Часть 4
20 июля 2021 г., 19:06
Итачи и Акане зашли в дом, закрыв за собой дверь.
— Теперь точно спокойной ночи, госп... — Акане отошла от Итачи, направляясь к себе в комнату, как тут он остановил её, взяв за ладонь.
— Постой.
— М? Ч-что такое? — Фукуда, похоже, никогда не привыкнет к неожиданным тактильностям от Итачи-сана, и её сердце всегда будет учащать свой ритм, а голова кружиться.
Хоть парень смотрел как всегда уверенно в глаза девушки, внутри него играло какое-то сомнительное чувство, которое его останавливало.
— Ничего. Спокойной ночи, — пусть он и сказал так, но руку не отпустил. Акане развернулась к нему.
— Вы уверены?
Ничего не ответив, Итачи потянул её за собой в свою комнату.
— Что случилось? Итачи-сан?
Парень всё молчал. Прикрыв дверь в комнате, он сел на кровать и пригласил присесть Акане рядом, похлопывая по матрасу. Та не сразу послушалась, а сперва вопросительно посмотрела на Итачи.
— Вы хотели ещё о чём-то поговорить?
Потом неспеша начала подходить и почти присела на кровать, как парень схватил её за талию, усадил себе на колени и носом уткнулся в шею.
— Что..? Что Вы..? — Акане от удивления не смогла произнести ничего внятного.
— Посиди со мной вот так немного, пожалуйста. Расскажи что-то. Меня это успокаивает, — от тёплого дыхания, когда Итачи говорил девушке прямо в шею, было щекотно. Мурашки бегали по коже.
— Р-рассказать что-то? — девушка умолкла, призадумалась, а потом начала говорить снова: — Знаете, сейчас я читаю одну очень интересную книгу, повествующей о некой девушке...
Рука девушки коснулась руки Итачи. Подушечкамт пальцев, не стесняясь она начала гладить парня, осматривать его руки, одновременно продолжая рассказ. А парень будто слушал её, но больше был увлечён её действиями и вообще... ею. Его разум постепенно отдалялся от разговоров, сосредотачивая внимание на её руках, волосах, лице, глазах.
— А у Вас была девушка, господин Итачи?
После такого вопроса Учиха словно пробудился. Призадумался, выражение его лица потускнело, что заметила Акане и всё поняла.
— Наверное, не стоило мне этого спрашивать? Извините.
— Мы не состояли в отношениях, но что-то точно было между нами, — ответил на вопрос девушки Итачи.
— А она была красивой? — продолжила спрашивать Акане с некой игривостью в голосе.
Фукуда вскочила и встала напротив Итачи, сложив руки замочком за спиной. Её ехидный взгляд заставил парня улыбнуться.
— Человек, который тебе нравится, всегда будет для тебя красивым. Но если говорить субъективно, в её внешности не было чего-то необычного. А чего ты спрашиваешь?
— Мне интересно какие девушки нравятся Вам.
Акане села обратно на кровать, продолжая слушать.
— Какие? Сложно выделить что-то конкретное. Все люди разные и в каждом можно найти что-то привлекательное. Если говорить о тебе, то ты заносчивая, не поступаешься, эмоциональная, но мне нравится это, хотя другие
наверняка назвали бы такие черты характера плохими. С тобой интересно и довольно весело, на самом деле. Думаю, поэтому меня и тянет к тебе.
Ту-дум! Сердце сильно, с гулом, отозвавшимся в голове, стукнуло и замерло. Глаза увеличились, а дыхание утяжелилось.
— Вы... мне... признались?
На долю секунды на лице Итачи появилось удивление, словно он сам не ожидал, что скажет такое. Он понял, что чёрт знает по какой причине проболтался о таких сокровенных чувствах, которые сам ещё толком не принял, но как-то выкручиваться, пытаться переубедить Акане, перефразировать сказанное не было смысла. Он вздохнул (то ли с облегчением, то ли наоборот от волнительного напряжения, которое возникло между ним и Фукудой) и сказал:
— Эта ночь, похоже, подталкивает меня на откровения... Ах, что же следует делать в таких моментах?
Акане смело, но с большим удивлением смотрела в его бездонные глаза, даже не моргала. Итачи потянул руку к её лицу и начал приближаться. В этот момент сердца обоих застучали с бешеной скоростью, а жар распределился по всему телу. Девушка не повела глазом; она была в шоке, оттого ступор не давал ей и шанса пошевельнуться. Его губы коснулись её губ и всё в этот момент пропало. Всё: земля из-под ног, мир вокруг, она сама — всё пропало, а точнее растворилось в одном человеке напротив, который так нежно и трепетно целует её губы. Девушка отдалась чувствам. Тело расслабились, внутри порхали бабочки и хотелось запорхать вместе с ними.
Итачи уткнулся лбом в плечо Акане, не намереваясь взглянуть ей в глаза, словно влюблённый, стеснительный подросток.
