От него пахло апельсинами (He Smelled Like Oranges)

Ночь для Кагеямы прошла спокойно, и он проснулся лишь от того, что солнечный свет, прорывающийся сквозь окно, стал слишком ярким и доходил до него даже через закрытые глаза. За ночь они сменили положение, в котором находились прежде, так что Хината чуть сполз в сторону и теперь лежал рядом с ним, но его рука все еще находилась на животе Кагеямы, а голова лежала на его груди. Кагеяма не мог представить, что могло бы заставить его устать от пробуждения в одной кровати с Хинатой. Он коснулся рукой его рыжих волос и провел по ним. Он наклонился и уткнулся в него носом. Запах апельсинов не был таким сильным, как вчера, поскольку Хината не принимал душ. Кагеяме было комфортно, и он любил объятия Хинаты, но спустя несколько минут он осторожно снял с себя руку Хинаты и подвинул его голову. Хината зашевелился, и Кагеяма замер, но парень просто придвинулся ближе, даже не открыв глаз. Кагеяма сумел подняться с постели, не разбудив Хинату. Он прошел на кухню и принялся жарить яйца. Он хотел, чтобы Хината проснулся под прекрасный запах горячего завтрака. Он не был отличным поваром, но для Хинаты был готов им стать. Он добавил к яйцам немного риса, достал коробку апельсинового сока и разлил его по стаканам. Затем выложил еду в тарелки. Он бы принес завтрак в постель, но в последний раз, когда он сделала это, все обратилось раскиданной по кровати едой, так что он оставил его на столе. Он вернулся в спальню, где Хината снова поменял положение. Он скинул с себя одеяло и раскинул руки и ноги в сторону, так что напоминал морскую звезду. Кагеяма тихо произнес. – Просыпайся, соня. – Он подошел ближе и поцеловал Хинату в щеку. Тот не отреагировал, так что Кагеяма не ослабил поцелуя. Он провел губами к шее Хинаты, и только тогда Хината открыл глаза. Кагеяма навалился сверху, и тогда Хината перенял инициативу. Но Кагеяма остановил его. – Идем. Там завтрак остывает. Кагеяма принес его на кухню, они расположились на стульях. – Ух ты, Кагеяма, еда выглядит съедобной, – Хината смотрел в тарелку. – Ты должен был сказать «спасибо», – Кагеяма уставился на него. Хината поднял невинный взгляд. – Но что, если она отвратительна? Кагеяма схватился за стул Хинаты и пододвинул его так близко, что его лицо оказалось перед лицом Хинаты. – Не отвратительна. Я пробовал. Не знаю даже зачем я вообще делал это, если ты хочешь только спорить. – Он скрестил руки на груди и откинулся на стуле. Хината приподнялся, раздвинул руки Кагеямы. – Брось. Я просто прикалываюсь. Ты же знаешь, что все равно любишь меня. Кагеяма закатил глаза. – Тут ты прав, я действительно люблю тебя, и иногда забываю почему. Хината усмехнулся и приступил к пище. – Это и правда восхитительно. – Я же говорил тебе. Пока они были заняты завтраком, Хината рассказывал Кагеяме о снах, что он видел, что стало привычной рутиной с утра. Кагеяме нравилась эта идея, так как собственные сны он не запоминал. Сегодня Хината видел парк развлечений, где были только они с Кагеямой, так что они могли кататься сколько душе было угодно. Единственной проблемой был фиолетовый слон, которого им приходилось избегать, чтобы не быть раздавленными. – Думаю, было бы круто отправиться в парк развлечений, – на этом Хината закончил. Кагеяма кивнул, согласившись, что это было бы неплохо, ведь он никогда не бывал в подобных местах, но это звучало весело. – Летние каникулы через пару недель, – заметил Кагеяма. – Мы могли бы этим воспользоваться. – Ага! – Хината был полон энтузиазма. – Я запомню это. Кагеяма пожал плечами. – Пока у нас есть чем платить, я проблем не вижу. – Мы всегда можем заработать, – сказал Хината. – Ты можешь сделать что угодно, если хочешь. – Кагеяма собирался возразить, но в словах Хинаты было столько искренности и энтузиазма, что он не стал. Они закончили с завтраком, и, пока Кагеяма убирал за ними, Хината отправился в душ. Он вышел через несколько минут, и яркий запах апельсина наполнил помещение. На нем была одежда Кагеямы, тот не возражал, но она была слишком большая