Арс, ты будешь моим... Актером?

Шел последний съемочный день Арсения. Я заставляла повторять финальную сцену снова и снова. Его последнюю сцену в роли моего актера. А мне так не хочется прощаться… Больше нам не будет поводов встречаться. Эта история закончится навсегда. После последнего дубля я должна сказать ему то, что следует. То, что следовало сказать в тот вечер, когда мы поцеловались. Спасибо небу, что мне позвонила Мира и прервала нас, иначе я не смогла бы найти сил выгнать его из дома. Ещё несколько секунд… Ещё немного… — Стоп. Снято. Всем спасибо, на сегодня всё. Вы молодцы. Жду вас завтра. Осталось всего пара дней до финала, сил нам! — подбодрила я команду и вышла на балкон. Сегодня мы снимали не в павильоне, а в старинном особняке с видом на реку. Закат уже отражался в воде. — Если бы мы жили во времена постройки этого особняка, то должно быть встретились бы на балу, а общались под сводами театра. — Я знала, что Арсений подойдет. Он всегда подходил, когда я старалась уединиться, старалась сбежать от него. — Не думаю, что тогда девушек жаловали в режиссеры. — И то верно, скорее ты была бы прекрасной актрисой. Какой сюжет нам бы подошел? Быть может вы моя Джульетта? Или Эвредика. — Не паясничайте, Дон Жуан. — О, как вы строги Миледи. — Арсений поднял мою руку и поцеловал запястье. — Ты что творишь? — отдернула я руку и обернулась на съемочную команду. Все были увлечены сборами, вроде никто нас не заметил. Хоть бьюсь об заклад слухи о нас ходили. — А что такого? Я больше не твой актер. Теперь я просто мужчина. — Женатый мужчина, Арсений. — Ну это временно, я как раз хотел тебе сказать… — Сначала скажу я. — Вдох-выдох, я натянула на себя маску беззаботности и наконец сказала ему, — Всё, что было между нами — это игра. Прости меня. Я просто выводила тебя на живые эмоции. Ты ярче горишь, когда думаешь, что влюблен. — тут мой голос немного дрогнул, но я удержалась, — Мне нужен был этот огонь в кадре. У меня нет к тебе, как к мужчине, никакого женского интереса. Благодарю за работу. Хорошего вечера. Я не смогла сказать ему «до свидания» или «до встречи», слишком много надежды в этих прощаниях. И не смогла сказать «прощай», в этом слове надежды не было совсем. Я развернулась и ушла, оставив его осознавать сказанное. В этот же вечер я встретилась в баре с подругой, забыв свой сухой закон, принятый на время съемок. Я пила и плакала. Так банально… И плакала я не потому, что оттолкнула его. Нет. Я поступила правильно. Я рыдала от того, что он меня не удержал. Я хотела, чтобы неправильно поступил он. Эгоистичное желание оставаться чистенькой или моральные принципы, осуждающие роль любовницы? Впрочем, после пары рюмок текилы это было не важно. Мне просто было невыносимо темно и больно. Больно, темно и пусто. А на утро я вспомнила, что в первую очередь я — режиссер, отдавший жизнь искусству и только потом женщина. С этими мыслями я продолжила пахать. Иногда мне казалось, что он вот-вот пройдет по коридору, заглянет в гримерную, помешает съемке. Я хотела увидеть его, но боялась. И он так и не появился. Прошел год… Вот-вот должна была состояться премьера моего фильма. Я сидела в гримерной и улыбалась, как дурочка. Конечно, я волновалась понравится ли зрителю, тем более на премьерный показ было приглашено много именитых людей и критиков. Но это было не так важно в моей системе ценностей. Я это сделала! Мой фильм на больших экранах! Я не могла оторвать взгляд от своего улыбающегося отражения в зеркале. Стараясь запомнить его на долгие годы — момент исполнения мечты. А дальше красная дорожка, фотографии, пара вызубренных слов перед началом, проход в зрительный зал и… И вот я сталкиваюсь взглядом с призраком прошлого. С призраком, который последний год периодически мелькал на экране, во время работы над фильмом. Теперь же этот призрак будет позади меня, пока я смотрю вперед, на него, на экран кинозала. Арсений. Не было никакой надежды, что ты не придешь сюда. Но я так ждала