Monologues

Тэхён просыпается от настойчивого стука в дверь. За окном ещё темно, поэтому омега подозревает, что потревожить его просто так не могли. Он поднимается, шаркая тапками по полу, в глазок не смотрит, не успев толком проснуться. Перед ним вырастают цветы и Тэхён, слегка испугавшись, пятится назад. К разочарованию, это не Ингук и омега раздражается сильнее. Ему прервали сон, вынуждая открыть дверь в холодный подъезд, а Чонгук так счастливо выглядит, что плюнуть в лицо хочется. — С днём рождения, — говорит альфа, потом Тэхён вспоминает о празднике. — Я разбудил тебя? — Хочу спустить тебя с лестницы, — ежится омега. — Цветы себе в задницу засунь и вали на все четыре стороны, — спокойно говорит он, всё ещё не проснувшись. — Давай я просто войду и мы поговорим? — Только и можешь, что языком трепаться, пока, — тянется к ручке, чтобы закрыть дверь, но Чонгук просовывает ногу, не давая этого сделать. — Что? Я хочу спать. Время видел? — Семь утра, у меня не будет другой возможности поздравить тебя. — Пошёл вон отсюда, — по слогам выговаривает Тэхён, всё же захлопывая дверь. Он прислоняется к ней лбом, ощущая рвущие душу нити, что прошивают его своим ядом. Чонгук. Врывается в чужую жизнь, когда ему вздумается, не думает о последствиях своих высказываний. Он — разрушитель. — Уходи, — просит омега, чувствуя его прямо напротив, но альфа остаётся на месте. Для него этот день особенно важен и Чонгук хотел всего лишь поздравить омегу, но, кажется, действительно, не осознавал, что делает. — Забери цветы и я уйду, — обещает он, Тэхён хотел бы ему верить. — Могу помочь, — второй голос из подъезда, омега тут же в глазок смотрит. Вряд ли из-за сонного состояния у него начинает двоиться в глазах. Он распахивает дверь, ошарашенно смотря на обоих альф. — Адресом ошибся, надеюсь? — машет перед братом своим букетом Ингук. — Не ошибся. — Не надо скандалить, — тихо бормочет Тэхён. — Соседей разбудите. — Ничего объяснить не хочешь? — меняется в лице Ингук. — Я ушёл, любовник пришёл? — усмехается альфа. — Серьёзно, Чонгук, что за нахрен? — Я приехал поздравить, — смотрит на брата, полный решимости. Нет сожалений из-за того, что приехал. Плевать, что сам себе противоречит. — Возьми, я поехал, — протягивает букет белых роз Киму, он всё же забирает их, совсем не понимая, что сейчас происходит. Чонгук спускается и уходит, а Тэхён поднимает глаза к Ингуку. — Тэхён? — Клянусь, я не причём, — входит в квартиру омега, — он приехал сам. — Я тебе верю, — захлопывает дверь альфа, вручая второй тяжелый букет лилий имениннику, — но со стороны Чонгука это перебор. Он подкатывает к тебе? Скажи мне честно, — нависает Ингук. На самом деле Тэхён ещё от признания Чонгука не отошёл, а тут такой подарок. Ингук имеет полное право злиться. А больше всего Ким не понимает для чего старший пытается проявлять симпатию, если сам всё сказал в ту ночь. Для себя лично омега принял трезвое решение абстрагироваться от Чонгука, потому что альфа поставил на первое место бизнес. И Тэхён сделал так же. Любовь это не то, что ему было нужно. Омега не перестанет разочаровываться в поступках людей. Чонгук сказал всё правильно, он не хотел наступать в неизвестность и Тэхён поддерживает его решение. Им так лучше будет, порознь. Только в груди всё равно болит. — Внизу стоит твой подарок, но у меня уже нет никакого желания его дарить, — без эмоций бросает Чон. Он оставляет на столике у зеркала ключи от машины и выходит. Тэхён чувствует свою вину, хотя не должен. Это же прямая манипуляция и Ким покупается на неё, прекрасно понимая для чего Ингук делает это. Альфа уходит, а Ким бросает под ноги букеты, начиная топтать со злости.

