Легонько ударяет тебя пальцем в висок. - Потому что ты все равно вернешься в Сеул. Сейчас. Вместе со мной. Я так решил. - Поднимается с песка. Отряхивается. А затем подает тебе руку. Презрительно фыркаешь и самостоятельно поднимаешься на ноги. - И да, Бо Ра. Я хотел, чтобы твое возвращение состоялось при других обстоятельствах, но... Так уж получилось. - Так уж получилось? Ну да. - Язвительно замечаешь, скептически разглядывая порванное во время борьбы с Чхве парео. - Насколько память мне не изменяет, получается у нас с тобой вечно все через жопу. Когда мы виделись в последний раз... - Бо Ра. - Твое имя звучит, как предупреждение. Зло усмехаешься. Сын Хен не меняется. Разговаривает с тобой, словно хозяин со своей заигравшейся собакой. Это бесит, но смолкаешь. - Зачем ворошить прошлое? - Действительно, зачем? - Изображая недоумение, произносишь и начинаешь пятиться от мужа. - Будем наслаждаться настоящим. Ведь оно у нас, блядь, просто охуительно, правда? - С удовольствием выплевываешь матерные словечки, зная, как это раздражает Сын Хена. Он ненавидит, когда женщины нецензурно высказываются. - Я, прожигающая жизнь в компании мальчиков, чьи имена даже не запоминаю. Ты... - Разводишь руки в стороны, окидывая Чхве насмешливым взглядом с головы до ног и обратно. - Весь такой охуенно невъебенный, вдруг вспомнивший, что у тебя где-то есть жена. И силком забирающий меня "домой". Да, давай, твою мать, наслаждаться настоящим, забыв о прошлом. Единственное, почему именно сейчас? Зачем именно сейчас изображать заботливого муженька? Разворачиваешься и направляешься к лестнице. - Твой отец умер. - Слова Сын Хена долетают до тебя, когда уже кладешь ладонь на деревянные перила. Почему-то сразу понимаешь, что это правда. Что ты не ослышалась. - Сегодня днем. Сжимаешь пальцы на деревяшке, чувствуя легкое головокружение. Ты сегодня так много рассуждала мысленно об отце, но так ему и не ответила. Он звонил тебе несколько раз. Необычно много для него. А ты даже не перезвонила. Не поинтересовалась, в чем причина такой настойчивости. Не поблагодарила его за роскошный автомобиль и эту виллу, снятую им на лето. Не сказала, что все еще любишь его. По-прежнему сильно и до болезненного. Даже без всех этих подарков любишь. Не смотря на то, что все еще считаешь эту свою любовь предательством по отношению в матери. Его смерть удар для тебя. Но еще большим ударом это станет для нее. Для женщины, все еще живущей прошлым и слепо любящей своего бывшего мужа. Словно в трансе, продолжаешь движение вверх по лестнице, когда неожиданно Сын Хен оказывается позади тебя. Охватывает тебя руками прижимая к себе. Как раз вовремя, потому что от потрясения начинаешь оседать. Но Чхве не дает тебе упасть. Странно, ты столько времени ненавидела своего мужа, но сейчас даже благодарна ему за то, что он оказался рядом. За то, что молодой человек крепко сжимает тебя в объятьях. За то, что молчит, пока ты в голос рыдаешь, оплакивая очередную невосполнимую потерю. - Почему ты не сказал мне сразу? Зачем все эти сложности? Ты же знал, как я отреагирую на твое появление. - Всхлипываешь обиженно, но не пытаешься вырваться. - А так я бы... Я бы, конечно, вернулась в Сеул. - Я бы сказал. Но ты... Каждый раз ты борешься со мной, словно я твой главный враг. И это меня выводит из себя. Потому что, что бы ни произошло с нами в прошлом, я действительно не считаю себя твоим врагом. - Говорит тихо. - Да и я хотел попытаться вернуть тебя без угроз или давления. Без всей этой мелодрамы. Я даже дал тебе время прийти в себя. Столько много времени. Но сейчас... Сейчас у тебя осталась только мать. Справится ли она с тобой, Бо Ра? Теперь, когда, похоже, ты и сама-то с собой справиться не можешь. - Горько усмехаешься, качая головой. Доля правды есть в его словах. - К тому же, я был уверен, что тебе уже сообщили. Кэролайн звонила моему отцу, и я подумал... - Кэролайн? - Переспрашиваешь, начиная вновь рыдать в голос. Эта сучка даже не соизволила хотя бы прислать тебе сообщение. А ведь ты тоже имела право узнать все одной из первых. Тоже имела это долбанное право. Чхве словно все понимает. Нашептывает тебе на ухо слова поддержки. Даже не замечаешь, как оказываешь на коленях Сын Хена, уткнувшись носом в его шею. Укачивает тебя, словно маленького ребенка, прижимая к себе. И это действительно успокаивает и расслабляет. Тепло его тела и стук его сердца. Приходишь в себя, лишь когда молодой человек поднимается со ступенек на ноги вместе с тобой. Решительно несет тебя через террасу, а ты по-прежнему прячешь заплаканное лицо у него на плече от любопытных взглядов, обращенных в этот момент на вас. Ненавидишь себя, вдруг понимая, что, возможно, в то время, пока отец умирал, ты была здесь и праздно веселилась с этими ничего не значащими для тебя людьми. Обхватываешь Сын Хена сильнее руками. Хватаешься за него, как за соломинку. Тебе плевать сейчас на то, что ты снова проиграла собственному мужу. Понимаешь, что на данный момент больше просто некому вытащить тебя из этой трясины, в которую ты когда-то себя загнала. Если ты останешься сейчас здесь, среди всех этих людей, то просто окончательно утонешь. Закрываешь глаза, собираясь с мыслями. - Я вернусь в... наш дом, но только до похорон. Лишь до похорон, понимаешь? Кивает, соглашаясь. Но ты ни черта ему не веришь. Больше не веришь.