премьеры и так привыкла жить без тебя, что думала мне будет всё равно. Мне не всё равно… Ты кивнул, в знак приветствия, твоя улыбка резанула мне по сердцу. Слишком глубоко. Я чувствую вину, за то, как попрощалась с тобой тогда. Я чувствую желание обернуться и посмотреть на тебя. Я хочу поговорить с тобой, посмеяться с тобой, поплакать с тобой. Я просто хочу обнять тебя. Я сама не заметила, но я так скучала по тебе. Я так скучала… Я просмотрела фильм. Хорошо хоть ни один из кадров не был для меня в новинку. Дальше поздравления, восторженные отзывы (жесткую критику я позже прочитаю в газетах), дорога на банкет. Мне едва хватает силы духа, чтобы не искать глазами моего бывшего актера. Кстати о бывших… Иван и Мира делали вид, что они милая парочка, чтобы поддержать образы из фильмов. Некий пиар ход. Конечно, во время съемок они действительно начали встречаться, но по окончании быстро разбежались — новые проекты, новые музы… Может быть мне срочно надо найти новый проект, чтобы сменить музу? Не сработает. Проверено. Да, это премьерный показ моего фильма. Впервые моё имя в качестве режиссера на большом экране. Но меня так захлестнуло желание творить, что в работе находятся ещё два фильма и один сериал. Я дышала работой. Арсений, зачем ты мне напомнил, что дышать можно и другим способом. Что можно вдыхать твой, сводящий с ума запах, и просто быть рядом. От этого становясь самой счастливой и одновременно самой несчастной. Банкет проходил на ура. Все веселились. — Девушка, здравствуйте, о чем думаете? — наконец подошел ко мне Арсений, как и всегда, когда я стояла в одиночестве, стараясь спрятаться ото всех. Он стер нашу неловкую дистанцию в прах. — Здравствуй. — столько слов рвалось наружу, что я решила вообще не разговаривать. — Думаешь о том, кто из этих людей действительно прибывает здесь и сейчас, радуясь моменту? — он сказал мне мои же слова, сказанные ему почти два года назад, когда мы впервые лично встретились на выпускном. Я лишь улыбнулась и отрицательно покачала головой. — Тогда, о чем? О тебе. О тебе. О тебе. — Я просто наслаждаюсь осознанием того, что моя мечта сбылась. — Да, прости, надо было первым делом поздравить. Ты молодец, ты справилась! Фильм получился восхитительный, я даже пустил слезу. — он поднял бокал с шампанским чуть выше, — За тебя, прекрасный режиссер. — Прости меня. — мне едва хватило силы сдержать слезу, — Фильм того не стоил. — Чего? Игры с моими чувствами? — Да. — Естественно не стоил, поэтому ты с ними и не играла. Слушай, ты реально всё это время думала, что я поверил твоим словам? — А что, нет? — Конечно нет. Так что выдохни, между нами всё хорошо. Давай выпьем за тебя и за премьеру! — Давай! — как же стало легко… Я утерла скатившуюся от облегчения слезу. Мы даже посмеялись вместе, обсудив какие-то моменты фильма и банкета. Но в какой-то момент разговора он снова перешел черту: — Потанцуешь со мной? — От чего бы и нет. — сегодня я заслужила это. — Только мне нужно кое-что сделать перед этим. Пойдем. — он поставил наши бокалы на столик и взяв меня за руку повел за собой на улицу. Через пару улиц мы добрались до набережной, которая уходила в воду. Почти берег моря, только брусчатка и широкая река. Свет города заслонял звезды, но сам светится, как в сказке. Мы так далеко ушли с празднованием за полночь, что небо на горизонте начинало светлеть. И было безлюдно. Рассвет только для нас с тобой. Позволь мне забыть о том, кто мы на этом свете и какими обязательствами связаны. Арсений снял обручальное кольцо со своего безымянного пальца. Жаль, что этот жест ничего не меняет. — Что тут написано? — он протянул мне кольцо, на нем гравировка. Мне не нужно читать её, я и так помню, там написано: — Навсегда. — Ага, — он подкинул его и зажал в кулаке, — это оказалась полнейшая чушь! Арсений размахнулся и бросил кольцо в воду. Я интуитивно бросилась к тому месту, но он остановил меня. — Я не буду обещать тебе навсегда, но… — Арс, о чем ты? Оно улетело