замок воспоминаний

Очнулся Феликс на полу, промаргиваясь от картинки перед глазами. Оглядевшись, он заметил, что на полу лежали совершенно все, в том числе Чанбин, а дверь, в которую он зашёл, сейчас была распахнула, являя за собой обычную замковую комнату. -Хэй, Чанбин! — Феликс подполз к Чанбину и потряс его за плечо. — Ты как? -Я… — Чанбин нахмурился. — Я вспомнил. Частично. То, что было в старшей школе. -А я один видел двух Чанбинов в какой-то комнате? — сел Чонин, потирая голову. -Я тоже. -И я. Будто фильм смотрел. -Тоже. -Что ты вспомнил, Чанбин? — Феликс с пола вглядывался севшему Чанбину в глаза. -Я хотел быть музыкальным продюсером. Мечтал с детства. А мама это презирала, типа династия бухгалтеров, кто я такой, чтобы её рушить. Бред какой-то. -Всякие судьбы бывают. Ладно, если ты что-то вспомнил, то, вероятно, мы тоже вспомним, в своё время? -Я ещё видел палату. Там тоже был я, только с электродами на башке и врачами вокруг. Странная палата, в больницах таких нет. Она очень низкая, вся белая, без окон. Посередине кровать и оборудование около неё, больше ничего. -Белое, скачущее и страшное?.. Чанбин перевёл взгляд с пола на Феликса. -Да. -Хм. Больше ничего тебе не выдали? -Нет. -Понятно. Тогда твой рут окончен, получается. Осталось всего семь. -И ты в каждом будешь почти умирать? — беззлобно поинтересовался Сынмин. -Планировал да, но, кажется, Хёнджин не разрешит, — Феликс гордо улыбнулся и принялся по стеночке вставать. — Ничё, я как-нибудь выкручусь, человек-то целеустремлённый. -Привет, как дела? — отозвался Хёнджин. -Привет, нормально. -Какая-то ебейшая самодеятельность, Феликс Ли. Поднявшись с пола, Хёнджин встал у Феликса над душой, наблюдая, как он собирает ноги в кучу. Когда Феликс более менее встал, он дёрнул его за пропуск, резинка размоталась на сантиметров двадцать, потом карточка врезалась Феликсу в грудь, и он упал назад, снова на пол. -Вау. Ну ты прям пиздабол затейник, не могу. Улегшись на пол звездой, Феликс похоронно вздохнул и принялся показательно игнорировать Хёнджина. Но идея это была не из лучших, это изначально было понятно, ведь Хёнджин никогда ничего просто так не оставит и не пропустит мимо ушей, так что уже через секунду Феликса взяли за ноги и поволокли по полу, однако сам Феликс тоже существо упёртое, поэтому просто сложил руки на груди и даже не моргнул, всё ещё смотря в потолок. -Тебе норм, я извиняюсь? — уточнил кто-то из шедших следом. -Всё заебись, разве происходит что-то из ряда вон? -Да…нет? -Ну вот и всё. -Ты себе об пол всё либо расцарапаешь, либо отобьешь. -Ну, если моего дорогого господина это не ебёт, то это не смертельно, получается. Ноги громко ударились пятками кед об пол, Хёнджин снова поднял Феликса манером обхвата рукой за талию, а потом поднял на спину. Ни один из них при этом ничего не сказал и бровью не повёл. И насколько бы Феликс не был сильным и независимым, но когда он почувствовал, что его надежно держат, он положил голову Хёнджину на плечо и вскоре отключился. Проснулся Феликс уже на рассвете, в какой-то комнате. Он лежал на единственной на всю комнату узкой кровати, ещё четверо спали на раскладном диване, двое на полу с одеялом, а Хёнджин спал, сидя около изголовья кровати и положив голову на руки. Феликс сразу попытался встать, потому что лежать на самом удобном месте ему было искренне плохо. -Куда? — шепнул сзади Хёнджин. -Мне неудобно, что я на кровати, а кто-то на полу. Так не должно быть. -Мы все сошлись на том, что тебе нужно на кровать. Единогласно. Ликс, ты устал, — Хёнджин дотянулся до него рукой и уложил обратно на подушку. — Прям устал, но ты ж не понимаешь. -Извини, — Феликс виновато сдвинул брови и прижал руки к груди. Хёнджин сонно выдохнул. -Мы нашли кухню и ванную. Все поели и по ахуенно длинной очереди помылись. Я попытался постирать твой