Детективы

Испуганный писк несчастной девушки не был даже услышан безжалостным убийцей. Что уж говорить о том, что этот губительно тихий звук никак не мог спасти её. Чужая рука, обжигая покрасневшую от мороза кожу новым, странным, человеческим холодом, железной хваткой опустилась на миловидное личико прохожей, заставляя итак молчавшую от страха жертву окончательно закрыть рот и не издавать лишних звуков. Большой и указательный пальцы напавшего безжалостно впилась в скулу, словно пытаясь разломить кость. Девушка с ужасом замычала и на свой страх и риск начала судорожно дёргаться: мужская рука закрыла не только рот, но и нос, напрочь перекрыв путь такому нужному сейчас кислороду. Немного придя в себя, она попыталась выбраться из цепких лап напавшего, однако слабенькая попытка не увенчалась успехом. Мужчина просто-напросто тряхнул её, словно маленького котёнка, и усилил хватку на локте девушки, а руку, что пребывала на лице, ещё сильнее вжал в побледневшие от страха девичьи щеки. Со стороны ситуация выглядела довольно странно и нелепо: девчонка, быстро смирившись со своим незавидным положением, ещё пару раз попробовала вырваться и обмякла в чужих руках. Ледяные руки обожгли горячие слезы безысходности, а тело содрогнулось от безмолвного плача. А вот мужчина, как могло показаться, и вовсе забыл, что хотел сделать. Он лишь молча держал её и смотрел вперёд. Шумно выдохнув, мужчина пошатнулся, словно пьяный, и медленно помахал головой в разные стороны, будто пытаясь отчего-то отмахнуться, отказаться. Девушка с испугом краем глаза глянула на него, видимо, надеясь на то, что она сможет уйти живой и рассказать о нём в ближайшем участке. Мужчина, наконец перестав шататься и крепко встав на ноги, поднял затуманенный взгляд и равнодушно уставился вперёд. Воспользовавшись паузой, девушка свободной рукой вцепилась в чужую ладонь на её лице и попыталась убрать её. Мужчина, тут же придя в себя, лишь резко повернул голову жертвы в сторону, из-за чего та, кажется, щелкнула, и глухо усмехнулся. Истерика, наконец достигшая своего пика, охватила девушку, и она, повиснув в руках напавшего, начала размашисто и очень сильно дёргаться, впиваясь ногтями в верхнюю одежду, пытаясь причинить ему хоть какой-то дискомфорт. В ход пошли и ноги: периодически подгибая их, она пыталась пинаться и, пару раз у неё это получилось успешно, однако на удары мужчина никак не реагировал. Мгновение, и девушка, рванно ахнув, испуганно распахнула глаза, в ту же минуту прекращая вырываться. Глаза, наполненные ужасом, начали мутнеть. Пока она беспомощно пыталась хватать ртом воздух, доступ к которому наконец открылся, но, к сожалению, слишком поздно. Рука мужчины, которая до этого железной хваткой держала девичий локоть ещё раз взметнулась вверх и с глухим шлепком опустилась обратно, пытаясь всадить нож, как можно глубже. С угла губ девушки тонкой струйкой стекла кровь, пачкая подбородок и белый шарфик жертвы в темно-алый цвет. Девушка окончательно обмякла и, кинув последний взгляд стеклянных глаз вперед, закрыла их, уже навсегда. Убийца вежливо поддержав тело, не давая ему упасть, наклонил голову. Корпус девушки ушёл вперед, согнув тело напополам. Поддавшись порыву, мужчина прижался ухом к чужой спине и, прерывисто вздохнув, прислушался. Стук. Тихий... Нет, стихающий стук сердца. Ещё пару мгновений и... Вот, вот, наконец оно замерло в холодном молчании, перестав биться о грудную клетку со всей силы, грозясь разбить кости в пух и прах. К слову, о грудной клетки. Она тоже постепенно перестаёт вздыматься. А какую эйфорию ловит мужчина, когда последний слабенький вздох сходит с окровавленных губ жертвы. Именно эта эйфория и приводит его в сознание. Он с ужасом распахивает глаза и отскакивает от бездыханного тела, чуть не падая назад. Мёртвая девушка, словно сломанная кукла с глухим стуком падает на снег и замирает в неестественном для человека положении. Сейчас уже грудная клетка парня быстро опускается и поднимается, а стук сердце, кажется, слышится на другом конце города. Иронично, ведь от этого, как пару мгновений назад, нет никакого удовольствия. Удовольствие... Мужчина судорожно дёргается от осознания смысла этого слова и невольно запускает руки в волосы, истерично разглядывая землю под ногами. Нет... Те жертвы были нужны. Были запланированы. А эта девчонка просто подвернулась... Откуда нож? И как он вообще оказался здесь... Мысли роем крутятся в голове, не давая ни секунды покоя. Однако парень вдруг расплывается в безумной улыбке, сильнее сжимая пряди волос окровавленными пальцами, и, пару раз прерывисто вздохнув, тихо, но очень странно рассмеялся. Смех продолжался недолго, ибо убийца дёргается и с ужасом таращится вперёд. Что это был за силуэт? Человек? Два? Его видели? А может там вовсе никого и не было... А может... Он машет головой, откидывая тяжёлые мысли и бросает взгляд на девушку. Сглотнув, убийца осторожно, словно боясь её, подходит ближе и поворачивает её, заставляя ещё не окоченевшее тело лечь нормально. Вглядывается на синяки на скулах. Неужели он мог это сделать? С какой силой он сдавил её лицо? Он не мог... Не своими руками... Он вновь дёргается и, подняв руки, не отрывая взгляда, смотрит на них. Они обе частично запачканы в чужой крови. Парня вновь накрывает. Смех путается с бормотанием, безумная улыбка периодически сменяется плотно сжатыми зубами. Перчатки. На руках нет перчаток. Он опять кидает растерянный взгляд на лицо девушки. Там наверняка что-то осталось. Осознав это, он хватается за снег, пытаясь набрать как можно больше замершей воды, дабы смыть всё. Когда с собственными руками было покончено, он практически на коленях подползает к жертве и неаккуратными, грубыми движениями трет чужое лицо снегом. Синяки смыть не получилось, как бы он не пытался, на секунду потеряв рассудок. Подскочив, он опасливо оглядывается в поисках очевидцев, но никого не видит, после чего с не совсем спокойной душой покидает место преступления, оставляя несчастную один на один с улицей.

