Прихоть раздолбая

Поговорить с братом ей так и не удалось. Утром он ушёл раньше, пока девушка принимала душ. Сольджи знала, что Чонин её избегает и у него это отлично получалось. Он игнорировал её смс и звонки. Передвигался по дому как призрак, не дав и шанса начать с ним разговор. Такой… такой упрямый и непреклонный баран, что слов нет просто! Ян уже успела усмирить пыл и больше не барабанила по его запертой изнутри двери, требуя, чтобы он сию же секунду вышел к ней. Она сто раз переосмыслила в голове свои слова и действия и поняла, что к брату нужен другой подход. Более мягкий и понимающий. Может тогда Чонин поймёт, что она желает ему только хорошее. Девушка тяжко вздохнула, подперев щеку рукой. Чувство такое, словно она мать и в жизни её сына наступил переходный возраст, ей богу. Сольджи вообще была зла на всех, пусть и старалась вести себя сдержанно. Она всё ещё недоверчиво дышала к Мису и иногда с подозрением глядела на Минхо… Ну, а Хван Хёнджина, Соль как обычно хотела убить! Засранец не явился на занятие, и девушка прождала его в библиотеке добрые полтора часа. Обозвав блондина всеми существующими матами, Ян плюнула на него и ушла, громко хлопнув дверью. И ведь действительно думала, что он появится с минуты на минуту, но, та самая минута так и не наступила. Как можно быть таким безответственным козлом? А, Хван Хёнджин? Как таким как ты в мире живётся? Совесть совсем не гложет? Целых полтора часа бездействия впустую… Мог бы тогда сообщение прислать, что не сможет прийти. Соль и этому была бы благодарна. Мало ей шумихи в жизни, так ещё все вокруг жужжали о предстоящей вечеринке какого-то богача-первокурсника. Парнишка решил раскошелиться и закатить тусу прямо у себя дома, позвав чуть ли не весь университет. Всё бы ничего, но Минхо действительно решил туда наведаться, предупредив девушку о том, что она обязана пойти с ним. Было приятно с одной стороны, а с другой… Что они там вообще потеряли? У Сольджи очень дурное предчувствие. Она определённо не хочет стать гостьей на его мероприятии, но, невольно станет, ибо одного Минхо девушка вряд ли туда отпустит. Всё свалилось в одну кучу и теперь в её голове полная неразбериха.       — Эй, Соль, ты чем ночью занималась? Что с лицом? — Джисон потирал на баре бокалы белоснежным полотенцем, и Ян сдержанно тому улыбнулась. Его вопросы не скрытно намекали на то, что девушка сейчас выглядит не самым лучшим образом, но Сольджи было слишком лень говорить что-то против. Ян в ответ лишь угрюмо промычала, на что парень удивлённо вытянул лицо. Обычно у Соль достаточно резкая реакция на подобные «комплименты», но, сейчас, чувство такое, словно её подменили.       — Всё так плохо? — не унимался Хан и ему не было стыдно за своё излишнее любопытство от слова совсем. Он знал, что Сольджи давно привыкла к его приставучести, а ещё она привыкла к тому, что он хороший собеседник и иногда даже может дать пару советов. — Сольджи?       — Скажи, Джисон, — на долго её не хватило. Видать проблема действительно важная, раз уж девушка ни на секунду не усомнилась в его желании узнать всю правду. Хан отложил дела на потом и внимательно к ней придвинулся, жестом руки говоря продолжать.       — Что могут значить боксёрские перчатки и побитое тело? — совершенно спокойно спросила она и когда подняла взгляд на парня, поняла, что начала не так как нужно. Джисон в ужасе скривил лицо, оглянувшись по сторонам. — То есть… Вот, что бы ты подумал, придя домой и увидев такую картину?       — Какую картину? Боксёрские перчатки и побитое тело? — всё ещё не понимал её коллега, отпивая воду со стакана. — Я бы полицию вызвал и бежал оттуда скорее. Ну, и, в скорую бы позвонил, если это побитое тело можно ещё спасти. Ян разочарованно опустила брови. Да уж. Он, как и ожидалось, её совсем не понял, завернув совершенно не в то русло. Сольджи хотела было отвернуться и вновь загрузить себя мыслями, как голос Хана тут же верещит ей чуть ли не в самое ухо:       — А поконкретнее можно? Нечего глаза закатывать, я нихера не вдупляю! Побитое тело и перчатки… Что это вообще значит? Истеричка Хан Джисон. Этого никогда не изменить. А ещё он думает, что это Соль не умеет держать эмоции в себе. Чья-б корова мычала. Девушка прочистила горло и повернулась к нему всем телом, на что он непонимающе отстранился, явно боясь получить по голове за свой неожиданный ор, но Ян только лишь набрала в рот побольше воздуха и протараторила на одном дыхании:       — Вчера я увидела боксёрские перчатки на полу в своём доме, потом нашла побитого брата в ванной комнате, который отстирывал свою одежду от крови, мало того, но кажется он этим зарабатывает, принося периодически какие-то подозрительные суммы денег. Мне страшно, Джисон. Чонин занимается чем-то очень опасным, но он слишком замкнутый парень, что мне только остаётся молча волноваться за него и ничего при этом не делать. Как мне быть? Джисон аж присел, пытаясь разобрать путаницу, что устроила для него девушка.       — Жесть, — только и смог выдать парень, сглотнув, а Ян в этот момент смотрела на него с глазами полных надеждой. — Сольджи, ну, я… думаю, что… Единственное, что приходило ему на ум, это… В ту же секунду Хан прикрыл глаза рукой и с матом покачал головой, пугая этим Соль куда сильнее.       — Что такое? — обеспокоенно нахмурилась девушка.       — Боюсь, что это самый настоящий бокс за деньги. На Чонина ставят ставки. Это и есть те деньги, что он приносит домой. Как в боевиках, видела? Сольджи больше ничего не слышала. Она почувствовала, как дыхание её на время прервалось, а сердце с ненормальной скоростью готово было выпрыгнуть из груди. Всё это время… Его странные раны на кулаках и лице, вялый и измученный вид по утрам. Грузчик, значит. Что же мелкий творит со своей жизнью? Хотя Сольджи готова была услышать что-то похожее. Она давно подготовила себя к худшему, а сейчас её догадки подтвердились.       — Просто прелесть, — обречённо выдала девушка, упав головой на стол и стуча по поверхности своим горячим лбом. — Ничего лучше быть не может! — вскрикнула она приглушённо и уже спустя секунду почувствовала мягкую ладонь на веках. Джисон предотвратил её попытки раздробить себе лицо, поднимая Ян за плечи.       — Лучшей думай, как всё разрешить. Если Чонин углубится в это окончательно, спасать будет нечего, — слова, что буквально сжали её сердце. Сольджи не хочет этого. Никак. Однажды она уже потеряла самых близких людей. Исчезновение младшего брата из её жизни просто сломает её.       — Как же быть? — посмотрела на Джисона с мольбой в глазах Соль. — Я боюсь сказать ему не то и сделать только хуже. У Чонина очень тяжёлый характер и, если он уверен в чём-то, то он продолжит этим заниматься. Никто его не остановит. Хан думал какое-то время, потирая подбородок. В кругу его знакомых был один, кто тоже занимается подобным, но, Джисон не знает может ли рассказать об этом своей уважаемой коллеге. Он взглянул на неё и на её красные глаза, полные отчаяния и волнения. Во всяком случае это делается во благо людям, а Хёнджин пусть пожалуйста никогда не узнает, что тем, кто его спалил, был никто иной как старина Хан.       — Есть один тип, знакомый, — не так как хотел начал парень и снова впал в раздумья. — Погоди-ка… Так вы ж с ним знакомы! Длинный белобрысый, который твой бывший ещё.       — Он вовсе не мой бывший, — сквозь зубы. Это единственное, что задело её в словах парня. — Почему ты говоришь мне об этом слюнтяе? Он тут вообще причём? Хан покачал головой и упёр одну руку в бок, а другой облокотился о край барной стойки.       — А притом, что Хёнджин тоже болеет этой фигнёй. Спроси у него, может он где братца твоего встречал. Надо было видеть лицо Сольджи. Оно вытянулось, всё исказилось, сжалось, а после очень сильно нахмурилось. Ну надо же. Разве Хван не переживает о состоянии своего лица? Айдолом желание уже пропало стать? А как же его, в любой момент, возможно, пошатанная репутация, если он действительно сумеет стать певцом? Наиглупейший выбор от не менее наиглупейшего парня. Чего-то более разумного от него ожидать не стоило.       — Только не говори, что это я тебе сказал. Хёнджин скрывает это, — по крайней мере, скрывал. Его плохая тайна уже давно сокрушилась стать на всеобщее обозрение; с той минуты как он рассказал об этом другу. Хан не считает, что поступил неправильно. Ему прекрасно известно, что Сольджи никому не скажет, а так хотя бы может у неё получится вправить Хёнджину мозги, ибо у Джисона это не получается сделать от слова совсем. Может женщина повлияет на него куда более результативнее? Ян всё ещё пребывала в шоке. И кто бы мог подумать. Ладно, если, взглянув на Чонина ещё можно представить его на ринге, ибо его холодный и мрачный взгляд чаще всего наводил на людей страх и беспокойство. А в случае одногруппника… Его же в этой сфере рассмотреть с трудом — почти невозможно. Он смешит противников до повала? Или забалтывает их до смерти?       — Начни издалека и наблюдай за его реакцией. У Хёнджина плохо выходит врать, так что думаю он расколется быстро. Ещё я слышал, что таких боксёрских клубов в Сеуле мизерное количество. Может они с Чонином в одном и том же состоят, кто знает. Сольджи уверенно кивнула. Так держать. Она обязательно спасёт своего мелкого от этого дурного занятия, братец ей ещё спасибо скажет. А вот насчёт Хёнджина Сольджи до сих пор пребывает в шоке. Он действительно способен избить человека до крови? Кажется, Ян особо-то и не знает Хвана, как могло показаться на первый взгляд.       — Спасибо, Джисон, — девушка бодро улыбнулась, на что парень ответил ей тем же.       — Держи в курсе.

***

Начать издалека. Сразу не говорить! Не разболтаться о Джисоне и о том, что это он спалил хвановскую контору. Окей… Да уж. Скажи Сольджи кто пару недель назад, что она когда-то будет так переживать, готовясь к разговору с ленивцем из их группы, девушка ни за что бы не поверила и посмеялась бы в лицо вдобавок. По пути в заброшенную учебной частью аудиторию по финансам, она вслух тренировала предстоящий разговор, подставляла возможные диалоги и выглядела при этом со стороны максимально странно, активно жестикулируя руками и даже не пытаясь сбавить тон на более тихий. Сделать это хотя бы для того, чтобы не казаться студентам поехавшей, чьё сумасшествие заключалось в эмоциональной беседе с самой собой. Расправив плечи, Ян заставила себя прекратить думать о предстоящем и настроено кивнула в пустоту. Это же раздолбай Хван. Что он может сделать не так? То есть, он всё делает не так, но ничего страшного после их разговора не выйдет, это уж точно. Уложив волосы на одну сторону, девушка вздёрнула нос вверх и твёрдо схватилась за ручку двери. Надолго её смелости не хватило. Сольджи хотела ворваться в этот пыльный старый кабинет с шумом и грохотом, дабы молча показать блондину то, что она сегодня в плохом расположении духа и что не стоит бесить её сегодня и лучше бы ему доложить всё на блюдечке, поняв всё только по одному её взгляду, но! Вместо этого Соль скромно отворила дверь, совсем бесшумно, и точно также вошла, прикрыв её за собой. Знакомый запах уже пожелтевших страниц древних книг, нырнул в её нос мгновенно, и Ян еле сдержалась, чтобы не вдохнуть шумно с удовольствием. Ей нравится запах книг, как и новых, так и старых. Если честно это место запомнилось бы в её памяти как очень уютное, светлое и комфортное помещение, но из-за Хвана оно лишь ассоциируется с ленью, раздражением и тоской смертной. Сольджи нахмурилась. Ладно. Самое время найти Хёнджина и сделать всё быстро, иначе девушка просто не согласна. Аудитория была пустая, как обычно, но Ян знала, что парень находится здесь — она его слышала и видела его тень за книжным стеллажом. Его отражение в лучах солнца на запылённом полу резво и напористо двигалось. Девушка непонимающе нахмурилась, гадая, чем он там занимается. Пройдя вперёд, она приближалась всё ближе и ближе, пока в один момент не увидела его отчётливо и полностью, застыв у шкафа и с удивлением за ним наблюдая. Хёнджин танцевал. Он, закрыв