В Объектив

Проводив вместе с Андрейкой шестого ученика Харнесса к выходу, Арата невольно утер пот со лба. Снимать клипы с участием учеников Академии оказалось намного сложнее, чем он думал. Разумеется, проблемы начались ещё на Кагеторе со Сьюзан, которая постоянно путала слова, назвала Середи синеволосым мальчишкой, три  раза спросила, снимает ли её камера в конце-концов довела Кагето до очередного срыва, после чего механика пришлось отпаивать чаем, который принёс с собой в термосе Тадаши, как он сам выразился, на всякий случай, а Сьюзан в это время выслушивала нотации Тору с Петькой параллельно с ворчанием Катару. В конце-концов им удалось снять этот несчастный клип, потратив ещё тридцать минут, и наступила очередь Такеру Кодзе, который в очередной раз продемонстрировал все свои способности устроить разнос и кавардак на ровном месте. Такеру заявился с банкой томатного сока, которую он успел спереть с кухни во время своего позавчерашнего дежурства и заявил, что его родители не поверят, что это он, если он будет без банки. Пришлось ему разрешить, и во время интервью Такеру постоянно размахивал банкой, так что капли сока попадали куда попало, включая их собственную униформу и объектив камеры, да и к тому же он постоянно переходил на болтовню с Аской Кодзе, которая была его родной сестрой, не мог уложиться в три минуты, и из-за этого видео постоянно приходилось пересенимать, причём мучались они все, а не только Тадаши и Катару. В конце-концов их журналист-монтажер плюнул и предложил просто обрезать все, что не укладывается во временной лимит, если он и с двадцать третьей попытки не сможет дать нормальное интервью, и, как ни странно, угроза подействовала, Такеру мигом притих и с первой попытки прочитал в камеру обращение к родным, после чего Середи незамедлительно отправил его на выход, через микрофон громкой связи дав сигнал Мураку вести следующего ученика. Напоследок Такеру решил ещё раз проявить себя во всей хулиганистой красе, швырнув банку с недопитым соком в мусорное ведро, но не докинул. Она не долетела примерно десять сантиметров, шлепнулась дыркой для сока вниз, и в итоге на полу появилось красное пятно, которое все теперь старательно обходили. Такеру ушёл, крайне собой довольный, а Середи, закатив глаза, сразу принялся разбираться с другим учеником - номером шесть, благо, в Харнессе почти все воспитанники Джастина Кайдо, очевидно припомнив Середи неудачный побег их классного руководителя в первый месяц после захвата острова, решили не сотрудничать с ним даже ради возможности передать весточку родным, и из класса ушло больше половины учеников, а учитывая, что он и так был маленьким, давать интервью остались всего шесть человек, очевидно, либо те, кто успел настолько соскучиться по родным, что проигнорировал общий бойкот World Sabers, либо те, кто просто меньше их ненавидел и был не против сняться в клипе ради весточки домой. И вот теперь, когда они наконец разобрались с Харнессом, и Середи объявил пятнадцатиминутный перерыв, Арата рухнул на пол рядом с Тадаши и только тогда заметил, что друг протягивает ему небольшую упаковку с двумя крекерами. - Будешь? - спросил он, открывая термос и наливая себе половину пластикового стаканчика, который вытащил из куллера. А то, он же с самого утра ничего не ел, хотя нарочно умял за завтраком две порции каши, подозревая, что обеда им из-за этих съёмок так и не достанется! - Да! Спасибо! - коротко ответил он, схватив упаковку, развернув шуршащий полиэтилен за пару минут, вытащив крекер и положив на язык. Солёное печенье вместе с лёгкими ванильными нотками мигом обожгло ему рот, он словно не ел три дня, и Арата, даже не особо жуя эту солоноватую сладость, тут же запихнул в рот вторую половину крекера и глотнул чая, горячего, душистого, сладкого травяного чая с пряными нотками шалфея и тимьяна... Пожалуй, лучшего обеда ему сейчас было и не надо! Тадаши сидел