Во святость иллюзий

«Любовь для слабых». «Любовь для религиозных фанатиков». «Любовь мешает получать удовольствие». Я всегда считал, что не поведусь на такое. Да, любить родителей — это одно, уважать окружающих — это другое, но есть ещё один вид любви, когда ты готов расколоться на тысячу частей, отдать всё, что есть, лишь бы продлить момент с тем, к кому горишь чувствами. Я всегда считал, что любовь делает нас слабыми, уязвимыми в глазах окружающих, а особенно в глазах того, к кому ты воспылал чувствами. Смотрел на таких людей с жалостью, смотрел как на глупых, ничего не смыслящих в жизни слепцов. И вот сам оказался в их числе. Так себя чувствовал Лейон уже после первой проведённой ночи вместе? А ведь для меня то ничего не значило, лишь секс. Обыкновенная проба чего-то нового. Вот только мне просто понравилось, а он, видимо, влюбился без памяти. Лей готов был сделать ради меня что угодно: покинуть деревню, семью, предать веру и религию и всё это делал! Даже если бы я ему сказал построить корабль для того, чтобы пересечь океан, он бы это сделал. Пусть это и было бы опасно для жизни. А теперь так себя чувствую я. Бросил свою прошлую жизнь лишь ради мнимой надежды встретить здесь своего крылатого. Встретил, получил и довёл себя до того, что просто смотреть на него — это уже сродни подарку, а получать ответ на свои поцелуи сделало меня самым счастливым человеком в Солуме. Хотя людей ещё я здесь не встречал, но они точно должны быть! И вместе с тем вся наша связь держится лишь на его желании. Захочет — позволит. Не захочет — оттолкнёт. Анзар может сделать что угодно: пропасть на неизвестно сколько времени, отправить меня в психоделию или просто не дать себя возбудить. И как угодно, Винсент, противься, тебе его не сломать. Всё-таки любовь ничего не значит. Пока объект симпатий не узнает, что им является, не значит. Я не стану уязвимым в его глазах, у него не будет на один повод больше кидать насмешки в мой адрес, и в целом наши отношения регулируются на простом и понятном: секс и некоторые разговоры после него. С тем, что мы находимся в одном владении, по ощущениям это примерно то же самое, если бы Анзар жил в соседней деревне. Это всё, о чём я думаю последнее время и даже сейчас, возвращаясь от лазейки с Маем и испытывая жгучее желание лечь поспать. Иногда стараюсь на максимум оттянуть момент отдыха и замечаю, что если переводить на мерки мира людей, то без сна я могу выдерживать до четырёх дней. Удивительно, учитывая то, что при жизни мне достаточно было пропустить одну ночь, чтобы чувствовать себя усталым и обессиленным. Анзара во владении нет, но я очень явственно ощущаю его на нашем уровне. Понятия не имею, чем он занимается, но обо мне явно не думает. — Как считаешь, он избегает меня? — задаю вопрос демонёнку, пока мы проходим сквозь привычный туннель в приёмную. — Анзар? Он со всеми так себя ведёт. — Со всеми он не трахается. А со мной мог бы вести себя и по-особенному. Говорю на эмоциях, явно не подумав, прежде чем произнести. Потому как если бы подумал, то придержал бы мысль при себе. Должно быть, даже демонёнок замечает, что веду я себя слегка глуповато. — Он и относится к тебе по-особенному, присмотрись в другой раз, — отвечает он, совершенно при этом не смутившись. А я вот на его месте бы обиделся. Для Мая Анзар значит куда больше, чем для меня. Для него этот крылатый — целая жизнь. И тут появляется какой-то человек, заявляющий, что к нему отношения должно быть в корне другое, просто потому что он захотел больше остальных. На месте демонёнка я бы этому человеку глотку прогрыз, клыки как раз позволяют. Но он лоялен, как никто другой. Диву даюсь их безграничному пониманию! Да и в целом можно сказать, что Май прав. Отношение Анзара ко мне не то чтобы изменилось, он стал куда трепетнее ко мне, терпимее и