для Хинаты, не лучшее, в чем можно было выйти на улицу. Это значило, что им придется зайти домой к Хинате перед двойным свиданием с Куроо и Кенмой. Кагеяма тоже решил воспользоваться душем. Он прошел мимо Хинаты, поиграв с его мокрыми волосами, затем взял чистую одежду и направился в ванную. Он включил воду, и, так как Хината только что был здесь, она уже была достаточно теплой. Он стянул с себя одежду и встал под горячий душ. Взяв шампунь, он начал намыливать волосы. Он не стал пользоваться тем же, что и Хината, потому что его запах принадлежал только Хинате. Он взял с запахом лаванды, который однажды для него выбрал Хината. Кагеяма действительно ждал встречи с Куроо и Кенмой. Он не знал их очень хорошо, но, когда Хината видел Кенму, он был в восторженном настроении, и это делало Кагеяму счастливее. К тому же зная, что там будут оба, и Куроо, и Хината, Кагеяма мог не беспокоиться о том, как поддерживать разговор. Он вышел из душа, и его встретил Хината. – Кагеяма! Ты был там слишком долго. Я уже успел соскучиться. – Это заняло у меня несколько минут. Ты слишком нетерпеливый, – ответил Кагеяма, но на самом деле он был счастлив слышать, что Хината скучал по нему. Он не уставал напоминать себе, что Хината действительно заботиться о нем. Они решили сразу отправиться домой к Хинате несмотря на то, что у них все еще было много времени перед встречей с Куроо и Кенмой. Хината положил Криспи на стол у двери, так что она могла «сторожить дом» в их отсутствие. Кагеяма хотел напомнить Хинате, что это была глупая идея, и он знал, что это расстроит его, но все равно сказал. – Ты же знаешь, что она ничего не сделает. Ты ведешь себя так, будто она живая. – Думаю, ты просто завидуешь. – Завидую? Плюшевому животному? Мне так не кажется. Я могу делать столько всего, в отличие от этой игрушки. Например, это, – Кагеяма приблизился к Хинате и начал его щекотать. – Хей, это нечестно! Ты же знаешь, как я боюсь щекотки, – Хината проговорил это сквозь смех. Но Кагеяма не ослабил хватки. – Не отпущу, пока не скажешь, что я лучше Криспи. – Хината упал с дивана, так что Кагеяма приземлился над ним. – Ладно, ладно! – Хината все еще смеялся. – Ты лучше, чем Криспи! Хватит щекотать! – Кагеяма отпустил его, и они продолжили собираться. Пока Кагеяма завязывал шнурки, Хината играл с его волосами. – Ты правда любишь меня сильнее этой собаки? Хината удивленно посмотрел на него. – Что это вообще за вопрос? Конечно, я люблю тебя больше. Ты мой самый-самый любимый человек во всем мире. – Просто решил удостовериться. Не хочу, чтобы кто-то кроме меня завоевал твое сердечко, и ты оставил меня, – тихо проронил Кагеяма. – Не волнуйся. Не думаю, что я смогу полюбить кого-то так же сильно, как и тебя. Тем более мягкую игрушку, – заверил его Хината. Он говорил ему это неустанно, но Кагеяма все равно ощущал это гложущее глубоко внутри чувство, что все было слишком идеально, что он был слишком счастлив, и что должно произойти нечто такое, что разрушит эту идиллию. Видимо, его мысли отразились на лице, потому что Хината взволнованно спросил. – Ты в порядке? – Он продолжил играть с волосами Кагеямы, затем поцеловал его в голову. Кагеяма расслабился. Ему стоило прекращать думать о вещах, которые, возможно, никогда не случатся. Хината ухмыльнулся. – Ты выглядишь лучше. Кагеяма повернулся к нему и поцеловал его в кончики губ. Они оставались в таком положении некоторое время, целуясь и разговаривая, пока не осознали, что уже должны были направляться в сторону дома Хинаты. Выйдя на улицу, они сплели пальцы. Хината, как всегда, отвлекался на все, на что упадет его взгляд. Сейчас он, казалось, был увлечен наблюдениями за пролетающими пчелами. – Тебе нравятся пчелы, Кагеяма? – Не особо. – Почему? Они очень полезные, вообще-то. Они опыляют цветы, они делают мед, они… – Хината отскочил в сторону, когда пчела пролетела слишком близко к нему. Кагеяма засмеялся. – Я думал, тебе нравятся пчелы. Хината прерывисто дышал. – Я могу любить что-то и бояться этого. В конце концов, я с тобой встречаюсь. – Кагеяма