trip to San Francisco

             — Ты доволен сабвуферами новыми? — Нил участливо смотрит на Эндрю, только что севшего в машину.       Одна его нога всё ещё находилась на асфальте, а разворот корпуса позволял не дымить в салон — выработал привычку из-за Кевина, который начинал мандеть о вреде пассивного курения только за здравствуйте. Он, кстати, как всегда медлил, до сих пор не дойдя до новенькой машины Миньярда. Нил со злобной усмешкой решил, что его вечное нытьё и, возможно, мелочная обида за опоздание стоят того, чтобы сегодня поехать на переднем сиденье, поиграть в диджея и поотвлекать Эндрю от дороги — но не сильно. Правда парень знал наверняка: ближайшая остановка, будь то туалет, заправка или придорожная забегаловка, расставит всё на свои места. «Да начнутся же голодные игры», в которых Нил, во-первых, точно получит или поджопник, или подзатыльник, а, во-вторых, Кевин будет неотрывно следить за каждым его движением, в любой момент готовый стартануть к машине, чтобы занять вакантное местечко. Джостен уверен, что он даже сядет поближе к выходу в кафешке. Со всеми этими книжными аналогиями в голове и улыбкой на лице он начинает ковыряться в настройках телефона, чтобы через блютуз подключиться к машине.              Эндрю смотрит, как Нил вытирает влажный от пота лоб предплечьем, и проворачивает ползунок дефлектора вправо, чтобы кондей дул прямо тому в лицо.              — Да, — отвечает он на вопрос, стряхивая пепел от сигареты на асфальт и поглядывая в зеркало заднего вида.              Пальцы уже начинают барабанить по рулю, являясь отголоском раздражения. Кевин получит сильный нагоняй. Нил улыбается жесту со стороны старшего, подумывая, что вообще это тупо — они сидят с открытой дверью, а в машине на всю работают кондиционеры. На улице стоит невыносимая жара, от чего в городе аж начал трескаться асфальт. Он давно не помнил такого жаркого июня.              Чемпионат только закончился, вдоволь напраздновавшись, все укатили кто куда: Ники, удостоверившись, что с близнецами всё будет в порядке и они остаются в надёжных руках, умотал в Германию к своему парню и теперь каждый день заваливал Нила, а реже и Кевина, тоннами сообщений; Мэтт с Дэн всё же, наконец, начали официально встречаться, поэтому поехали к матери парня на пару недель; Аарон с Кейтлин уехали в сторону Диснейленда, но скоро должны были уже появиться дома; Элисон с Рене умотали на какой-то курорт, прихватив приёмную мать последней с собой. У оставшейся троицы тоже должен был выдаться неплохой трип — они решили исколесить юго-запад страны, добраться по итогу в Сан-Франциско, на пару дней остановившись в Оклахоме. Нил, как и Эндрю, собственно, в выборе не участвовали, но, похоже, что они в итоге отправятся в путешествие вдвоём. Если Дэй не появится в течение десяти минут, то нападающий начнёт переживать за сохранность идиллии и атмосферы спокойствия в салоне с навыками Эндрю в человеческую беседу без ругани.              — Что хочешь послушать? — Нил просматривает свой плейлист, прикидывая, что могло бы понравиться им троим одновременно.              Эндрю щелчком отправляет бычок к бордюру и садится ровнее, захлопывая за собой дверь. Нил смотрит на его суровый от этого дурацкого ожидания профиль и заправляет прядь за ухо, перегибаясь через коробку переключения скоростей.              — Без разницы, — голкипер отстраняется от руки в последний момент, а-ля «не надо меня успокаивать своими поглаживаниями».              Нил пожимает плечами и опять зарывается в телефон до того момента, пока его пассажирская дверь не раскрывается на всю, опасно пошатнувшись от того, что её сильно толкнули. Перед ним материализуется Кевин с заплывшей от пьянки мордой, оттого и в новомодных очках с толстой пластмассовой оправой, скрывающих половину лица.       — Ты че, попутал? — с этими огромными очками и возмущением в голосе Кевин выглядит не просто смешно, а прямо-таки по-идиотски.              Нил отворачивается, потому что знает, что за него ответит Эндрю:              — Если ты сейчас же не посадишь свой зад в тачку, я, прежде чем уехать, проедусь по тебе пару раз, — спокойно отчеканивает Миньярд, обтирая лицо полотенцем.              Кевин заставил их ждать минут двадцать под самым солнцепёком. Он, видимо, кидает презрительный взгляд по очереди на обоих и идёт укладывать свои нескромные пожитки — два здоровых чемодана — в багажник, прекрасно зная, что Эндрю без него никуда не поедет. Когда он плюхается на заднее сиденье, намеренно громко хлопнув дверью, Миньярд даже разворачивается к нему.              — Что? — Кевин снимает с глаз очки, натягивая их на лоб.              Даже похмелье, одинаково отвратительно сказывающееся на всех людях, на Дэя практически не действовало — если убрать недовольную гримасу типичной обиженки и набухшие скулы и замазать синяки консилером, можно было хоть на ток-шоу отправлять, чтоб опять пиздел дальше, чем видел, и кивал как китайский болванчик.              — Ничего, — спокойно говорит Эндрю, выруливая с парковки, хотя Кевин прекрасно видит, что успел испортить тому настроение.              — Я стоял под холодным душем, а потом искал аспирин, — загорелая морда нападающего появляется в проёме между сиденьями.       Он сразу опускает руку на дефлекторы, направляя воздух вверх, потому что дуло прямо между ног. Нил строил из себя невидимку, составляя плейлист со скучным названием «в дорогу».       — Никто не виноват, что ты выпил бутылку рома и потом блевал всю ночь, свалив на суп, — Миньярд даже не удосуживает его пристыженную морду взглядом, доставая из бардачка солнцезащитные очки.       Кевин закатывает глаза.              — Ну простите, оба.              — Завались, — уже более спокойно отвечает голкипер, мельком взглянув на панель, где высвечивалось то, что Нил подключил к машине свой телефон. Кевин перегибается через сиденья, чмокая Эндрю в гладкую щёку.              От него приятно пахнет древесным одеколоном с ноткой какой-то гари.       — Фу, блять, — Кевину на лицо приземляется ладонь, настырно запихивающая его обратно назад, — от тебя воняет перегарищем.       Дэй довольно улыбается, всё же натягивая очки обратно. Он чувствует себя какой-то зверушкой, наглухо не переносящей свет. Глаза ещё начали слезиться. Нил смотрит на них с еле заметной усмешкой.              — Кев, ты слушал последний альбом Gun Kelly? — нападающий врубает трек «kiss kiss», сразу делая потише, потому что хочет услышать ответ.              Ну и потому что Эндрю не всегда любил слушать громко музыку в машине. За каким чёртом он заплатил лишние две тысячи баксов за прокачку стереосистемы — никто не знал.              — Не думай, что я пропущу то, что ты сел на моё место, — Кевин поправляет волосы, глядя на себя в зеркало.              — Просто заткнись и не ной.              — Ой, вот только ты не начинай! — отмахивается нападающий. — Да, добавил пару треков.              — Вы про чувака, который встречается с Меган Фокс? — встревает в диалог Миньярд, неожиданно заинтересовавшийся их трёпом ни о чём.       — Да. Я думал, ты слушаешь только урчание чудовища внутри тебя, никакой музыки, — Дэй удобно укладывается на заднем сиденье, закинув ноги на стекло.              Эндрю делает манёвр, резко уводя руль в сторону и возвращаясь на место. Машина дёргается, а нападающий бьётся и так ноющей головой об дверь.              — Ноги со стекла убрал.              Кевин что-то там бормочет, но ноги убирает.              — Ты знаешь его? — спрашивает Нил, открывая потихоньку бутылку взболтавшейся минералки — если он сейчас устроит фонтан, его точно вышвырнут, причем на ходу.              — Да, — кивает Эндрю, высматривая попутку впереди, а потом начинает обгон.                    Джостен рефлекторно цепляется за сиденье, вжимая в себя голову, потому что обгоняет голкипер всегда в спорт режиме, да ещё и успевая встрять в свою полосу в последний момент перед столкновением.                    — Я бы ему дал.              — А он бы тебе нет, — подает голос с заднего сиденья Кевин.                    — Да ладно, он горячий, — Нил оборачивается на парня, немного пришибленный от высказывания Эндрю.                    Вообще в последнее время он радует младшего — всё больше контактирует с ними обоими, реже срывается по-крупному и уже научился в некоторых моментах сдерживать свои порывы агрессии. Кевин смотрит на Джостена, он уверен, округлившимися глазами.                    — Боже, Кевин, — он закатывает глаза, понимая, что на лице Дэя написано: «мы действительно сейчас собираемся обсуждать мужиков?», — буквально каждый в этой машине держал во рту член…                    — А кто-то и не один раз, — лицо Эндрю отвёрнуто от них, но нападающие уверены, что на его губах играет поверхностная усмешка.                    — Поэтому перестань, убери это дурацкое выражение лица.                    — Он, кстати, подписан на меня в инсте, — избавляясь от внезапно нахлынувшего смущения, переводит тему старший.                    — Чего? — Нил округляет глаза, опять поворачиваясь.                    У кого-то будет болеть не только спина от этой долгой поездки. Эндрю прикладывает руку к дефлекторам со стороны Нила и немного сбавляет напор, чтобы того не протянуло. Делает то же самое, заводя руку назад и убавляя кондей Кевину.              — Если бы ты, наконец, вылез из пещеры и зарегался хоть где-то, кроме Фейсбука, может быть бы и узнал.                    Нил предлагает до сих пор не закрытую бутылку воды Эндрю, но тот отказывается.                    — Сделайте погромче, — Кев со своим приличным ростом еле складывается на заднем сиденье, но его лицо так и сияет, будто начищенный самовар, от того, что тело приняло вертикальное положение.                    Эндрю делает музыку громче — уже играет какая-то старая песня Weekend’а — и вдавливает тапку газа чуть ли не в пол, выехав, наконец, на автомагистраль.       