***

Джо не горел отношениями, но был привязан к Чонгуку. Искал, возможно, омега идеал для себя, а по итогу создал. Увидев впервые альфу он сразу решил, что Чон тот самый, в нём всё было совершенным. Единственный минус — Юнги, но они быстро разошлись, прямо на глазах у Джо. Киму не доводилось часто видеть босса из-за своей работы, потому что омега всего лишь дилер, а Чонгук был королем. Сидел на верхушке, омега в ногах ползал. Товар получил и иди себе продавай, но не каким-то там конченным наркоманам в подворотнях, а особенным людям, что были у Чона на хорошем счету. Как бы не пытался Джо подобраться к Чонгуку, всё постоянно делал не так. К слову, особо он и не старался. Прямо не говорил о симпатии, только смотрел и думал, что до Чонгука и так всё дойдет. Дошло благодаря Сокджину. Джо уже точно решил избавляться от своей влюбленности к альфе, трезво оценивая свои шансы, и ушёл в разнос вместе со своими клиентами. Был у него неплохой альфа, который нюхал достаточно, чтобы его можно было развести на крупные суммы, но отношения Ким закончил. Идеал так новый и не нашёл, но и Чонгук всё же не оказался идеальным. Хотя бы потому, что связался с Тэхёном, но это уже не так важно. Джо старался не думать о них, а заниматься своей жизнью, которая стала медленно катиться в пропасть. Последний любовник подсадил его на кокаин, который до этого момента омега никогда не пробовал. Запрещено свой товар принимать, но тогда Джо привез последний заказ, а альфа был убедителен. Сейчас он трахал его в своём загородном доме, находясь под действием вещества и алкоголя, как и сам омега. Джо перестаёт чувствовать мерзость, когда его накрывает. Пятидесятилетний клиент становится симпатичным: седые волосы кажутся милыми, потные руки приятными, хрипы сексуальными. Всех всё устраивает. Омега не думает о последствиях. Например, что муж альфы всё узнает или Чонгук. Он звонит ровно в двенадцать дня, когда Джо перекрытый, испачканный валяется под грузным телом. — Босс, — отталкивает мужчину омега, поднимает телефон с пола. — Да. — Ко мне в офис, — говорит Чонгук долго не церемонясь и отключается. Редко, когда альфа может позвонить лично и попросить о встрече, Джо становится интересно, что же ему нужно. Омеге необходимо в себя прийти для начала. Он объясняет любовнику, что ему пора ехать и начинает одеваться, попутно вытираясь салфетками. Разило от Кима за километр чужим запахом, избавляться от него сейчас некогда, поэтому Джо помогают духи. Он садится в машину и уезжает, не видя дороги. В машине лежит старая бутылка с водой, но это хоть что-то. Тут же умывается, пьет. Себя в любом случае выдаст. Джо оставляет машину у здания, и входит слегка пошатываясь. Тело не забывает эйфорию от секса и наркотика. Омега входит в лифт, в отражении зеркала волосы поправляет, которые из пучка вылезли. Замечает, как следом входит Сокджин и, кажется, клетка закрывается. Альфа нажимает кнопку «стоп» и оборачивается к Джо, видя его помутневший взгляд и полное отсутствие координации. — Сколько? — А? — Сколько и чего? — повышает голос альфа. У него всё ещё душа болит, а омега слепым притворяется. Более с той ночи в клубе Тэхёна Сокджин не позволил себе много пить, потому что перед дедушкой было стыдно, но это никак не волнует Джо. Он даже не знает, как Ким по нему страдает, для него это всё игры. — Дай подумать, — облокотился на стену омега, — виски, кокс, член… — смеётся. Сокджину не до смеха. От Джо воняет ужасно, в этом количестве запахов его родной не разобрать. Альфа стойко держится, чтобы не ударить его. Теперь он начал с самого утра блядствовать, есть новый повод выпить. — Ты куда собрался? — дергает за руку — Мне Чонгук звонил, я ему