прищурил глаза. Хината наигранно удивился. – Что? Не нравится мое сравнение? Или ты зол, потому что оно донельзя верное? – Кагеяма сильнее сжал руку Хинаты, но ничего не сказал. Он знал, что тот шутит, он действительно иногда мог пугать, но не делал этого специально. Ему нравилось, что иногда он мог припугнуть Хинату, потому что мог извлечь из этого пользу, но он надеялся, что чувство страха не было первым, что ощущал Хината, глядя на него. Может, он был запуган? Может, это была единственная причина, по которой Хината продолжал встречаться с Кагеямой? Нет, такого не могло быть. Хината был хорош во многих вещах, но не в том, чтобы врать о своих чувствах. – Ты слишком много думаешь, – сказал Хината. – Хватит. Расслабься. Сегодня будет хороший день, и мы отлично проведем время. Сейчас выходные, у нас нет волейбола, и мы увидим Куроо с Кенмой, к тому же мы вместе. Не может произойти ничего плохо, так что прекращай думать о всяких плохих вещах. – Хината был прав, в прочем, как всегда, когда дело доходило до чувств Кагеямы. Хината мог прочесть его, и Кагеяма не сопротивлялся, это его успокаивало. Однажды он спросил у Хинаты, не раздражает ли он его, на что тот улыбнулся и сказал, что никогда не устанет напоминать Кагеяме, что любит его. Через несколько минут они добрались до дома Хинаты и, прежде чем они успели войти, дверь открылась и Натсу выбежала на порог. Она быстро нагнала их и обняла Кагеяму за ноги. Натсу любила Кагеяму, но тот не знал почему. Ему казалось, он не сделал ничего, чем мог заслужить ее любовь, он просто был мил с ней, но кто вообще не был? Но Кагеяме нравилось ее отношение, потому что ему казалось, что таким образом он создает хорошее впечатление на семью Хинаты. Кагеяма взял ее в руки, и вместе они вошли в дом. Кагеяма последовал за Хинатой в его комнату, усадив Натсу на край кровати. Она пододвинулась к Кагеяме, который расположился на полу, и начала копаться в его волосах. Стянув с руки несколько резинок для волос, она начала делать хвостики на голове Кагеямы. Когда Хината, переодевшись, вернулся в комнату, он не смог сдержать смеха. – Вау, Кагеяма, выглядишь потрясно. – Не смей смеяться надо мной, – прикрикнул Кагеяма. – И не думал, – сказал Хината, даже не пряча улыбку. – Я просто беспокоюсь, что таким видом ты заберешь все мое внимание, когда мы встретимся с Куроо и Кенмой. Кагеяма мягко толкнул Хинату, подойдя к нему. – Я ни за что не оставлю это для встречи с этими двумя. Хината надул губы. – Куроо бы это понравилось. – Этого я и боюсь, – он стянул с волос резинки и положил их на стол. Его волосы растрепались и торчали в разные стороны, так что ему пришлось вернуть им привычный вид. Зато Хината не видел проблемы в том, чтобы заплести свои волосы в хвосты. – Ты действительно оставишь их для нашего двойного свидания? – Почему нет? – Потому что. Хината, пожалуйста, просто постарайся выглядеть как взрослый человек. Хоть иногда. – Хей. Не забывай, что я и есть взрослый человек, – он был прав. Хинате исполнилось восемнадцать несколько недель назад, а Кагеяме нужно было подождать декабря. – Факт того, что ты взрослый, не означает, что ты ведешь себя соответствующе. Хината прикусил язык и начал стягивать резинки с волос. – Ладно. Как скажете, ваше высочество. – Ты же знаешь, что мне не нравится, когда ты зовешь меня так, – проронил Кагеяма. – Именно поэтому я так и сказал. Как ты предпочитаешь? Ваше высочество? Ваше величество? Ваше превосходительство? Может, мой король? – Кагеяма был терпим ко многому, но такого рода обращения его выводили из себя. – Ребят, разве это важно? Хватит ссориться. Я думала, вы оба любите друг друга, но сейчас этого не видно, – Кагеяма повернулся в сторону Натсу. Она была права. Он отреагировал слишком остро. – Ладно, прости. Я правда ненавижу, когда ты называешь меня так, но я ничего не могу с тобой поделать. Если б на твоем месте был кто-то другой, он был бы мертв, – Кагеяма сказал это, стиснув зубы. Натсу, казалось, успокоилась и вышла из комнаты. – Подожди, ты не хочешь, чтобы и он