— Вы точно Итачи-сан? Ну да, точно! А я, скорее всего, под гендзюцу. Развеять! — она сложила печать, но всё осталось прежним. — Наверное, это сильное гендзюцу. Его так просто не развеять. Конечно, Вы же Учиха Итачи.
— Успокойся, Акане, это реальность. Я не задействовал ещё ни разу свой шаринган рядом с тобой.
— Не... гендзюцу?
Итачи помотал головой.
— Тогда почему?
— Почему что?
— Почему Вы поцеловали меня?
Немая сцена. Итачи поднял голову, почесал затылок и ответил:
— Просто захотел.
— Просто... захотели?
— Акане, — он взял её за руки и, смотря в глаза, попросил: — останься со мной здесь. Думаю, так нам обоим удастся заснуть.
— Угу, — девушка улыбнулась и покачала головой в знак согласия.
Они так и сидели, смотрели друг другу в глаза, не зная что сказать. Лицо Акане всё заливалась красной краской, а Итачи продолжал больше смущать её своим взглядом и немного странной, непривычной улыбкой.
Пальцами Итачи коснулся губ Акане, далее шеи, снял с плеча бретельку белой ночнушки и начал расцеловывать плечо, оголённые ключицы, провёл дорожку из поцелуев к шее, ушку робеющей девушки, которая в это время сильно прикусывала губу и сжимала в руке простынь, лишь бы не издать стон, которого стеснялась. Но Итачи этого и добивался, он хотел услышать насколько ей приятно. Ему нравилось нежно притрагиваться губами кожи девушки. Он искал самое эрогенное место на шее, зная, что после того, как он прикоснётся к нему влажными, мягкими губами Акане точно не сдержит стона. И всё-таки нашёл; исцеловал всю шею и нашёл. Девушка громко ахнула и выгнулась, подняв грудь кверху. Итачи снял с неё ночнушку, ласково погладил пальцами рёбра, спускаясь ниже, и остановился на талии.
— Акане, открой глаза, — на минуту он засомневался, делает ли всё правильно, когда увидел зажмуреные глаза девушки.
— Я... стесняюсь, — вдобавок ко всему девушка теперь прикрыла лицо ладошками.
— Хоть на мгновение, — уговаривал Итачи девушку, поправляя пряди её розовых волос.
Девушка медленно раскрыла лицо, затем открыла красные глаза, в которые Учиха пристально вгляделся.
— Они точно как рубины.
— И сколько в них карат?
— Караты – это цена. А твои глаза бесценны.
— Вашим глазам так же нет цены, разве я не права? — нежная рука девушки погладила щеку парня.
Итачи уложил Акане на кровать, а сам повис сверху. Его волосы спадали и слегка касались её лица. Фукуда не знала куда девать свой взгляд, по большей части смотря на оголённый торс парня.
— Можешь касаться меня, не бойся.
Рука девушки начала блуждать по ключицам, груди, торсу парня, потом перешли на спину и лопатки. Итачи иногда извивался от щекотных ощущений, но не переставал рассматривать довольное лицо напротив. Внутри возникало непреодолимое желание целовать Акане, поэтому он не сдерживался и целовал.
— Итачи-сан, Вы – мой первый мужчина. Хочу сказать, что я предана лишь Вам, потому что люблю Вас.
— Я тоже должен признаться в этом. Примешь ли ты... моё признание? — смущаясь, с запинкой спросил Итачи.
Акане помахала головой в знак согласия. Пальцы её рук крепко впились в простынь, позвоночник слегка выгнулся, а с уст сорвался нежный стон. Итачи жадно вдохнул воздух и с наслаждением выдохнул.
