Прихоть раздолбая

Хёнджин плюёт в сторону, разминая челюсть от недавно полученного удара в скулу. Козлина Джихо. Неуравновешенный псих и просто моральный ублюдок. Хван готов бесконечно покрывать его матами и проклинать за все его ужасные проделки. К слову, вчера на тренировке они сошли на ринг и отмудохали друг друга так, что мало не покажется. Каждый шаг давался с трудом, отдаваясь противной болью в теле. И парень не шутит вовсе. Он чувствовал себя седым стариком, чьи суставы ныли так, что казалось будто кости внутри разойдутся трещинами к чертям собачьим. Только подумав об этом Хёнджин скорчился, представляя эту адскую боль. Мало того, но Джихо разбил ему губу и, какой же больной аморал, умудрился укусить его за предплечье, когда Хван взял того на удушающий. Ладно, губа, но кусаться то зачем?       — Сволочь, — не сдержался брюнет, раздражённо фыркнув. Когда-нибудь Хёнджин обязательно отдаст должное и отдерёт ему все пальцы на руках, ибо нехер кусаться как собака. Парень, как уже уточнял ранее, против насилия, но Джихо переходит все границы и пора бы уже поставить дебила на место. Дотронувшись до нижней губы, где сбоку запеклась ранка, покрывшись корочкой, Хван снова сматерился вслух, чувствуя жжение. Зол… Как же он чертовски зол сейчас. Одевшись в максимально не привлекающую внимание одежду, парень накинул капюшон на голову и в очередной раз оглянулся по сторонам. Он не знает, с какой именно стороны ему дожидаться Сольхён, поэтому периодически мотает головой, проверяя приближение знакомой фигуры. Они договорились встретиться здесь — у бильярдного клуба под названием «Рикко» и Хван явился первым, уже которую минуту дожидаясь прибытия старосты. Солнце давно скрылось за горизонт, оставляя фонарям освещать город. Хёнджин устало зевнул, и снова нахмурился, получив дозу неприятной боли от незажившей раны на губе. Он помнит Чонина вчера на тренировке. Хван пытался завести с ним разговор, специально крутился рядом, да и вообще, делал всё, чтобы находиться с парнишкой неподалёку друг от друга. Но, как оказалось, младший брат Сольджи тот ещё придур… Молчун. Он в ответ на дружелюбие смотрел высокомерно и обходился грубо, хотя Хёнджин со всеми находит общий язык! Ну как, со всеми… Джао и Джихо сказали «привет», а Ли Минхо нервно курит в сторонке. Ян мелкий совершенно не знает манер и больше похож на избалованного сосунка, чья сестра до сих пор подтирает ему заднее место. Хотелось бы Хвану вправить малому мозги и направить на верный путь, но, внутреннее «я» ему подсказывает, что лучше бы ему не лезть в эту семью. Откинув волосы назад, брюнет снова оглянулся, но знакомой фигуры так и не заметил, терпеливо вздохнув. Достаточно непривычно. Хёнджину нравилось завязывать волосы в хвост и водить пальцами по отросшим светлым концам, но, на пути к победе с китайским бойцом его ничто не останавливало. Прежняя причёска больше мешала и заставляла Хвана психовать всякий раз, когда во время боя волосы неприятно лезли в глаза, а резинка в процессе падала на пол. Но, ведь, так даже лучше? Голова словно стала легче и мысли теперь не такие тяжёлые. Заметив боковым зрением поодаль долгожданный силуэт при ночном свете уличных фонарей, парень обернулся на девушку всем телом и спрятал руки в карманы, с жалостью наблюдая за тем, как его драгоценная староста ползёт в его сторону в буквальном смысле. Запыхавшаяся, растрепанная и измученная; она наконец приблизилась к Хёнджину, оперевшись ладонями в колени, в попытке отдышаться. Хван смерил её взглядом, заметив, что в первый раз сегодня видит девушку в кепке и с собранными в низкий пучок волосами. Ей идёт. Аккуратно и красиво. Но, в лицо он ей это не скажет.       — Приветствую, — бодро выдал парень, дожидаясь того момента, когда та поднимет голову. Сольджи выпрямилась, прислонив кулак к груди и нормализуя сбивчивое дыхание.       — Прости, — рвано вырвалось из её уст, — задержали на работе. Я спешила, как могла. Староста приподнимает козырёк кепки чуть вверх, проводя по влажному лбу внутренней стороной ладони. Только сейчас Хван заметил её румяные от бега щёки и, какого-то чёрта, неожиданно потянулся рукой к лицу напротив, сгорая от желания прикоснуться к нежной коже, чтобы почувствовать всю мягкость и теплоту. Действительно. Её щёки горят огнём, что доказывает правоту слов девушки. Она и правда бежала как угорелая, несмотря на то что весь день бегала с подносом в руках. Наверное, она устала. Сольджи замерла, ощущая пальцы Хвана на своей правой щеке и когда к ней пришло осознание происходящего, Ян испуганно отстранилась, не понимая, зачем он это сделал. Хёнджин и сам не знал, для чего это было. Просто захотелось прикоснуться. Может быть, таким образом он сожалел ей? Даже сейчас, когда его взгляд не отрывается от девушки ни на мгновение, а в глазах его читается нечто другое, парень на сто процентов был уверен, что чувствует на данный момент рядом с ней что-то совершенно иное. Повисла тишина. Хван не мог оправдать свои действия. Он даже обнять её хотел, дабы поддержать, ибо ему действительно было жаль Сольджи. Слишком много свалилось на её плечи. Слишком большая ответственность для одинокой молодой девчонки.       — Пылинка, — прочистил горло Хёнджин, неловко отвернувшись. — У тебя на лице была пылинка. Что так смотришь? Ян глядела на него с недоверием, коснувшись того места на лице, где секунду назад была широкая рука Хвана.       — Ты… вытер об меня что-то? Парень изумлённо на неё повернулся, поражённо выдохнув:       — Вытер? Я, по-твоему, способен на такое? — одногруппник обиженно покачал головой, кажется, и правда переживая о том, что Ян подумала именно об этом в первую очередь. Он, вообще-то, волновался за неё и в мыслях сопереживал ей. И своими действиями он выражал грусть и сочувствие, но никак не то, что Соль взбрела себе в голову.       — Ну, не знаю, — пробурчала староста, на что Хван злился сильнее. Внезапно девушка замерла и следующим её действием было то, что она резко ударила парня в живот, заставив того согнуться. — Больше не смей так делать! В последнее время он слишком близко к ней, это и раздражает. Почему вообще ведёт себя так? Их отношения не на том уровне, чтобы в любой момент так друг к другу притрагиваться. Брюнет болезненно простонал, сдерживая в себе крик боли. Прямо по мышцам. А Сольджи в этот момент в очередной раз подумала о том, как же ей непривычно видеть Хвана без той самой блондинистой гривы и хвостом.       — Ты в качалку ходишь, что ли? — еле выдал одногруппник, не смея сказать что-то ещё.       — Нет. Давай уже зайдём. Девушка повернулась на здание. С парадного входа оно выглядело куда солиднее. Покарябанные стены и тусклый фонарь над дверью, что периодически слабо мигал, наводя на Ян куда больше отрицательных мыслей. Зеленый мусорный бак, откуда шёл непонятный смрадный запашок и жужжание скопившихся над отходами мух.       — Да уж, здоровское место для хобби ты выбрал, — оценивая сие картину перед собой, скорчилась Соль, повернувшись на парня рядом. Только сейчас девушка заметила его разбитую нижнюю губу и еле заметный синяк на левой скуле. Тяжело представить Хёнджина в роли боксёра, который безжалостно колотит противника. Очень тяжело. Хотя, возможно, так оно и есть? Сольджи не может думать об этом уверенно, так как совсем его не знает. Не знает, но по какой-то причине доверяет ему. К примеру, девушке даже не страшно на данный момент, ибо рядом с ней находится Хван, пусть и помощи она от него не ждёт от слова совсем, но, присутствие одногруппника каким-то неведомым образом успокаивало её.       — Как и твой брат, — хмыкнул парень, скрестив руки на груди. Ян резко на того повернулась. — Шутка. На самом деле внутри не так уж и плохо. Идём? Ян молча двинулась вперёд и уже спустя секунду почувствовала плечом Хвана рядом, что засунул руки в карманы и беззаботно мычал в нос непонятную ей мелодию.       — Погоди, — притормозил её брюнет, принимаясь копаться в сумке. — Надень-ка, — он протянул ей чёрную маску, а Сольджи в этот момент недоумённо на него смотрела. — Что? Или ты хочешь лицом своим всем там засветить? Делай, что говорю. Ей не понравился его тон, и девушка даже была крайне удивлена, но, спорить Ян не стала, послушно цепляя ткань за уши. В этом русле Хёнджин разбирается лучше и сегодня она готова его слушаться, лишь бы только обойтись без проблем. Теперь лицо Соль было полностью закрыто и вряд ли со стороны возможно было узнать, что это именно она. На самом деле маска даже придавала уверенности и бесстрашие. Так Сольджи ощущала себя защищённой. Вошли они в помещение молча, не опрокинув и пару слов. Хван на «миллиметр» шёл дальше неё, целенаправленно шагая вперёд и время от времени боковым зрением смотря назад, словно проверяя, топает ли староста следом. Ян покорно двигалась за одногруппником, успевая оглядываться по сторонам. Старые тёмного цвета обои, в некоторых местах отслоившиеся, какие-то странные эксцентричные картины на стенах, зловоние дешёвых сигарет и полное отсутствие чистоты и порядка. Давно здесь не проводили клининг процедуру. Паутина в углу на потолке и несколько ламп, продолжавшихся вдоль по узкому коридору. Сольджи сглотнула. Сейчас уже стало менее спокойно. Она волновалась за Чонина и ей представить было страшно, через что он здесь прошёл, дабы получить ту злополучную сумму денег. Её младший братик действительно не нашёл ничего лучше, чем зарабатывать деньги путём насилия и беззакония.       — Что бы ты ни увидела, не открывай рот и молчи, — Хван был серьёзен как никогда. — Даже если заметишь брата, просто стой рядом, иначе ему не поздоровится. Девушка кивнула. С приближением к двери в главный зал она всё отчётливее слышала музыку и звуки игры в бильярд. Мужские возгласы, проскальзывающий женский смех… Оттуда так и несло грязью, скупостью и отвратительной похотью. Завернув за угол, Ян выпала возможность увидеть часть помещения и находившихся там людей. Мужчины в костюмах, вызывающе одетые женщины рядом с ними, табачный дым. Всё, что успела она рассмотреть, прежде чем они начали спускаться на цокольный этаж. Половицы неприятно скрипели. Запах сырости пробрался в нос мгновенно и, казалось бы, дополнением ко всей здешней обстановке не хватало пробегавшей по своим делам крысе, но, слава богам грызуна на полу не оказалось. Сольджи и этому была несказанно рада, в ином случае она бы просто громко завизжала. И снова тёмный коридор, лишь свет из зала в нескольких метрах освещал какую-никакую часть. Девушка слышала мужские голоса, видела, как на ринге тренируются боксёры. Страх увидеть здесь брата подкрался незаметно. Соль не очень бы хотелось это осознать. Что её Чонин действительно занимается подобным. Неожиданно Хёнджин крепко берёт её за запястье и тащит в сторону — подальше от света в тень. Оттуда он внимательно оглядывается по сторонам, всё ещё держа девушку за руку. Ян чувствовала тепло и напряжение в его действиях. Хван явно о чём-то переживал.       — Молчать, помнишь? — шепнул ей, не глядя. Не успела Сольджи послушно кивнуть, как со стороны последовал голос, обращаясь к одногруппнику:       — Хван? — это был парень. И судя по его надменному выражению лица, шёл он к ним не с хорошими намерениями. — Припёрся за добавкой? Хёнджин клацнул зубами. Отреагировав резко, он завёл старосту за спину, пряча за собой.       — Свали, Джихо. Не до тебя сейчас. Незнакомец, и, по всей видимости, враг Хвана, перекидывает полотенце через плечо и театрально хмурится, пытаясь разглядеть девушку позади парня.       — Подружку привёл? — Джихо встретился с Ян глазами и хитро-пугающе подмигнул. — Привет, малышка. Познакомишь нас? — он перевёл раздражающий взгляд на Хёнджина и нагнетающе ухмыльнулся. Хван готов был схватить его за волосы на затылке и со всей дури ударить лицом об бетонную стенку, но, вместо этого парень сдержанно улыбнулся, не позволяя гневу затмить его разум. Не позволяя Джихо себя провоцировать.       — Прости, но, давай в другой раз? Например… Никогда? Да, точно. В ответ последовал оскал и нахальное фырканье.       — Ну ты и придурок. Решил устроить тут свиданку? Или может она хочет посмотреть, как ты проигрываешь? Хёнджин чувствовал, что уже не может. Джихо сегодня крайне охреневший. Если бы не Сольджи рядом, эти двое давно бы крутились по полу, в попытке покалечить друг другу лица.       — Слушай, отвали. Ты бесишь.       — Ты ведь знаешь, что сюда нельзя девушкам. Так какого чёрта она тут делает? Сольджи видит, как быстро двигаются плечи Хёнджина при учащённом дыхании, и как сжимается его рука на её запястье. Он злится. Ощутив, что парень хочет сделать шаг вперёд, Ян, наплевав на всё, прижимается к нему ближе и хватается за его ладонь, скрепив их вместе. Хван замер. Злость мгновенно отступила, и он медленно перевёл взгляд на их сплетённые руки, затем уже вблизи посмотрел в её напуганные глаза. Староста замотала головой, без слов говоря тому не доводить дело до драки. И Хёнджин успокоился, даже на удивление самому себе. Он ведь никого никогда не слушает. Но стоило ей взять его за руку, как разбушевавшийся огонь внутри него потух, как по щелчку, оставляя лишь дым и пепел. Ничего не говоря больше Джихо, Хван ускоренным шагом двинулся дальше, утягивая за собой старосту, что семенящим шагом едва поспевала за ним. Боксёр орал им вслед, но парень не обращал внимание. Не сегодня. Он слишком рискует Сольджи и её безопасностью. Поэтому сегодня ему придётся сожрать всё говно и уйти молча, не заткнув перед уходом Джихо и его поганый рот. Они прошли ещё несколько десятков метров, как брюнет остановился, заставив этим Соль врезаться тому в плечо. Парень резко посмотрел на старосту, затем на их руки.       — Плохая идея, — внезапно вырвалось из его уст и после он принялся поправлять на её лице маску, заодно с кепкой. — Может пацаном притворишься? Ты сейчас похожа на подростка. Ощущая его прикосновение, снова же, девушка отчего-то чертыхнулась и злым взглядом стрельнула в парня. Он изумился, а она сердилась на то, что её сердце вновь было беспокойно, стоило девушке самой взять его за руку. Что вообще за херня? Не унимался в голове вопрос, оставляя только гнев, непонимание и страх. Именно херня.       — Да ладно, — цокнул Хёнджин, — не так уж и плохо прикинуться мальчиком, Сольджи. Мне так будет спокойнее. И вновь ладони потеют, ведь он ещё раз назвал её по имени. Да какого чёрта… Ор с ближайшего ринга прервал мысли парочки, и они одновременно устремили глаза в сторону звука. Никто не обращал на них внимание, так как Хван увёл их под лестницу, откуда вид на всё происходящее частично закрывали стоящие в ряд коробки, но всё же разглядеть окружность было возможно. Девушка смотрела на профиль парня и на его серьёзное сосредоточенное лицо. Он нервно укусил нижнюю губу, затем облизнул, резво бегая глазами по сторонам, в попытке найти Чонина. А Соль словно замёрзшая в ледышку стояла в метре от него и сжимала кулаки, не отводя от одногруппника взгляд.       — Подойди, — смутно послышалось ей, но Ян не реагировала. — Сольхён, — снова позвал Хван, повернувшись на неё. Девушка опомниться не успела, как Хёнджин осторожно притянул её за плечо и уступил взор. — Ищи брата… Это ведь он стоит? С красными перчатками. Сольджи приказала себе собраться и прекратить думать о странном, что в такой неподходящий момент лезет беспрерывно в голову. Она разберётся в этом позже. Сейчас ей стоит сконцентрироваться на Чонине. Около того самого ринга скопились все боксёры зала, окружив квадрат толпой. Они кричали и шумели так, что от баса стольких мужчин захотелось прикрыть уши. Ян с тревогой внутри принялась бегать глазами по всем собравшимся там, не находя родного лица брата. Но, когда мужчина, больше всех походивший на тренера, подозвал кого-то жестом руки, девушка взволнованно нахмурила брови, понимая, что смотрит сейчас на Чонина. Брат послушно подошёл, всё ещё тяжело дыша от предыдущего тренировочного боя. Соль напряглась всем телом, и это не утаилось от Хвана. Он