извинился? – крикнул ей вслед Кагеяма. – Он ничего не сделал. Хината взглянул на Кагеяму. – У нас все еще есть время, прежде чем мы встретимся с Кенмой и Куроо. Чем хочешь заняться? – А ты чем? – Ну… у меня есть идея, но я не уверен, что тебе понравится. Я тебе когда-нибудь говорил, что я умею делать потрясный макияж? Не это ожидал услышать Кагеяма. – Что? Зачем? Хината улыбнулся. – Я научился, чтобы помогать краситься Натсу, когда она подрастет. – Хорошо, можешь накрасить меня, – сказал Кагеяма. – Ты ведь это хотел от меня услышать? Хината хлопнул руками. – Отлично! – он полез в шкаф стола и вытащил тонну различных средств для макияжа. – Думаю, тебе пойдет готический макияж. Я не имею в виду черные губы, но я точно сделаю тебе темные тени и стрелки. Кожа у тебя и так хорошая, так что обойдемся без консилера. – Он усадил Кагеяму на кровать, заставив его отодвинуться, затем сел сверху, прижав Кагеяму к подушкам. – Тут освещение лучше, – объяснил он. Он некоторое время возился с лицом Кагеямы, после чего встал с него и сказал, что все было готова. Кагеяма обернулся к зеркалу. Ему действительно шло. Кагеяма никогда не пробовал макияж, но сейчас он подумывал о том, что было бы неплохо делать его иногда. Тени получилось темно-фиолетового цвета, а стрелки, на которые Хината не пожалел подводки, красиво подчеркивали глаза Кагеямы. Он обернулся на Хинату, который приступил к собственному лицу. – Неплохо. Хината посмотрел на него. – Неплохо? И это все, что ты можешь сказать? Я думаю, ты выглядишь изумительно. Кагеяма наблюдал за тем, как Хината делал себе макияж. Когда тот закончил, он выглядел иначе, нежели Кагеяма. Градиент его теней менялся с желтого на оранжевый, а на висках виднелись блестки. Хината казался еще привлекательнее. Кагеяма мягко взял его за подбородок и притянул к себе, целуя. – Ты такой милый. – Ты тоже, – Хината потянулся к нему, но в этот момент послышался звук будильника. Хината протяжно вздохнул, сполз с кровати и выключил его. – Прости. Нам пора. Кагеяма встал. – Угу. Смываем макияж и выходим. – Я думал, что мы оставим его… Кагеяма не упирался. – Полагаю, мы можем и оставить. Хината испустил радостный вопль. – Правда? Это так круто! Идем! – он схватил Кагеяму за кисть его руки и потянул с кровати. Он пронеслись по дому до входной двери, быстро попрощавшись с Натсу, что сидела в гостиной и смотрела телевизор. Хината уже собирался выбежать из дома, когда Кагеяма потянул его назад. – Придурок. Обувь не забудь. – Ох, точно, – Хината удивленно уставился на босые ноги. Они обулись, после этого Хината уставился на Кагеяму. – На этом все? – Ага. – Ты не сказал, куда мы идем, – проронил Кагеяма, стараясь говорить, дышать и бежать одновременно. – В кото-кафе неподалеку. Куроо и Кенма в одном колледже, так что они часто зависают там. Они захотели показать это место и нам. – Кошачье кафе? Оно им так нравится? – Ну, у них есть несколько любимчиков. Они даже думали над тем, чтобы забрать кого-нибудь, как только закончат колледж. Хината продолжил говорить об этом кафе и о том, какую еду там подают. Всю дорогу они бежали, но, к счастью, заведение находилось не особо далеко, так что они были там уже через двадцать минут. Хината взглянул на Кагеяму. – Твой макияж держится превосходно. Что насчет моего? Кагеяма изучил лицо Хинаты. Оно было прекрасно, как и всегда. – Все отлично. Хината огляделся. – Я не уверен, что Кенма и Куроо уже на месте. Мы договорились встретиться в полдень, у них есть еще несколько минут. Глаза Хинаты расширились, и Кагеяма уже думал спросить, что не так, когда он почувствовал прикосновение чьей-то руки к голове и услышал знакомый голос. – Хей, парни! Давненько не виделись. Кагеяма убрал чужую руку с волос и обернулся. – Привет, Куроо. Куроо ухмылялся. – Мы планируем стоять здесь весь день или наконец пойдем вовнутрь? – Он толкнул дверь, и они зашли, сели за свободный стол. – Окей, пока мы не начали, хочу сказать, что ваш макияж выглядит просто потрясно, мне даже кажется, что нам с Кенмой стоило сделать что-то подобное? Я