рядом, дожевывая свой крекер, остаток пачки он положил на общий стол, и Катару уже успел сташить один из них, параллельно просматривая файлы и втихомолку ругаясь - ученики Харнесса, а особенно Сьюзан с Такеру успели довести его до бешенства своими нечаянными и нарочными приколами, и теперь он сортировал клипы, костеря их не хуже Катерины Руф, когда она дразнила студентов Эзельдарма. - Следующим у нас Дженок, и вы все знаете, что будет. - без предисловий предупредил их Середи, достав из кармана ещё один батончик, открыв его и откусив кусочек, Арата понимал его любовь к шоколаду, особенно учитывая, что Середи и сам мог использовать Перезагрузку, а ему советовали есть шоколадки, чтобы ему стало легче после очередной битвы, когда он её активировал, но Середи за все пять с лишним месяцев использовал её всего один раз - когда потребовалось избавиться от попытавшегося убить его и уничтожить оба их Лбикс Итана Кьеджи, который сам активировал Перезагрузку, и при этом он часто ел свои шоколадки, наслаждаясь каждой плиткой, каждым батончиком и смакуя каждый кусочек, и если Акита сразу запихавала в рот половину, то Середи наслаждался каждой шоколадкой, как будто ел их раз в несколько месяцев. Арата не знал, когда у Крейслера день рождения, но подарок для своего учителя и генерала он уже придумал. - Да! И зная Дженок, это будет капец! - кратко высказался за всех Петька, который, хотя и был русским и временами ругался по-русски так, что нельзя было понять ни слова, все же не использовал нецензурную лексику за исключением особых ситуаций - Они относятся к нам хуже, чем все другие классы в школе! Хуже - и Арата знал, что хуже, знал, потому что его одноклассники, особенно в первые дни, не стеснялись ему об этом напоминать. Он помнил, как во время битвы внезапно развернулся и налетел на своих же союзников, как под оглушительные вопли Харуки разносил Лбикс четвёртого взвода, как закричал Гендо, когда он взорвал его робота, как что-то кричала Юно, как ему практически плакали в наушники, просили прекратить, спрашивали, что он делает, а в уши все время врезался вопль "Арата, Арата, Арата, Арата!!!" Он знал, что он делает. Он сражается на стороне Середи, он помогает World Sabers, чтобы наконец прекратить войны во всем мире! Он и не помнил, как подоспел Джастин Кайдо, как Икар Мощь проткнул Дота Бластероза насквозь, как он отбросил его покореженный Лбикс в сторону, как он хотел как можно скорее выбраться из контроллера, броситься в командный центр к Середи, занять любую пустую капсулу, взять любого робота, снова вступить в бой! Контроллер заблокировало, как он ни пытался, он не мог его открыть, зато он прекрасно помнил, как распахнулись створки, как он увидел красное от злости лицо инструктора Саруты, бледного, перекореженного от злости Джозефина Даймонда, то, как его вытащили из контроллера, фактически рывком, поставили на ноги, как в три голоса орали ему в уши, какое ужасное предательство он совершил, как все требовали от него искреннего раскаяния и извинений, не давая ему при этом и слова сказать, как описывали все преступления Середи Крейслера, начиная от мелких перекупок оружия и заканчивая стычками с японскими войсками, как ему что было силы влепили пощёчину, когда он попытался вырваться, как силой, волком, тащили в пустой класс, пока он упирался ногами в пол, на глазах у всего Дженока, как Юно старалась не смотреть на него, сколько боли в глазах Хикару, полные ярости глаза Харуки. И одно страшное слово, врезающееся в уши - Предатель!!! - так, что их хотелось заткнуть и броситься бежать! Он даже и не помнил, кто это кричал - Харуки, Хикару, Юно или Джозефин Даймонд. Помнил только то, что они кричали, что его волокли по коридору, а затем фактически зашвырнули в пустой класс и оставили там - без еды, без воды и без каких либо новостей о том, что сделают с Середи Крейслером и со студентами Эзельдарма. Этот вечер был одним из