Новая история Рапунцель

— Не, пока они не пообещают, что отстанут, я никуда не вернусь. И вообще, я уже сел в поезд, — говорил по телефону бледный альфа, закатывая глаза. В вагоне многие обратили внимание на необычного паренька. В основном тут находились «деревенщины», которые возвращались домой, купив всё необходимое для существования, а от этого так и веяло городской жизнью. Мин был одет с иголочки. Дорогие обтягивающие брендовые джинсы, чёрная, также явно недешёвая футболка, белые, под цвет кожи Мина кеды от «Gucci». Всё это привлекало много взглядов. Да и запах такой необычный для альфы: запах зелёного чая. — Юнги, Тэ меня отпускал только к тебе, как ты мог бросить лучшего друга на съедение беременному омеге?! — Чонгук ни капли не преувеличивает, его омега сожрёт кого угодно. Он и до беременности профессионально выносил мозги, а сейчас выполняет свои обязанности с тройным упорством. — Давай, как доберусь до бабушки, перезвоню, — Юнги, не дождавшись ответа и даже не посочувствовав другу, быстро отключился, не желая слушать его нытьё. Да, в общем-то, оба понимали, что Мину надо чуть-чуть успокоиться, а потом уже общаться с людьми. Мин Юнги — альфа, двадцать седьмой годик пошёл, омеги нет. Сын довольно известных людей, сам же — обычный юрист, который иногда занимается музыкой. Жизнь у него банальная: работа — дом — музыка — сон, и по новой. Ну, и иногда встречи со своим шоколадным другом Чонгуком, у которого в двадцать три есть муж, работа и он ждёт ребёнка, выполняя все капризы любимого омеги. Угадайте, кого постоянно ставят в пример для Юнги? — Боже, вспомнить бы, где стоит дом бабушки… Может ей позвонить стоило? — размышлял вслух Мин, вертя в руках вибрирующий телефон, на котором высветилось «Папа». Ну, да. Поздно. Они проели мозги Юнги, он решил взять отпуск и отправиться к бабушке в деревню, никому ничего не сказав, ибо нефиг таскать парней в его дом. Родители достали со свадьбой и внуками, он уже видеть не может этих представителей слабого пола, которые ведутся на положение их семьи. Ну, а в этот раз они перегнули палку. Притащили в дом омегу и даже хотели подмешать что-то в чай Юнги! Он сам разберётся, когда будет пора заводить семью. Поезд с визгом останавливается на станции, прерывая мысли парня. Наконец приехал, хотя это пока не конец путешествия Юнги, ему ещё минимум час на такси до деревни добираться. Да… Место, где живут родители его папы, с чистой совестью можно назвать жопой мира. До деревни его довёз улыбчивый альфа, который полдороги рассказывал о том, как его сын победил в соревнованиях по боксу. Зачем это знать Мину? К чему вся эта лишняя информация? Мин вообще не понимал людей, которые вот так загружают мозги совершенно чужим им людям. — Ну, наконец-то, — пробормотал альфа, завидев потрёпанные домики, среди которых было несколько нормальных частных домов. Один из них парень заприметил сразу. Эту бордовую крышу не узнать невозможно. Он быстро расплатился с таксистом и, забрав небольшой чемодан из багажника, попёрся домой. Вот бабуля удивится… Юнги же тут со дня смерти дедушки не бывал, а это было около трёх лет назад! Парень аккуратно открыл калитку и начал осматривать двор. Ну, совсем ничего не поменялось, кроме маленького огородика, засаженного цветами. Насколько помнил Юнги, бабушка хоть и любила цветы, но сил за ними ухаживать у неё не было, вот она ничего и не сажала, а тут… Зато всё остальное на месте, даже детские качели, которые принадлежали сначала брату Мина, а потом и ему самому, стояли в центре двора. Он снова оглянулся на садик: тюльпаны, георгины, розы, лилии, хризантемы, а с краю даже стоял куст бузины и чуть дальше, у самого ограждения, росла высокая яблоня. Мин хмыкнул и поплёлся в дом. Дверь была не закрыта, а значит бабуля дома. Лишь бы не напугать её, думал Юнги, заходя в гостиную, где обычно на большом диване она смотрела телевизор. Но не тут-то было: он услышал визг и даже не успел обернуться, как кто-то ударил его по голове, отчего он моментально отключился.