ведь прав? – он слегка толкнул Кенму, который уставился в свой телефон. – Полагаю, да. – Это его способ энергично сказать «да», – объяснился Куроо. – Хината сделал его, – пояснил Кагеяма. – В ином случае я бы ни за что не пришел с этим на лице. – Что ж, рад, что ты все-таки решился. Тебе стоит пользоваться им чаще. Кагеяме не нравилось, что ему уделяли столько внимания, так что он решил сменить тему разговора. – Как там колледж? К его удивлению, решиться ответил Кенма. – Неплохо. Но я бы давно все завалил, если бы не помощь Куроо. Мне повезло, что он рядом. Куроо дотронулся рукой до плеча Кенмы. – Ты очень умен, просто не применяешь свои мозги в колледже. Хината посмотрел на Кагеяму. – Вот бы и мне так. Кагеяма такой же глупый, как и я, так что мы не можем помогать друг другу. – Знаешь, наш колледж находится очень близко к вашему дому, так что мы могли бы собираться раз в недельку или около того, чтобы учиться. не знаю, чем вы планируете заниматься в следующем году, ребят, но это может помочь с вступительными экзаменами, – предложил Куроо. – Я пас, – отозвался Кенма. – Не хочу делать лишнюю работу. – Я тебя понимаю, – отозвался Хината. – Ненавижу школу. Она занимает то время, что я мог бы потратить на волейбол или свидания с Кагеямой. Но обучения группой звучит круто. Нам трудно найти наставника, так как мы плохо обучаемы. – Говори за себя, – поправил его Кагеяма. – Я не плохо обучаем, просто другие плохи в том, чтобы научить меня. – Знаете, кто еще мог бы присоединиться? – вставил Куроо. – Акааши и Бокуто. Не думаю, что вы знаете, но они в одном колледже с нами. – Я знаю, – отозвался Хината. – Кенма говорил мне, когда рассказывал о том, как сложно справляться с энергией Бокуто, – Хината взглянул на Кенму. – Подожди, я тоже полон энергии, но я тебе нравлюсь. Кенма пожал плечами. – Это не означает, что я хочу быть с тобой сутки напролет. Бокуто приходит к нам постоянно, так что я устаю от него, – Кенма уставился взглядом на что-то вне зоны кафе. – Вспомнишь лучик, вот и солнышко. – Все повернулись туда, куда он смотрел, и увидели, как Бокуто тянул за собой Акааши к кафе. Казалось, Акааши был против, и они спорили. – Они не хотят, чтобы мы приходили. Иначе бы пригласили, – Акааши все еще упирался. – Уверен, они просто забыли. Кто вообще не хочет, чтобы мы пришли? – Бокуто был уверен. Он затолкал Акааши в двери, и они оба приблизились к Хинате, Кагеяме, Куроо и Кенме, куда Бокуто притащил два стула. – Хей, хей, хей! Вы уже сделали заказ? Кагеяма открыл было рот, чтобы возразить Бокуто, но первым начал Куроо. – Что ты здесь делаешь? Бокуто сел. – В каком смысле? Я здесь, чтобы хорошо провести время. Акааши опустил голову, приобняв ее руками. Он выглядел, как человек, который был в подобной ситуации не раз. – Можно мы посидим тут немного? Бокуто ни за что не сдастся сейчас. Никто не возразил, но Кенма поднял голос. – Мы с вами ходим на двойные свидания так часто. Почему Бокуто так настойчив? – Потому что теперь тут еще и Кагеяма с Хинатой! – сказал Бокуто, обнимая Кагеяму. Кагеяма хмыкнул, спрашивая себя, почему тот сел рядом с ним. Но стоило признать, что у Бокуто были приятные объятия. – Вы так и не ответили на мой вопрос, – Бокуто не унимался. – Вы что-нибудь заказали? – Хината отрицательно помотал головой, и в этот момент к их столику подошел официант. Куроо и Кенма сделали заказ быстро, Кенма по той причине, что брал всегда одно и то же, а Куроо, закрыв глаза, слепо указал на блюдо в меню. Ко всеобщему удивлению, они выбрали одно и то же. Остальным потребовалось чуть больше времени на то, чтобы решить. Бокуто взглянул на Кагеяму и Хинату. – Мне нравится ваш макияж. Кто его сделал? Хината рассмеялся. – Я. Бокуто облокотился на стол, так что оказался ближе к Хинате. – Можешь сделать и мне? Тот улыбнулся. – Конечно, в следующий раз я возьму косметичку с собой. Бокуто и Хината начали обсуждать, что подошло бы Бокуто лучше всего. Кагеяма сидел между ними, но был совсем не заинтересован в том, о чем они говорят. Ему хотелось поговорить с