нужен, — расплывается в улыбке Джо. — Я ему нужен, — тянет он. — По какой бы причине он не вызвал тебя, ты в кабинет не войдешь. Он тебя сразу попрет. Слышишь меня? — Я виноват, что он так не вовремя позвонил? — ноет парень. — Убери руки! — Я сам схожу и спрошу чего он хотел, а ты подождешь меня в коридоре. Договорились? Ты же не хочешь потерять работу? — настаивает Ким. — Ладно, — кривится омега. Лифт снова несет их вверх, Сокджин выходит, оставляя омегу у секретаря и входит к Чонгуку. Альфа говорит по телефону через гарнитуру, когда Ким закрывает за собой дверь, проходя к столу. Ким успел поругать себя за то, что спасает омегу. А ведь Чон мог сразу уволить его и Джо меньше бы попадался на глаза Сокджину. — Что? — спрашивает Чонгук, закончив разговор. — Ты вызвал Джо. Он себя неважно чувствует. Что ты хотел? — чувствует себя очень не уверенно Ким. — Увидеть его хотел, ты его покровитель или что? Я не понял, — альфа сегодня совсем не в настроении, что становится понятно по его тону. — Где омега? — Чонгук, — сдувается альфа. — Не допытывай меня, просто скажи, что я должен ему передать? — Через два дня у нас поставка, я хочу, чтобы он присутствовал. — Он не принимает товар, — не понимает альфа, Джо в таких делах совсем профан и он омега, с которым всё, что угодно может случится. — Теперь принимает. Так и передай ему, — отвечает на новый звонок Чонгук. — Иди, иди, — шепчет и Сокджин выходит, не теша себя приятными мыслями. Чон хочет повысить Джо или в чём дело? Альфа передаёт омеге всё, как есть, и слова босса так же поселяют в Джо сомнения. Важно, что он не спалился обдолбанным, а о поставке он подумает потом. Сокджин предлагает подвезти домой, но омега отмахивается. Он хотел вернуться к любовнику, раз всё так хорошо сложилось. Альфа настаивает на своём и тащит его к машине, чтобы с Кимом ничего не случилось. Сокджин, как к высотке подъезжает, так сразу вспоминает, как Джо взбесил его очередным всплеском эмоций. Омега нравился ему своим характером, но порой Ким перегибал и границ совсем не видел. Сокджин не какой-то там дворовый пацан, которого можно бесконечно гонять и оскорблять. Альфа ему и грубости простил, даже отказ в отношениях, но то, чем сейчас Джо занимается — никогда не простит. Омеге будто уже всё равно на свою жизнь и он просто соглашается на всё, что ему предлагают. Возможно, так и есть. Ким любил деньги, но не настолько, чтобы… впрочем, сейчас это уже не важно. Сокджин помогает ему дойти до квартиры и лечь на кровать. У Джо была очень бурная ночь, которая высосала из него все соки, а на утро он себя уже не видел, потому быстро заснул. Альфа раздел его до белья и укрыл одеялом, присаживаясь на край постели. На что именно он купился? Вокруг были омеги на любой вкус, их покорить — ерунда. Почему Джо не мог увидеть идеал в Сокджине? Потому что Чонгук богаче? Потому что красивее? Успешнее? Да что же было такого в этом Чонгуке? Нет обид, одно разочарование. Альфа разблокирывает телефон, фотографируя омегу. Очень красивый, даже если на нём засосы, запах неприятный. Для Сокджина он так и останется самым красивым, не более. Сверху вылетает уведомление, альфа открывает соц. сеть. «Вам всё ещё грустно?» — пришло смс, по фотографиям Сокджин узнает Арчи, усмехается. «Да, мне грустно» — пишет, а сам волосы омеги длинные приглаживает. «Могу предложить сходить на роллердром» «Я стар для такого» «Зато будет весело. Умеете кататься?» «Нет» «Я научу» «Хорошо. Где ты? Я заберу тебя» Арчи присылает свой адрес и Сокджин поднимается, понимая, что ничего не потеряет. Он себе хуже делает тем, что остаётся рядом с Джо. В последний раз на него смотрит, лаская взглядом и выходит, прикрывая дверь.