***

             — Подъём, девчонки, — Эндрю глушит автомобиль, неаккуратно припарковавшись около какой-то вшивой забегаловки, располагающейся в метрах ста от заправки — он уже успел залить полный бак.                    Машина его занимает как минимум три места, но, учитывая, что на стоянке было припарковано лишь одно ржавое корыто, повода для беспокойств не было. Хотя, в обратном случае Миньярду было бы также наплевать. Нил открывает глаза и мгновенно стонет от того, что пару часов так точно спал в позе креветки. Хорошо, что хоть слюней на обивку не напускал.              — Мы где? — он заводит руки за подголовник, сладко потягиваясь.                    Эндрю переводит взгляд с показавшейся полоски живота на заднее сиденье, где Кевин уснул с раздвинутыми ногами и съехавшими на бок очками.                    — И вот это считается надеждой всего экси, — кивает в его сторону, отстёгиваясь.                    Нил смеётся, фотографирует, смешно зумя на лице, а потом смотрит на часы.                    — Уже три часа? — удивляется, переводя взгляд на своего парня.              — Вы дрыхли, как сурки, а мне пришлось слушать твою отстойную музыку, — Эндрю перегибается назад, а Джостену предстаёт чудесная возможность вцепиться в его аппетитную задницу или руками, или зубами.                    — Если сейчас не встанет — пойдём без него, — голкипер начинает бить раскрытой ладонью Кевина по лицу.                    Нил всё-таки любовно оглаживает мягкое место, получая от Эндрю предупредительный взгляд из-под бровей. Дэй что-то мычит не на их языке, стараясь отвернуться к сиденьям лицом. Вообще спать на кожаной обивке — ужасно. Сейчас Кевин будет отдирать себя с характерным звуком потного тела. При мыслях о том, как звучит тело, отдираемое от обивки сиденья, Нила передёргивает.                    — Короче, давай сам, — у близнеца довольно быстро, что не удивляет, заканчивается терпение, и он, кинув ключи в подстаканник и взяв с собой сигареты, выходит из машины.                    Нападающий вздыхает, ещё раз пробуя растормошить Кевина с переднего сиденья — не выходит. Он смотрится в зеркало, прочёсывая едва влажные волосы, берёт ключи, телефон и тоже вылезает, огибая машину. Самое пекло миновало, однако на улице всё равно стояла невыносимая духота, и Нил чувствовал, как из него начинает испаряться влага.                    — Мы пойдём есть без тебя, — Нил, открыв дверь со стороны головы нападающего, теперь трепал его за щёки.                    Кевин сонно приоткрыл глаза, разглядывая перевёрнутую картинку Нила перед собой. Закрывает глаза и машет головой из стороны в сторону, мол «не пойду никуда». Джостен обманчиво нежно запускает руку в волосы, а потом садистски дёргает и ухмыляется, когда Дэй сразу открывает глаза и начинает шипеть, перехватывая запястье травмированной рукой. Нил в свою очередь хватается за его и быстро наклоняется, чтобы мягко поцеловать. Из-за того, что губы перевёрнуты, это ощущается странно, но от того не менее приятно. Кев млеет, почёсывая парня за ухом. Всё же вне площадки он умеет быть не мудаком.       — Всё, — Джостен вытирает влажные губы большим пальцем, отстраняясь и вообще пропадая из поля видимости. — Вышкрябывай своё тельце.              Дэй натягивает очки, ерошит волосы рукой и идёт вслед за Нилом, оборачиваясь на машину, когда слышит характерный звук закрывающихся замков. В свете солнца она выглядит ещё прекраснее, чем в салоне при покупке. У Эндрю, определенно, есть вкус. Потом Кевин хмыкает, вспоминая, кто является его парнем. Да, у Эндрю, определённо, ахуенный вкус.              — Ты думаешь, там будет кондей? — дёргая на себе майку, спрашивает парень, поравнявшись с Нилом.              