кем-то, но в то же время и не хотелось. Он слишком плохо знал сидящих тут людей, так что это было бы неловко. Кагеяме было трудно заводить друзей, поэтому у него их не было. Все, чего ему хотелось, это уйти домой и оставаться там, обнимаясь с Хинатой. Он не понимал, почему чувствовал себя так, ведь обычно ему нравилось проводить время с Бокуто и Куроо, но сейчас что-то было не так. – Мне нужно в уборную, – сказал он. Никто не ответил, но все дали понять, что услышали его. Когда он вошел, там было пусто. Он облокотился на раковину и взглянул в зеркало. На лице ничего не отражалось, так что едва ли кто-то мог сказать, что с ним что-то не так. Ему просто было необходимо несколько минут наедине с самим собой. Он хотел облить лицо холодной водой, но боялся испортить макияж. Он сделал глубокий вдох. Ему бы хотелось чувствовать себя проще с людьми. Единственным человеком, с кем он мог нормально общаться, был Хината. Словно прочитав его мысли, тот открыл дверь в уборную. – Ты в порядке? Кенма подумал, что мне стоит проведать тебя. – Кенма? – Угу, он думает, что у тебя что-то вроде тревожности. У него она случается часто, поэтому он может распознать подобные приступы у других людей. – Подожди, это значит, что все сейчас беспокоятся обо мне? Но я в порядке! Просто захотелось побыть одному. – Нет, нет, – торопливо отозвался Хината. – Я говорил только с Кенмой. Полагаю, другие думают, что мы заняты поцелуями прямо сейчас. – Мы могли бы, – тихо предложил Кагеяма. – Я бы хотел, не пойми меня неправильно, но сейчас мне нужно убедиться, что ты в порядке. Я не ожидал, что Бокуто и Акааши появятся, если тебе некомфортно, можем пойти домой. – Хината приблизился к Кагеяме и обнял его. – Я знаю, что ты пытаешься казаться грубым и крепким, но ты должен знать, что всегда можешь поделиться со мной чем угодно. И я всегда буду рядом, чтобы помочь тебе, – Хината шептал это, уткнувшись лицом в грудь Кагеямы. Кагеяма прижал его к себе сильнее. – Думаю, я могу вернуться, но я бы хотел подвинуть стул так, чтобы сидеть между тобой и Кенмой. Я не так хорошо знаю Бокуто и Акааши… Ничего? – Конечно. Они вернулись как раз тогда, когда принесли их еду. Куроо подмигнул им. – Хорошо провели время в туалете? – Тебе не захочется услышать подробностей, – парировал Кагеяма. Они принялись за еду, и она действительно была такой хорошей, какой ее описали Куроо и Кенма. К тому же, как блюда, так и тарелки, были в форме котов, и Кагеяма мысленно сделал заметку о том, чтобы купить что-то такое на входе в кафе. – Ребят, у вас есть планы на лето? – поднял голос Бокуто. – Если нет, то можем снова собраться. – Кагеяма почувствовал на себе взгляд Хинаты, но проигнорировал его. Куроо решил ответить. – Мы думали о том, чтобы собраться для совместной учебы. Помогать друг другу. Что думаешь? – Да! – воскликнул Бокуто. – Мы могли бы помочь Кагеяме с Хинатой. Ты не против, Акааши? – Ты имел в виду, я и Куроо могли бы помочь Кагеяме с Хинатой. Ты едва ли окончил старшую школу, не обижайся, но вряд ли ты будешь здесь хорош. Скорее, Куроо придется помогать тебе. Бокуто ничуть не смутился. – Я все еще согласен. Куроо усмехнулся. – Что ж, тогда договорились. Все свободны в следующие выходные? – они еще некоторое время поговорили об этом, и после сменили предмет обсуждения. Куроо начал говорить об уроках химии, но Бокуто резво прервал его, сказав, что никто не хочет слышать об учебе на выходных. – Но это правда интересно, – обрезал его Куроо. – Я узнал, что есть химикат, который… – Ничего не хочу слышать. Только если это не химикат, который улучшает способности в волейболе. Но не то, чтобы он был мне нужен. Я ведь рассказывал вам об ударе, который сделал недавно? – Куроо и Кенма кивнули, а Акааши просто опустил голову. Хината же, наоборот, приободрился и, балансируя на стуле, пододвинулся ближе. – Не рассказывал! Какой удар? А можешь меня научить? Бокуто победоносно рассмеялся. Они еще долго обсуждали удары, пасы и подачи, но Кагеяма их не слушал. Когда они закончили с едой, отправились в помещение, где