***

Тэхён выходит на улицу, сначала глазам не верит. Во дворе стоит малиновый салин и это точно подарок Ингука, потому что ключи спорткар открывают, с тем же у Кима открывается рот. Омега садится в салон, начиная мерзнуть, с интересом всё рассматривает. Такой подарок от Чона можно было ожидать, права Тэхён получил, а машину так и не купил. Он сам собирался заняться этим вопросом, но и Ингук справился на ура. Омеге нравится всё, кроме того, как ему представили подарок. Он не хотел навязываться и писать альфе, до вечера Чон должен отойти, понять уже, что Тэхён не виноват в том, что Чонгук приходит, когда ему хочется. Ким возвращается домой, переодевается в брюки и рубашку и снова спускается вниз. Не лучший день для разбирательств, но себя нужно отвлечь от ссоры с Ингуком. Тэхён аккуратно трогается, приходя в восторг от машины, она ему идеально подходит. Омега включает музыку и всё на телефон поглядывает, думает, может Чон первым позвонит. Скорее всего занят на работе, а Тэхён приезжает в главный офис к отцу альфы. Его пропускают не сразу, но Ким попадает в кабинет Бёнхона, всё на часы посматривая, ему нужно приготовиться к вечеринке в клубе, куда он поедет заранее. — Здравствуйте, — говорит Ким, садясь напротив альфы в удобное кресло. Бёнхон рассматривает его, будто пытается найти какой-то изъян в омеге, а не найдя, разочаровывается. Кажется, он уже понимает для чего Тэхён пришёл. — Я прямо скажу, что хочу видеть своего друга. — Прекрасно, я бы сам не прочь встретиться с друзьями, — усмехается Чон, не идет на поводу у омеги. — Что-то ещё? У тебя, кажется, праздник сегодня. Стоило бы отмечать такой прекрасный день. — Господин, не думайте, что я глупый, — наклоняется к нему омега. — Намджуна похитили вы. Ваша сигарета осталась у него дома. Пропали личные дела, над которыми мой друг долго работал. Что вы на это скажете? Что ничего не знаете о ваших сыновьях? — Да кто ты такой? — повышает голос мужчина. — Как смеешь такими заявлениями разбрасываться? Ты обвиняешь меня в похищении? Ингук что, и тебя своим безумием заразил? — Ладно, поговорим иначе, — выдыхает омега. — Вы точно следили за Ингуком, когда он вышел из тюрьмы, и вы знали, что он постоянно на квартире у Ким Намджуна. Вы заявились к нему, избили, отобрали личные дела своих сыновей… не знаю, что вы сделали с Намджуном, но я должен знать. Жив он или нет. Про вас я знаю тоже много интересного, например, вторая семья. Вы в курсе, что ваш сын Дастин учится со мной в одном колледже? Такой милый, мы как-то общались. Бёнхон бьет ладонью по столу, поднимаясь. Он шокирован заявлением Тэхёна. Не такой он простой, как могло показаться. Перед альфой сидит хитрый и наглый лис, который в два счета раскусил мужчину. О том, что у Бёнхона есть вторая семья, никто не знает и узнать не должен. Это может уничтожить его, как известную в стране личность. — Хочешь своего друга увидеть? — Верните его домой и давайте забудем об этом инциденте? — Для чего ты под меня копал? — щурится мужчина. — Мне ваша помощь не помешает в одном деле, но об этом потом. Что насчёт Намджуна? — Он будет дома завтра, — шипит Чон, кулаки сжимая. — Всё? — Если вздумаете что-то сделать со мной, то имейте в виду, что ваши сыновья мои истинные альфы, — встаёт Тэхён, — да, так бывает, — улыбается невинно, — и с вас три шкуры сдерут. До свидания, — выходит омега, Бёнхон закуривает сигару. Что сейчас больше всего удивляет? Поведение Тэхёна совсем отличается от того, что мужчина видел. Его слова застревают в голове, вопросы появляются. Какие истинные? Что этот малец несет и как может позволить себе быть таким? Прав оказался во многом, но его шантаж слишком дешёвый. Проблема в том, что Чон не может позвонить сыновьям и узнать правду, потому что этот разговор останется только между ним и Тэхёном. Нужно присмотреться к омеге тщательнее, есть в нём что-то зловещее. Сам Ким очень рад, что Намджун вернется. Про сигареты он долго думал и до него дошло, наконец, что такие курил Бёнхон. Опрометчиво было оставлять следы, но подробности Тэхён узнает уже у друга, главное, что он живой.