В голосе сквозит нотка настороженности и брезгливости, которых Джостен не чурался совсем. Кафешка правда выглядела так себе — выцветшее изображение яичницы с беконом и надпись «Polly’s breakfasts» на кирпичном здании старой кладки не обещали ни вкусовой феерии, ни чистых столовых приборов, ни салфеток на столах. Нил, спавший зачастую в заброшенных домах и питавшийся чем придётся, только неопределенно посмотрел на парня, прежде чем толкнуть дверь. Они быстро отыскали Эндрю — кроме него в зале было только трое: криминального вида черный парень, испаночка с длинными неоновыми ногтями и, видимо, её бойфренд — белый парень с шапкой темных кудрей, чей высокий рост можно было углядеть, даже когда он сидел. Проходя мимо, Нил каким-то макаром смог зацепиться с ним взглядом, поняв, что чел в край объебанный. Они плюхнулись в самом конце узкого зала, где официанты специально для них поставили хиленький шумный вентилятор. Эндрю закинул ноги на стул, мерно курил, стряхивая пепел в переполненную пожелтевшую пепельницу, и копался в засаленном меню. Нил сразу юркнул к нему под бок на диванчик, взглядом приглашая Кевина к ним. Тот скривился от вида не особо чистого стола и всё же сел, правда, в кресло напротив парней.              — Ты мог выбрать место ещё ущербнее? — тихо прошипел Дэй на младшего, который даже бровью не повёл. — Чего уж церемониться, надо было на обочину высадиться и там сожрать какую-нибудь белку.              Он вращает голову на сто восемьдесят градусов в поисках двери в уборную, потом решает, что ладно, себе дороже сейчас идти трогать все эти ручки, краны, вентили, неизвестно, будут ли руки чище после их воды.              — Я бы сказал, что ты подхватишь бешенство, но, кажется, тебе это уже не грозит, — Миньярд откладывает ненадолго меню, впиваясь взглядом в лицо Кевина и методично стряхивая пепел с дотлевающего бычка.              — Это реально дыра, Эндрю! Мы не могли остановиться в месте получше?              — Кевин, завались, — цыкает на него Нил, юркая на бедро Эндрю рукой. — Мы съехали с 20 шоссе, потому что в Атланте случилась крупная авария, и там в заторе стоит весь город. Едем по самым ебеням, на ближайшие километров 70 тут ничего нет. А не завёз он нас похавать в нормальное кафе, потому что дал тебе отоспаться, идиот, — парень откидывается назад, выдёргивая из рук Эндрю меню, и после короткого взгляда лишь подмигивает ему.              — Чё это за коалиция против меня? — бурчит Кев, возможно, даже пристыжено, но остальные в это верят с трудом.              Дэй зарывается в телефон, до сих пор ощущая на себе пристальное внимание голкипера.       — Не смотри на меня так.              Эндрю с непроницательным лицом теперь смотрит сквозь Кевина на длинный зал с кучей одинаковых столиков — не особо больших, круглых, с клетчатыми красно-белыми скатертями. Вдали маячит единственная официантка, не собирающаяся к ним подходить. У Кевина внутри неприятно скребутся особо злые кошки, подталкивая на извинения, но гордость берёт своё, и он только поджимает губы, по-детски насупившись. Потом ему больно по щиколотке прилетает под столом со стороны нападающего — Нил, всё также уткнувшись в меню, не поднимает на него взгляд, но жест так и говорит «не будь задницей». Поэтому хоть и с запозданием, но Кевин говорит:              — Эндрю, извини.              — Вау, я думал, ты не знаешь таких слов.              Теперь уже Дэй пинает близнеца под столом, но не сильно, потому что ему потом всё возвратится в удвоенном виде. Эндрю не заставляет себя долго ждать — грубой подошвой сандалий ударяет в самое болючее место на щиколотке, где сразу выпирает кость.              — Ауч, — Кев аж подпрыгивает, сразу запуская руку на ушибленное место. За столом вновь воцаряется атмосфера здоровых отношений.              — Эндрю, ты что выбрал? — Нил, наконец, отдаёт Кевину меню, подсаживаясь поближе к столу.              В кафешке пахнет жаренным беконом и давно не меняемым маслом во фритюрнице. Вентилятор работает плохо, потому в помещении от жара нагретых стекол и пыхтящей кухни было тоже не особо комфортно.                    — Я не хочу вообще пока есть в такой жаре, — Дэй начинает обмахиваться меню.              — Надо поесть, а то скоро зубами начнёшь клацать, и нам придётся ещё куда-нибудь заезжать.              — Никуда мы больше заезжать не будем, — отрезает Эндрю. — Американо и макэндчиз.              — А ты? — Нил обращается к Кевину, с хмурым лицом теперь застывшему над меню.              — Тут один фаст-фуд, — он перелистывает страницу в надежде найти что-то без литра масла в комплекте.              — Не надо притворяться, что ты за ЗОЖ, после вчерашней текилы я ни за что не поверю.              — У меня был запой после осознания того, что меня теперь в ближайшие пару лет не убьют, — странно хмыкает нападающий, откладывая книжку в сторону. — Наверно, глазунью и холодное американо. Меня стошнит, если я съем что-то жирное.       