халат, но там надо было руками и одним мылом, а я в этом не очень силён, так что кровь там осталась, но хотя бы пыли больше нет. Там была ещё доска такая, знаешь, ребристая, я об неё палец сбил, смотри. Хёнджин возбуждённо вытащил правую руку и продемонстрировал сбитую костяшку на указательном пальце. То есть он. Стирая халат Феликса. Жутким мылом на старой доске. Своими руками. Поранил палец. Феликс осторожно взял его руку в свои ладони и поднял на Хёнджина взволнованный взгляд. -Сильно больно было? -Да нет, даже не почувствовал, это только Чан увидел, когда я в комнату пришёл. -Ты ходил один? -С Чаном. Не волнуйся, со мной всё в порядке, как и с нами всеми. Они в контакт играли вечером. -А ты? -Я сидел около тебя, не хотелось играть. Вот, узнал, что у тебя тату на руке есть, полезно провёл время. -А, это, — Феликс глянул на бисерный браслет на своём правом запястье, за которым на тыльной стороне было набито два перекрещенных смайлика, улыбка одного переходила в грустный рот другого. — Да, она есть. -Она тебе идёт. К твоему характеру. -Да? -Ага. Очень полярный. -Это плохо? -Нет, просто сложно понять твою логику. Типа, почему ты одновременно берёшь без раздумий на себя командование семью стрессовыми студентами, которые совсем не обязаны тебя слушать, но ты стараешься, и в это же время ты говоришь, что твои «рекомендации» совсем не обязаны быть услышанными. Когда тебе очевидно угрожала опасность, тебе почти проткнуло горло из-за того, что мы тупили, тебе было пиздец страшно, я сам это слышал, но ты всё равно говорил Джисону, что он молодец, что у него есть время, всё хорошо, и после этого ты говоришь, что ни о ком не заботишься. Я вроде только думаю, что начинаю тебя понимать, а ты снова в какую-то такую позу встаёшь, что я по новой ахуеваю. Феликс нахмурился и задумался. Сам свои действия он, вроде, прекрасно понимал, но объяснить вслух не мог. -Ну, по-моему…забота — это другое. Поэтому все…ну, вот, всё, что я говорю, типа, когда говорил Джисону, что у него есть время, когда говорил Чонину, что бояться нечего, я просто, не знаю, не хочу, чтобы они сильно волновались, мне некомфортно, когда кому-то некомфортно, а я ничего с этим не делаю. Экология атмосферы и всё такое. -Ликс. Хёнджин не продолжил, но Феликс и так всё понял. У него был такой взгляд, будто он пришёл сообщать смертельный диагноз ребёнку-мечтателю, который в это время рассказывал маме, как заработает много денег на любимой работе в будущем и свозит её в Диснейленд. -Понял. Я не знаю что такое забота. -Знаешь лучше всех. Но не понимаешь, что это она, ровно так же, как не понимаешь ничего про себя. -Я знаю, что мне нравятся мультики, например. А тебе? -Я редко смотрю что-то кроме ютуба. -О, тогда у меня планы на тебя, когда выберемся отсюда. А сейчас давай махнёмся местами, и спать. Моя очередь сидеть на полу. -Под спину положишь подушку, иначе не пущу с кровати ни на сантиметр. -Ладно, — Феликс покривил губы, но всё же слез с кровати с подушкой, меняясь местами с Хёнджином. — Тут от меня всё пыльное и грязное. -Переживу. Хёнджин улёгся на кровать, подумал и снова захватил себе левую руку Феликса. -Хёнджин. -Сорри, правила ночи — есть правила ночи. -С каких пор забирать мою руку — правило ночи?! -С тех, как я понял, что тебя нужно держать в поле зрения, чтобы ты не пошёл прыгать с крыши из любопытства или вешаться из благого дела. -Я настолько нестабильный?! -Даже больше. Спи. -Да в смысле «спи», блять?! Ты так просто от меня не отделаешься! Но Хёнджин — человек мудрый, так что он просто закрыл Феликсу рот свободной рукой. Ворчать и возникать Феликс больше не мог, так что просто зло фыркнул, сложил одну доступную руку на груди и отвернул голову. И да, скоро снова заснул. Когда Феликс проснулся второй раз, он даже глаза открыть не успел, когда переложил из левого