Замёрзшие сердца

      Когда Вайолет вышла из ванной комнаты в одной белой сорочке, с распущенными волосами, которые будто плащом рассыпались по её плечам и спине, Дитфрид потерял дар речи. Сердце забилось так оглушительно быстро, что больно было даже вздохнуть. Он подскочил с кровати, неловко отводя от неё взгляд, злясь на себя за такую реакцию. Он ведь уже видел её лишь в нижней одежде. Там, в том одиноком домишке на острове, он лично бинтовал её раны, а тут вдруг смутился, как какой-то подросток.       Но сейчас Вайолет выглядела по-другому. Чистая, благоухающая, румяная… Она выглядела такой настоящей, искренней, простой, будто оставила в ванной весь свой груз ответственности, все свои маски строгой и уверенной леди.       Эвергарден замерла посреди комнаты, смущаясь от такого взгляда мужчины. Никто и никогда не смотрел на неё так. К щекам прилила кровь, но она всё равно не отвела своего взгляда от капитана. Ей нравился его взгляд, его реакция. Почему-то она вдруг улыбнулась, тихо рассмеявшись.       -Почему ты так смотришь на меня? – наконец нарушила неловкую тишину девушка.       -Я… - Дитфрид всё никак не мог взять себя в руки. – Ты просто ошеломила меня, - он вдруг сделал к ней решительный шаг. – Ты такая красивая, - прошептал мужчина, протягивая руку к её волосам.       Его рука мягко заправила светлую прядь за ухо, потом опустилась на розовую щёку. Дыхание у Вайолет сбилось, взгляд самовольно метнулся к его губам и она прошептала:       -Мне кажется, я сейчас упаду, если ты не обнимешь меня.       И он обнял. Крепко-крепко, поднимая её над полом. А потом наклонился к её лицу и сделал то, чего втайне хотел ещё с их первого разговора о звёздах на корабле. Поцеловал её.

***

      Вайолет не помнила, чтобы хоть когда-нибудь ей было так хорошо, так тепло, так спокойно. Сильные руки Дитфрида прижимали её к тёплому крепкому телу, создавая вокруг кокон безопасности. Ей казалось, что никакая беда не сможет пробраться в этот кокон, не сможет потревожить их с Бугенвеллией мимолётное счастье.       В голове было приятно пусто. Никаких глупых мыслей о долге, чести, правильности, и даже о Гилберте. Эвергарден чувствовала себя свободной как никогда, будто за спиной выросли крылья, а от шеи кто-то, наконец-то, отвязал тяжёлый, неподъёмный камень. И этот кто-то сейчас мирно сопел ей в макушку.       Вайолет старалась не шевелиться, чтобы дать мужчине ещё немного набраться сил, но он всё равно совсем скоро перестал сопеть. Его руки и тело напряглось, будто не совсем понимая, что происходит, а потом вновь расслабилось, и он ещё сильнее прижал к себе девушку.       -Доброе утро, - негромким, немного хриплым со сна голосом, Дитфрид нарушил тишину.       -Доброе утро, - повторила Вайолет, переворачиваясь в его объятьях, чтобы видеть его лицо.       Он улыбнулся ей, как только их глаза встретились. Девушка почувствовала, как щёки покрываются румянцем, но взгляда не отвела и тоже робко улыбнулась в ответ.       -В первые за много дней я чувствую себя таким отдохнувшим, - Дитфриду хотелось говорить, да и вообще, его настроение было настолько пугающе прекрасным, что не верилось даже ему самому.       -Я тоже.       -Как твоя рана? Не болит? – на миг его лицо стало обеспокоенным, но Вайолет отрицательно замотала головой, прижалась к его груди, и беспокойство исчезло, оставляя только огромную нежность, которую Дитфрид не чувствовал ни к кому и никогда.       Они лежали так какое-то время, стараясь продлить минуты спокойствия и их личного счастья. Потому что, как только они вылезут из постели, придётся снова столкнуться с грубой и жестокой реальностью. Реальностью, где им предстоит остановить новую войну.

