Я здесь

***

Артём. Обычный школьный красавчик с неплохими оценками по всем предметам, чьё имя свободно гуляет по всей школе. Парень, общающийся с половиной женского коллектива из класса ( и не только своего) пока вторая половина втихую пишут про него любительские сочинения. Так же он с довольно неплохим чувством юмора, при использовании которого многие падают в обморок. Кому-то просто не хватает воздуха, чтобы выжить после таких «смертельных» шуток, пока они ещё весело смеются, катаясь по полу помещения, а кому-то эти шутки приносят довольно странные ощущения. Типа: — Знаешь, почему к тебе через окно прилетают птицы, принцесса? — спрашивал он с добрейшей улыбкой. — Почему? — говорили в ответ, милейше завышая голосок. — Твоя красота настолько ослепительна, что даже синицино око издалека ​не увидит. Смысл сего комплимента в том, что говорят, что птицы залетают к покойникам. Но он очень глубоко спрятан в этой фразе и проделан так, чтобы было несвязно слово «покойник» с «ослепительным». Артём не знал, как по-другому сказать в вежливой форме, чтобы они от него уже отвалили, а просто послать было невежливо. Правда, девушки, неосведомлённые этой информацией, посмеются, посчитая это простым комплиментом от парня. А те, кто всё понял, беспечно смеются, даже зная смысл этого необычного «комплимента», но потом всё же отстают. Но ему всё равно, даже если кто-то перестанет с ним общаться. У него нет друзей. Он просто хочет, чтобы все перестали пытаться начать с ним встречаться. На все признания Артём отвечал простым: «Я асексуал». И даже не давая никакого шанса, если тот, кто признавался, пытался объяснить, что если Артём асексуал, то у них ещё может всё получиться. Даже после многочисленных попыток этому человеку не удавалось заполучить холодное сердце отличника, всё время слыша эту фразу. Проще было сказать «я асексуал», чем девушке «я гей», а парню - «я натурал». К тому же есть ведь трапы и трансгендеры, а кто из них кто хуй различишь. Но даже так отличник хотел найти человека, которого действительно будет любить и который будет любить его. Он надеялся, что в этом прогнившем мире найдётся хоть кто-то... хоть кто-то, но Артём не знал, что это будет обычный хулиган...

***

Это произошло на лестнице. Отличник спокойно спускался на второй этаж, как сверху раздались гомон, топот ботинок и парень в каштановом свитере, резко спрыгнув с шестой ступени от пола прямо к дверям входа на этаж, опередил его. Он был не один. За ним бежали ещё трое, одновременно кричав: «Не позволяйте ему убежать!» В это время, преследуемый с размаху въебался в двери, от чего они, распахнувшись, чуть не задели Артёма. И исчез. Просто взял и испарился. Незнакомцы с досадой цыкнули, пытаясь отдышаться от быстрого и, возможно длительного преследования. Артём хотел было спросить: «Какого хуя тут, ребятки, происходит?», но видно решил воздержаться от грубости и просто чутка пониженным, но не без того заинтересованным и спокойным голосом проговорил: — Что же такого случилось, что вы так упорно бежали за этим парнем? Преследователи прояснили, что имя этому Мистеру-Длинные-Быстрые-Ноги-и-Отъебись-от-Меня-Козёл было Дима. Если вызовут драться, то не будет биться сразу с тремя, когда у него перелом. А лучше-ка по-быстрому свалит. Хотя, каким чокнутым надо быть, чтобы драться с гипсом. Только новых ран ещё больше прежнего получишь. Зато, когда рука срастётся, получит не он, а только они. На коже парня не будет и царапинки. — Какой тогда смысл драться, если потом вам достанется по меньшей мере, в четыре раза больше чем ему? И то, если напоследок сжалится одним любовным пинком, — преследователи потупились. Вот же дураки. О последствиях не подумали, а он им тут лекции читать будет, будто своих дел нет. Будда Священный. Ох, спокойно. Глубокий вдох... И глубокий выдох. Он таких идиотов сотен двадцать видел и ничего. Но почему именно сейчас так бесит.. Артём аккуратно обошёл присевших отдохнуть парней и потопал своей дорогой. Беспокоила одна мысль. Пусть отличник и мельком, но всё же заприметил на шее быстроногого бинты. Белоснежный воротник — видимо без рукавов — рубашки под свитером, не стесняясь, никак их не скрывали. Рукава были закатаны до середины предплечья, и на руках тоже были видны бинты, а левая сломана и так вообще к чертям загипсована. Уж он без понятия, где этот парень так здорово наебался, если не в школе, но в любом случае, умничка-разумничка к этому никак не относится.

Так он думал...