недалеко, быстро помоги мне искать! — я сняла туфли и пошла в воду. Она оказалась приятно холодной, остудила мою голову. — Зачем? — Потому что это важно! — Что именно? — он стоял на берегу. Я пыталась вспомнить где был всплеск воды. Пара десятков бокалов шампанского «за премьеру!» откровенно мешали сосредоточиться. — Твой брак, это кольцо, это важно! — Вот почему я тебе ничего не говорил. Ты так отчаянно пытаешься спасти простое кольцо. — Оно не простое, оно обручальное! — Простое кольцо. Страшно представить с каким рвением ты бы пыталась спасти мой брак. — Что? — То, что мой брак официально расторгнут уже пару месяцев. Прости, мне нужно было временя всё обдумать, прежде, чем прийти к тебе. — О чем ты говоришь… — по своим ощущениям я побледнела. Я вышла из воды и села на скамейку, которая стояла неподалеку. Было мокро и холодно. Арсений подошел, снял пиджак, вытер им мои ноги и надел на меня туфли. Я не могла пошевелиться. — Я всё испортила… — Ну вот как ты всё-таки умудрилась прийти к такому выводу? Давай я расскажу, как всё было с моей стороны. Разрушение началось ещё до встречи с тобой. Мы с бывшей женой перестали находить общий язык, но пытались спасти брак. Боже, мы даже ходили к семейному психологу, а ты думаешь, что это твоя вина. Мы правда пытались, но ничего друг к другу не чувствовали. А потом я встретил тебя. Я был растерян. Я всё ещё был официально женат, я не готов был к новым отношениям, но не мог и не быть с тобой. Мысли о тебе давали мне надежду на светлое будущее, которого я и не ждал. — Почему… Почему ты не сказал мне раньше? — А что сказать? Скажи я: «скоро разведусь, дорогая», чтобы ты подумала? — Что ты водишь меня за нос. — Именно. Чтобы я не сказал, ничего бы хорошего не вышло, я много думал об этом и понял, что лучше дождаться официального решения, я даже могу показать тебе бумаги. — Не надо. — Я хотел сказать тебе по окончании съемок, тогда, на балконе особняка, но… — Но я сказала, что это была игра. — Да. И я сначала поверил. Вот я дурак, конечно. Только спустя какое-то время для меня дошло, что это была ложь. Просто для тебя так было легче. — Именно так. — Моя девочка, простишь ли ты меня за то, что я причинил тебе эту боль? Что заставил подавить чувства? Что не побежал за тобой? Что возможно я ошибся и теперь опоздал… Я опоздал? — Ты опоздал. Мой голос звучал безжизненно, где-то отдельно от меня самой. Я мечтала услышать всё это, может быть поэтому всё выглядело таким ненастоящим? Я медленно встала и начала уходить. Я взглянула на воду. На то место, куда упало кольцо. Не существует «навсегда», но есть «сейчас». — Арсений! — я эмоционально обернулась, а он оказался совсем близко. Он шёл за мной… — Да, ты опоздал. Но дай мне время принять всё произошедшее, не уходи. Будь рядом и я постараюсь дать тебе возможность догнать меня. — мои руки слегка били его по груди, впечатывая туда слова. — Договорились. Можно я скажу ещё кое-что? — от сжал мои руки. Так тепло. — Говори. — Благодаря тому, что ты есть в этом мире я спокойно пережил то, что случилось с моим браком. Мне хватило одного твоего поцелуя, чтобы дальше дышать. Я не могу обещать тебе «навсегда», я могу дать тебе только сейчас. Потанцуешь со мной? — Больше «сейчас» мне и не нужно. Я обняла его, и мы начали медленно танцевать под такт разбивающихся о берег волн. Его томный запах был мне нужнее, чем кислород. Его объятия были мне нужнее, чем все лестные отзывы критиков, но всё же чуть меньше, чем выход моего фильма на экраны. Хорошо, что на этот раз мне не приходится выбирать. А значит всё вовремя. Всё правильно. Он меня догнал. Вот так просто, чуть ближе прижав к себе. Конечно, я ещё долго буду принимать случившееся, возможно буду злиться на него за потерянное время, за то, что заставил меня отрекаться от своих чувства. А может быть мне хватит смелости забыть прошлое. Я не знаю. Я знаю только одно: сейчас, под яркими лучами рассвета, я танцую с мужчиной, которого люблю. И я счастлива.