***

Отец злой, кричит на работников и швыряет предметы, пока проходит собрание. Ингук с Чонгуком только переглядываются все два часа, но подойти к Бёнхону не решаются. Он первым покидает зал и за ним следуют все остальные, братья остаются одни. Чонгук собирает в папку документы, а младший, будто никуда и не торопится, разваливается на стуле и смотрит на брата из-под ресниц. Смеётся. — Что? — не выдерживает Чонгук. — Да ничего, забавно наблюдать за твоей ложью, — качается альфа, старший надеется, что он упадет и разобьет голову. — Это из той же истории «всё твоё-моё» или он тебе правда нравится? — Тэхён? — быстро понимает Чон. — Он мне не нравится. Я просто подарил цветы, ты видишь в этом что-то? — Ты, как и я, ничего просто так не делаешь. Говори, брат. Мне очень интересно послушать очередную ложь. — Это ты патологический лжец, а не я, — поднимает взгляд альфа. — И мне нечего тебе сказать. У твоего омеги день рождения, я захотел поздравить, не чужие люди всё-таки. — Что ему твои цветы? — хмыкает Ингук. — Я подарил ему машину, а вечером подарю себя, — Чонгук собирается уходить, но слова брата прибивают ноги к полу. — Буду его трахать. — Прости? — шумно сглатывает Чон, которому дурно только от мысли становится. — А что? Мы долго тянули, сегодня я возьму своё. Во всех позах его выдеру. Блять, — закатывает глаза младший, — какой же он сексуальный. Да, Чонгук? Чонгук хочет выбросить брата в окно, чтобы в лепешку превратился. Заткнулся уже, наконец, и перестал такие вещи говорить. Его омега, имеет право, но Чона перекосило заметно. Этот манипулятор снова нажал на нужные точки и теперь в нём нет сомнений, что Тэхён брату очень интересен. Не важно, по какой причине. Ингук поднимается, забирая документы, и подходит к Чонгуку, убирая с плеч невидимую пыль, в глаза с вызовом смотрит. — Очень хочу услышать, как он будет стонать моё имя, — явно в кайф приходит альфа, старший сжимает в руках папку, не хочет показывать эмоций, но уже поздно. — Моё имя, — добавляет Ингук и выходит из зала. Ингук хочет Тэхёна. Его пальцы в своих волосах, его губы на щеках, его ноги на плечах. Душу его и сердце. Хочет видеть в своей постели обнаженным, плачущим от того, как ему хорошо, с кровью на губах и испачканным его семенем. Хочет разложить омегу на дряхлом столе в маленькой квартире Кима, на кровати, где Тэхён зашивал его раны. Ингук хочет его в ванной, покрытой пеной, хочет в салоне своей машины. Хочет омегу везде, где это возможно и невозможно. Альфа настолько жаждет его тела неприкосновенного, что перетрахал половину города, представляя своего одного единственного. А до него всё не дорваться. Сегодня тот самый день. Ингук уходит, оставаясь довольным реакцией брата на его слова. Чонгука мутит. Тошнит от самого себя. Он такой немощный и слабый. Ничего не может сделать в сложившейся ситуации, а теперь ещё вынужден слышать о том, как его омега будет развлекаться с братом. Боль сковывает, не даёт двинуться, альфа так и стоит на месте, у него конечности отказываются двигаться. Живешь себе спокойно, пытаешься не думать о Тэхёне, а Ингук приходит и правду в Чонгука вбивает словами. Он весь в крови, но не может найти рану. Эта самая искусная пытка, которая только может существовать. Мучить человека любовью, которую ему никогда не познать. Брат будет с Тэхёном той самой любовью заниматься, а Чонгук вызовет шлюх. О да, снова обманывать сознание, видеть только Тэхёна перед собой.