глаза и нацепив на уши наушники энергично двигался. Движения его были то плавными, то резкими и динамичными, но слаженными и очень красивыми. Это явно был хип-хоп, и, признаться честно, у него отлично получалось. Из наушников доносится бит и Хван чувствовал его всем телом, доводил каждое своё действие до конца, начинал заново, оттачивал движения снова и снова. По вискам стекает пот, волосы стали влажными и… Стоп! Его волосы! Они больше не цвета только что вылупившегося цыплёнка, а оттенка чёрного как уголь. Мало того, но он к тому же подстригся и того самого раздражающего хвоста, за которого Сольджи иной раз хотела его с силой потянуть — не было. Девушка так и зависла, мониторя внимательным взглядом его фигуру в пару метрах. На нём была чёрная свободная футболка, удобные для танцев кроссовки и спортивные штаны того же цвета. Стой он к ней спиной, Соль бы даже не узнала Хвана, закрепив в своей голове его блондинистый образ и выбор более светлой одежды. Хёнджин был настолько лёгок в танце, что казалось будто он способен возвыситься вверх, стоит ему только подпрыгнуть. Девушка не видела вблизи таких умелых хореографий ни разу, поэтому она замерла, не смея прервать действительно достойного похвалы выступления. Неожиданно одногруппник остановился, завершив танец на одном колене. Его отрывистое, рваное дыхание заполнило аудиторию, эхом раздаваясь по просторному помещению. Грудь вздымалась и отпускалась при каждой его попытке вдохнуть кислорода глубже, а вены на руках вздулись от напряжения, скрываясь где-то у локтевого изгиба. Да, это и правда завораживающее зрелище. Когда человек полностью отдаёт себя всего любимому делу и справляется с этим на отлично, получая вот такой результат. На самое деле, Сольджи очень-очень удивлена. Она-то думала, что Хёнджин от безделья мается и трещит всем направо и налево о мечте стать айдолом, при этом, ничего соответствующего кроме внешности при себе не имея, но… он приятно её удивил. Даже, можно сказать, ошеломил. Соль признаёт его мечту и будет рада за него, как за когда-то своего ученика, если он действительно сможет стать звездой. Парень продолжал тяжело дышать, всё ещё не заметив притихшую Сольджи совсем близко. Он вытер концом футболки мокрое лицо, открыв вид на напряжённые мышцы торса и влажную молочную кожу. Сольджи беззвучно изумилась, но… не отвернулась в этот раз, словно прикованная к этому грёбанному полу. Щёки загорелись, но девушка в мгновение встряхнула головой, приводя себя в чувство. Что это? Она залипла на Хван Хёнджина? Какого чёрта… Закончить в мыслях корить себя за, совершенно несвойственные ей действия, не позволил одногруппник, что поднялся на ноги и вынул из ушей беспроводные наушники, выключая музыку. Он взял с подоконника бутылку воды, кейс и сумку, резко разворачиваясь к Сольджи и чуть ли не врезаясь в неё. Девушка тихо ахнула, отшатнувшись назад. Из-за ступеней позади, Ян потеряла равновесие и готова была свалиться спиной вниз, больно ударившись затылком о твёрдый бол. И Соль уже предвкушала эту боль, не имея возможности даже схватиться за что-нибудь, но, тут, Хёнджин с распахнутыми ресницами протянул к ней ладонь и одной рукой крепко обхватил девушку за талию, в следующую секунду буквально впечатывая Ян в свою грудь. Всё, что Сольджи успела сделать, это лишь еле слышно визгнуть. Она чувствует под ладонями плотные грудные мышцы и понимает, что прикасается к горячему чужому телу полностью, часто дыша парню куда-то в ключицу. В одной руке Хван умудрился успеть уместить сумку, бутылочку воды и кейс от наушников, пока другая удерживала Сольджи за поясницу, не дав возможности свалиться кубарем вниз. Девушка буквально ощущала на себе его сердцебиение, или… это стук её сердца? Она чувствовала, как парень дышал; всё также грузно и прерывисто. Слышала его дыхание через рот где-то сверху, впитывала в себя его естественный запах влаги, ягодного геля, вперемешку с парфюмом с нотками дыни. Щёки запылали огнём. Сольджи всё ещё не понимала, что произошло, оттого и стояла как вкопанная, боясь пошевелить и пальцем.       — Староста? — хрипловатый голос из-за его активных движений пробрался в ухо, на что девушка мгновенно очнулась, буквально отпрыгивая от Хвана на метр. В этот раз делая это осторожнее. Теперь они могли посмотреть друг на друга. Сольджи медленно подняла на того глаза, пока парень в свою очередь глядел на неё из-под опущенных ресниц сверху вниз. Его лоб скрывала влажная тёмная чёлка и Ян ещё раз подумал о том, что ни за что бы его не узнала, стой он хоть в тридцати метрах от неё. Хёнджин зачем-то делает шаг к ней и упирается ладонями в колени, снова приближаясь к лицу девушки.       — Подглядывать нехорошо, — шепчет парень и приветливо улыбается. Сольджи открывает и закрывает рот, в попытке оправдать свои необъяснимые даже для неё действия, часто моргая. Одногруппник её опережает, состроив задумчивую физиономию. — Ах, да. Я и забыл, что ты мастер подсматриваний. После этих слов он шагает мимо неё, унося за собой шлейф всех намешанных ароматов, продолжая в процессе вести с ней безответную беседу.       — Прости, что вчера не пришёл в библиотеку, — парень, теперь уже брюнет, садится на одну из парт, принимаясь скидывать на её твёрдую поверхность все нужные и ненужные вещи с сумки. Тетрадь, сборники, сосательные конфеты, ручку, карандаш. А Соль наблюдала за ним неотрывно. — Появились кое-какие важные делишки… Зато! — Хёнджин сел ровно, вполоборота смотря на неё. — Зато сейчас я весь твой и ты можешь делать со мной, что хочешь. Хван выжидающе на неё глядел, периодично хлопая глазами. Девушка же в этот момент не понимала, что с ним не так. Он, какой-то, другой? Ей было максимально непривычно видеть одногруппника без его светлой гривы и без хвоста на затылке, поэтому она до сих пор молчала, не зная, что именно ей сказать.       — Эй? — парень махнул ей рукой, но староста продолжала стоять неподвижно. — Ян Сольджи-и… Ты призрака увидела, что ли? Девушка наконец пришла в себя, отгоняя прочь дурные мысли. Ещё более непонятно себя чувствовать заставлял тот факт, что он сейчас впервые за всё время назвал её настоящим именем. Не Сольхён, не драгоценная староста, а Сольджи. Спустившись на пару ступенек вниз — к нему, Ян понимала, что не может выбросить из головы то, как он не дал ей упасть, прижав к себе вплотную. Она, словно в замедленном темпе присела рядом и точно также кивнула на его тетради, монотонно говоря не своим голосом:       — Давай начнём. Где мы остановились…       — Остановились на-а, — Хёнджин раскрыл тетрадь, в поисках нужной страницы. Соль видела его таким заинтересованным в деле впервые, и это послужило ещё одной причиной глазеть на него как на инопланетянина. — На цифровой экономике. А вчера должны были разобраться в анализе больших данных. Я вчера покопался в интернете и что-то да нашёл, не знаю, правильно ли подвёл итог, но, надеюсь, что правильно, ибо я отказываюсь вновь ломать голову над этой чушью непонятной. Хван вручил ей тетрадь, открывая вид на исписанные страницы и подсчёт данных, расписанные в таблице. Лицо в очередной раз удивлённо вытянулось, но девушка старалась не подавать виду, сдержав в себе поражённый вздох. Его случайно не подменили? Где тот ленивец блондин, которому и ручку в руки лень было взять, не то, что самостоятельно разобраться в теме.       — Ну как? Скажи же, я молодец. Сольджи вздрогнула, услышав голос в самое ухо и чувствуя его дыхание на своей коже.       — Да! — внезапно вскрикнула она, захлопнув шелестящие страницы и сунув тетрадь обратно тому в руки. — Всё правильно, я думаю.       — Ты думаешь? Я, конечно, не сомневаюсь в твоём полном знаний мозгу, но думать не надо, надо чётко проследить за моим путём решения задачи, — он ещё ближе пододвинулся, одну руку заведя ей за спину для удобства, а второй указывая на цифры на бумаге. — Если допущу хоть единую ошибку, всё пойдёт по одному месту. Сольджи, кажется, разучилась дышать. Она отодвигалась всё дальше и дальше, пока не оказалась у самого края сидения, рискуя приземлиться пятой точкой на полу. А Хёнджин наблюдал за ней с недоумением. Он всё двигался и двигался к ней до тех пор, пока не понял, что Ян делает это нарочно.       — Ты куда?       — Я? Никуда, я тут.       — Почему так далеко отодвинулась? — с крайне невозмутимым лицом. — Вернись обратно. Как я смогу донести до тебя свою мысль, если ты так далеко сидишь?       — Мне кажется, такое расстояние самое подходящее.       — Сольхён? Девушка посмотрела на него вопросительно. Со стороны это, наверное, выглядело нелепо. Они действительно находились в достаточно большом расстоянии друг от друга, если к тому же учитывать то, что это совместная работа. Хёнджин смотрел на неё долго, затем с серьёзным лицом продолжил:       — Ты почему так покраснела внезапно? Иди-ка сюда, — Хван вдруг растянулся своим длинным телом вдоль стола, протягивая к ней руку и, сцепив широкую ладонь на её запястье, без особого труда притянул девушку на прежнее место — рядом с собой. Когда она против своей воли оказалась подле Хёнджина, парень убрал с её лба волосы и прижал к нему внутреннюю сторону своей ладони, проверяя температуру. — Да вроде нет… Сольхён, не смей болеть! Ты мне ещё нужна. Экзамены сами себя не сдадут. Девушка оттолкнула его холодные руки тут же, глядя куда-то перед собой. Сердце сумасшедше бьётся, мурашки табуном бегут по спине, а глаза не знают, куда им направить суматошный взгляд. Что за чертовщина… Почему она так реагирует на него? Это ведь разгильдяй Хван Хёнджин, который ужасно её раздражает. Она всё ещё чувствует на себе все его сегодняшние прикосновения, как бы двусмысленно это ни звучало, и сквозь землю провалиться хочет, только бы не видеть его перед собой.       — Я в порядке.       — Ага, да ты как помидор… Может быть, душно? Я буду так любезен открыть окно. Одногруппник хотел встать с места, но девушка его остановила, покачав головой, но так и не глядя.       — Ладно, как хочешь. Хван снова присел. Сольджи понимала, что ведёт себя странно, но это и правда невыносимо! Это… не поддаётся объяснению, поэтому и раздражает безумно. Может быть это от того, что у них с Минхо давно не было близости? Именно поэтому её тело и разум реагируют так на совершенно чужие касания? Ян неожиданно залилась краской окончательно, прикрыв рот рукой. Боже, о чём она только думает…       — Кажется я понял в чём дело, — кивнул Хван. Он всё это время глазел на неё не отрываясь. — Ты не ожидала увидеть меня с моим натуральным цветом волос и более того, мой танец сразил тебя наповал. Это и послужило тому, что ты сейчас с ума сходишь. Понимаю, удержаться тяжёло, но, Сольхён, держи себя в руках, ладно? И снова он издевается. Ян Сольджи же вовсе не до смеха. И не до смеха потому, что кажется так оно и есть, блин. Нет. Одногруппник просто застал её врасплох, ничего более!       — Я дам автограф тебе самой первой, распишусь где захочешь, только подожди немного и ты сможешь видеть эти танцы на сцене, в исполнении прекрасного и невероятного Хван Хёнджина, — с гордостью выговорил парень, улыбаясь как чеширский кот. — Будешь в меня верить, староста? Брюнет покосился на неё снова и Сольджи больше не могла терпеть внимание одногруппника к себе так тесно и близко.       — Хватит! — парень вздрогнул от неожиданности, оглянувшись по сторонам. — Я хочу знать, где проводятся драки на деньги, в которых ты участвуешь и хочу, чтобы ты отвёл меня туда как можно скорее! Вырвалось. Вот и начала издалека… Хёнджин в мгновение ока посерьёзнел. Глупая улыбка сползла с его лица, а брови машинально согнулись к переносице, придавая одногруппнику суровый вид. Приколист Хван ушёл на второй план, и сейчас уже двоим стало не до смеха. Девушка хотела встать с места, но парень взял её за руку чуть выше локтя и усадил обратно, томным взглядом изучая лицо вблизи.       — Кто? — конечно можно было притвориться ничего непонимающим и состроить дурачка, который понятия не имеет, о чём идёт речь, но парень уже и сам сдал себя с потрохами. — Кто тебе это сказал?       — Никто.       — Я спрашиваю, кто тебе сказал?       — Никто!       — Это был Джисон?       — Да! То есть… нет! Хёнджин прикусил губу, сверля хмурым взглядом дыру в стене. Вот же засранец… Ещё и другом называет себя.       — Что ещё он тебе наговорил? — хмыкнул парень, открывая одну из конфет и принимаясь остервенело с хрустом её жевать. — Какого цвета трусы ношу, не выложил случайно?       — Нет, Хёнджин, я…       — Тебе нечего об этом знать. И никуда я тебя не поведу. На, пососи лучше конфету, — он сунул ей в руку сладость и принялся делать вид, что занят чтением конспекта, хотя у самого в голове чёрт знает что творилось. Странно. Почему Сольджи это заинтересовало? И что ещё более странно, для чего ей туда приходить. Хёнджин не переживал о том, что она теперь знает о его маленьком секрете, связанном с боксёрскими перчатками. Он почему-то был уверен, что староста никому ничего не скажет, ибо просто не найдёт в этом нужды, да и трепаться не в её привычках. Больше Хвана беспокоило то, что конкретно могло его тихую драгоценную старосту притянуть в мир боли, крови и жестокости. Она хочет научиться драться и отделать Мису? А что, как вариант. Сольджи смотрела на конфетку в руке, примечая, что парень любит такие сластные вещи. Будь то чупа-чупс, или же конфеты. Но оставив ненужные мысли, девушка отложила миниатюрную сладость в сторону и снова на того требовательно уставилась. Получила Ян в ответ укоризненный и гневный взгляд, который молча говорил ей лучше не продолжать заводить об этому тему.       — Не знаю, что ты хочешь там найти, но даже не смей совать туда нос, — грубо отозвался парень, не смотря больше на неё. — А с Джисоном можешь попрощаться, ибо я собираюсь его убить. Сольджи бы удивилась резким и совершенно неприсущим ему словам, но она действительно чувствовала себя виновато, ведь так нахально вторглась в чужую личную жизнь и настойчиво просила о помощи. Но Хёнджин единственный, кто сможет ей помочь в этом вопросе и не уговорить его пойти на встречу, у Соль просто нет выбора.       — Пожалуйста, Хёнджин. Я только лишь хочу проверить кое-что.       — И что же? — фыркнул парень. Ян замялась, думая, говорить ли ей правду или оставить в секрете. Она опустила голову и тихо поведала ему истинную причину её заинтересованности в том самом месте.       — Мой младший брат… Мне кажется он занимается этим. Хван в ту же секунду сменился в выражении лица. Недовольство исчезло, и вместо этого он принялся упорно вспоминать лицо того побитого парнишки. Осознание пришло мгновенно, стоило ему только представить в голове взгляд Чонина и Сольджи, сравнивая их. Вот и раскрылись карты. А ведь Хёнджин догадывался, что где-то он его уже видел. Удивительно, но паренёк и правда брат старосты, о котором парень уже слышал. Обалдеть. А он там что забыл?       — Слушай, — брюнет повернулся на девушку и вовремя заткнулся, увидев, как она обеспокоенно глядела вниз, перебирая пальцами конец своей верхней одежды. Чёрт. У него не остаётся другого выбора, кроме как помочь, да?       — Хорошо. Я отведу тебя. Сольджи подняла на него радостный благодарный взгляд, сцепив руки вместе. А Хёнджин в этот момент думал о том, что видит на её лице такую искреннюю улыбку в первый раз за последнее время.       — Но пообещай, что, не ты, не Чонин, больше там не окажетесь.       — Да, конечно! Ян склонила голову в знак благодарности, на что Хван с улыбкой хмыкнул. Она может быть милой. Ему хотелось бы видеть девушку в таком расположении духа чаще, чем обычно. Соль с приподнятым настроением наконец смогла обратить внимание на его подготовку к экзаменам, бегая глазами по листу тетради.       — Здесь ошибка. Если внимательнее просмотрел бы образец решения, то понял бы, что это число вовсе не… Тыча пальцем в цифры, углубилась в проверку девушка, заправив локон волос за ухо. Хёнджин завис, провожая каждое её действие затуманенными глазами и абсолютно не обращая внимание на то, что она с таким серьёзным видом ему объясняла.