кармана в правый две бумажки с номерами, чтобы не забыть. Только после этого его сердце успокоилось, и он смог выдохнул, опираясь назад на стену. -Утро добрым не бывает? -О, моя рука снова моя? -Мне нет нужды тебя контролировать физически, если я уже проснулся, а ты нет. -Каким-то я слугой себя чувствую. -Ну почему же слугой? — Хёнджин появился в поле зрения и кинул на кровать халат Феликса, а сверху его пропуск. — Господа своих слуг не касаются. Ты скорее… — Хёнджин задумчиво помотал рукой, — тот странный припизднутый приближённый с шилом в жопе. -Ну спасибо? -Пожалуйста, дорогой. Вставай, пошли мыться, ты пыльнее, чем что угодно в замке. -Ты такой милейший человек, я хуею. -А главное, вежливый. Феликс поднялся с пола, потянулся и случайно упал на кровать, стукаясь головой о каркас кровати. -Пиздец, — с сочувственной мордой покивал Хёнджин. -Отстань. -А я пристаю? -Я тебя сейчас лягну. Хёнджин отшагнул. -Проще тебе сигарету найти, чем с такой стервозой общаться. -Плёсе сигялетю няти, бла-бла-бла. -Ладно, лежи, жди меня. Чан, пошли. Оставив Феликса валяться мокрой тряпкой на кровати, Хёнджин, судя по всему, взял Чана и куда-то ушёл. Стыдно, конечно, что так грубо себя повёл, но организм уже совсем глючил и не контролировался. Все остальные, торчащие на диване, решили не лезть, чтобы им тоже не досталось, так что Феликс просто лежал и смотрел в потолок отсутствующим взглядом. Пришёл Хёнджин через где-то полчаса-сорок минут, сразу садясь на кровать и протягивая Феликсу буквально горсть длинных металлических электронок, штук десять. -Бери, зарабатывай рак всего организма, только перестань огрызаться и хмуриться, и пошли мыться. Но когда Феликс попытался выхватить сигареты, Хёнджин резко отдёрнул руку и поднял брови. -Выйдешь из комнаты в сторону ванной — отдам. Феликс вылетел из комнаты, кажется, даже раньше, чем дверь успел открыть, принимаясь прыгать на одном месте в коридоре. Положив девять электронок на халат, Хёнджин взял десятую и вышел с ней к Феликсу, закрывая дверь. Заполучив в руки никотин, Феликс быстро благодарно чмокнул Хёнджина в щёку и затянулся, вдыхая сладкий ягодный дым. -Спасибо, я тебя люблю, Боже, где ты их нашёл? -Секрет мастера. -Ты лучший! И…прости меня, я не хотел такой мразотой быть, просто…да не знаю, нет у меня оправдания, просто был мразотой, извини. -Ничего, я за тебя знаю твои причины. Хёнджин усмехнулся, и Феликс, быстро на него глянув, взял его за руку, сжимая пальцы. Всё же, со всеми закидонами и совершенно бесящей способностью ничего не пропускать и не забывать, Хёнджин был очень классным. И милым. И как только Феликс придумал эту мысль, стало дико стыдно за свою истерику на квесте, он наверняка выглядел просто ужасно. И физически, и как человек. -Нам сюда. -Оу, — Феликс прошёл два шага от порога ванной и остановился, оглядывая всё вокруг. Справа было большое зеркало с комодом и маленькой круглой раковиной. Справа железная ванная со шторкой и высокой большой душевой лейкой. В целом, впечатление слишком большой комнаты и слишком маленькой её заполненности. -Тут миленько. -Как скажешь, конечно. -Только, это самое. Я не смогу тебя одного в коридоре оставить. Нужно было, наверно, брать кого-то с собой. -Ну или… -Или можешь остаться со мной и просто отвернуться? — Феликс ухмыльнулся и дёрнул бровью. — Или не отворачиваться? Ух, улёт. -Я не имел ввиду ничего такого! Я в плане, что… — Хёнджин принялся отрицательно махать руками и отчаянно краснеть. — Я не собирался подглядывать или что-то такое! Просто…встану в угол лицом к стене и постою так. -Не парься так, — Феликс отложил на раковину сигарету и стянул майку, разъерошивая косички. — Я не особо против. Не думаю, что там будет что-то прям новое для тебя. Но Хёнджин уже быстро развернулся лицом к стене, скидывая волосы на лицо, чтобы закрыть красные