***

Сокджин заезжает за Арчи, переполненным энтузиазмом и надежд. Он боялся написать альфе, но издалека всё же подошёл. Уж слишком сильно зацепил его Ким, и какие бы гадости Тэхён ни говорил про него, омега не слушал. Приехав в роллердром Сучжон помог альфе надеть ролики, не переставая смеяться над ним, потому что у Сокджина совсем не получалось кататься. Он не успел заметить, как забыл о спящем омеге, что волновал его душу. Арчи был веселым, копией Кима в виде омеги, таким же открытым и жизнерадостным, со своими тараканами. Сокджин искренне смеялся над его шутками, но о чём-то серьёзном не думал, рассматривал омегу, как хорошего друга, с которым можно приятно провести время. Или же омегу, что не против, кажется, остаться у альфы на ночь. О большем Сокджин не грезил в отличие от Арчи. В голове образ Джо застыл, а он даже не позвонил, пусть прошло уже пол дня. Сучжон каждого своего парня рассматривал, как того самого. Он очень влюбчивый и доверчивый, как ребенок. Думает, что всего лишь развлекается со взрослым дядькой, который падает каждую минуту, но всё ведь намного серьёзнее. Сокджин страшный человек, у которого за душой достаточно смертей. Арчи — светлый парень, в голове вечеринки, кураж. Альфе его даже немного жалко. Они проводят вместе весь день, Сокджин возвращает его домой, ещё немного сидя в машине у подъезда. Омега думает, Ким под впечатлением о нём думает, волнуется вошёл ли Сучжон домой, а на деле фотографию Джо рассматривает.

***

Тэхён петляет между столиков, принимая поздравления от посетителей клуба. Здесь есть его знакомые из колледжа и со двора. Ким никогда так грандиозно не отмечал свой день рождения, но ему всё равно приятно, пусть и непривычно. Рядом с ним альфа, они уходят в кабинет омеги вместе с Хосоком и Юнги, выпивают. — Кстати, я забыл сказать, — машет руками Хосок, — точнее не хотел, но если промолчу, то с ума сойду. В общем, ты знал, что Чимин работает личным охранником у Чонгука? Тэхён, который до этого смеялся, потухает и резко трезвеет. — Мы видели его в ресторане, — добавляет Юнги. — Вот ублюдок, — крутится в кресле Ингук, поглаживая бедра сидящего на нём Тэхёна, — он специально нанял его, чтобы меня побесить. Тэхён потом всё выяснит, но это всё равно очень интригующая новость. Чимин в праве выбирать работу сам, но куда смотрел Чонгук? Ему, видимо, совсем безразлично, что Пак избил Кима до полусмерти. Это расстраивает, но не настолько, чтобы плакать. Тэхён включается в новый разговор с друзьями. К ним иногда заглядывает Арчи, сообщая об обстановке в клубе. Радостный не лучше друга, но он не делится больше событиями из своей личной жизни. А Тэхёну это не особо интересно, потому он расслабляется. С Ингуком толкового разговора не состоялось, он приехал сразу в клуб и поцеловал Кима, забывая об ужасном утре. Ким полностью лег на него, задумываясь о своём. После выпитого ему было не совсем хорошо и он частенько сбегал с Юнги в уборную, где Мин припоминал другу течку, в которую его парень чуть не стал убийцей. Тэхён смеялся. Главное, что Ингук не обижается на него, он чмокает в губы каждые пять минут и в новый разговор Хосока втягивает. Это лучший день рождения, потому что омега не проводит его в одиночестве, как бы там ранее не было. К ночи Тэхён понимает, что хочет спать. Он трясет Ингука за плечо, шепча о