***

Голова ужасно ныла, глаза слипались. Где он? Вроде был у бабушки, а тут… — Госпожа Ким (фамилия бабушки Юнги), я к Вам зашёл, чтобы покормить рыбок, как Вы и просили, а тут кто-то был, вот я и подумал, что это вор, и вырубил его первым, что попалось под руку — сковородкой, — говорил весьма приятный голос сзади, но голова так болела, что Мин и повернуть её не мог. Юнги попытался встать, как он понял — со стула, но попытки тщетны, он был привязан. — Бля, Рапунцелью себя возомнил? Где бабуля? — начал ворчать Мин, голос сразу же притих. — Бабуля? Госпожа Ким, он Вас бабулей назвал, — как только парень это сказал, бабушка начала что-то лепетать, да так громко, что и Мин услышал её голос. — Боже, внучок приехал, а я даже не знала. Как только появится возможность, первым же рейсом прилечу! — тараторила старуха на том конце провода. — Так он ваш внук? Ой… Неловко вышло… — сказал парень и тут же принялся отвязывать альфу от стула. Когда тот наклонился, Юнги понял, что перед ним стоит обычный бета — от него не исходило никакого запаха. Пока парень освобождал пострадавшего, бабуля уже наговорилась и отключилась. — Я Чимин, сосед ваш, я к бабушке на лето приехал, а она с вашей решили поехать на море отдохнуть, оставив меня присмотреть за хозяйством, — сказал Пак, протянув руку. Мин поднял голову и слегка прихуел… Бета? Ага… Перед ним стоял парень с ангельской внешностью: пухлые малиновые губы, глаза полумесяцы, округлые щёчки, белая фарфоровая кожа, словно он и не в деревне, маленький аккуратный носик, и красные, будто огонь, волосы. Пушистые такие, Мину даже погладить захотелось того по головке. Хотя фигуры не было видно за оверсайз одеждой, Юнги уверен, что тело у этого малыша тоже, что надо. — Мин Юнги, — всё, что сказал альфа. Пак тоже оценивающе посмотрел на внука подруги его бабули. Нельзя было сказать, что у Юнги была неприятная внешность. Нет, скорее наоборот, у него очень даже приятные черты лица, но почему-то парню показалось, что он ни к чему хорошему не приведёт. Вообще Пак общительный очень, но в Юнги его что-то отпугивало, и он решил свалить как можно быстрее. Чимин сказал, что раз тот тут, то ему незачем приходить сюда и начал передавать свои обязанности парню. — Смотри, в день два раза кормишь рыбок, я покажу как; по вечерам поливаешь цветы; кормишь и выгуливаешь Лилит каждый день, — сказал парень и хотел было уходить, но его остановил неуверенный голос Мина. — Хэй, Рапунцель, Лилит? Что это? Точнее, кто? — Пак был в замешательстве до такой степени, что даже не обратил внимания на явно неудачный подкол со стороны нового знакомого. Он точно внук Госпожи Ким? Он не знает про Лилит?! Про эту собаку Госпожа рассказывает при каждом удобном случае. Да она намного больше говорила о питомице, нежели о непутёвом сыне и о таком же внуке. — Ты не знаком с Лилит? Это собака твоей бабушки, которой между прочим уже два года! — сказал Чимин, смешно пощурив глаза. Вообще, за пять минут что они беседовали, Мину довольно сильно понравился Пак, но он – бета. В их время бет вообще за людей не считают, те буквально просто мусор: кому они нужны, если даже не могут продолжить род? Юнги, конечно, так не считал, у него и друзья-беты были! Тот же Сонхун, вполне приятный парень-бета. — А, ну… Я очень редко тут бываю, работа не позволяет часто навещать бабушку, — сказал Юнги, почесав затылок. Паренёк посмотрел на него странным взглядом, и кинув короткое: «Идём», вышел из дома. — Лилит, малышка, — послышались звуки цепи, и из будки, которую Мин не заметил, вышла собака. Бульдог. Бульдог, твою мать! Огромный, откормленный, со злой мордой, рыжий бульдог! — Малышка? Ты издеваешься? Да это ж бульдозер! Фиг вам, я к ней не подойду! — на слова Юнги собака озлобленно зарычала, но, посмотрев на знакомого ей Чимина, высунула язык и начала вилять хвостом. — Ты что, трусишка, собачек бояться? — фыркнул Пак, гладя это «чудовище» по голове. — Нет, блять, я просто разумный человек, который не хочет идти на корм псине, — Мин сделал шаг назад, на всякий случай. Чимин же, тяжело вздохнув, посмотрел на Лилит. — Хорошо, — начал Пак. — Я помогу выгулять её первые дня два, но не более, — Мин же ничего не успел ответить, как тот подошёл к другой калитке, ведущей в соседний двор, и помахав рукой, удалился. Юнги долго и упёрто смотрел на собаку и, не дождавшись ответной реакции, выдохнув, зашёл в дом.