худших в его жизни - сидеть одному, в кабинете, без связи, без новостей, без друзей, даже без пары бумажек, на которых можно было бы написать записку, тогда он не знал, где Середи, где его ученики, где Шарлотта, где Азэми, Тору, Дайго, Брюс - они все, да он даже не знал, где Итан Кьеджи! Спустя несколько часов к нему зашёл Джастин Кайдо, который около часа подряд втирал ему о том, какие террористы плохие, как ужасно по отношению к своим одноклассникам и ко всей Академии он поступил, сколько преступлений совершил Середи Крейслер, и о том, что он ещё может все исправить, если сейчас извинится перед всеми и загладит свою вину, если поможет поймать Итана и допросить учеников Эзельдарма. Арата молча слушал его, стиснув зубы и отвернувшись к окну. Джастин ушёл, так и не добившись от него ни слова. А утром его под косыми взглядами всего Дженока, под конвоем вывели на причал, смотреть, как сажают на корабль студентов Эзельдарма. А потом, чуть ли не в самый последний момент, из-под воды вынырнула субмарина с Ягами Ватанабе и целым полком солдат World Sabers, которые фактически спасли их от полицейских Японии, и заключёнными стали уже их тюремщики, он помнил, как ученики Эзельдарма выскакивали из дверей корабля, как они смеялись, обнимались, плакали от счастья, как кто-то сразу бросился на шею Середи, как Ягами Ватанабе сразу приструнил инструктора Саруту одним коротким "МОЛЧАТЬ!!!", как Шарлотта пересчитывала их по одному, как сверлил его полными ярости и боли глазами Харуки, как он сам бросился через весь причал к Середи, к Шарлотте, как повис у Тору на шее, как с радостными криками распрашивал у Середи, как он умудрился вызвать к ним на помощь подводную лодку, а он со смехом объяснял ему про план Б, параллельно отдавая команды Ягами Ватанабэ. А потом была битва в Потерянной Зоне, смерть отца Рейны Мито, отключение компьютера и, следовательно, разрушение Второго Мира. И все это время он был со студентами Эзельдарма, а потом и сам официально стал одним из них и членом младшего полка World Sabers. И он так нормально и не поговорил практически ни с кем из студентов Дженока. Юно просто не шла на контакт. От Катерины он каждый день получал пару оскорблений. Харуки швырнулся в него миской супа, когда он вызвался отнести ему обед, за что угодил в карцер. Хикару и Сакуйя коротко отвечали на рутинные вопросы и отводили взгляд. А кто-то и вовсе не желал с ним разговаривать. Зато с ними был Мураку. Которого Середи всего за один день уговорил вступить в Эзельдарм. - Эй! Все хорошо? - спросил Тадаши, обнимая его за плечо, и Арата обернулся к другу, встретившись взглядом с его зелёными глазами. - Да! - коротко ответил он, обнимая рукой друга и крепче прижимаясь к нему. Никто из студентов Дженока не пожелал даже выслушать его, когда он попытался объяснить, почему перешёл на сторону Середи. Никто из них никогда не сидел рядом с ним, пока он в одиннадцать ночи рыдал, сидя на кровати, никто из них не ругался ради него с его же отцом по телефону, и никто из его старых учителей, включая того же Джастина Кайдо, не просыпался в три ночи ради своих учеников, не утешал и не обнимал, не шутил и не был готов убить человека ради них. Он нашёл своих людей. Он никогда не позволил бы никому даже пальцем тронуть Тадаши или Акиту, или кого-либо из его одноклассников! И он не задумываясь сдал бы всех учителей этой Академии в правительство Японии ради Середи Крейслера. А если рядом с ним были те, кто ему дорог, и кто в свою очередь любил его, то все было хорошо. - Так, перерыв закончен! Ягами, запускай седьмой номер! - скомандовал Середи, нажав кнопку на динамике, оттуда послышалось знакомое ворчание, и Крейслер выключил громкую связь, а затем обернулся к ним. Кагето молча переглянулся с Тору и Петькой, они с Тадаши встали с пола и направились к камере, а Катару за компьютером кратко прокомментировал ситуацию, параллельно создавая на рабочем столе