ты одинок?

Кэйа переворачивался на кровати, подмечая, что она безумно мягкая. Так уютно и тепло, хотелось валятся в ней всю жизнь. Столь приятная атмосфера, даже не хотелось вспоминать не самый лучший вчерашний день. — Проснулся? Синеволосый вздрогнул, протирая глаза, начал искать источник звука. Хотя с самого начала понял чей это голос. Просто не верилось. Возможно, тот самый голос, который он узнает из тысячи. — Д-дилюк? — Ты чего так удивляешься? — Эм, ну, — парень запнулся, отводя взгляд в сторону, — Я просто думал, что проснусь, а тебя нет ну и вот поэтому удивляюсь. — Ты такой дурачок, — слабо улыбнувшись, ответил Люк, — И прекрати говорить такие глупые вещи. В конце концов, мы в моем доме. Кэйа задумался и хотел сказать одно, но осознание другой вещи заставило передумать. — Стоп ты сейчас что? Улыбнулся? — Кэйа сел на край кровати, приближаясь к стоящему около неё красноволосому. — Я да, нет то есть, иди ты! Парень оттолкнул Альбериха. Пряча свою улыбку в руках, закрывающих лицо. — А ты всё также мило смущаешься, Люк, — расплывшись в улыбке проговорил Кэйа. Опомнившись, парень отвернулся. — Извини, зря я это, не стоило так тебя называть. Дилюк сел на кровать, протянув руку. — А? Рагнвиндр молчал и держал сомкнутый кулак с одним лишь оттопыренным мизинцем. — Ты помнишь? — с надеждой спросил синеволосый, удивлённо смотря на другого парня. — Ещё бы. Кэйа, я всё помню и никогда не забуду. Альберих замолк. Слова застряли в горле. Это всё как-то неожиданно и странно. Почему это не произошло раньше? Как ему реагировать на такое? Наверно, они оба такие дураки. — Дилюк, мы можем поговорить? То есть…я хочу кое-что прояснить что ли, — соединяя их мизинцы, бормотал синеволосый. — Конечно, что тебя тревожит? Рагнвиндр повернулся к парню, отпуская пальчик, но беря в свои руки чужие, слегка сдавливая и поглаживая большими пальцами тыльную сторону ладони. —Эм ну. Ух, — Кэйа не смотрел в глаза красноволосому, только на их сомкнутые руки и говорил всё как на духу, — Я действительно хочу попросить прощения за то что бросил тебя в такой сложный период, ты был в праве злится и кричать на меня тогда, но в любом случае я не заслуживаю твоего прощения, — он нервно усмехнулся, — Да и тебя вообще. Почему ты не отказался от меня? Я ведь такой отвратительный. Моему поступку нет ни оправдания, ни прощения. Мне просто неловко рядом с тобой, ты не из тех кто говорит о своих чувствах и я не могу понять, что ты думаешь на самом деле. Вежливость это или ты просто терпишь меня или что вообще у тебя на душе сейчас. Его плечи дрогнули. Сложно было говорить о том о чем молчал столько лет. — Кэй, эй, — Рука Дилюка скользнула к чужой щеке, поднимая подбородок, — Посмотри на меня. Я сам вёл себя как хер знает кто, игнорировал тебя, хотя я так хотел чтобы ты был рядом. Я оттолкнул тебя, прости меня за это. Ты не отвратительный, не говори так. Я тебя таким не считаю. Кэй, пожалуйста, давай забудем прошлое, хорошо? Я не хочу вновь и вновь возвращаться туда и думать, что я мог сделать по-другому, нам все равно не вернуть это время. Начать все сначала это единственное что мы можем. — Люк, нельзя просто забыть прошлое. Дилюк смотрел на парня, непонимающим взглядом, он отпустил свою руку. — О чем ты? — Нам нужно пережить всё это, всё что было. Травмы нужно прорабатывать. — Я, — он замолк и задумался, — Извини я снова хотел, хотел убежать от проблем. Кэйа, отпустил держащую его руку, и прикоснулся к волосам парня. Мягкие и даже шелковистые. Так осторожно их поглаживал и перебирал. — Все хорошо, мы вместе с этим справимся, верно? Они наконец посмотрели друг другу в глаза. Так близко, так тепло и действительно по-родному. Необычно и непривычно, но их тела и души помнили о той близости, что была когда-то. — Можно тебя обнять? — Хах, ты и правда не изменился, Люк. — Сейчас задушу и всё! — возмущенно воскликнул парень. Дилюк прыгнул на синеволосого, повалив того на кровать. Его руки сомкнулись на шеи парня, а макушка умостилась в месте соединения плеча и шеи. — Теперь никуда не пущу, понял?! Кэйа захохотал, прижимая красную макушку к себе, а руки положил на его плечи. — Ты такой ребёночек. Но я и сам не уйду, обещаю, что не уйду пока ты сам меня не прогонишь. Лицо Дилюка залилось краской. Это слишком смущало. И слова, и прикосновения. Все напряжение улетучилось, хоть и оставалась немного неловкости. Им нужно время. Ещё раз обо всем поговорить, сгладить острые углы их вновь начавшихся отношений. Когда-то у них все образуется. Главное, что сейчас в груди было лишь разливающееся тепло. Этот момент хотелось растянуть на вечность и пробыть здесь, в объятиях человека, который дорог ему больше чем кто-либо. И кажется, Дилюк осознал это не так давно. Он всегда думал, что отец и их дни вместе дороже ему больше всего на свете. Но со временем Рагнвиндр понял, что отец и то прошлое ему, конечно же, было важно, но, вспоминая о прошлом, первое что в голову приходило был не отец, не их совместно проведённое время, нет и ещё раз нет. Кэйа Всегда он и только он был в голове у Дилюка. И только после этого, огрубевшие сердце парня наконец простило Кэйю за всё. Именно с того момента Рагнвиндр пытался наладить контакт, но так сильно боялся, что Альбериху он уже совершенно не нужен. Видя его в толпе друзей, веселой компании и с красивыми девушками, его желание вернуть все угасало. Но, кажется, таким какой он есть, Кэйа мог быть только с ним. Ну или позволял именно это. — Люк, — протянул Кэйа, — Спасибо тебе, спасибо за всё. — И тебе, Кэй. Они ещё долго пролежали, нежась в тепле друг друга. Каждый думал о своем, но их мысли были не так далеки. Дилюк взял руку Кэйи в свою и мягко улыбнулся, что заставила сердце синеволосого чаще биться, а тело трепетать от нежности.