***

      Лакристика осталась за горизонтом. Вайолет стояла на корме, подставив тёплому солнцу своё лицо. Распущенные волосы трепетали под порывами солёного ветра. Дитфрид любовался ей, стоя чуть позади. Он думал о многих вещах – о родине, которую нужно защищать, о брате, которого он защитить не смог, о Вайолет Эвергарден, которую больше был не намерен отпускать. Преодолев одним шагом разделяющее их расстояние, он мягко взял девушку за руку. Она повернулась к нему с безмятежной улыбкой.       -Я чувствую себя так странно, будто готова обратиться птицей.       -Ну нет, - Дитфрид засмеялся и притянул её в свои объятия. – Я не хочу, чтобы ты от меня улетала.       Она тоже засмеялась в ответ. И какое-то время они стояли, обнявшись, наслаждаясь этой близостью.       -Что будет дальше? – негромко спросила Эвергарден.       -Мы вернёмся домой, остановим Эдвина, я познакомлю тебя с мамой, - перечислил он совершенно будничным тоном.       -С мамой? – она удивлённо подняла на него широко распахнутые глаза.       -Да. В конце концов, моя мама должна познакомиться с моей невестой.       -Невестой?       -Да, сначала невестой. Вы же согласитесь стать моей женой, мисс Эвергарден?       Вайолет застыла, ошарашенная таким вопросом. В её голубых глазах смешалось столько чувств и эмоций, что Дитфрид не мог понять, о чём она сейчас думает, почему так разволновалась.       -Но, - заикаясь, она не могла найти слов. – Я не… Как? Я не знаю, что сказать, Дитфрид, - она отстранилась, закрывая пылающее лицо руками.       -Вайолет, - он мягко взял её за плечи. – Я не тороплю тебя и ни к чему не принуждаю. Просто хочу, чтобы ты понимала, что мои намерения самые серьёзные. Я… Я люблю тебя.       От его признания на глазах у Вайолет выступили слёзы. Она никогда не слышала этих слов в свой адрес. Разве её может кто-то любить? В это было так сложно поверить.       -Ты, наверное, шутишь, - она замотала головой.       -Нет! Я не шучу, Вайолет, - он чуть крепче сжал её плечи, заставляя посмотреть в свои глаза. – Я тебя люблю.       Слёзы покатились по её щекам, и она уже ничего не могла с ними поделать. За свою короткую жизнь она пережила столько событий, на её глазах умирали люди, она сама была причиной смертей, потом старалась исправить свои ошибки, залатать огромную дыру на сердце хорошими поступками. И понемногу у неё получалось, от каждой новой улыбки, от каждой искренней благодарности рана постепенно затягивалась. А сейчас Дитфрид вот так просто заявил о своих чувствах. Не требуя ничего взамен. Разве она могла заслужить его любовь? Разве она достойна его любви?       -Дитфрид, я не заслуживаю твоей любви, - сквозь слёзы прошептала она, заглядывая в его зелёные глаза, сжимая в руке любимую брошь.       -Вайолет, - он с таким трепетом произнёс её имя, что слёзы по её щекам потекли ещё сильнее. – Тебе не нужно ничего заслуживать. Это не воинское звание. Я полюбил тебя не за то, что ты сделала или не сделала. Я просто люблю тебя, и этому чувству не нужны ни причины, ни объяснения.       Серьёзность в его взгляде перемешивалась с бесконечной нежностью, и Вайолет знала, чувствовала, что его слова искренни. Ещё несколько секунд она сдерживалась, а потом уткнулась в его грудь, прижимаясь к нему всем телом, и зарыдала, как маленькая девочка, не веря своему счастью.       Дитфрид растерялся лишь на мгновение, а потом с готовностью обнял свою любимую, успокаивающе поглаживая её по волосам. Так они и стояли, обнявшись, не обращая внимания на сновавших вокруг матросов. А потом, немного успокоившись, Вайолет подняла на него свои глаза и прошептала:       -Я тоже тебя люблю, Дитфрид, - она немного помолчала, будто собираясь с духом. – И я согласна.       Теперь уже ничто не могло помешать капитану Бугенвиллеи поцеловать свою невесту.