Все замолкают после первой фразы.              — Я буду молочный коктейль и лепёшку с овощами и фаршем, — Нил поднимает руку, жестом подзывая официантку.              Потом понимает, что парни смотрят на него странным взглядом.              — Что?              — Молочный коктейль? — с долей язвительности уточняет Эндрю.              — Серьезно? — подхватывает Кевин.              — Это вы, придурки, в жару пьёте кофе, — парень пожимает плечами, действительно не находя ничего зазорного в том, чтобы в +37 позволить себе выпить молочный коктейль.              Медленно к ним подплывает официантка с постным и уставшим лицом. Эндрю мимолётно оглядывает её заляпанный фартук и морщины на шее, пытаясь понять, сколько ей лет.              — Вы готовы сделать заказ? — всех удивляет её мексиканский акцент.              Миньярд же, не дожидаясь остальных, пересказывает весь заказ по памяти — идеально — и в конце добавляет, чтобы ему сменили пепельницу. Нил был готов к тому, что женщина закатит глаза прямо перед ними, но, видимо, сделала она это после того, как отвернулась. Парочка из испанской цыпочки и её подобия Бонифация начинают что-то громко обсуждать, при этом парень с трудом выговаривает хотя бы слоги.              — Чел жестко вмазан, — Нил кидает на их столик пристальный взгляд.              Кевин тоже разворачивается на них, и, вроде как, прожигающий взгляд трёх пар глаз должен был заставить их сбавить обороты, но пара лишь ещё сильнее начала спорить.       — Не смей, — властно шипит Дэй на Эндрю, когда тот порывается встать.              Они ждут заказ недолго — совсем скоро на сколотых тарелках им приносят удивительно аппетитную еду, от запаха которой у Кева всё же просыпается чувство голода.       

***

      — Я расплачусь, идите пока заведите машину и включите кондей, — Нил, выйдя из-за стола, ловит тяжёлый комплект ключей.              Кевин уже ускакал вперёд, как он и ожидал. Поздний обед выдался действительно неплохим — живот чуть тянуло от того, что парень решил всё же прикончить свою лепёшку, не оставляя ничего на тарелке, а потом шлефануть всё ванильным коктейлем в придачу. Даже идти было тяжеловато.              — Давай я поведу? — Эндрю отсчитывал наличку, хрустя новенькими купюрами, и даже не смотрел на него.              — Нет.              — Почему? Мы уже проехали Атланту и, скорее всего, остановимся в Алабаме в Бирмингеме. Ты отдохнёшь и сможешь ехать дальше, если решим не оставаться на ночь, — не унимался нападающий.              — Я не устал.              — Какой же ты тяжёлый. Неужели нельзя просто дать о тебе позаботиться? — Нил закатывает глаза, перебрасывая ключи из одной руки в другую.              — Не надо обо мне заботиться, — Эндрю кидает раздраженный взгляд на парня, хотя тот смотрит не менее раздраженно в ответ.              Не сработает уже. Теперь Нил не терпел все его закидоны — пытался наладить контакт, так сказать, без ругани и рукоприкладства.              — Делай что хочешь, только спать я точно не буду по такой жаре, — Миньярд машет рукой, мол «иди», и сразу подзывает двумя пальцами официантку.              Жест не совсем этичный, как кажется Нилу, но он всё же идёт молча вслед за своим вторым парнем, огибая по большой траектории столик испано-героинового тандема и сталкиваясь в дверях с тем самым чёрным мужчиной — тот толкает его в плечо, говоря что-то типа «посторонись, янки». Джостен поджимает губы, но со своими 160 сантиметрами решает в конфликт не вступать — мужик его на две головы выше и выглядит так, будто у него за пазухой обязательно лежит пистолет или нож. Он сразу топает к своему пикапу, который, Нил уверен, заведётся только либо если по нему хорошенько хрястнуть, либо с божьей помощью — другого не дано.              — Че он от тебя хотел? — младший не в курсе, как у Кевина это выходит, но тот буквально мог загреметь на обложку какого-нибудь журнала, будь поблизости фотограф получше, чем сам Нил.              Дэй стоял, оперевшись спиной на машину, а одну ногу поставив на ступеньку для пассажиров, в своих якобы модных очках, майке-борцовке, до того сильно свободной, что при неаккуратном движении рук можно было увидеть его соски, и с блестящей на солнце кожей. И это с бодуна. Чёрт знает этих красавчиков. Нил, заглядевшись, не сразу понимает, что завис. Он подходит практически вплотную.              — Толкнул меня, назвал «янки», — парень оборачивается на машину, стоящую к ним носом.              Из-за солнца и тёмных стекол он даже не видит её водителя.              — Хахаха, — Кевин мягко смеётся, подаваясь чуть вперёд, — я же говорил, что надо больше загорать!              Они смотрят в глаза друг другу, чувствуя какую-то невербальную связь. Пусть Дэй и был большую часть времени засранцем, но в такие моменты Нил думал, что никого милее него на свете нет. Он делает ещё один шаг вперёд, обнимая парня за талию и устраивая нос в изгибе его шеи. Немного царапает шрамом на щеке. Даже то, что они оба липкие, не смущает. Кевин позволяет обнять себя, сам кладёт руки на плечи и притирается поближе, но не более. Пусть даже их никто и не узнал в этой глуши, осторожность никогда не помешает. Нил оглаживает его лопатки одной рукой.              — Ты пахнешь ванильным молочным коктейлем.              — А ты пахнешь, как подушка для Эндрю.              — М? — не догоняет Кевин, наклоняя голову вниз и встречаясь с хитрыми глазами Нила — тот тоже поднял голову, и со стороны это выглядело так, будто они оба боялись сделать первый шаг и поцеловать друг друга.              — Я поведу теперь. Сядешь с ним на заднем сиденье? Он тогда, может, поспит.              Нил просит, и как Кевин может ему отказать? Тем более если под боком, может быть, будет сопеть Эндрю.              — Лаадно, только в следующий раз я сажусь вперёд!              Он ерошит рыжую макушку в снисходительном жесте, довольствуясь жмурящимся Нилом. Его волосы на свету отливают цветом свежей ржавчины, мягкой волной уходя за уши. Потом за спиной яростно хлопает дверь машины, и Джостен рефлекторно напрягается, когда слышит грубое:              — Эй, вы, заднеприводные! — Нил сразу отлипает от парня, разворачиваясь, как и он, спиной к машине.       Косолапой походкой тот самый мужик отходит от своего пикапа и медленно направляется в их сторону, почёсывая руки кулаками. Кривая линия рта и грозно раздувающийся и без того огромный нос никак не могут сказать, что идёт он к ним попросить огоньку.              Нил бросает быстрый взгляд на Кевина, который ничуть не меняет позы: он всё так же расслабленно держит одну ногу на пассажирской ступеньке, только теперь натянул очки на лоб, убирая волосы назад, как ободком. На губах у него играет насмешливая улыбка, правда глаза были сосредоточены.              — Не мог выбрать какой-нибудь другой, менее ущербный синоним к слову «гей»? — выкрикнул тот ему, заглядывая за спину на вход в кафе, — Эндрю до сих пор не было поблизости.              — Кевин! — шёпотом шикнул на парня Нил. — Не нарывайся, откуда мы знаем, что он не вооружен?       Дэй не удосуживает его даже взглядом — всё продолжает безмолвную борьбу. Парень, на вид ему было лет 35, но Нил был уверен, что он был гораздо моложе, чем выглядел, с совершенно неосознанным выражением лица остановился в двух шагах от них, угрожающе расставив ноги.       — Вы че тут развели? — широкие плечи мужчины вкупе с выставленными по бокам руками делали его похожим на персонажа из мультиков.              Кев хихикнул своим мыслям.              — Ты про что?              Мужик зло выпучил глаза, делая ещё шаг навстречу.       Эндрю стоял как раз за его пикапом — рядом была урна с пепельницей в верхнем отсеке. Он решил покурить на улице, чтобы салон снова не провонял дымом. Жара потихоньку сходила на нет, и слава богу — в своих чёрных повязках было слегка душно. Приятно действовала мысль о том, что Нил исправно носит подаренные ему повязки тоже при любой погоде и никому другому, кроме самого Миньярда и Кевина не позволял их снимать. Он почти утонул в собственных размышлениях о том, какую дорогу им лучше выбрать, как услышал перекрикивания старшего с кем-то извне. Эндрю сразу слегка выглянул из-за угла машины, интенсивнее и глубже затягиваясь. Улыбнулся тому, насколько же Кевин стал смелее и дерзче после смерти Рико. У нападающего будто гора с плеч упала, поэтому городил он, что хотел. До этого Эндрю мельком увидел милые обжимания парней, поэтому решил покурить подольше, но сейчас он тушит бычок о железную крышку и медленно направляется к своей машине.              — Вы, грязные педики, заполняете собой нашу страну! — выплюнул парням в лицо мужчина.              