Я отдам тебе свою глюкозу, если ты осмелишься меня расщеплить

Утро. В глаза назойливо бьют солнечные лучи, которые заставляют прикрыть лицо руками. — Уже пора вставать? — Сахароза произнесла это с такой жалостью, что даже потеря любимой вещи не сравнилась бы с её разочарованием сейчас.       Сахароза через силу подняла веки и сразу же прищурилась от колючей рези в глазах.       Постепенно привыкая к свету, она посмотрела на небо. Без очков было не очень хорошо видно, но стало понятно, что сейчас ещё самое раннее утро.       Попытавшись встать, Сахароза с глубоким и раздирающим ужасом осознала, что её кто-то держит. Дыхание на миг остановилось, а зрачки сузились. Медленно, опасаясь, она повернула голову. Страх смешанный с шоком был заменён чуть ли не криком, который в последствии скорее остался беззвучным писком.       Рядом лежал мирно спящий Альбедо, рука которого также непримечательно была расположена на талии Сахарозы.       Не было ни единого слова, которое могло описать чувства Сахарозы. Смущение, смешанное с непониманием, волнением, испугом и возможно даже радостью. Весь этот калейдоскоп эмоций заполнил разум и, отвернувшись, Сахароза вновь закрыла лицо руками, повторяя себе, что это всего лишь сон. Но это был не сон.       Обжигающее своим теплом дыхание окутывало шею Сахарозы. Рука, которая словно стараясь присвоить тело себе окутывала его. Альбедо, который был так близко, что не было даже хоть немного воздушного пространства между ними.       Несмотря на бушующие внутри Сахарозы чувства, она, словно окаменев, старалась насладиться каждой секундой.       Внезапно эту идиллию прервал сам Альбедо, от которого стало исходить небольшое движение.       Сахароза сразу же закрыла глаза, делая вид, что она спит.       Сзади можно было почувствовать, как в её волосы зарывается носик Альбедо, и он всё ещё не переставая мычит.       Внезапно движение прекращается, проходит около несколько секунд, когда Альбедо привстаёт на локти. Постаравшись подняться, он неловко осматривался. Сахароза не видит этого, но ужасно уверена, что ему видно как покраснело её лицо, и ушки неконтролируемо задёргались.       Альбедо ходил из стороны в сторону, временами поглядывая на Сахарозу.       Прошло около пяти минут, и Альбедо всё же решился разбудить уже давно не спящую Сахарозу.       Тёплая рука прикоснулась к плечу, и по телу пробежали мурашки. — Сахароза… — голос был тихим, аккуратно и спокойно пытаясь привести её в сознание.       Глаза постепенно открылись, было всё ещё стыдно смотреть на Альбедо, поэтому она приподнялась на руки, и волосы закрыли большую часть её лица. — Ты как? Всё хорошо? — Да, — ответ был очень кротким: Сахароза старалась не раскрывать своё состояние. — Можешь пока собирать вещи, уже пора идти. — Хорошо, как скажете, — опустив голову, Сахароза встала.       Сев на ближайший пенёк, Сахароза стала рыться в своей сумке. Она вытащила небольшую шёлковую ленточку голубого цвета. Руки аккуратно вились вокруг волос, обвязывая их лентой. Щёки пылали, а дыхание было разгорячённым. Тяжёло вбирая в себя воздух, Сахароза старалась прийти в себя. Казалось будто всё лицо её покраснело. То ли от жары, то ли от смущения.       Альбедо смотрел на это как заворожённый и только когда Сахароза решила подняться, он неуклюже попытался скрыть свою откровенную попытку наблюдения.       Сахароза осмотрелась и увидела открытую сумку лежащую на земле, из которой выпали некоторые вещи. Очевидно, она принадлежала Альбедо. Аккуратно подняв с земли все вещи она заметила небольшой холст размером с ладонь. Стало любопытно, и Сахароза перевернула его на лицевую сторону. Перед ней оказался портрет неизвестной девушки. Почти слитые цветом с ресницами фиолетовые глаза, бледная кожа. Тёмные, как самая глубокая ночь волосы и лёгкая улыбка. (Кто это?)       Единственное впечатление, которое произвела эта девушка на Сахарозу, — казалось бы беспричинная неприязнь. В глубине сердца появилась тревога, а в голове, как сотни пчёл, начали роиться мысли. Там оставалась подпись: «Твоё последнее поручение: покажи мне истину мира, покажи мне его смысл».       