Клевер.

Время подходило к поздней ночи или утру, как я думаю. Работа закончена. Последний призрак Йокогамы убит, а это значит, что в скором времени мне придется топать в другой город Японии, чтобы избавить этот чистый мир от нечисти. Сегодня полнолуния, яркий свет луны мог спокойно мне показать дорогу к моему «дому», если это скверное место еще можно назвать домом. На моих руках красовалась голубая кровь вампиров, пару секунд назад умерших от моей катаны. Ненавижу убивать кого-то, но именно это стало моей работенкой, помогающей выжить в мире сущего кошмара, пришедшего сюда через другие планеты. Не знаю, чем думают директора организации по истреблению нелюдей, прекрасно зная, что в высшим сидят вампиры-самоубийцы, призраки-охотники и гребаные головорезы-зомби. Но влезать в это мне не стоит, особенно если я не могу сдерживать свой гнев и злость. Вдалеке виднеются красные глаза. Я могу распознать каждый вид этих мертвых и бездонных глаз, но это был…ребенок стригоя? Ранее мне не удавалось увидеть детей, являющихся вампирами или призраками. Убить мне будет сложно такой, боюсь, обычной для стригоев, катаной. Если он нападет, мало чего хорошего может приключиться. Но все же, как ребенок может быть умелым в убийствах и добыче еды в возрасте, примерно, сто двенадцати лет? Ну а если мне показалось и это взрослый, совершенный вампир? Так нет! У старших не такие глаза, они немного отличаются! Яхико, успокойся! Я настроил катану в сторону сидящего дитя, облокотившегося на холодную стену от явно ноющей боли. Он истекал кровью… но как?  — Пожалуйста, не убивайте меня…! — мальчик просил о помощи, надеясь на то, что я смогу его спасти… Я бы хотел, но я не могу! Нет… не сегодня! Твою мать…  — дайте мне возможность жить, умоляю Вас! — Я — охотник, ты — вампир. Равновесие? — я попытался настроить серьезность лица, говоря это предложение. Я был уверен в том, что вампиров не осталось, а зомби с призраками уже не моя проблема. Я не готов сражаться с ребенком, но и взять с собой тоже не могу. Все прекрасно узнают, что с собой у меня кто-то из этих чертей, но ребенок? — ты предлагаешь мне убить тебя, как и твоих родственников, или может быть, ты намекаешь на то, чтобы я забрал тебя с собой?  — Вы слышали хоть какую то подобную мысль в моих мольбах? — вампиреныш оказался, на-удивление, дерзким, видимо уже смерившись с будущей смертью. — я лишь прошу меня отпустить на волю, я не собираюсь доставлять Вам проблем, охотник. Я не смог выдавить из себя и слово… Он слишком вежлив к человеку, которого должен считать лишь едой и своим неким страхом, хранящийся в глубине души, что не должен давать этому страху распространяться. Но почему страшно и больно тогда мне, а не гребаному ребенку вампира, что должен видеть в охотнике лишь ужас?  — Хватит, — с моих губ сорвалось слово, просящее чуть помолчать и дать старшим договорить свои мысли. — если тебе не будет больно или противно видеть кровь своих дальних родственников, то ты пойдешь со мной. Ярко-красные глаза загорелись уже не жаждой, а чувством будущего спасения и укрытия. Цвет его глаз говорил о его возрасте. Мальчик лишь подросток, явно не много чему научился на самовольном обучении без взрослых-вампиров. Я не видел в нем плохого, мальчика можно использовать. Давать ему учиться обходиться кровью животных и умениям травника-целителя. Думаю, что он будет жить спокойной жизнью и мало кто сможет считать, что этот мелкий настоящий вампир-стригой, пока еще мало чему был обучен.  — Но зачем, охотник? — в его детских глазах не было видно беспокойства за жизнь, был готов отдаться ловцу своих сородичей. Я опустил оружие, засовывая его в ножны. Так я не буду пугать беспомощного ребенка, считающего меня неким существом, который является его лучом надежды и света в этом не жалеющим никого мира. Так… самооценку нужно сбавлять. — Спасибо…

