Road to hell

Следующим местом назначения стала Картахена, до которой нужно было ехать примерно три часа. Мы ехали ночью, поэтому я надеялся, что приедем ещё раньше, учитывая то, что дорога была практически пустая. Я снова сел за руль, пока Гусман дремал на заднем сиденье машины. Он расположился на двух местах сразу, как у себя дома на диване. А Патрик, тем временем, не сказал ему ни слова. Он, укрывшись кофтой, спал со мной рядом, на переднем сиденье. Легкий ветер из приоткрытого окна обдувал его темные волосы, пока он тихо посапывал, склонив голову на бок. И в этот момент меня осенило. Патрик ведь поехал из-за меня. Бросил всё и просто уехал, даже не спрашивая, хочу ли я этого. Поехал в гребаное путешествие на этой долбаной машине, в которую каждый раз садился с такой неохотой, и это только для того, чтобы быть со мной рядом. И меня это пугало. Пугало просто до чёртиков, потому что то, что начало зарождаться во мне с самого первого дня нашей поездки — это… Это ненормально. Ненормально, когда у тебя есть парень, который ждет тебя там, дома. Ненормально, когда ты, вроде как, должен любить его. Ненормально, но так нужно, что кости ломит — от желания говорить с ним, прикасаться к нему, смотреть на него, любить его. Я хотел любить его. Я ведь не полный идиот. Я понимал, что это за чувство рвет мне грудную клетку уже столько времени — кажется, что оно поселилось там ещё с того раза, как я увидел его впервые. И оно никак не хотело уходить. Даже если я пытался запрятать это чувство глубоко в темный ящик — у Патрика всегда находились ключи. А сейчас я сам протягивал их ему. И, может, я просто сраный эгоист, но я часто думал — случилось бы это, если бы Омар поехал с нами? Честно сказать, я до сих пор не знаю ответа. Ведь Омара здесь нет. Подумать только, а ведь пару дней назад я мечтал об этом больше всего на свете. Мечтал, чтобы вместо Патрика, спящего подле меня, был Омар. Знаю, что сам отговорил его ехать с нами. Но я ведь часто говорил ему то, чего на самом деле не хотел. Не хотел совершенно. Но Омар этого не понимал. Или не хотел понимать.

~

Как только мы приехали рано утром, то решили, что здесь остановимся хотя бы дня на два, а то и больше. Следующей остановкой должна была стать Барселона, до которой ехать шесть часов на машине, так что нам нужен был отдых. Дорога изматывает больше, чем кажется на первый взгляд. И когда мы вошли в наш номер, то тут же решили, что сегодня отсюда и носа не высунем — единственное, Патрик решил дойти до ближайшего кафе и взять нам кофе. Я в это время хотел заказать нам еды в номер, но внезапно мой телефон снова зазвонил. И я снова старательно его игнорировал, уже какой раз за день. Пока Гусман, наглый засранец, сам не схватил его и не ответил: — Омар, дружище, — рассмеялся он, бросая на меня осуждающий взгляд. — Андер в душе сейчас, так что ты… А, нет! Погоди, он уже вышел! — разыграл он маленькую сценку, перед тем, как отдать мне телефон, который я с большой неохотой забрал у него из рук. Честно, я не хотел сейчас выяснять отношения. Вот ни капли. Я хотел поесть и пару часиков потупить в телефоне — на большее меня все равно в тот момент не хватило бы. Но было уже поздно. — Ты меня игнорируешь? — и это было первым, что я услышал, когда поднес телефон к уху. Я уже хотел было ответить, но заметил, как Гусман пристально смотрит на меня и ждет, что я отвечу. Так что я со вздохом опустил телефон и пошел в свободную спальню, тщательно закрывая за собой дверь. — Андер! — вновь услышал я недовольный голос, как только прижал телефон к уху. — Да здесь я, — устало ответил я, водя рукой по мягкому одеялу, чтобы отвлечься. — Я спросил, игнорируешь ли ты меня, и ты начал с того, что опять меня проигнорировал? — тихо спросил Омар, и я покачал головой. Что он хотел от меня услышать? — Я просто устал с дороги, ладно? — сказал я, прислушиваясь к его тихому вздоху. — Я не игнорировал тебя, — а что мне было делать? Сказать все, как есть? Несмотря на то, что я чувствовал к Патрику — это не отменяло моего обещания, которое я дал Омару. Я ведь дал это обещание всего пару гребаных дней назад! Мне казалось, что меня на части разрывало от этого — Хорошо, — кивнул тот. — Просто я уже думал, что зря отпустил тебя вместе с ним, — поделился он переживаниями, и меня затошнило в тот момент от того, что я не мог набраться храбрости и сказать всё так, как есть. — Нет, с этим все в порядке, — соврал я, резко поднимая взгляд, когда Патрик зашел в комнату, приподняв брови. Оглянувшись, я понял, что это его спальня на эти несколько дней. — Слушай, я перезвоню позже, ладно? — Конечно, — ответил Омар. — Тогда до вечера? Хотел сделать нам небольшой подарок, — по одной его интонации, я понял, что парень сейчас улыбался. — Да, пока, — быстро попрощался я, глядя на Патрика, который в это время внимательно наблюдал за мной, облокотившись на комод. — Я принес кофе, — улыбнулся он, наконец, делая шаг ко мне навстречу и присаживаясь рядом. Я взял из его рук стакан и сухо поблагодарил. — Все нормально? — спросил он, пытаясь заглянуть мне в глаза. Но я все упрямо смотрел в пол. — Да, — кивнул я, хотя все мое тело кричало об обратном. — Это был Омар? — вновь спросил он, спустя минуту, и я согласно кивнул. — У вас все хорошо? — и он был так искренен, как будто ему и вправду было не все равно. Я прикрыл глаза на секунду, борясь с желанием рассказать ему все. Всё до последнего. — У нас все отлично, — повернувшись к нему, сказал я. И тогда настала его очередь избегать моего взгляда. Патрик резко опустил глаза в пол, думая о чем-то своем. И мне бы так хотелось знать, о чем именно он думал в ту минуту. — Ты любишь тайскую еду? — решил сменить я тему, и тогда Патрик слабо улыбнулся. Мне просто нужно было немного времени, чтобы разобраться. Немного времени, чтобы отвлечься от этой вечной борьбы в собственной голове.