***

      В Лейденшафтлихе их, конечно же, никто не ждал. Капитан Эдвин, приплыв с таким большим опережением, убедил правительство в том, что Лакристика объявила им войну, а Вайолет Эвергарден и Дитфрид Бугенвиллея погибли. Лейденшафтлих готовился к войне. Всё шло, согласно продуманному плану Эдвина.       Вайолет с Дитфридом ворвались в зал переговоров в самый разгар планирования атаки на Лакристику. Сложно было сказать, кто удивился больше: правительство или капитан Эдвин. Прямо там достав из потайного отверстия своего протеза целый и невредимый мирный договор, Вайолет положила конец этой злосчастной миссии. Хотя, не смотря на все злоключения во время задания, она обрела кое-что бесценное – любовь.       Несколько долгих часов суматохи и разборок, в ходе которых Эдвин и его приспешники были арестованы, Лакристике было написано официальное благодарственное письмо, а Дитфрида и Вайолет пригласили на официальный приём к королю. Когда они, наконец, вышли из ратуши, город был окутан ночной тьмой и прохладой. Стояла упоительная тишина. Эвергарден еле держалась на ногах от усталости, но медленно шагая к воротам, хотела как можно дольше не расставаться с Дитфридом.       -Я отвезу тебя домой, - мужчина повернулся к ней, когда они подошли к его машине с личным водителем.       -О, не нужно, ты ведь так устал, - по привычке возразила девушка, надеясь, что её протест не примут.       -Вайолет, - Бугенвиллея устало улыбнулся, протягивая к ладонь к её руке. – Я бы и вовсе не хотел расставаться с тобой, - её собственные мысли из его уст звучали слишком трогательно, заставляя Эвергарден трепетать. – Но понимаю, что эти рамки приличия переступать мне нельзя. Поэтому позволь мне хотя бы немного сохранить свою репутацию и, как подобает джентльмену, сопроводить даму домой.       -Хорошо, - она тоже не смогла сдержать улыбки.       Добрались они быстро, в уютном молчании, так и не отпуская рук друг друга, изредка обмениваясь тёплыми взглядами и улыбками. Дифтрид поймал себя на мысли, что чувствует себя таким молодым рядом с ней, таким неопытным и безрассудным. Но это ему нравилось. Она будто вдохнула в него новую искру, заставляющую хотеть, стремиться и мечтать.       У дверей почты Вайолет замерла. На мгновение стало страшно, что, как только она окажется за дверью, всё это обернётся сном. Но Дитфрид вдруг притянул её к себе в объятия и прижался к её губам в лёгком, нежном поцелуе.       -Прости, не смог удержаться, - смущённо прошептал он.       Она улыбнулась и поцеловала его в щёку.       -Увидимся завтра на приёме у короля, капитан Бугенвиллея, - будто птичка, она упорхнула из его рук, взявшись за ручку двери.       -Нет, мисс Эвергарден, - в той же манере ответил он ей. – Я заеду за Вами за полчаса до этого.       -Уже жду с нетерпением, - она и сама удивлялась, откуда в её голосе вдруг появились игривые нотки.       Дифтрид не сводил с неё глаз, пока она медленно открывала двери. Когда свет из прихожей упал на крыльцо, она вновь обернулась и не смогла остановить свой порыв. Снова бросилась к нему, обнимая руками за шею, и поцеловала его сама.       -Я люблю тебя, Дитфрид, - прошептала она, отстранившись.       -И я люблю тебя, Вайолет.

***

      Клаудия смотрел на них в окно, чувствуя в душе облегчение.       -Теперь можешь быть спокоен, Гилберт. Те, кого ты любил, будут счастливы.