***
Уже глубокая ночь, а Итачи всё равно не спит. Акане лежала у парня на груди и давно погрузилась в мир снов, а он гладил её голову и думал о чём-то своём. « — Папа, как ты понял, что любишь маму? Семья Итачи сидела за столом на кухне и ужинала. Мальчик начал разговор. — Как? Хмф. Вряд-ли ты меня сейчас поймёшь правильно, но внутри всё горело, когда я находился рядом с твоей мамой. В жизни я серьёзный человек, но рядом с ней чувствовал себя несмышлёным пацаном. Хотелось улыбаться, когда она была рядом. А с чего это ты таким интересуешься, Итачи? Обычно от тебя я слышу вопросы об одних техниках и тренировках. — Да так... В академии сегодня об этом учитель разговорился. — Да уж, понятно тут всё... — ухмыльнулся Фугаку.» Итачи глубоко вздохнул, осторожно переложил голову девушки на подушку и повернулся к ней, прижав к своей груди. Акане обняла его во сне, крепко прижавшись к тёплому телу. Учиха ласково улыбнулся, поцеловал девушку в макушку и тоже уснул.***
Наутро Итачи проснулся от того, что почувствовал рядом с собой холод и пустоту. Он раскрыл глаза, услышал звуки с кухни, а позже почувствовал приятный запах и понял, что Акане встала и что-то готовит. Учиха поднялся с кровати, помылся, оделся и тихонько присел на кухне за стол. Целое утро из его головы не уходил образ обнажённой, изящной Акане. Он наблюдал за тем, как она готовит, и немного стеснялся своих мыслей. — Мне пора уходить, — заговорил он. — Прямо сейчас? Вы даже не позавтракаете? — встревожилась Фукуда. — Я не голоден. Спасибо. — А я наготовила... Тогда я Вам с собой заверну. — Я не знаю встретимся ли мы ещё раз. Моё состояние здоровья нестабильно, а ещё есть брат, который хочет мне отомстить и в скором времени сделает это, — Фукуда развернулась, присела напротив Итачи за стол и печальным взглядом, с мокрыми глазами, взяла парня за руку. — Переубедите его этого не делать! Вы не можете умереть... — девушка понимала, что все слова безнадёжны, но в отчаянии пыталась ухватиться за тоненькую натянутую ниточку. Скорее, она говорила это для того, чтобы Итачи понял, что есть те, а точнее та, кто не может его отпустить. — Акане. Я сам хочу умереть и исключительно от его руки. Ни от болезни, смерть от которой меня вот-вот настигнет, не из-за войны, ни от руки кого-то другого, кроме как от руки брата. Тебе придётся смириться с этим. Фукуда поникла. Немного помолчала, призадумавшись. Чего бы она не желала – всё предрешено и ей не вмешаться. — Возможно, так будет лучше. Если вы так говорите, то всё, должно быть, идёт правильным чередом, — с улыбкой на лице, но со слезами на глазах проговорила она. — Я рад, что ты это поняла. Учиха уже собрался уходить. Стоя перед домом девушки, они прощались. — Возьмите это с собой, — Акане протянула ему завёрнутую еду, которую приготовила сегодня утром. — И не голодайте. Ешьте больше, это придаст Вам сил. Берегите себя... "Как глупо говорить это человеку, который давно считает себя мёртвым." — Спасибо, Акане. Будь счастлива, — Итачи слегка улыбнулся, указательным и средним пальцем легонько ударил по лбу девушку и ушёл, скрывшись среди домов. Держась за лоб, Акане взглядом провожала парня, уже тоскуя по нему.***
— Так во-от оно что. Вот причина, по которой ты так любишь это селение, — Кисаме встретил Учиху на крыше одного из домов неподалёку от дома Акане. — Я не люблю это селение. — А что насчёт девушки? — Это не касается никого, кроме меня с ней. — Поня-ятно, Итачи.***
Спустя пару недель
В закусочную к Акане зашла её подруга, которая решила пообедать. Заодно она пригласила и Фукуду поесть с ней за компанию и посплетничать. Акане рассказала подруге о встречах с Итачи. — И сколько же прошло времени с тех пор, как твой загадочный возлюбленный ушёл? — Две недели и три дня. То есть 17 дней. — Ты часы и минуты не считала ещё случаем? — Сейчас посчитаю... — Боже, Акане, я же пошутила. Почему ты не кушаешь? Да и вообще, грустная ходишь такая. Всё из-за его ухода? — Он вряд-ли вернётся. — Почему? Это странно. Разве он не просто попользовался тобой тогда? — Он – человек с необычной судьбой. Он не вернётся и на то есть свои причины. Это наша с ним тайна. — А-а-а, всё ясно. Но ты кушай, кушай. Не хватало ещё тебе в обморок от истощения падать. Работа не из лёгких у тебя. — Меня как-то воротит от вида или даже запаха еды. Ничего не хочу. — Воротит, говоришь? А ну попробуй поесть. Иногда, когда ты сильно голодный, начинается такое чувство, что сейчас вырвет от еды, но стоит только съесть кусочек чего-либо... Давай, я не отстану, пока не покушаешь. — Хорошо, поем я. Чуть-чуть. Акане принялась трапезничать на пару с подругой, неохотно засовывая еду в рот. Походу, подруга была права, и ей всего-лишь нужен был один кусочек, чтобы почувствовать голод, а не отвращение. Они всё болтали и болтали, как внезапно рвотный позыв потревожил Фукуду. Она испуганно глянула на подругу и побежала в уборную. Акане привела себя в порядок, вышла в зал и спокойно села обратно за стол. — Слушай сюда, Акане. У вас с этим парнем что-то было? — В смысле? — Ну... вы занимались... этим? — подружка выгнула бровь. — Что? Ты думаешь, что я... Красные глаза стали, как у лемура, огромными от удивления, когда подруга в знак согласия качнула головой. — Не может быть. — Ещё как может. Ты беременна. С глаз полились слёзы. И, походу, слёзы от счастья. Акане сначала не поверила. В голове роем, как надоедливые мошки, пролетали тысяча вопросов. Ладонью девушка обняла низ живота и засмущалась. — Нужно рассказать этому парню всё. — Я... как-нибудь позабочусь об этом. — Хорошо. Только вот есть одно "но". У тебя нет аппетита, как ты говоришь, а он должен быть. — Нужно будет спросить об этом врача. — Тогда закрывай лавочку и побежали в больницу, чего мы ждём?