новую папку для документов. - Началось! - Пока ещё не началось, скоро начнётся. - поправил его Тадаши, включая камеру и настраивая объектив. Середи подошёл поближе к нему, заворачивая батончик в обертку и убирая его в карман, а Арата взял со стола учебник информатики. Началось примерно через десять минут, когда в дверь вошёл Хикару вместе с Мураку. - Что мне говорить? - прямо с порога спросил он, глядя прямо на Середи. Хикару... Сейчас он просто быстро скажет все, что от него требуется, а потом так же быстро уйдёт и постарается не встречаться с ним взглядом! Но хотя бы они точно будут знать, что он - не предатель. - Вставай около окна и скажи что-нибудь своему отцу, Тадаши в это время будет снимать тебя, постарайся уложиться в три минуты и не бойся, если у тебя не получится с первого раза - мы будем снимать второй, третий и четвёртый дубль, если сразу не получится. - ответил Середи, махнув рукой на подоконник. Светловолосый подросток перевёл глаза на окно. - Сколько у меня попыток? - прямо спросил он, но на этот раз ответил уже Мураку, положив ему на плечо руку с повязкой "Испытательный Срок". - У тебя нет лимита попыток, нет лимита времени, только лимит длительности самого клипа, интервью с Такеру переснимали двадцать три раза прежде чем получился итоговый вариант. - ответил он, и Арата невольно вздрогнул. Мураку... Хикару просто коротко кивнул и направился к окну. - Я готов, мистер Крейслер. Снимайте. - Хамада, дубль один! Арата, ты опять в кадре! Невольно не отрывая глаз от бывшего товарища по взводу, Арата совершенно забыл, что стоит прямо перед объективом камеры, и вовремя отсткочил в сторону, взмахнул учебником, и Тадаши нажал на кнопку записи. - Добрый день тем, кто это смотрит, я - Хикару Хошикара, и я говорю из Академии Камуи Даймонд... - Ну, началось! - не выдержал уже третий час находящийся в состоянии белого каления Кагето, и Середи хлопнул себя по лбу. - Стоп! Никаких лишних слов во время интервью, Хикару, это относится и к тебе. Если ты будешь растягивать свое приветствие на несколько предложений, оно займёт полклипа. Просто скажи "привет" и поздоровайся со своими родителями. И все. Хамада, заново! Тадаши стёр старое видео, пока Катару удалял клип с компьютера. Хикару вздрогнул и опустил голову, а затем, зачем-то, перевёл глаза на океан за окном. Хикару... Он согласился на это ради отца. А его собственный отец теперь даже знать его не желает. - Арата! - ещё раз напомнил их монтировщик, и рыжеволосый подросток дернулся и взмахнул учебником. - Дубль два! - Привет... Пап. Это Хикару Хошикара, с острова Камуи Даймонд. - протянул он, как будто каждое слово застревало у него в груди - Как видишь, я ещё жив, и пока относительно в порядке - если не считать пары царапин, но это пустяки. Больше всего сейчас я хочу тебя обнять. Снова услышать твой голос, ощутить твои руки на моих плечах. Все это время я не ценил того, что имел... Что мы оба имели. И сейчас я даже не могу сказать, как я жалею, что тогда я ужасно себя вёл... Я ругался с тобой по любому поводу и регулярно тебя обижал. Я даже говорил, что никогда не буду таким как ты. А теперь... Я понимаю, сколько всего ты делал для меня. Пап... Я не знаю, выберусь ли я отсюда живым, да и выберусь ли вообще, но знай - я тебя люблю! И если эта война закончится, неважно, выиграет её Середи, или наоборот, в итоге разобьют войска World Sabers, то я вернусь к тебе! Обязательно вернусь! И тогда мы будем вместе. Всегда вместе. Вдвоём. Я обещаю. И я люблю тебя. Светловолосый подросток замолчал. Тадаши по-прежнему снимал клип, а на компьютере Арата ясно видел оставшиеся полторы минуты. Мураку молча смотрел на своего бывшего одноклассника. Тору положил руку на плечо Кагето. - Это все, мистер Крейслер. - коротко кивнул ему светловолосый подросток, и Тадаши выключил запись. Всё?! Но... - Ты уверен? У тебя есть ещё полторы минуты. - отметил Середи, пока Катару