щёки и уши. Феликс не знал причину его смущения, но это было очень прелестно, что такой большой дядя, метр восемьдесят, сейчас стоит зажимается, как мальчик на медляке. Раздевшись окончательно, Феликс залез в ванну и задёрнул в шторку, потому что ещё секунда, и Хёнджин бы взорвался к чёртовой матери. -Не будет новое, я никогда тебя голым не видел, тоже мне. -Ну чего ты бурчишь? Покури — пройдёт. -Не хочу я курить, это сложно. -Хёнджин, я, может, секрет открою, но у всех парней «там», — Феликс издевательски показал кавычки, которые Хёнджин если и увидел, то только в мутном силуэте, — одно и то же. Ты в любом общественном душе ни разу не был что ли? -Это другое. -Чем? Один хуй, так сказать. Хёнджин полу засмеялся, полу подавился. -Нет, хуёв как раз много. Разных. Слишком. Иу. -Иу? Феликс, наконец, дождался, пока вода станет горячей, и шагнул в струю, вплетая пальцы в корни волос. Он впервые в жизни был настолько сильно рад воде, ну просто ментальный оргазм. -Иу. Мы собрались говорить о чужих членах? -Это ты начал. -Думаю, у тебя насмотренность больше моей. -И не только насмотренность, — изначально это была ещё одна усмешка, но из-за наслаждения от воды все слова у Феликса растекались, так что это прозвучало слегка более эротично, чем планировалось. -Да-а-а-да, я, типа, о том же, но…да о чём мы вообще?! -Ты говорил о том, что я гей. В интересном ключе. -Да я не говорил о том, что ты гей, Ликс, — Хёнджин очень несчастно и виновато вздохнул. — Ну, в смысле, да, ты, вроде, гей, я же не знаю… -Да, гей. -Ну вот, я не говорю, что ты не…ну просто, это же факт, что ты видел члены и… -Хёнджин, — Феликс высунул голову из-за шторки и улыбнулся. — Замолчи, пока на месте не умер, а? -Да, пожалуй, хорошая тактика, спасибо. -Вот и умничка. -Ага, угу. И дальше Хёнджин достойно достоял в тишине. Конечно, пока не умер, когда Феликс попросил подать полотенце. -Почему ты не мог сразу его взять? Это же очевидно: идёшь в душ — возьми полотенце, — пошагово подойдя к шторке, Хёнджин протянул за неë полотенце и сразу отдёрнул руку, когда Феликс случайно коснулся её мокрыми пальцами. — Так нет, блять, мы будем меня просить, а вдруг я занят? -Чем? — Феликс обвязал полотенце вокруг пояса и отдёрнул шторку, сталкиваясь с Хёнджином нос к носу. — Стоишь, пялишь в угол помещения, в котором находишься? Такой продуктивный мальчик. -У каждого своё понятие о продуктивности, — дрожащим голосом, но довольно уверенно доложил Хёнджин. — У меня вот такое, это продуктивно. Это мышление, я мыслю, а, значит, существую. -Существуешь и сейчас сгоришь. Резко включив снова холодную воду, Феликс повернул душевую лейку на Хёнджина и сразу свалил из зоны поражения. Одежда у Хёнджина промокла моментально, на полу образовалась лужа, даже немного задело одежду Феликса, лежащую на раковине, ибо закрыть кран Хёнджину удалось вообще не сразу. -Ликс, блять! Но Феликс убежал к двери и смеялся оттуда, с визгом убежав, когда Хёнджин бросился в его сторону. -Нет-нет-нет, всё, стой, ты холодный! -Интересно почему! -Ну ладно, прости! В очередной раз подскользнувшись на луже, Феликс поймал врезавшегося в него Хёнджина, который тоже взвизгнул и упёрся руками ему в грудь. -Стой, Хёнджин, смотри. На запотевшем зеркале проявилась череда неровных палочек и прочерков, нарисованных будто впопыхах. Переглянувшись с Хёнджином, Феликс кинулся быстро одеваться, кое-как отряхнув одежду от пыли, и, так и не отжав волосы, с которых лилась вода, одновременно с Хёнджином выбежал из ванной. -Быстрее, пока духота держится! Надо отдать должное, остальные из комнаты подорвались без лишних вопросов. Добежав до ванной, Хёнджин с Феликсом снова очень умно проскользили друг в друга по луже, зато хотя бы успели остановить остальных от попадания в воду. -С первого взгляда знакомо кому-то? — тишина. — Ладненько, тогда