~

Ближе к вечеру, мы включили ужастик «Пленки из Поукипзи», и я внезапно узнал о Патрике одну милейшую вещь — тот боялся всякой жути просто до смерти. Он сидел у самого края дивана и то и дело отворачивался от экрана телевизора. Гусман же находил это забавным — каждый раз, когда происходило что-то стремное, он с широкой улыбкой наклонялся, чтобы посмотреть на Патрика. — Да хватит, смотри фильм, — пнул я Гусмана, потому что из-за него я то и дело отвлекался на его тупую рожицу. Сесть посередине этих двоих было ужасной идеей. — Блядь, мне эта хрень по ночам будет сниться, — поморщился Патрик. — Обязательно было выбирать настолько мерзкий фильм? — скривившись, он снова отвернулся от экрана, глядя на меня. — Если хочешь, выключим, — тут же предложил я, уже потянувшись к пульту. — Не, не, не, — покачал Гусман головой, останавливая меня, — нихрена мы не выключим, — слабо рассмеялся он. Патрик вздохнул и снова отвернулся от меня, уставившись в телевизор. Наверное, и десяти минут не прошло, как он дернулся, резко хватая меня за руку. И я был готов поспорить, что в это мгновение сердце у меня стучало куда чаще, чем у Патрика из-за этого долбаного фильма. Глядя вниз, на наши сцепленные руки, я слабо улыбнулся. У меня все внутри сжалось от этого простого прикосновения. Нужда становилась все сильнее. И затем Патрик убрал руку, неловко глянув на меня. И я спросил себя, почему не сжал её тогда в ответ.

~

Казалось, что я не отводил от Патрика взгляда весь вечер. Даже сейчас, пока я стоял на кухне и пил пиво, я продолжал таращился на то, как он просто сидит в телефоне и бездумно листает ленту в инстаграме. — Что происходит? — я дернулся, когда услышал голос Гусмана рядом с собой. Тот сел рядом на стул и уставился на меня, не моргая. — О чем ты? — тут же переспросил я, хотя в глубине души понимал. Я все отлично понимал. — Ты запал на него? — я чуть не подавился пивом от такого резкого вопроса. — Чего?! — практически закричал я, привлекая внимание Патрика. Тот лишь пару секунд заинтересованно смотрел на нас, но потом снова уставился в телефон. — Что ты несешь? — тише спросил я, наклоняясь к нему. — Что это за хрень была на диване? За ручки с ним держишься? — мне казалось, что у меня сердце из груди вылетит, когда я услышал это. — Он ведь просто…! — не успел я закончить, как Гусман резко встал с места и уставился на меня со злостью в глазах. — Мне не ври только, Андер. Пожалуйста, — приподняв брови, сказал он, и я почувствовал себя просто дерьмом. Потому что знал, что не мог рассказать ему это. Просто не мог. — Чего вы тут шепчетесь? — и я клянусь, в этот момент я был как никогда рад услышать его голос. Гусман как будто вечность ещё сканировал меня взглядом, перед тем, как обернуться и пройти мимо Патрика. Но на пол пути он остановился: — Просто не натвори глупостей, лады? — сглотнув, я едва кивнул головой, но ему этого оказалось достаточно. — Что это с ним? — улыбнувшись уголком губ, спросил меня Патрик, и я покачал головой, отказываясь отвечать. — Это ведь не из-за меня? Я вдруг рассмеялся, даже слишком сильно. И это, скорее, был истерических смех. — Что? — нахмурился он, его улыбка слегка поблекла. — Он думает, что я запал на тебя, — слова вылетели изо рта раньше, чем я успел их обдумать. Мы играли в гляделки, наверное, минуту, пока Патрик не заговорил: — Но это не так, — закусив губу, медленно произнес он, глядя куда угодно, но не на меня. И я почти сказал это. Какой же идиот. Уже было открыл рот, когда на всю кухню раздался звонок телефона. Омар. Слава, блядь, Богу. Патрик внимательно смотрел на то, как я с готовностью отвечаю на звонок. А я вот не мог посмотреть ему в глаза, вообще никак не мог. Потому что боялся увидеть в них то, что разбило бы меня в ебаную лепешку. И тогда Патрик просто ушел.