сверху вниз смотрел на старосту, затем проследил за её взглядом. Её губы сжались в полоску, выдавая, как сильно она волнуется. Хёнджин прекрасно знал, что будет дальше. Но ему не хотелось бы, чтобы это видела Соль. Тренер неспроста вызвал Чонина. Он хочет, чтобы парнишка выступил в боксе против кого-то. Только бы не Джихо. Пронеслось в голове и, кажется, всевышние силы услышали молитвы Хвана и противником Яна стал другой человек. А вот в этот момент брюнет еле сдержался, чтобы беспардонно громко не заржать, ибо борьба предстояла между скалой Чонином и китайским болванчиком по имени Джао. Возможно, Джао прекратит преследовать Хвана и переключит свою ненависть на брата Соль, после того как Ян его повалит. И, к огромной радости, Чонин сегодня не получит по своей наглой мордашке от какого-нибудь психа Джихо. Хоть какие-то плюсы. Ян забрался на ринг, готовясь к борьбе. Он разминал плечи и шею, смотря вперёд исподлобья. Сольджи его не узнавала. Вспотевший, грязный… жестокий. Точно такой же, как и это место. В какой момент он свернул не туда? И ради чего? Послышался крик. Бой набирал обороты. Джао выглядел серьёзно, но Хван знал, что никакой опасности китаец не несёт и, судя по тому, как быстро Чонин учиться, можно уверенно наперёд делать выбор, кто же победит. Парень был спокоен как удав, пусть изначально и переживал за сосунка его старосты. Почему? Кто бы знал. Просто волнение. Ну и что, что совершенно несвойственное ему? Тот факт, что этот сопляк — младший брат Сольхён, не позволял ему быть к пацану равнодушным. Хёнджин то знал, что всё под контролем. Но не девушка рядом, что с минуты на минуту рухнет в обморок от вида происходящего. Джао понесся на Чонина как угорелый, не забывая при этом орать. И зачем он это постоянно делает? Это не устрашает, это, несколько раздражает, сколько смешит. Ян ожидаемо увернулся, ныряя под его руку и становясь позади. Захотел бы, прямо сейчас нанёс свой первый и решающий удар, но он не торопился. Скорее всего просто забавлялся. Теперь же Хёнджину стало жаль Джао. В какой-то момент даже захотелось выйти и вступиться за дуралея-китайца, ибо невооружённым глазом было видно, что Чонин игрался с ним. Резво уходил от ударов и изнурял его своей ловкостью, а Джао всецело вёлся на это. Хван покачал головой. Ничего интересного. Зато Сольджи рядом наблюдала за боем так, словно смотрит самый интересный фильм в истории всего мира. Она кусала губы, хмурила брови, затем снова их вздымала и так по очерёдности. Такой спектр эмоций происходил в выражение её лица, что Хёнджин на какое-то время завис. Сам не понял, как губы растянулись в улыбке, а взгляд на ней смягчился. Её щёки розовеют моментально, стоит только девушке почувствовать что-то смущающее. Ресницы от волнения хлопают быстро, и Хван запомнил, что делает она так, когда сильно волнуется. Кусает губы, когда переживает и поджимает их, когда ей страшно. Болван. Лучше бы так правила знал. Именно это сказала бы Сольджи, прочитав его мысли. А лучше бы она никогда их не услышала, ибо объяснение им — он сам не находит. Это странно? Это чертовски странно, мать вашу. Даже то, что он сейчас так беспрерывно на неё смотрит и, кроме наслаждения, замирания всего тела и радости, Хван ничего не чувствует. Еле оторвавшись от девушки, Хёнджин вернулся к наблюдению за борьбой на ринге, примечая, что Джао действительно надолго не хватило. Хван даже разочаровался. Стало обидно за китайского «друга» особенно в момент, когда Чонин уложил того на лопатки и сейчас наносил удары по рёбрам. Самое ужасное в этом месте то, что учат здесь неправильному боксу. Без правил. Жестокому и страшному. И, кажется, Чонин усвоил это очень хорошо. Он, словно сорвавшийся с цепи зверь, бил по телу не щадя, и с такой силой, будто Джао не человек, а этот бой решал всё в его жизни. Хёнджин помрачнел и вытащил руки из карманов. Он же его сейчас в отключку отправит. Почему это не останавливают? Хотя, зачем? Если тренер того и добивается от своих учеников. Когда Ян замахнулся выше, Хван понял, что он вот-вот ударит Джао по лицу. Оставались считанные секунды, и парень готов был смириться с тем, что китайца возможно увезут на носилках, но, неожиданно, Чонин останавливается и бьёт по полу, рядом с лицом противника. В тот же момент Сольджи звонко визжит прекратить это и Хёнджин едва успевает закрыть ей рот ладонью. К их везению, никто высокого девчачьего вскрика не услышал. Староста упёрто елозит плечами в его руках, но парень держит крепко, понимая, что если отпустит, то она продолжит начатое и её крики на этот раз услышат все.       — Сольджи, — говорит ей на ухо низко, отчего девушка замирает. — Если узнают, что я привёл девчонку, меня убьют. И Чонину тоже достанется. Движения Ян слабеют и теперь она не рвётся выпутаться из мужской хватки, оставшись стоять так, в оковах сильных рук. В иной случай Соль разозлилась бы этому, но сейчас все её мысли занимал один лишь брат. Он поднялся с колена и бросил на тренера выжидающий взгляд, но мужчина просто ушёл, не проронив и слова, молча показывая ученику то, что он не доволен исходом боя. Боксёры разошлись по своим делам, а Чонин всё ещё приходил в себя, тяжело и отрывисто дыша. Он протянул руку Джао, предлагая свою помощь, но китаец грубо её оттолкнул и встал самостоятельно. Сказал тому ещё что-то не особо доброжелательное, судя по выражению его лица и спрыгнул с ринга, хромая к ближайшему стулу. Младший брат выглядел раздражённым. Он покинул место боя и направился к раздевалке, захватив с собой бутылку воды. Когда к девушке пришло осознание, что они с Хёнджином всё ещё так близко друг к другу, она поспешила отряпнуть и зло на того посмотреть, но Хван даже не обратил на это внимание и наплевав на все протесты, снова хватает Ян за руку и тащит к выходу из зала, где буквально минуту назад исчезла фигура. Одногруппник казался чересчур серьёзным, до сих пор не говоря ни слова. В данный момент он напоминал мать в мире животных, что усердно старалась защитить своё дитя, минуя опасную зону хищников. Также и Хёнджин, зорко озирался по сторонам и быстро двигался вперёд, держа Сольджи рядом. Когда они нырнули в тёмный коридор и увидели в пару метрах от них просачивающийся свет из двери раздевалки, Хван уже без доли сомнений уверенно туда ринулся. Пришла в себя Ян, только когда яркий свет лампы ударил по глазам. Чонин стоял посреди помещения и, судя по всему, он только что натянул на себя футболку. Девушка не успела заметить следы от ударов на его теле при хорошем освещении, но его измученное мокрое лицо и усталые глаза, что лениво обратили внимание на посторонний звук, говорили за парня всё о его состоянии сейчас.       — Сольджи? — тихо выдал он, думая, что ему кажется. — Что ты… На место негодования и страха, явились злость и гнев. Ян прошла вперёд — к брату, и, первое, что она сделала, так это схватила мелкого за предплечья, в попытке поймать виноватый взгляд Чонина. То есть, она думала, что он будет чувствовать вину, но, нет. Глаза брата были как всегда спокойны и холодны.       — Чонин, — почему-то, сожалеюще позвала того сестра, не зная, как и что ей говорить.       — Какого чёрта ты тут делаешь? В курсе, что здесь нельзя находиться женщинам? — он ожидаемо отстранился и бросил острый взгляд в позади стоящего Хвана. — Эй, придурок. Ты её сюда притащил? Из ума выжил? Что Хёнджин любил и уважал в себе, то, что он научился и умеет держать себя в руках в подобных провокационных ситуациях. Сейчас стоило паразиту отвесить за столь лестные слова в его адрес, но вместо этого парень лишь широко зевает, не удосужившись даже прикрыть рот. Что взять с мальца?       — Хватит, — Сольджи наконец хмурится. — Я сама попросила его привести меня. Чонин фыркает в сторону, продолжая копаться в сумке.       — Кто этот хер вообще? — и неожиданно он замирает. — Ты поэтому постоянно крутился возле меня? — раньше у незнакомца были светлые волосы, сейчас они чёрные и короткие, наверное, поэтому брат не узнал его с первого раза. Хван довольно кивнул. Ян же сжал кулаки.       — Похер. Отведи её домой, — кивая на старшую сестру, указал тому Чонин и Хёнджин всё больше поражался смелостью этого типа. В своё время Хвану давным-давно бы лицо набили за такое поведение к старшим.       — Мы идём домой вместе, там и поговорим, — девушка взяла Чонина за запястье, но тот неожиданно и слишком резко в буквальном смысле вырвал свою руку из её слабых оков, отчего сестра испуганно вздрогнула и медленно подняла на него ничего непонимающий взгляд. А вот тут Хван насторожился. Мелкий сорванец. Что он себе позволяет? Больше всего Хёнджин не любил, когда сильный пол проявляет к слабому агрессивную силу, как это происходит сейчас. Он сам не понял, как ноги двинули ближе к Ян и остановились совсем рядом с ней.       — Полегче, — низко выдал, но ни один из родственников не обратил на это внимание. Он лишь заметил, как заиграли желваки злости на лице у Чонина. — Послушай сестру и собирай манатки. Времени мало, скоро остальные придут. Хёнджин и сам почувствовал себя неловко. Чего это он? Сказал, как дедуля. Не хватало ещё руки в бока упереть.       — Не лезь не в своё дело, — малец был прав. Хван на данный момент совал нос куда не просят, но, видеть, как с его драгоценной старостой обходятся подобным образом — просто невыносимо для него. — Придурок.       — Слышь, пиздюк, подобрал свои вещички и на выход. Или ты помощи ждёшь? — парень чуть ступил вперёд, но мгновенно почувствовал преграду в виде женской руки, а после, поймал на себе её неодобрительный взгляд. Блин, ну простите за пиздюка. Никаким другим существительным этого избалованного сопляка не назовёшь. Брюнет ожидал бурной реакции со стороны младшего брата Соль, но продолжал стоять как вкопанный, даже когда руки того схватили Хвана за грудки. Да, как старший и «поумнее», Хёнджину стоило промолчать и не накалять обстановку, но… А с хренов ли он должен это делать? Перед ним такой же взрослый пацан, что и он сам. Если Сольджи не может объяснить горе-брату, что за свои слова и действия надо отвечать, то это сделает Хван.       — Хватит! — встав между злыми парнями. — Прекратите это сейчас же! Двое отлипли друг от друга с явной неохотой, а Ян впервые не знала, как ей поступить. Выяснять семейные отношения прямо здесь — не входило в её планы, но, что-то девушке подсказывало, что младший брат не послушает её и не отправиться вместе с ней домой. Чонин возвращается на своё прежнее место и затолкав в сумку тренировочные вещи, закидывает лямку на плечо, двигаясь к выходу. Он не смотрит на сестру и не говорит ни слова.       — Куда пошёл? — Хван успевает перехватить того за локоть. — Ты не слышал, что тебе нуна сказала?       — Пошёл к чёрту, — реакция, какую стоило ожидать. — Ты, нахрен, вообще кто такой? У неё парень есть, можешь даже не пытаться. Хёнджин, по какой-то причине, опешил. Он реально не нашёл, что ему сказать на такую заяву, хотя прекрасно же об этом знал и до. Пропустил и тот момент, когда мелкий отстранился и пихнул его плечом, теряясь в проёме двери. Они с Сольджи остались вдвоём. Староста смотрела куда-то вперёд, а после опустила голову. Хван же в это время топтался позади, бегая глазами по всему помещению.       — Братик у тебя кретин, конечно, — выпалил. Не хотел, но произошло это непроизвольно. Ей и так худо, а тут ещё и он со своими комментариями. Понятия не имея, как разрядить обстановку, Хёнджин снова не подумав предложил: — Хочешь, я ему врежу? — молчание в ответ заставляет парня неловко спохватиться. — Не то, чтобы я сильно этого хотел, просто… может, после, он думать начнёт? Староста снова его игнорирует. Он видит, как девушка сжимает кулаки и мысленно умоляет всех богов, только бы она не заплакала.       — Чонин не прав, — неожиданно снова вырывается из его поганого рта. Парень не знает, куда девать руки и сцепляет их вместе. — Ты, вообще… мне кажется, лучшая. Ему повезло, что у него есть такая… такая… А речь ведь шла о Чонине, и, в принципе, о братских семейных отношениях, но, почему тогда Хван говорил это, думая при том о Минхо? Ебанулся. Хёнджин соглашается со своими мыслями, сглатывая. Чуть ли не пропускает тот момент, когда староста внезапно разворачивается и устремляется вслед за младшим, шмыгая носом. Хван идёт за ней, не отрывая глаз от её напряжённых плеч. Пару минут назад он говорил правду. Чонину и засранцу Минхо, действительно очень повезло. На улице тишина, только лишь парочка взрослых людей, вышедших подышать воздухом и поговорить в спокойствии. Соль оглядывается по сторонам, замечая фигуру Чонина в нескольких десятков метров. Она бежит за ним, а Хван, тяжело выдохнув, снова направляется за ней. Ему раз плюнуть её оставить. Её и её истеричного братца. Он ведь так устал и безумно хочет спать, а ему ещё сидеть и заполнять страницы пропущенной лекцией. Жаль, но он этого не сделает.       — Чонин! Сольджи нагоняет брата и переступает тому дорогу. Хёнджин же тормозит неподалёку, приготовившись к семейным разборкам.       — Куда ты идёшь? Поедем домой…       — Возвращайся одна. У меня есть ещё дела.       — Чонин! Эй! Ян берётся за его запястье, но он снова её отталкивает, и с такой силой, что Соль теряет равновесие и если бы не стоящий рядом Хван, то староста упала бы на твёрдый асфальт. Одногруппник подхватил её за предплечья и вернул в прежнее положение. Откуда-то взявшаяся злость пронзала его с головы до пят и парень, не обращая внимание на старосту, идёт за мелким и толкает того в плечо.       — Какого хрена, ты… Не успевает и глазом моргнуть, как Чонин разворачивается к нему с заведённым ударом и едва касается им пряди тёмных волос. Хван в очередной раз за этот день охренел, сглотнув. Ещё чуть-чуть и его бы ударили по лицу.       — Успокойся, — пытался разрулить ситуацию разговором он, но младшего брата Ян было уже не остановить. — Ты слышишь? Он надвигался на него, размахивая кулаками, а Хёнджин то и делал, что успевал уворачиваться.       — Ведёшь себя как отброс, — слова парня больше подливали масло в огонь, нежели усмиряли мальца напротив. А что поделать? Хван и без того натерпелся за сегодня, перенося сквозь себя всю капризность Чонина и растягивая своё терпение как резину. Уже через пару минут двое парней вцепились в друг друга и упёрто стояли на своём, образовав между собой драку. Хёнджин теперь не брал в счёт то, что противник младше. Физические данные у них, в принципе, совпадали, так что поддаваться ему ни к чему, наоборот, он уже еле держит блок, ужасаясь тому факту, что способен сейчас проиграть. Тут уже больше сыграло мужское эго. Даже староста поблизости, наворачивающая вокруг парней круги, не могла остановить потасовку, требуя прекратить это. Чонин не щадя зарядил Хвану в щеку, ударив и без того болезненное место после прошлой стычки, а Хёнджин врезал мелкому кулаком в глаз, на какое-то время притупив тому доступ к внешнему миру. Это дало время и доступ обхватить Чонина сзади с двух сторон, в попытке предотвратить его действия, но, мать вашу, крепыш вырвался на первых же секундах, снова встав в стойку напротив. Если бы успел, Хёнджин обязательно бы устало закатил глаза. Ну серьёзно. От придурка Джихо синяки ещё не затянулись, а тут уже новые на подходе.       — Остановитесь! Сейчас же! К женским вскрикам никто не прислушивался. Оба свирепо дышали и не сводили глаз с обидчика. Но, в одно мгновение Хван на минуту пришёл в себя, осознав, что творит глупость. Всё его внимание перешло на Сольхён и он понял, что она вот-вот заплачет. Это буквально свело с него всю злость и ярость как рукой, оставив взамен переживание и беспокойство за девушку.       — Сольджи… Даже позабыв о её сумасшедшем братике совсем рядом, который так и жаждет двинуть ему в челюсть, Хёнджин шагнул в сторону Ян старшей, потеряв всю бдительность. Удар прилетел в висок быстро, больно и неожиданно. Единственное, что видел перед собой парень, прежде чем отключится, это ошарашенное выражение лица его драгоценной старосты.