***

Утро встретило парня лаем собаки. Проматерив всё и всех, он поднялся с тёплой кровати и, быстро одевшись, вышел на улицу. На дереве сидел неизвестный парень, а Лилит, сорвавшаяся с цепи, пыталась зацепиться за его ногу. Стоп. Сорвавшаяся с цепи? Блять. Но не успел Мин повернуться, как дверь захлопнулась, привлекая внимание собаки. Парень же, что сидел на яблоне, одними губами прошептал: «Беги». Так быстро Юнги не бегал никогда. Он, блять, зацепил свои любимые джинсы! Но зато успел залезть на бетонный забор. Ага, малышка… А Мин говорил этому Чимину, что она загрызёт любого. — Эй, ты кто такой? — послышался голос с дерева. — Это я кто такой? Я, блин, хозяин дома, это ты кто такой? — изогнув бровь, спросил Мин. Однако весело. Ещё двадцати четырёх часов не провёл в деревне, а уже получил сотрясение мозга, порванные джинсы, и чуть ли не стал завтраком Лилит. — Хозяин дома? А бабка не промах, нашла себе молоденького, — сказал парень, играя бровями. Он явно являлся альфой. Юнги за километр чуял запах лесных орехов и чего-то ещё. Не успел он никак среагировать, как тот продолжил. — Я сосед ваш, брат забыл свою ветровку вчера тут во дворе, я за ней и пришёл, а эта бешеная сорвалась с цепи и чуть зад не откусила. Стоп. Раз ты хозяин, почему она лает на тебя? — о боже. Этот человек напомнил ему Чонгука. Рядом с ним тоже возникает чувство, что тот говорит сам с собой, так как не даёт собеседнику и слова вставить. — Ну, во-первых, я внук Суны, во-вторых, я вчера только приехал и знать не знал про эту собаку! — сказал тот. А парень на ветке что-то проговорил под нос и заорал. — Чими-и-и-и-и-и-ин, спасай! — буквально пять минут спустя, после ора соседа, калитка отворилась, и показалась красная макушка. К Паку моментально подбежала собака и начала лизать его руки, а тот начал хихикать. — Ты идиот? Ты даже за ветровкой без приключений сходить не можешь? Хосок, я уже устал вытаскивать тебя… А ты, что тут делаешь? — только заметив Мина на заборе, спросил Пак. А потом, поняв что к чему, захохотал во всё горло. — Боже, идиоты! А ещё альфы! Что вам Лилит сделает-то? — спросил Чимин и пошел за ошейником собаки, который лежал около будки. — Привет, Рапунцель, — сказал Мин. На что Пак кивнул на собаку, а-ля не заткнёшься — тебе пизда. — Я лучше буду трусливым альфой, чем омегой без мозгов. Только тупой человек может не бояться вот этого! — проговорил Хосок, указывая на собаку, и вообще игнорируя незнакомого альфу. Омега? Чимин — омега? Тогда где запах? Или Хосок просто так, к слову, это сказал? За размышлениями Юнги совсем забылся. — Слезай уже! — говорил Пак, махая руками снизу. Хосок уже стоял на земле и, приобняв брата за талию, говорил о том, какой тот смелый. Подлиза. Вообще, они ну совсем не были похожи. Хосок был высоким, в меру накаченным и каким-то глупым? А Чимин был метр с кепкой и казался довольно хитрожопым. Мин спрыгнул и скептически посмотрел на эту семейку. Они больше на пару были похожи. — Тебе бабушка твоя звонила? Сказала, что надо идти собирать землянику? — спросил Хосок, всё также придерживая Пака за талию. Это почему-то не нравилось Юнги. Вот просто не нравилось и всё. — В смысле? Куда? Зачем? — спросил Мин. — Эх, твоя бабушка ну очень любит земляничное варенье, так что нам надо собрать ягоды и приготовить его. Вообще, бабушка Суна хотела приехать, но наша бабуля уговорила её остаться ещё на неделю, — протараторил Хосок. — Сегодня в три часа дня выходим, готовься. Вернёмся назад поздно, так что возьмём с собой Лилит, — сказал Чимин, с мягкой улыбкой смотря на собаку. — Лилит?! — в голос вскрикнули альфы. Скучно им точно не будет…