Сахароза одёрнулась, когда Альбедо наконец закончил разбирать костёр. Он было уже подошёл к ней, но к этому времени Сахароза успела прибрать всё на место. — Твои вещи упали, поэтому я прибрала их! — А, хорошо, спасибо. Вещи были собраны. Времени прошло совсем немного, но они постарались сразу отправиться в путь. — Прости, что рано разбудил. Ты выспалась? — Да, можете не беспокоиться, — глаза избегали взгляда Альбедо, и она старалась будто невзначай посмотреть в другую сторону. — Сахароза, что-то не так? — Альбедо постарался приблизиться, будто это поможет добиться от неё желаемого ответа. — Нет, всё в порядке… — неосознанно Сахароза отодвинулась от него. Альбедо остановился и схватил Сахарозу за кисть руки. — Я сделал что-то не так?       Наконец Сахароза обернулась к нему лицом и в мёртвой тишине смотрела в его глаза. Его дыхание было тяжёлым, выражение лица было напряжено. Брови были нахмурены, но всё ещё отражали волнение, а волосы беспокойно развивались на ветру. Тонкие пальцы были обвиты вокруг руки Сахарозы и невольно сжимали её. — Прости, — Альбедо разжал свою руку и отвернулся, будто скрывая свои эмоции. — Нет, это вы меня простите! — Сахароза наконец пришла в себя и смогла выдавить извинения. — Я не хотела заставить вас волноваться, это моя вина. Я просто сильно разволновалась, я не хотела, чтобы вы считали себя виноватым за это. Всё хорошо, правда! Альбедо выдохнул, будто груз в несколько килограммов руды спал с его плеч. — Извини, я, наверное, просто раздул из мухи слона. — Ничего страшного! Всякое бывает. Главное, что мы поговорили и поняли, что проблем никаких нет. — Да, ты права, — Альбедо улыбнулся и Сахароза ответила взаимностью.       Они продолжали свой путь, иногда обмениваясь фразами о бытовых вещах.       Но словно противясь недавно появившейся позитивной атмосфере, погода изменила свой привычный приятный глазу вид. Тучи нейтрального цвета стали затягивать голубое небо. Воздуха словно стало не хватать, но ветер всё ещё дул достаточно, чтобы развевать волосы на ветру и некоторые части одежды. Птицы летали куда ниже обычного, словно пытаясь спрятаться от наступающего погодного явления.       Сахароза в смятении посмотрела на небо. За ней присоединился и Альбедо. — Ничего страшного, я взял с собой специальную накидку, чтобы не намокнуть, — Альбедо пытался приободрить Сахарозу, по лицу которой было понятно её нарастающее беспокойство. — Спасибо вам, но я не особо волнуюсь о том, промокну я или нет. — А в чём же дело? — Просто я немного боюсь грозы, — голос задрожал при произнесении последнего слова и ушки нервно задёргались.       Порыв ветра с ещё большей силой разлетелся по области. Деревья наклонилась и с них срывало листья в неизвестном направлении. Лепестки цветов также произвольно вальсировали по воздуху, а птицы не могли удержать равновесие против такого потока ветра.       Сахароза прикрыла лицо рукой, а Альбедо потянулся в сумку, чтобы достать накидку. Девушка надела её, и они пошли дальше.       В дали уже было не видно хоть единого просвета синего неба или хотя бы лучика солнца. Не было также заметно ни одного живого существа, все они спрятались и это ещё больше заставляло ощущать себя неуютно. — Мистер Альбедо, вы можете не торопиться. — Мы всё равно не сможем спрятаться от грозы, не стоит спешить. Я потерплю, ничего страшного, гром меня не убьёт. — Ты уверена? — Да, всё в порядке. Лучше наденьте накидку, скоро может пойти дождь.       Альбедо накинул её на себя. Сахароза недовольно посмотрела на его волосы. Подойдя ближе, она протянула руки за голову Альбедо и одела на него капюшон. — Если будете так небрежно надевать на себя одежду, то точно заболеете, пожалуйста заботьтесь о себе тщательнее, иначе этим буду заниматься я.       Альбедо молчал, но попытался отвернуться от взора Сахарозы на его лицо.       Гром периодически разряжал окружающую их тишину. Сахароза нервно подёргивалась, стараясь будто сжаться в комочек и спрятаться от всего, что происходит вокруг. Альбедо долго, но с состраданием смотрел на свою спутницу, будто собираясь с мыслями. — Сахароза, если тебе так будет лучше, то ты можешь взять меня за руку.       Она смотрела на него немного потерянными, но полными благодарности глазами. Сахароза непроизвольно потянулась к его руке. И вновь слух пронзил отдающийся громоздким эхом гром.       Сахароза резко прижалась к Альбедо и схватилась за его локоть, зажмурившись. Как только стало слышно тишину, Сахароза рассыпалась в извинениях и немного отпряла от Альбедо, но руку не отпустила. — Всё в порядке, я же сам предложил. Главное, что тебе так лучше. — Спасибо…       Первые капли, что едва дотронулись до сухой травы. Молнии, бесшумно озаряющие светом тяжёлое небо. Две сплетённые души, удаляющиеся в бескрайние поливы дождя.