***

—Итак, что мы имеем?—разложив все свои записи вокруг себя, спрашивает Варя и окидывает листы бумаги внимательным долгим взглядом.—Четырёх убитых. Скорее всего убийца один и тот же, ибо все они убиты при помощи ножа. Только вот есть одна загвостка: семья Рыжовых и Лизавета никогда не пересекались, поэтому у убийцы, скорее всего, были другие причины убить её.—она кидает взгляд на Влада, который что-то хочет сказать, и перебивает его, отрицательно помахав головой.—Нет, ухажёры Лизы отпадают, не думаю, что они смогли бы добраться до такой семьи, как Рыжовы. Они слишком известны в городе, да и охрана у них точно есть. —Ну эта охрана им по итогу не помогла, так что не будем далеко отбрасывать этот вариант.—немного подумав, задумчиво проговорил Князев и принял лежачее положение, опустившись спиной на постель.—Какие ещё есть зацепки? —Убийства были, скорее всего, запланированы. Это, конечно, моё профессиональное мнение, но судя по тому, сколько прошло времени с момента убийства Рыжовой, следствие очень затянулось. У нас довольно маленький город, поэтому тут можно было бы легко отыскать убийцу.—продолжает Ветрова и легким движением руки вычеркивает что-то из своего списка, смешно поджав губу. —Или наши просто плохо работают.—усмехается бармен и тянется к карману, где только что завибрировал телефон, оповещая своего владельца о новом уведомлении. —Или наши просто плохо работают.—с усмешкой повторяет Ветрова, соглашаясь со словами собеседника, и, подняв бровь, недоуменно посмотрела на за мгновение нахмурившегося Князева.—Что там?—кивнув на чужой телефон, спрашивает она и встаёт с пола, поднимая за собой листы бумаги, которые примагнитились к одежде. Влад лишь молча протягивает смартфон девушке и, закинув ногу на ногу, прикрывает глаза, мелко двигая челюстью, словно что-то пережевывая. Следователь слегка неуверенным движением берёт его в руки и, кинув последний короткий взгляд на парня, смотрит в экран. Пробежавшись глазами по короткому вступлению перед большим постом в группе города, она, нахмурившись, опускается на кровать и начинает внимательно вчитываться, практически вгрызаясь в каждое слово, словно не веря в написанное. —И что будем делать?—спрашивает Князев, когда девушка кладёт телефон рядом и устало потирает виски пальцами, напряжённо о чём-то размышляя. —Надо сходить на то место. Может, сможем что-нибудь разглядеть.—заключает Ветрова и оборачивается на окно за её спиной, где падали редкие снежинки.—А потом я наведуюсь к своему старому приятелю. Он по гроб жизни мне обязан своей карьерой.—задумчиво проговорила она и посмотрела на часы, которые остановились пару недель назад.