добрее. Даже подарки пытался делать, хотя он не особо в этом силён. Но мне всё равно не то! Чувствую себя дорогой зверушкой, которую он оберегает и никуда не пускает, ведь поход на нижний уровень мне всё ещё непозволителен, а сам Анзар не в состоянии найти время, чтобы меня туда сводить. Даже если я самостоятельно захочу спуститься, у меня попросту нет на это разрешения. Такие правила этого нижнего мира. — Опять в погоду мира людей вмешивались? — не отрываясь от очередной непонятной книги, высказывается Райр. Этот крылатый вообще не особо рад тому, что мы чем-то там вместе с демонёнком занимаемся. А по поводу погоды так он до сих пор настроен крайне скептически и при любой возможности не стесняется нам об этом напомнить. Как по мне, так главное — Анзар ничего против не имеет, а значит, продолжать этим заниматься можно. Райр-то ожидал, что я или провалюсь с этой способностью и сдамся, или же разовью в себе силы их нижнего мира и наконец смогу развить способности лепить камни. Ни того, ни другого не случилось. Погодой я управлять научился, а вот на ту способность сил до сих пор не хватает. — Да, — сразу же отвечаю я, проходя вперёд. — Сегодня у нас были большой сбор урожая и солнечная погода. — Судя по тому, что я уже слышал, ты и на плодовитость земель повлиял, — Райр открывает нам свои глаза, но только для того, чтобы показать свой недовольный взгляд. — В этом не было ничего сложного. Эти кейсы буквально содержатся друг в друге. Я даже и тренировался не так долго, чтобы во всём разобраться, — пожимаю плечами и хочу уже оставить этих двоих закончить разговор без меня, но что-то вынуждает задержаться и сесть около Райра. — Странно, что погода и плодовитость земель тебе поддаются легко, а вот склеить два камушка ты не в состоянии! — он откладывает книгу, как и я, переводя взгляд на вход. — Да освоить эти кейсы любой низинник в состоянии! Что ты постоянно налетаешь на Винсента с этими камушками? — встаёт на мою защиту демонёнок, усевшись на подлокотник рядом со мной. Обычно он так к Анзару подсаживается или к Райру, а совсем недавно стал проявлять то же отношение и ко мне. — В том-то и дело, что Винсент наш совсем не низинник, — пристально смотрит на меня Райр, словно в этот самый момент я должен скинуть личину и закричать: «Ага! В самом деле я такой же крылатый, как и все вы». — Тем не менее ты всё равно от меня требуешь то, что делать должны уметь только вы. Зачем, Райр? — отвечаю ему тем же взглядом и искренне надеюсь, что он растеряется. Но этот крылатый в плане провокаций крепок. Я бы даже назвал его куда сильнее Анзара во многих чертах характера. — К тому, что выжить в нижнем мире без этих умений невозможно, — уходит от ответа он, вновь хватая книгу и снова делая вид, что нас нет. — Живу я здесь уже полгода и, заметь, вполне себе в порядке. Да и что бы со мной могло случиться, если я уже мёртв? Знаю, что не будет отвечать, это Райр показывает всем своим видом, недовольно хмыкая, поэтому и быстро отстаю, переключившись на демонёнка рядом. — Ты же говорил, что как придёшь, сразу пойдёшь спать, — учтиво вспоминает Май, из-за чего у меня машинально получается зевок. — Ну да, говорил. А сейчас чувствую, что Анзар возвращается, и хочу его увидеть. — Анзар возвращается? — опережает реакцию демонёнка Райр. — Ага. Чего вы это вдруг так удивились, будто сами не ощущаете того же? — спрашиваю я, почуяв неладное. — Ощущаете же? — Н-нет, Винсент, не ощущаем, — качает головой Май. — Мы можем чувствовать только то, что происходит в стенах владения, а по поводу того, кто возвращается, а кто нет — это может сказать только хранитель в отношении тех, к кому он привязан. Ты не можешь чувствовать Анзара, — пытается объяснить Райр, чем вводит меня в ещё большее замешательство. — Но я чувствую! И не только его одного, а ещё и Иёна рядом