содержались котики. Кенма сразу же потянул Куроо к пятнистому бело-коричневому коту, Хината и Кагеяма последовали за ним, но Бокуто отвлекся на белого пушистого кота и начал умолять Акааши забрать его. – Это Peanut Butter* (Арахисовое Масло), – сообщил Куроо Кагеяме и Хинате. – Именно его мы хотим забрать. Думаю, через пару недель возьмем. – Я бы хотел сменить ему имя, – вставил Кенма. – Но Куроо не позволяет. – Что, если он запутается? – Это кот, – Кенма вздохнул. – Он не отзывается на имя. – Кенма взял кота в руки, и Куроо погладил того по шерстке на голове. Хината потянул Кагеяму за рукав, – нам стоит тоже взять котика. – Мы только вчера об этом говорили, – сказал Кагеяма. – Нам нужно, как минимум, жить вместе, чтобы завести животное. – Тогда придется съехаться, когда поступим в колледж. – Я не против. Это означало бы лишь то, что я бы видел тебя чаще, и мне это нравится, – Хината потянул Кагеяму на себя и поцеловал его. – Снимите уже комнату, – Куроо повернулся к Кенме. – Почему ты не разрешаешь мне вести себя так же на публике? – Он попытался поцеловать Кенму, но тот спрятал лицо в шерстке кота. Тогда Куроо обнял его и поцеловал в голову. Бокуто и Акааши прошли мимо, первый все еще держал в руках белого пушистого кота. – Мы берем этого кота, – сообщил Акааши монотонным голосом. – Я не особо этого хотел, но Бокуто не затыкался, поэтому мне пришлось. Бокуто прижал к себе кота. – Я так сильно его люблю! – Они прошли дальше в поиске работника, чтобы заполнить необходимые бумаги. – Думаешь, кот будешь в хороших руках? – скептически поинтересовался Кагеяма. Куроо махнул рукой. – Акааши убедится, что у кота есть все необходимое, а Бокуто проявит всю свою любовь к нему. Все будет в порядке. Через несколько минут Акааши и Бокуто вернулись с котом и бумагами. – Думаю, мы пойдем, – сообщил Акааши. – Кажется, коту не понравится, если мы будем долго ходить с ним. К тому же, нам нужно заехать в магазин, – они попрощались и покинули кафе. – Хотите пойти куда-нибудь еще? – спросил Куроо. – Неподалеку есть магазин со вкусным замороженным йогуртом. – Пойдем, Кагеяма? – начал умолять его Хината. – Я очень люблю замороженный йогурт. – Хорошо. Но сначала мне нужно кое-что сделать, – он вернулся в другую часть кафе и купил тарелки в виде кошек. Хината был неимоверно счастлив увидеть их. – Мы будем есть из этого каждый день! – Кагеяма погладил Хинату по волосам, – рад, что тебе понравилось. Вчетвером они дошли до нужного места. Внутри пахло конфетами. После недолгих споров о том, кто что должен взять, они сделали заказ и сели за свободный столик. Кенма и Хината спорили о том, чей десерт был лучше, Куроо вставлял комментарии, а Кагеяма не вмешивался. – Ты сегодня молчалив, – заметил Куроо, оборачиваясь к Кагеяме. – Все окей? Кагеяма тоже об этом думал. – Не так плохо. На самом деле, я пришел из-за Хинаты, но было приятно увидеть вас, ребята. Кажется, Куроо ожидал иного ответа. – Что ж, ты хотя бы честен. Может, если бы мы проводили вместе больше времени, ты бы понял, что я неплохой парень. Кенма подтвердит. – Или нет, – добавил Кенма. – Он просто шутит. Что бы он делал без меня. – Это и к тебе относится, – отозвался Кенма. – И поэтому мы никогда не расстанемся, – сказал Куроо. Кагеяма не знал, применительно ли это было к нему и Хинате. Они не знали друг друга всю жизнь, как Кенма и Куроо, но сейчас, когда они были вместе, Кагеяма ни за что бы не отпустил Хинату. Они провели в кафе некоторое время, заканчивая десерты. – Что ж, думаю, тут мы и разойдемся, – сказал Куроо. – Еще увидимся. И не забывайте про совместные уроки, – Хината и Кагеяма пообещали, что не забудут, но Куроо настоял на том, чтобы написать им попозже и напомнить. Они обнялись, Кагеяма попытался выбраться, но Куроо схватил его за руку и притянул обратно. – Может, тебе это и не нравится, но теперь мы друзья, поэтому будь готов к неожиданным объятиям. – Кагеяма не стал спорить. Вероятно, это окончилось бы тем, что Куроо затащил его в очередные объятия. Они попрощались с Куроо и Кенмой и