***

Время подходило к раннему утру, а из-за закрывающих серых туч виднелись маленькие, тусклые лучи солнца, пытающегося освещать этот город. Что ж, я уверен, малец продержится под закрытым местом, а именно крыше дома.  — Больно, блин! — мальчик резко и раздраженно, нахмурив брови, высказал свое недовольство.  — А ты считаешь, что обрабатывать раны это удовольствие приятное? — сжимая посильнее бинт на его плече, я завернул все в маленький бант бинтика, что, по крайней мере, как мне казалось, должен придерживать нормально… — Как зовут то тебя, потеряшка? — оторвавшись от раны мелкого, я потер ладони своих рук так же, как и муха, когда собирается куда-то полететь.  — Нагато… — робко произнес он, отводя взгляд от меня. Является он каким то странным, это чуть настораживало, но я знал, на что подписывался. За разбитым окном уже вовсю показывался рассвет, было бы неплохо пойти за едой в соседнюю деревню. Я смог недавно там вылечить жителей, но оставаться и убийцей, и лекарем для жителей недалеко населенного пункта назначения было сложно. — Я могу тебе как то помочь, Яхико?  — Нет, спасибо, шкет. — я накинул некий сплетенный из лозы рюкзак, созданный для того, чтобы приносить еду. — я попробую найти тебе пищу. Будешь теперь вегетарианцем, ха-ха. На лице подростка красовалось отчаянье того, что он ничего не может сделать для развития совместной жизни выживающих. Но и я пытаюсь как-то с ним что-то делать. Так что, хотя бы так попробовать его успокоить, я помахал рукой вслед уходя. Я не уверен, что так нужно с детьми обращаться… Не так далеко виднелась деревня и ее жители. Значит, что можно попробовать выкупить продовольство у них за спасение и лечение. Мои ноги уже доходили до границы их местожительства, многие меня спокойно узнавали и пытались как то приветствовать. Но я пошел через другой путь, чтобы дойти до дальнего рынка, на котором можно найти все, что угодно твоей душе, а это значит, что я попробую купить книгу обучения для Нагато. Его обязательно нужно чему-то обучать! Собственно передо мной стояли ларьки с разными продуктами, лавочки на которых были объекты еды. Все отлично, но первым делом я дошел до мелкого ларька, где продавались книжки.  — Здравствуйте! — я радостно поздоровался с продавцом, которого лечил не так давно. Выглядит сейчас он, как всегда: опрятно и на-удивление отлично, для такого не очень прославленного района деревни. Но единственное, что является его огромным минусом… он гребаный вампир! Я узнал это, только из-за алой радужки глаз. Он является дампиром, довольно взрослым и добрым. — можно у вас книженцию по основе трав и их лечении, пожалуйста?  — Ох, Тендо! — мужчина отвлекся от прочтения аннотации к книге, приветливо ко мне обратившись. Он явно рад был меня видеть, так как я был первым человеком, что смог вылечить болезнь его жены. Очень приятно, когда тебя могут запомнить по столь мелким вещам… — ох, да, конечно! — он протянул мне книжку и тепло улыбнулся. В кармане своих порванных брюк я стал искать подходящие вещи для обмена, чтобы суметь оплатить все. — Да что Вы! Не нужно, считайте это, как оплата за Вашу доброту, юный господин-Яхико.  — Простите, я точно могу так сделать, мистер-Хаширама? — сомневаясь, поинтересовался я. Странно немного, что не смогу этой любящей паре ничего путного отдать в оплату… Сенджу лишь по-доброму кивнул. — Что ж, спасибо большое!

***

На улице яркий день уже наступил. В глубине души я надеялся, что Нагато не ступит и не пойдет под солнце чем то заниматься, а останется в этом «полу-доме» и найдет себе какое нибудь занятие там. Мои ноги уже успели устать за период данного похода за ресурсами, который обернулся очень доходно. Этому я был крайне рад и удивлен, что даже получилось найти мясо и кровь умершего животного, в добавок с книжкой обучения для чайников в лечениях травами. Я уже подходил к месту нашего ночлега с вампиренышем, еле неся «рюкзак», наполненный жизненно-важными ресурсами пищи, обучения и оружия. Я был уверен в том, что сейчас шкет спит и не о чем не волнуется. Завернув в сторону «дома» я никого не увидел… Твою мать! Мой разум и тело охватила паника. Серьезно? Он успел уйти?! Он там просто зажарится и умрет. Хотя я тоже не подарок, оставив гребаного стригоя одного дома! Который еще и в придачу дите…