с ним. Они оба направляются сюда и вот-вот подойдут к туннелю, — настаиваю на своём и замечаю, что ни один, ни второй мне не верят. Но если Майерс тщательно пытается это скрыть, то Райр выказывает своё неверие более открыто: — Должно быть, тебе это чудится. Ты не можешь чувствовать их двоих! А вот это мне уже перестаёт нравиться. Эти крылатые настолько зациклились на своих обычаях, что мне это начинает напоминать ненавистную мне религию. Есть у них неприступная истина, согласно которой я не должен чувствовать ни Анзара, ни кого-либо ещё, значит, по-другому быть и не может. А вот может! И пусть сломают свою веру. — Вот сейчас и проверим, — улыбаюсь я, будучи убеждённым в своих словах как никогда. — Они уже вошли в туннель, и Анзар что-то несёт для меня. В этот же момент наблюдаю поразительно вытянувшееся лицо Райра и удивлённое Мая. Потрясающее зрелище! Оно достойно самых громких оваций. Должно быть, они ощутили на территории владений Анзара и Иёна, но только после того, как их ноги ступили в туннель. — Как ты знаешь, что Анзар что-то несёт для тебя? — тихо спрашивает Май, пригнувшись к моему уху. — Просто чувствую, что вот-вот он вручит мне в руки нечто съедобное. Райр с самого первого моего мига здесь отличался самым сдержанным характером. Даже если происходило что-то такое, что его немало потрясало, он всё равно быстро приходил в себя. Вот и сейчас из удивлённого он стал задумчивым. — Как ты понимаешь, что он несёт что-то для тебя? — повторяет вопрос он и смотрит на меня настолько требовательно, что и я сам готов в себе засомневаться. — Понятия не имею. Разве это можно вообще описать? Интуиция и больше ничего, — нахожу самое близкое определение я, надеясь, что такой ответ Райра устроит. — Ты слишком уверенно откликаешься о своей интуиции. Обычно люди не воспринимают её серьёзней, чем теорию вероятности, — всё же находит аргумент он. — А вот моя интуиция зарекомендовала себя так, что в ней я не сомневаюсь. — То есть, когда Анзар действительно ступил ногой на территорию владений, ты не почувствовал никаких изменений? — Нет… Нет, Райр. С чего бы я их чувствовал? У меня нет той же привязки к владениям, как у вас троих. Удивлённые лица двух крылатых и доказывающее моё застаёт Анзар, устало пробираясь вдоль всей приёмной. — О чём спорите? — спрашивает он, держа путь прямо ко мне. В руках у Анзара действительно находится что-то наподобие корзинки, обёрнутой в сетку. — Они оба не верят, что я могу чувствовать твоё приближение, — протягиваю руку я, точно зная, что принесённое предназначено именно мне. Мой крылатый сперва еле заметно удивляется, но всё равно послушно тянет корзинку мне. А в ней оказывается ещё один вариант еды низинников, вот только на этот раз фрукты, которые мне приносили всего пару раз. Выглядят они тут не то чтобы непривычно мне, по состоянию немного напоминают именно сухофрукты, но я точно уверен, что именно в таком виде они в Солуме и растут. И только начиная от восьмого уровня и ниже. Значит, ходил Анзар довольно далеко и сейчас должен испытывать побочное действие от подъёма, чем я мог бы воспользоваться. — Вообще, ты правда не должен меня чувствовать. Уверен, что не ошибся? — спрашивает Анзар, отходя чуть поодаль, к столу, видимо, чтобы снова провести свои обсуждения с Иёном, который начал раздражать уже меня. — Я и его рядом с тобой тоже ощутил. По-моему, ничего необычного, — кошусь на нашего гостя, от вида которого демонёнок с опаской поднимается и разворачивается в сторону своего крыла. — Постой, Май. Нам может понадобиться твоя помощь, — окликает его Анзар, полностью переключившись на него. — Способности поиска ещё не растерял? Нужно кое-кого найти. Пока счастливый демонёнок возвращается обратно, поудобнее устраиваясь сбоку от Анзара, Райр с недоумением поглядывает то на меня, то на