предлагаю коснуться зеркала. У кого голова заболит — того и рут. Осторожно обойдя лужу, все положили руки на зеркало. -М…моё, — Джисон отошёл и прижал руку к груди. — Моё. -Так, главное, не переживай, ладно? — Феликс глянул наверх рамы, указал Хёнджину на ключ и, осторожно взяв Джисона за руку, вывел его в коридор. — Джисон, всё хорошо. -А вдруг я умру? Или случится что-то подобное? Я ещё хочу домой, Феликс. -Ты попадёшь домой, даже не думай об этом. И разве Чанбин умер? Да его даже не задело ничем, максимум, синяк получил, когда из своей комнаты выпал. И с тобой тоже ничего не случится, мы тебя защитим. Всего две комнаты, и ты в безопасности. -А если будет не как у Чанбина? Или вместо тебя попаду в пытку? -Хорошо, посмотри на меня, — Феликс положил руки Джисону на плечи, и тот взглянул ему в глаза. — Без рофла, без преувеличения, на полном серьёзе, если нужно будет снова в пытку — я пойду туда за любого из вас, окей? Можешь считать, что это потому, что я мразь пафосная, можешь потому, что хочу внимания, считай как будет удобно, но я вас в обиду не дам никого, даже вредного Минхо. Увидишь какую-то дырку, в которую, вероятно, надо будет залезть, но там темно, страшно и неизвестно что, привлеки моё внимание, и я полезу, хорошо? Джисон покивал и опустил руки, громко выдыхая. Вроде бы, он немного успокоился, так что Феликс отпустил его плечи и, чтобы занять руки, принялся за отжимание волос. -О том, что было нарисовано на зеркале, есть идеи? -Мне кажется, что это стихотворный размер. Знаешь, там, ямб, хорей, дактиль, всё такое. -Знаю. -Ну вот. И я, конечно, не уверен, но я когда пишу — так же концы закругляю, ни одними прописями это исправить не мог. -А что ты не помнишь? -Да как Чанбин примерно. Просто пропал отрезок жизни, а потом все как-то странно ко мне относились. А ещё у меня непонятно откуда привычка дёргать волосы. Родители не признаются откуда она. Феликс оставил в покое волосы, распределив их по плечам, чтобы капали водой на пол, и задумался, кусая губу. -Понятненько. У нас есть ключ, ты можешь спросить у Чанбина, помогло ли ему чем-то нажатие на виски. -Помогло, — без просьб ответил Чанбин. — Во-первых, я понял куда идти, где класс находится. Во-вторых, как-то спокойнее стало, когда я хоть что-то вспомнил. А ещё, если тебя Феликс поймает, то сами судороги — это не больно. Феликсу можно верить. -Вишь, мне даже можно верить. -Ладно, давай попробуем. Феликс… -Я поймаю, не волнуйся. Хёнджин, дай ему ключ. Хёнджин вложил Джисону в ладонь ключ и, когда Феликс встал на изготовку, нажал Джисону на виски. Осторожно уложив Джисона на пол на бок, Феликс сел рядом и снова принялся наблюдать. Ничего нового как учёный он не увидел, припадок и припадок, Феликс просто сидел, задумчиво курил снова притащенную Хёнджином электронку, следил, чтобы с Джисоном ничего непредвиденного не случилось, и по одной с силой отжимал косички. Тридцать секунд, припадок кончился, и Джисон, как и Чанбин когда-то, перевернулся на спину. -Смотрим на палец, — Феликс снова проделал ритуал с отводом пальца от носа. — Как себя чувствуешь? -Дышится тяжело. Отложив электронку на пол, Феликс помог Джисону сесть и отодвинул воротник его толстовки, чтобы было легче дышать. Довольно быстро он отдышался, и Феликс убрал руки. -Да, в целом, всё уже известное, кадры с побитой плёнки. Какая-то огромная куча листов исписанных, которые расклеены по стене. -Ладно. Идём куда-то? -Да…да. -Окей, тогда мне нужно за ха… — под нос Феликсу сунулась рука с халатом и пропуском, он поднял взгляд и улыбнулся Хёнджину, -…латом. Спасибо. -Электронки я у себя потаскаю, у меня карманы в штанах большие. -Хорошо-о-о. Не проеби их плиз. -Не проебу, здесь молния. Надев халат, Феликс встал и помог встать Джисону, который сразу куда-то пошёл. Совершенно единодушно все двинулись за