том, что устал и альфа смиренно поднимается с ним на руках. Хосок остаётся вместе с Юнги продолжать вечер. Чон сажает омегу в свою машину, но о сне совсем не думает. Всё поглаживает его по ногам и рукам, целует за ушком, пока они едут. — Ты же переночуешь со мной? — спрашивает альфа, а у Тэхёна слегка мозги плывут, ему давно стоило остановиться пить, потому что утром будет очень плохо. — Конечно, — ложится головой на плечо Ингука, обнимает. Альфа открывает перед омегой дверь, пропуская в квартиру, и провожает до спальни, откуда открывается красивый вид на ночной город. Ингук встаёт за его спиной, проводя ладонями по спине. — Ты так и не сказал, — шепчет на ушко Чон, — тебе понравился подарок? — Очень, — разворачивается в его руках омега, целуя. Ингук сразу вешает Кима на себя, унося к кровати. Бросает и сверху нависает, заползая ладонями под рубашку. — Сейчас? — звучит испуганно Тэхён. — Это же твой день, — не останавливается Ингук, начав расстегивать пуговицы. — Ты думаешь, я давлю на тебя? Пользуюсь? — Нет, нет, — машет головой омега, но он пока не понимает, хочет ли близости с альфой. — Я просто ничего не чувствую как бы… — запускает пальцы в волосы Чона. — Давно не пробовал и… — Тише, всё будет хорошо, — обещает Ингук, примкнув губами к шее омеги. Он начинает точить зубы о бледную кожу, мечтая укусить Тэхёна, впиться до крови, оставить свой след, показать принадлежность всему миру, чтобы никто не посмел на его омегу смотреть. Чон не в состоянии удержаться, сделать всё правильно, он свои инстинкты заткнуть не может. Языком от пупка до подбородка ведет, причмокивая. Тэхён пьянит его, а не выпитый алкоголь. Альфа цепляет бусинки сосков, сжимая в руках талию, а сам хруст сломанных костей хочет услышать. Ким не тряпичная кукла, но его хочется раздавить с повреждениями, чтобы внутренности наружу, обнажая красивое нутро. Ингук сходит с ума. Тэхёном овладевает возбуждение, потому что он выпил, понимает что просто должен хотеть своего альфу, но в нём нет того самого желания. Ингук совершенен, к Киму, как к божеству относится, пытает его своими ласками, безумной чувственностью и похотью в глазах. А омеге хоть бы что, он где-то на молекулярном уровне ощущает бабочек в животе. Просто рад тому, что сейчас проводит ночь со своим мужчиной, который думает о нём тоже. Но думает Ингук лишь потому, что обязан удержать Тэхёна рядом, никто так не действует на него, как этот омега. Чон снимает с него одежду, ноги на плечи закидывает, к члену наклоняется. Омега выдыхает рвано, собирая постель в пальцы. Ему хорошо от мыслей, которых сейчас в голове нет. Ингук мастерски начинает трахать Тэхёна языком, распаляя в нём пожар, ведь хочет чтобы они вместе то сумасшедшее желание на двоих делили. Но это будто всё бутафория. Какая-то наигранная страсть, но Ким другой и не требует, соглашается на всё. Он снова купился на манипуляцию со стороны Ингука. За всё нужно платить. Альфа его пальцами растягивает, а Тэхён плачет от безысходности. Потому что только тело хочет Ингука, не душа. Ким безвольным нечто остаётся распятым на чёрных простынях, позволяет кукловоду за нитки дергать, делать с ним всё, что вздумается. Как-то не вовремя спадает с омеги наигранность, он в себя приходит от боли, всё привыкнуть не может. Ингук обещает, что всё хорошо будет, теперь Тэхён не