сохранял видео. - Да. Я хотел поговорить только с отцом. Больше мне там не с кем разговаривать. Даже первые настоящие друзья появились у меня только в Академии. Настоящие... Друзья? Его первые настоящие друзья появились у него только в Эзельдарме. Но это же значит, что Хикару... Все же считал его другом? Хотя он никогда не вёл себя так, как будто хотел общаться с ним! А Харуки... Будут ли они вообще общаться после того, что было сегодня? - Я могу отдать эти полторы минуты кому-то ещё? - спросил Хикару, делая шаг вперёд. - И тогда мы будем снимать эти четыре минуты ещё полчаса! - ответил Катару, сохраняя клип в папку Дженок - А ты, кстати, побил все рекорды - мы потратили на тебя всего десять минут! А ещё у нас полчаса как обед. - Прости, но этого лучше не делать. - ответил Середи, кивнув Катару - Конечно, по времени твоё видео намного короче, чем другие, но если ты просто подаришь свое время, обязательно найдётся минимум один человек, который скажет, что это несправедливо, вспомнит, что кто-то не договорил сорок секунд и потребует их себе. Начнётся неразбериха, все начнут меняться временем, и в итоге мы ничего нормально не снимем. Точно не хочешь ничего договорить. Катару разочарованно застонал, а Кагето тихо выругался. - Нет. Я хотел поговорить с отцом. И я уже сказал в камеру все, что хотел. Если вы не пропустите моё видео из-за того, что я мало вас хвалил, то я приму это и не буду ползать перед вами на коленях. Зовите следующего человека. Середи никогда не просил, чтобы перед ними ползали на коленях. Он иронизировал и смеялся, улыбался или шёл в бой с яростью в глазах, он боялся, дурачил, закрывал их от пуль и вместе с ними праздновал победу. Но он никогда не требовал, чтобы перед ним пресмыкались, и он всегда уважал поверженного врага, даже если никакого уважения он не заслуживал. Он не приказал расстрелять, а просто запер в карцер Джозефина Даймонда, и до сих пор о нем вполне сносно заботились. И отчасти поэтому Арата был готов идти за Середи хоть в ту же Гренландию, которой он нередко пугал почти проваливших задание солдат. - Тебе не нужно ни перед кем пресмыкаться и ползать на коленях, Хикару. - твёрдо ответил Середи, глядя прямо в эти синие глаза - Твоё интервью пройдёт в любом случае, как и каждое, которое мы снимем. Светловолосый подстросток молча смотрел ему в глаза. - Кстати, Катару прав, уже время обеда. Надо бы сделать перерыв. - отметил Середи, явно желая разрядить обстановку - Тору, Кагето, Катару, Тадаши, технику в спящий режим, и быстро в столовую, Мураку, пожалуйста, скажи об этом остальным и захвати с собой Харуки, ученикам других стран обед можно привезти на тележках прямо в зал. Темноволосый подросток кивнул и направился к студенту Дженока. А Арата внезапно вздрогнул. Не здесь. Не сейчас. Не когда они практически поговорили, и когда он первый раз не огрызался и не отворачивался от них. Он и сам не понял, как рванулся вперёд. - Можно я его отведу? - внезапно спросил он, прежде чем понял, какие слова только что слетели с языка. На него смотрели синие глаза Хикару. Тадаши понимающе кивнул, отошёл от своей камеры и обнял его за плечо, а Тору тихо улыбнулся, пока Кагето понимающе переглядывался с Мураку. Середи молча окинул взглядом их обоих, а затем коротко кивнул. Он понял. - Хорошо, Сена. Отведешь Хикару вниз. Остальные - вперёд, на обед сегодня суп мисо. Кагето тихо застонал. За последние четыре месяца они не ели практически ничего, кроме японской кухни, и все виды лапши вместе с японскими супами и любыми онигири или пирожками уже успели настолько надоесть, что многие предпочли бы им овощное рагу из брокколи или манную кашу с комками. В их столовой до захвата острова иногда давали манную кашу. Середи тихо дёрнул за плечо слишком любопытного Катару, Петька закатил глаза и вынырнул из кабинета следующим, а Тадаши и Тору сами вышли за ними следом за Мураку. Теперь они точно были вдвоём.