ним, выстаиваясь в конфигурацию «пара Феликса и Хёнджина ведущие, пара Чана и Чонина замыкающие». Придя в какое-то новое место замка, они все рассмотрели какую-то резную, искренне изъёбистую дверь и молча зашли внутрь. -Да ёбаный ты блять! — сразу же высказал своё мнение Феликс, увидев, что они попали в узкий, хоть и светлый лабиринт. — Ладно. Ладно. Дверь закрылась? — Чонин сзади в ответ угукнул. — Класс! Заебись! -Вот это проявления нашего лидера, я считаю, — прокомментировал рукоплескания Сынмин. -У нас нет лидера, мы полностью равноправный коллектив. -Привет, как дела? — вмешался Хёнджин. -Привет, нормально. Ладно. Джисон, иди сюда, пойдёшь за нами с Хёнджином, как никак, ты хозяин лабиринта. Вряд ли что-то появится сзади, но Чан всё равно последний, ок? -Ок, — глухо ответил Чан. -Смотри, чтоб никого никуда не утащило. -Хорошо, если утащит — сообщу. -Мысль здравая. Курить я не буду, но могу начать бессознательно, так что если что — дёргайте меня за руку, я уберу. Всё, пошли. Нервно стиснув руки на груди, Феликс пошёл вперёд, слава Богу, что пока дорога шла без развилок. Но всё не вечно, и первое раздвоение дороги настало довольно скоро. И Феликсу было реально страшно тут находиться и сложно дышать, казалось, что стены вот-вот его стиснут, но также не менее реально раздражало, что из всех возможных перспектив вроде появления каких-нибудь тварей, смерти в этом лабиринте или того же шипа в шее, его больше всего пугали именно ёбаные стены. -Налево. -А? — Феликс вернулся в реальность и глянул на стену, а потом на Джисона. -Мои глаза в тебя не влюблены, — они твои пороки видят ясно. А сердце ни одной твоей вины не видит и с глазами не согласно. Ушей твоя не услаждает речь. Твой голос, взор и рук твоих касанье, прельщая, не могли меня увлечь на праздник слуха, зренья, осязанья. Это часть 141 сонета Шекспира. Нам налево. Феликс снова проморгался и глянул на стену. Там и правда были нашкрёбаны строки стихотворения, а под ним два стрелочки. Левая с цифрой 141 и правая с цифрой 38. -А, викторина по серебряному веку, окей. Хорошо, пошли налево. Даже не глянув на правую сторону развилки, Феликс пошёл налево. Если это лабиринт Джисона, то и ответам Джисона можно всецело доверять. Ну, или Феликсу просто хотелось так думать, чтобы в таких условиях не принимать никаких решений и не задумываться ни о чём сложном. Только с пятым поворотом Феликс снова очнулся, внезапно поняв, что к нему давно не обращались. Джисон всё ещё разгадывал стихотворения и докладывался об ответах, но командование на себя временно перетянул Хёнджин, выслушивая ответы и помогая совместно с парнями, если Джисон тупил. -Хорошо, давай сначала. Кто автор? -Лермонтов. -Когда жил Лермонтов? -182какойто-184какойто. Это не поможет, Хёнджин, тут в ответах разница в два года, а я, хоть убей, не помню, когда было написано именно это стихотворение! Не можем же мы пожертвовать кем-то, чтобы ответ узнать! -А какие ответы? — устало влез Феликс. -1839 год и 1841 год. -Феликс, извини, но я правда не помню! Я старался вспомнить или проанализировать, но тут разница два года, а Лермонтов про родину всю жизнь писал, я не помню… -Не извиняйся, память людей не бесконечна. Если меня щас сожрёт геенна огненная — значит, 1841 был правильным ответом. Ни Хёнджин, ни Джисон не успели его поймать, Феликс прошёл три шага по левому ответвлению, и за ним выросла стена, наглухо отделяя его от остальных. Но даже на это Феликс отреагировать не успел, потому что его будто булавой по голове ударили, руки опустились, и он упал без сознания. В принципе, без сознания было даже удобно. Не надо ничего думать и ничего делать, лежишь себе, не чувствуешь своë бренное тело. Но всë же Феликс очнулся, созерцая перед носом снова деревянную поверхность. В этом замке всë плохое было деревянным. -Да ты не пойдëшь обратно