отправились в сторону дома Кагеямы. – Хочешь пойти куда-нибудь еще? – Не думаю, – отозвался Хината. – Но я дам тебе знать, если увижу что-нибудь интересное. – Они продолжили идти, и Кагеяма осознал, что им нужно перебраться на другую сторону улицы. Чтобы пересечь дорогу, они остановились и Кагеяма нажал на кнопку, чтобы сменить огни светофора. Он дождался пока загорится картинка с шагающим человечком и ступил на дорогу. Он пересек около половины дороги, когда до него донесся надрывающийся крик Хинаты. – Кагеяма! Нет! – У Кагеямы не было даже времени на то, чтобы среагировать, но он почувствовал, как Хината оттолкнул его в сторону. Все случилось в доли секунды, но он знал, что будет помнить этот момент в мельчайших деталях до конца своей жизни. Он споткнулся, упав на землю, и услышал визг шин, глухой удар и звук, с которым тело бьется об асфальт. Кагеяма поднялся на дрожащих ногах, уронив сумку, что держал в руках, и развернулся так быстро, как только мог. Хината лежал на земле, обильно истекая кровью, тянущейся из раны на голове. Все тело было пронизано царапинами. Кагеяма бросился к нему, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Этого просто не могло быть. – Хината?! Ты как? Прошу, Хината, скажи что-нибудь! Прошу! – он умолял. Хината не отвечал. Кагеяма обернулся по сторонам, заметил водителя, который вышел из автомобиля, чтобы увидеть, что он сбил. – Ты! – завопил Кагеяма. – Звони в скорую! – Мужчина нервно заерзал руками в кармане вытащил телефон и набрал номер. Кагеяма вновь повернулся к Хинате. Его глаза были закрыты, но он дышал. Кагеяма осторожно подобрал парня, перенес его прочь с проезжей части. Он положил его на землю и приземлился на колени рядом с ним. Волосы Хинаты слиплись от крови, она ручейками стекала по его лицу. Кагеяма стер ее, чтобы она не заливалась тому в глаза. Он ощущал беспомощность. Он просто сидел, наблюдая за тем, как Хината истекал кровью, и ничего не мог с этим сделать. Кагеяма почувствовал, как горячие слезы скатываются по его щекам, его начало трясти, все тело пробрала дрожь. – Кагеяма? Голос Хинаты был слишком тихим, в нем сквозила боль, и это заставило Кагеяму заплакать еще сильнее. Но он смог взять руку Хинаты в свои. – Я здесь. Я рядом. Хината на мгновение взглянул в лицо Кагеямы. – Я люблю тебя. Кагеяма сильнее сжал руки. – Я тоже тебя люблю. Кагеяма не отпускал Хинату, пока не приехала скорая. Врачи забрали Хинату у него, положив того на носилки и поместив в большой машине. Кагеяме позволили его сопровождать. Все были заняты Хинатой, так что Кагеяма просто сидел в углу, стараясь сдерживать слезы. Ему не хотелось плакать перед незнакомцами. Ощущение реального стиралось, все происходило не так, как должно было. Они должны были вернуться домой и обниматься на протяжении нескольких часов. Но теперь он не знал, когда это будет возможно. Но будет же, когда-нибудь, верно? Раны выглядели плохо, но не смертельно. По крайней мере, так Кагеяма продолжал говорить себе, пока машина скорой помощи неслась в госпиталь. Затем, он продолжать твердить это, сидя в комнате ожидания. Снова и снова. – Он будет в порядке. Он должен быть в порядке. Он все еще был сосредоточен на этих мыслях, когда в коридоре показалась доктор, она вызвала его в свой кабинет. Она захлопнула дверь и представилась. – Я доктор Сакай, я знаю, что это тебя не интересует, и что ты волнуешься о своем друге. Хорошие новости касаются того, что он выжил, к тому же у него нет сломанных костей или иных ранений, что оставляют незаживающие шрамы. Плохая же новость в том, что у него довольно тяжелая травма головы, и он впал в кому. Мы полагаем, что он очнется через несколько дней, но есть высокая вероятность, что он не сможет этого сделать. – Что вы имеете в виду под «не сможет»? – спросил Кагеяма. – Ему может понадобиться несколько недель, а не несколько дней? – Не совсем, – ответила доктор, запнувшись. – Возможно, он никогда не очнется. Кагеяма почувствовал, как воздух уходит из легких. Дышать стало невыносимо трудно. Все было плохо. Очень плохо.