остальных. Только они с головой погружаются в свои скучные обсуждения, как он не выдерживает и сбивает весь настрой: — Никого из вас совсем не удивляет эта способность Винсента предзнания? Он сказал, что смог ощутить приход низинников. Даже еду в руках предсказал. Анзар некоторое время недовольно косится на товарища, но по его виду становится ясно, что не особенно его это и удивило. — Мы все можем чувствовать остальных на территории владений. Ничего необычного, что он привыкает и тоже учится, — отмахивается он, хотя даже я нахожу в этом изречении тонну безразличия к ситуации. Ему попросту лень об этом думать, мой крылатый мозгами совершенно в другой теме! — Он почувствовал тебя за пределами владений, когда мы с Маем ещё не могли. И про гостя тоже догадался, — снова ведёт доказательную речь Райр, на что Анзар быстро заставил его замолчать: — Даже если и так, то что ты хочешь, чтобы я сделал? Он мог просто угадать, в этом нет ничего предосудительного. А если правда чувствует, то ему же лучше! А теперь хватит отвлекать меня от работы, Райр. Или помогай, или иди займись чем-то ещё. Вот и всё. Мой крылатый в такие моменты просто великолепен! Заставляет меня улыбаться и довольно перебирать фрукты в руках, а вот Райр так и продолжает молча пялиться на них троих. Чувствует себя несколько униженным и совершенно не готовым к работе, но тем не менее он всё равно подсаживается к ним за общий стол и продолжает: — А что до его забав с погодой в мире людей? Он ведь не только с ней стал заниматься, а ещё и дополнительного урожая себе в деревню нагнал. Май старается избегать смотреть на кого-либо, видимо, чувствуя стыд за то, что это именно он меня на это и надоумил, а вот остальные двое смотрят в мою сторону довольно заинтересованно. Причём во взгляде Анзара я читаю некую гордость и одобрение, а вот Иён в очередной раз нагоняет мурашек. Не хватало мне ещё одного крылатого, который готов меня использовать как свою собственность. Спасибо, мне хватает и одного Анзара. Скорее всего, это лишь плохое предчувствие относительно этого крылатого, но не нравится он мне! Вот что бы ни случилось, не могу изменить своего отношения к нему. И если бы я выбирал, кому общаться с Анзаром, а кому нет, его бы отгородил от всех нас первым. — Пусть играется, — только и отвечает Анзар, снова отвернувшись. А вот Иён всё поглядывает на меня и поглядывает. Райр после этих слов предпочёл оставить нас, что заставило меня почувствовать себя как виноватым перед ним, так и до предела довольным. Всё-таки есть оно — особое отношение, о котором говорил Май. Сейчас Анзар мне доверяет. Вот бы ещё и позволил чуточку побольше положенного. Майерс тоже оказал этим двоим необходимую им помощь, после чего быстро ретировался в своё крыло, а я, как по инерции, занял его прежнее место, прижавшись к своему крылатому. Их работа уже скоро должна закончиться, это тоже чувствую. — Почему снова ничего не ешь? — Анзар кивает на корзинку, которая всё у меня в руках, а я как и забыл про неё, совершенно не ощущая голод. — Ты слишком часто пренебрегаешь едой, на тебя уже смотреть страшно, когда ты без одежды. — Не утрируй. Тебе всё равно нравится на меня смотреть, когда на мне ничего нет. Анзар тут же дарит мне взгляд, дающий понять, что пробита брешь в терпении, а Иён снова стреляет заинтересованным взглядом, наблюдая за нами, как за событиями в театре. — Если бы у тебя хватало сил снять эту самую одежду, — подкалывает меня Анзар, без особого труда убирая сетку с корзинки, ведь даже с распаковкой у меня возникли проблемы. Однако на фрукты я смотрю без аппетита в то время, как двое других продолжают свои обсуждения. Пусть моё присутствие и слегка мешает Анзару, я честно делаю вид, что увлечён именно фруктами, а не тем, что мечтаю о его обществе наедине со мной. — …Анзар, позволишь мне? — просит