в лабиринт! — голос очень глухой, но всë же Феликс узнал в нëм голос Чана. — Хëнджин! -А что ты предлагаешь делать?! -Я не знаю! Но Феликс сказал следить, чтобы никого не утащило, мы на чистой удаче оттуда выбрались, и обратно я тебя не пущу, всë! Уперевшись затылком в землю, Феликс запрокинул голову и оглядел пространство за собой. Расстояние он рассчитать не мог, но где-то там был просвет, в котором летала пыль, а значит, там можно было выбраться. Зацепившись руками за необработанное с этой стороны дерево, Феликс принялся протаскивать себя по земле к этому просвету, мысленно ругая себя за то, что снова пачкает халат. Почему-то, это единственное, что его волновало. -Его никто не просил собой жертвовать, видите ли! — о, тут даже без голоса Феликс узнал бы Минхо. — Это исключительно его проблема! -Не беси меня! — по полу начались шаги, и Феликсу стало ещё хуже, потому что начало очень сильно казаться, что с каждым шагом деревянная поверхность становилась всё ближе. Будто та казнь, когда на доску положили человека, сверху положили ещё одну доску и сели, как на лавку. -А нехуй таким святым соваться вперёд всех! -Ты хочешь вместо него за всех получать?! Так вперёд, блять, Минхо, что мешает?! -Можно вообще без таких жертв обойтись, просто не нужно на рожон лезть! -Если бы он не пошёл — туда бы пошёл Джисон! -Почему нельзя было попробовать пойти в сторону 1841?! Тогда никто бы не пострадал, в том числе Феликс! Так нет, блять, мы пошли, мы такие хорошие, посмотрите на нас! -А ну, не драться! — снова Чан. -Шансы были 50/50, кто знал, что там за ответ! -Тогда он мог бы выпрыгнуть, там можно было успеть! -Он не ел и не пил минимум два с половиной дня, его с клаустрофобией поместили в этот лабиринт ебучий, я клянусь, когда ты окажешься на высоте и шуганёшься, я буду смеяться, а сейчас завали свой ебальник! До просвета осталось буквально чуть-чуть, но между ним и Феликсом возникла балка, через которую надо было ещё постараться протиснуться. Хёнджин наверху уже осип, Минхо заткнулся, дальше начался разговор на нормальных тонах, который уже из-под пола слышно не было. Подтягиваться приходилось на одних руках, плечи кое-как через балку пролезли, но вот с бёдрами была уже проблема. Глубоко вдохнув, Феликс упёрся руками в балку и резко оттолкнулся, буквально выдёргивая себя из этой долбаной балки. Да, было больно, но не важно, подобрав ноги, Феликс с четвёртого раза выбил доску над собой и выполз на пол. -Да когда ж я уже подохну с концами-то, Боже. -Ликс! -Уо-о-ой, блять, я каждое грязно-маленькое помещение в этом замке исследую, сука, каждое. -Ты был под полом? — обеспокоенно нахмурился Сынмин, который вместе с Хёнджином сел рядом с валяющимся Феликсом на пол. -Прикол, да? Мне по голове что-то ёбнуло, а проснулся я там, где-то в районе того места, где вы раньше стояли. -Ты слышал, о чём мы говорили? Феликс с усилием надавил пальцами на закрытые глаза и покачал головой. -Там было очень глухо, плюс, у меня в голове звенело. А что, пропустил что-то важное? -Не особо. -Ну вот и класс. Какие дальнейшие планы? -Идти к двери Джисона. Скорее всего, мы знаем, как она выглядит. -Вот это уверенность в завтрашнем дне! Ладно, пошли. Хёнджин, прости, я снова халат испачкал. В этот раз я сам попробую постирать, и ты пальцы не собьёшь. Феликс полностью выбрался из дыры, пнул доску в сторону её первоначального места и поднялся на ноги, весело качаясь и влетая Хёнджину в грудь, будто персонаж мультика, не хватало только летающих по кругу птичек над головой. -О-оу. Извиняюсь, я слегка пьяный. -Это нервный срыв называется. -Юху! А идём-то куда? Больше Хёнджин решил слова не тратить, закинул руку Феликса себе на плечи, чтобы шёл по прямой, и потащил его вслед за остальными. В этот раз у двери они все сели, чтобы не грохнуться с высоты минимум 167 сантиметров.