~

Омар попросил меня уйти в укромное место перед тем, как снова позвонить по фейстайму. И, блядь, я не был готов к этому. Не был готов к гребаному сексу по телефону. У меня не было ни сил, ни желания. — Давай, я соскучился по тебе, — сказал Омар, и я вздохнул, опуская взгляд на экран. Парень уже был полностью раздет, и я не хотел расстраивать ещё и его сегодня вечером. К тому же, каждый раз, когда я говорил с ним, в голове снова появлялась эта уродливая мысль о том, что чувства к Патрику — это фальшивка. Что чувства к нему — это неправильно. Что это лишь мимолетная слабость, которая скоро обязательно пройдет, как гребаная простуда. Может, именно поэтому я так тщательно игнорировал Омара в последнее время? Может, поэтому пытался оттянуть этот момент как можно дальше? Может, потому что просто не хотел смотреть правде в глаза? Вновь вздохнув, я начал трогать себя сквозь пару слоев одежды. Я прислушивался к чужим стонам и всеми силами пытался не закрывать глаза дольше, чем на пару секунд. Потому что знал, кто тут же всплывет в моем воображении. А сейчас это было совсем не нужно. — Покажи, — засмеялся Омар, и я тут же покраснел. Я едва был твердым, черт возьми, а мы разговаривали уже добрых пятнадцать минут. Только я хотел извиниться, как услышал, как кто-то открывает дверь. И лучше бы это был Гусман — пускай он еще долго издевался бы надо мной из-за этого, я бы все равно пережил это. Но сегодня мне не везло. Это оказался Патрик. Он медленно зашел в комнату, прикрывая за собой дверь. И не сказав ни слова, просто встал напротив моей кровати и прислонился спиной к стене. Какого чёрта он творил? Его волосы были еще мокрыми после душа, а по телу стекали капельки воды. Я невольно облизнул губы, разглядывая его. А он лишь смотрел в ответ, без единой эмоции, написанной на его лице. — Ты, походу, завис, — услышал я расстроенный голос в динамике, и тут же очнулся. — Нет, я здесь, прости, — пробормотал я, нервно сглатывая. Я серьезно делаю это? — Тогда давай, — вновь намекнул Омар. И я, бросив еще один взгляд на Патрика, начал спускать свои штаны вниз вместе с боксерами, освобождая свой стояк. Опустив камеру, я убедился, что Омару не было видно моего лица. — Так-то лучше, — рассмеялся парень, и я даже не глянул на экран. Потому что я смотрел на Патрика, не моргая. Моя грудь тяжело вздымалась, пока я скользил по его телу взглядом, пытаясь представить — каково бы было скользить по его коже губами. Каково бы было задеть зубами его твердые соски, а затем спуститься ниже и стянуть с его тела эту ненужную ткань. Каково бы было отсасывать ему, пока он стонет, откинув голову назад. Я так быстро двигал рукой по своему члену, что Омар даже прокомментировал это, но я пропустил его слова мимо ушей. Из моего рта вылетали хриплые стоны, и меня не волновало, даже если бы Гусман это услышал. Сейчас все мое внимание было сосредоточено только на Патрике, его сладком теле и потрясающем лице. На лице, которое оставалось все таким же бесстрастным. Но я подумаю об этом позже. Обязательно. — Бля-ядь, — практически прорычал я, чувствуя, как оргазм подкрадывается все ближе с каждым моим движением. Я смотрел Патрику в глаза, не в силах оторваться. Он же лишь продолжал смотреть в ответ, слегка наклонив голову набок. Мне хотелось трахнуть его. Хотелось прижать к кровати и смотреть, как закатываются его глаза от удовольствия. Хотелось довести его до изнеможения. Мне так сильно этого хотелось. И когда я, наконец, с силой кончил в собственный кулак, я едва успел заметить, как Патрик смотрит на меня с усмешкой на губах. Наверное, я выглядел просто жалко. Прикрыв глаза на минуту, я пытался отдышаться, но когда открыл их — Патрика уже не было в комнате. Зато был Омар, голос которого я вновь услышал из динамика своего телефона. Я, буквально, кожей ощутил, как стыд сменил удовольствие, растекаясь по всему моему телу липкой грязью. Тогда я понял, что мне нужно выбираться из этого болота и как можно скорее. Хотя, я не был уверен, что у меня получится, учитывая то, как глубоко я уже погряз в нем.