Иён, кивая на меня. Тот соглашается, а я как чувствую, что только что мой хранитель дал добро на то, чтобы со мной заговорил другой крылатый. До этого Иён напрямую обратиться ко мне права не имел. — Ты, наверное, не в курсе, и никто тебе не рассказывал, но в Солуме у людей притупляется чувство голода, усталости и нужды. Хотя телу всё равно это необходимо получать вовремя, а иначе оно страдает. И сейчас выглядишь ты довольно паршиво, поэтому дай угадаю: давно не спал? — нагибается ко мне Иён и словно бы пробует на вкус тот воздух, который меня окружает. Пугает, всё равно, но теперь я чувствую к нему некое любопытство. — Это правда, Анзар? — сглатываю слюну я и понимаю, что во рту пересохло от того, что я совершенно точно даже воду не пил последнее время. — Он, скорее всего, не в курсе, ведь Дейника все запасы восполняла в мире людей, находясь там больше, чем здесь, — продолжает Иён с видом всезнающего и всё понимающего, что слегка раздражает. — И зачем тебе нужен был человек, Анзар, если он вот-вот откинется с таким образом существования? — Так, я понял, — выставляю руки перед собой, лишь бы он замолчал. — Я поем и пойду отдыхать. Спасибо за совет, в остальном справлюсь сам. Анзар, — обращаюсь к нему куда спокойнее, — поспишь со мной? Ну, или полежишь. Тот редкий момент, когда я не уверен, что будет дальше, ведь он сомневается. Может как согласиться, так и отказать мне. — Только если съешь всё это, — тыкает на корзинку с фруктами мой крылатый, после чего задумываюсь уже я. С одной стороны, порция довольно большая, а с другой — я не ел уже непонятно сколько времени и прямо сейчас должен буквально изнывать от голода. Но кто бы мог подумать, что нижний мир притупляет все базовые потребности человека! Теперь становится понятно, почему я слабею на глазах и так паршиво недавно перенёс спуск обратно на третий уровень. — Уговорил. А вы заканчивайте побыстрее. Я знаю, там немного, — киваю на стол с кучей разложенных на нём как камушков-карточек, так и ещё чего-то мне не знакомого. Понятия не имею, чего, но, видимо, именно эта работа и определяет статус моего крылатого. Теперь стараюсь даже не особо мешать им двоим, уделяя время в основном только еде. В какой-то момент я забываю, что объект симпатий находится рядом со мной, пока рука Анзара не ложится мне на плечо, а потом и спускается ниже, обнимая. Сам крылатый при этом ведёт довольно размеренную беседу с Иёном, но и я, и его собеседник обращаем внимание именно на этот жест. — А ты хорошо поладил с этим человеком, — обращается Иён к Анзару, вновь делая вид, что меня здесь нет. Ещё одна привычка крылатых, от которой меня коробит. — Анзар просто существования своего не представляет без меня! — утрирую, конечно, но это первое, что в голову пришло, а ответить захотелось что угодно. — Так это очень даже замечательно, — отвечает Иён, но что-то мне в этом ответе совершенно не нравится. Только что он говорил, что Анзару человек ни к чему, а ещё в этой фразе проскользнула кое-какая выгода. Мой взгляд совершенно точно выдаёт паранойю, но я всё равно прожигаю им Иёна. Пусть только попробует чем-то обидеть Анзара, лично вгрызусь в глотку и затолкаю туда оба его крыла. — Всё, заканчиваем. Иён, тебе пора возвращаться и всё проверить ещё раз, — сбивает мой мрачный настрой Анзар, снова возвращая мне усталость и жажду отдыха. Еду при этом я почти уничтожил, теперь уже ощутив тяжесть в желудке, что гораздо приятнее, чем то, что было до этого. Иён уходит не сразу, а ещё раз кидает на меня заинтересованный взгляд. Он точно что-то придумал и, пусть я ошибаюсь, кажется, что-то плохое. Однако Анзар меня и слушать в этом плане не станет, не стоит и пытаться с ним поделиться. Крылатые вообще паршиво умеют менять своё мнение о чём-либо. — Ну наконец-то можно спать. Пустишь к себе? — потягиваюсь