Его короткие косички забавно болтались на большом лбу, и если бы он не был просто обычным тупоголовым гомофобом, Кевин бы решил, что он под чем-то.              — У тебя какие-то проблемы? — даже не видя крадущегося Эндрю впереди, он делает шаг навстречу, вплотную прижимаясь к мужчине и заслоняя собой Нила, который с непроницаемым выражением лица наблюдал за развитием событий, готовясь в любой момент броситься помогать.       Он замечает Эндрю сзади и было округляет глаза, когда у того в руках сверкает лезвие ножа, но тот жестом приказывает заткнуться.              — Это у тебя проблемы, потому что если сейчас вы не уебёте отсюда, то я размозжу ваши тупорылые головы об асфальт, — и вроде как заносит руку для удара, вот только Эндрю действует быстрее, поэтому ударить мужчина не успевает.              Кевин отшатывается в сторону, хмурясь и одной рукой придерживая Нила за спиной.       — Заводи тачку, — кидает Миньярд ему, и они быстро рассыпаются по местам, чтобы не видеть остаток драки.       Нил залетает на переднее сиденье, тут же заводя мотор, а Дэй на заднее, открывая дверь нараспашку. Вообще всё происходит достаточно быстро и легко, а Нил с Кевином в который раз удивляются тому, что мелкий и хрупкий на вид Эндрю может завалить человека в полтора раза больше него самого. Как только Дэй чуть ли носом не притёрся с тем парнем, сзади налетел Эндрю — он жёсткой ногой ударил по обратной стороне колен, и не ожидавший нападения сзади мужик пошатнулся, начиная заваливаться вперёд. Ещё один удар в спину и затылок, и он лежал, сбитый с толку и почти оглушенный от падения, тщетно пытаясь перевернуться. Буквально за пару секунд Миньярд перерезает ему сухожилия под коленками, обездвиживая, потом вскакивает на ноги, поддавая под рёбра. Окровавленное лезвие он вытирает об его рубашку, и нож мгновенно исчезает в складках повязок.              — Гони, — тихо кидает Эндрю Нилу, запрыгивая на заднее сиденье. — Больше не нарывайся, а то животик надорвёшь, тягаясь с большими дядями, — уже Дэю.       В голосе ни единой эмоции, разве что доля язвительности. У Нила от пробивающихся воспоминаний выступает пот на лбу, и сердце бухается куда-то к почкам. Он, игнорируя полосу разгона, сразу выезжает на дорогу и гонит все 130 с разрешёнными 90. Как только они отъезжают метров на восемьсот, Джостен оборачивается на парней. Внезапно Кевин начинает смеяться — то ли от шока, то ли из-за страха. Нападающие встречаются взглядами в зеркале заднего вида.              — Тебе самому не смешно, что с двухметровым громилой разобрались не мы, а он, — большим пальцем тыкает в притихшего Эндрю, методично перевязывающего свои повязки, — тот, у которого рост меньше, чем у среднестатистической женщины в Америке?              Нил смеряет Дэя бесцветным взглядом, не разделяя веселья. Ему не жалко того мужика, он не собирается ему вызывать скорую. Плевать. Главное убраться подальше отсюда.              — Ты не ранен?              Эндрю сначала молчит, а потом еле заметно машет головой в отрицательном жесте.              — Кто виноват в том, что вы такие пуссибои, — отвечает он спустя какое-то количество времени, перегибаясь вперёд за водой.              Кевин ухмыляется, облизывая губы.              — Пуссибоя ты увидишь в зеркале, когда я буду тебя тр…              — Господи, завалите ебальники! — вскипает Нил, со злости начиная обгон.              Смысла в этом особого нет, потому что скоро они встают в колонну из машин.       — Думаете, авария? — Дэй подаётся вперёд, пытаясь вглядеться вдаль.              — Везёт нам на чистую дорогу, — меланхолично замечает Эндрю, снимая с ног сандалии.              Нил забивает в навигаторе нужное им место и потом врубает музыку, делая громкость на минимум — из колонок звучит грубоватый, но приятный голос Майли.              — Затор небольшой, я думаю там что-то случилось, — листая карту на телефоне, говорит Кевин. — Эндрю, почему ты просто не обезоружил его? Или как это называется.              Блондин скашивает на него странно блестящие глаза. Что-то из воспоминаний теперь точно гложет его. Кев смыкает губы, полностью разворачиваясь к младшему, и одну коленку кладёт на сиденье, касаясь ею бедра близнеца. Эндрю мотает головой, устало откидываясь на сиденье головой.              — Год назад видел его в сводках новостей по ящику, пока сидел у Ваймака. Он ранил беременную кассиршу и скрылся. Она потом впала в кому или что-то типа этого. Теперь уйти не сможет, в прямом смысле, — хмыкает, — его точно доставят в больничку, копы заберут потом, думаю.              Нил проглатывает все воспоминания о том, что Эндрю помнил из детства. Прекрасная визуальная и слуховая память могли быть как полезными, так и отравляющими жизнь по сей день.              — И ещё ты защищал своих пуссибоев, — Кевин толкает его в плечо, пытаясь разбавить атмосферу.              Эндрю хмыкает и отворачивается. Закрывается.                    — Тебе надо поспать.              — Я не хочу.              — У тебя глаза слипаются, не брехай мне тут.              Эндрю кидает на него злой взгляд, предупреждая не трогать его.       — Хватит пытаться меня убить взглядом, — Дэй тянет одно из сидений вперёд, открывая проход в багажник.              Кряхтя, он лезет рукой туда, шарится бесконечно долго, в конце концов выуживая небольшой плед. Сворачивает его в валик и кладёт к себе на колени. Эндрю машет головой, ощетинившись. Нил спереди нервно переглядывается между парнями и дорогой, хотя едут они катастрофически медленно.              — Эндрю, — тихо говорит Кевин, убрав из голоса всё «своё» — немного надменности и игривость.              Миньярд ударяет кулаком в сиденье впереди себя, опустошенно выдыхая. Он смотрит на Кевина странным взглядом, то ли просит отвалить, то ли поддержать его — правда как, никто не в курсе. Дэй не отводит взгляд, лишь медленно его рука соскальзывает на бедро Эндрю, а сам он пересаживается поближе. Он проводит большим пальцем по голой коленке, затирая белёсый шрамик. Близнец опускает голову, смотря на их ноги.              — Да давайте уже, а то мне даже за дорогой следить не надо, а вы всё телитесь, — Нил тихо выругивается, объезжая яму.              Прежде, чем Кевин его целует, Эндрю ловит его мягкую усмешку. Большие и тёплые ладони нападающего оказываются у блондина на шее и затылке, не давая отстраниться раньше времени. Миньярд пихает парня в грудь, отстраняясь, вытирает рот повязкой на руке и начинает устраиваться на кресле поудобнее. Сразу становится чуточку спокойнее.              — А ты на вкус как сигареты.              Он тянет слабо сопротивляющегося близнеца на себя, всё же укладывая буйную голову на колени. Они единожды пересекаются взглядами, прежде чем Эндрю отворачивается, а Кевин бездумно запускает руку ему в мягкие волосы. Младший напряжён, о чем говорит то, что он дёргается, когда Кев пытается его подвинуть ближе к себе. Все знали, что сон у него чуткий, а будить Эндрю, чтобы потом получить по лицу, никто так вообще не решался. Кевин успокаивает его, когда начинает гладить руку от плеча до локтя, и пусть через слои ткани блондин не ощущает тепла рук, это убаюкивает.              Кевин подмигивает отражению Нила в зеркале, когда они начинают слышать мерное сопение чудовища. Ну какое это чудовище, м? Максимум бесёнок. Эндрю выглядел обезоруживающе и невинно со своими спадающими на лоб светлыми волосами и чуть приоткрытыми сухими губами. Все постепенно налаживалось: Кевин переставал загоняться по поводу воронов и травмы, готовясь к самоубийству в спортзале по приезде, и боролся со своими эгоизмом и надменностью; Нил всё больше позволял узнать себя настоящего, позволял себе больше эмоций и привязанности и тоже потихоньку начинал отпускать прошлое; Эндрю стал хоть немного им двоим доверять, урывками рассказывая о прошлом и иногда, если повезёт, озвучивать то, что накатило, вслух, начал подпускать к себе людей — в этот раз это касалось, правда, только Кева с Нилом и Аарона, но не суть. Лёд трогался и расходился в стороны под натиском их совместных усилий. Дэй кладёт руку на шею Эндрю, но тот не дёргается, хотя явно почувствовал прикосновение.              — Наконец, — выдыхает Нил, когда они объезжают машины дорожного патруля.              Кевин прилипает к окну, во все глаза глядя на перевёрнутый большегруз.              — Заснул за рулём, — констатирует своё предположение как факт он.              — Наверно.              Потом засыпает и Дэй, а Нил включает подкаст на телефоне, выезжая на платную автомагистраль. На часах пять вечера, на заднем сиденье два милейших спящих создания, а в подлокотнике торчит банка колы. Идиллия.