être amoureux

Нил часто не спит по ночам. Это не удивительно, учитывая то, что ему пришлось пережить. Если и удаётся заснуть, то лишь на пару — тройку часов, а после Джостен с задушенным криком подрывается с кровати. Слёз никогда нет. Ещё с детства Нил помнит слова матери о том, что слёзы — признак слабости. Эти слова навсегда будут звучать в голове Нила, сколько бы лет не прошло.

***

Лисы каждый раз радуются как дети, когда узнают что-то новое о Ниле, но когда тот рассказывает о матери, те хотят лишь задушить Мэри ещё раз. Эндрю никогда не подаёт виду, что ему не всё равно. Но когда он узнает, что количество шрамов от Мэри превышает десяток, то тот просто уходит на крышу, стараясь успокоиться. Такое чувство, что Миньярд забыл как дышать: воздух выходит слишком прерывисто, а сделать следующий вдох слишком тяжело. Эндрю сжимает и разжимает кулаки, пытаясь успокоится. Дрожащими руками пытается поджечь сигарету, и запах помогает. Миньярд понимает, что сейчас запах сигарет напоминает о Джостене. Запах напоминает о том, что Нил сейчас в порядке, что он жив.

***

Нил уже слишком долго борется с кошмарами, чтобы удивляться им, когда он вновь просыпается от нехватки воздуха. Тихо, стараясь не тревожить Эндрю, который спит рядом, Джостен встаёт с кровати. Чуть трясущимися руками Нил находит худи, которое сразу надевает, и выходит из комнаты. Вся квартира в полумраке, а за окном уже начинает светлеть. Надеясь, что никого не разбудит, Нил заваривает кофе и, дождавшись, когда тот приготовится, выходит на крышу. На крыше всегда царит порядок, и все знают, что это уголок только Нила и Эндрю. Сюда даже не смеет подниматься никто другой, только если его не позовут. Крыша обладает волшебным свойством успокаивать. Нил, пролив пару капель кофе, садится на голый бетон. Прохладный ветер охлаждает, и Нил мысленно ставит плюсик своему решению надеть худи. Рассвет и кофе успокаивают, и Нил не замечает Эндрю, пока тот не садится рядом с ним и несильно бьёт кулаком по плечу. Джостен поворачивается и криво улыбается Эндрю. Узнав мать, что Нил настолько доверяет кому-то, что не замечает приближение человека, то убила бы. От этой мысли у Нила снова всё переворачивается в груди и закатывается в тугой комок. Эндрю улавливает любое изменение эмоций Нила, так что и это не остаётся без внимания. Миньярд тянет парня на себя за заднюю часть шеи, предварительно забрав уже наполовину пустую кружку кофе из рук Джостена, пока тот не утыкается лбом ему в плечо и выдыхает в шею, вызывая мурашки. — Привет. — Голос Нила звучит приглушенно, но это наоборот придаёт какую-то уютную атмосферу. — Ты такой домашний, мило. — Хмык Джостена тонет в коже Эндрю, который легонько даёт Нилу по лбу ладонью и укладывает подбородок ему на макушку. — Я тебя разбудил? Извини. — Ты такой надоедливый. Можешь рассказать мне, если хочешь. — Эндрю чувствует, как напрягается и мотает головой Нил, так что просто притягивает того ещё ближе, укладывая себе на грудь и легонько целуя в висок. Нил чувствует безопасность. Сколько бы кошмаров не было, и как бы долго Нил не спал, он знает, что рядом с Эндрю он всегда может расслабиться и успокоиться. Рядом с Эндрю он чувствует себя живым.