я, передавая пустую корзинку Анзару. Он её забирает, внимательно осматривая на предмет недоеденного, а после подкидывает вверх и словно бы сжигает. Только вот никакого дыма и остатков чего-то тлеющего нет. Вот кто прокачал переработку мусора на максимум. — Идём, — опускает голову он и первым пропускает именно меня. Комната, в которой мы переспали, стала моей любимой. Иногда я даже сюда приходил, когда Анзара здесь не было, и… мечтал повторить. Но мой крылатый всё время был слишком занят, а сейчас вообще выглядит измотанным. Этот факт, однако пристать к нему у меня желания не отнимет! — Ты снова забыл про воду! — кидает он на меня строгий взгляд, после чего передаёт небольшой на вид бутылёк с жидкостью. И правда забыл! Настолько был поглощён мыслями о Иёне и помятом Анзаре, что перестал думать о себе. — Спасибо, — улыбаюсь я, принимая заботу. Сейчас принимать её приятно, как никогда ещё до этого не было при жизни. — Винсент, ты должен есть и спать больше, иначе ослабнешь в скором времени настолько, что тело перестанет тебя слушаться. — Да понял я уже всё это. У нижнего мира свои причуды, и если бы я знал об этом с самого начала, то по-другому ко всему этому относился. — Сколько ты не спал, раз твою усталость даже Иён заметил? Вот именно, Иён. А было бы куда лучше, если бы такие вещи умел подмечать Анзар. Или желающий казаться всезнающим Райр. От демонёнка подобного я бы не потребовал, он и без того выглядит слабее всех остальных. — Не знаю, дня три, — откладываю недопитую воду, потому что больше в меня уже не поместится, и падаю на кровать лицом вниз. Вот сейчас я и понимаю, насколько хорошо мне становится, если поесть, попить и принять горизонтальное положение. Кайф. — А ты тоже устал? Выглядишь паршиво! — честно признаюсь я, усмехаясь и вытянув обе руки. — Вторая стадия побочного действия после подъёма, — он садится на кровать, и теперь одной рукой я могу еле ощутимо касаться своего крылатого. А он и не против, протягивая мне пальцы и совсем немного светлея. — Это значит, что сейчас ты можешь совершить какой-то необдуманный поступок? — коварно улыбаюсь я, подползая к Анзару поближе. — Например, понять, что неплохо было бы раздавить тебя всем своим телом и посмотреть, что внутри, — он делает такое же выражение лица. Снова хочет напугать. — Ты на такое не пойдёшь! — уверенно заявляю я, приподнимаясь повыше, чтобы обнять со спины и положить голову на его плечо. — А ты не знаешь, на что способно побочное действие под влиянием гнева. А вот здесь он прав, чётко чувствую. Именно это и вызывает парочку мурашек на коже, но всё равно полноценного страха нет. — Ты ведь не под гневом, а очень даже спокоен сейчас. Разденешь меня? — И что ты ещё хочешь, чтобы я сделал? — разворачивается он ко мне, во всей красе являя это самое побочное действие. Анзар себя плохо контролирует, поэтому ногти чуть увеличиваются в размере, а кожа то темнеет, то светлеет, но я всё равно сохраняю спокойствие. — Хочу, чтобы позволил мне немного вольностей, после чего я обещаю лечь поспать. Ну, Анзар, пожалуйста, — уговариваю, как бы уговаривал другого человека, в попытке соблазнить тело. Но в случае с этим крылатым соблазнять нужно саму его суть. — Ты ужасен, Винсент. — Это ведь означает согласие? — приподнимаю брови я, но чую, что ошибся, поэтому спешу поправить положение: — Можем вполне довести друг друга руками, большего не потребую. Вернее, потребую, но попозже. Хочу поэкспериментировать, узнав то, как он будет реагировать на мои ласки просто руками. И, видимо, попал в точку, потому что его побочное действие решает, что ему тоже интересно узнать, как поведёт себя другой парень под его руками. — Только попробуй меня обмануть, — наконец-то соглашается Анзар и подаётся вперёд, чтобы коснуться губами и начать. А за поцелуем пошла в расход и одежда.