знает, стоит ли альфе верить. Чон тремя пальцами его растягивает, к губам поднимается, отвлекает, уже не держится, рычит. Один вид на омегу и всё — считай пропал. Тэхён готов перейти на новый уровень, доказать свою любовь. И притвориться, что с ним всё в порядке. Снова. Ким тянется к ремню альфы, член сочащийся смазкой освобождает. Боится, но трогает, отвечая на поцелуй. Ему нравится всё, кроме того, что на него смотрят, как на кусок мяса. Ингук взглядом разрешение спрашивает, а у Тэхёна слезы, нечего добавить. Чон его ноги шире разводит, блаженно стонет от красоты, что перед ним и только для него. Омега жмурится, губу закусывает, стоит альфе головкой толкнуться. Всё-таки внутренние «против» Тэхён не преодолел. Хотел сбежать, но всё таким же обязанным себя чувствовал перед Ингуком. Он закричал, впиваясь в плечи Чона, но крик никак не останавливал альфу. Садист в нём бился в экстазе и, стоило заполнить Кима полностью, он стал двигаться резко, не давая привыкнуть и соскочить. Тэхён захлебывался собственными воплями, полосуя спину Ингука до кровавых полос, но в нём ни смирения, ни жалости. В нём «я всё ещё живой». Чон на бедрах следы пальцев оставляет, хочет покрыть всего омегу своими укусами, чтобы Тэхён его запах в себя впитал навсегда. Хочет проникнуть ему под кожу, поселиться в разорванной душе, но пока ту самую душу вытрахивал из Кима. Со временем омега и сам привык, тянулся к альфе, в рот ему стонал, кричал, в конвульсиях бился от того, как Ингук его личность собой затмил. Альфа его перевернул, будто Тэхён ничего не весил и, словно издеваясь, сам попросил насаживаться. Ким в подушку уткнулся, лишь задом подмахивая, Ингук его пожалел. Рука потянулась за телефоном, что лежал в кармане брюк на краю кровати. Альфа включил камеру и стал снимать, видно в полумраке было достаточно. Понять, что происходит — тем более. Чон схватил свободной рукой Тэхёна за волосы и стал помогать двигаться, усмехаясь. — Ты молодец, — хрипел Ингук, вынуждая громче стонать. Он остановился, шлепая омегу по ягодице и просунул в него пальцы, во всех красках снимая для брата эту ночь. — Ингук, — протянул Ким, желая снова быть заполненным, и альфа закончил запись, входя в него и попутно отправляя видео Чонгуку. У Тэхёна ноги не хотят его держать, Чон в мертвой хватке не дает упасть, ускоряется, сжимая член омеги. Эти стоны — песня, которую Ингук слушал бы до конца жизни. Он размазывает по спине Кима сперму, хохочет, имя своё пишет. Омегу до пика рукой доводит и дает упасть в забвение тут же. Тэхён сразу засыпает, вымотавшись, а Чон ложится рядом, в кончик носа его целует. Тэхён потерялся в толпе. Он — призрак толпы. Во сне увидел Чонгука. Срываясь с места, он кинулся в толпу, чтобы догнать его. Блуждал глазами между людей, теряясь и задыхаясь от мысли его потерять. Через мгновение Чонгука уже не было среди толпы. Остался лишь пепел сигареты и тень от заката. Тэхён резко проснулся, было три часа ночи. Сердце бешено стучало, отзываясь в голове. Он посмотрел в окно: рассвет скоро заиграет красками, а город всё также будет спать. Ким хранит молчание, но хранит ли его город? Тень, силуэт, сигарета, но оставленная не Чонгуком. На часах пять утра. Тэхён вышел на балкон, чтобы закурить. Пищей стали размышления. Страшно столкнуться с Чонгуком, чтобы напомнить себе, что омега погиб внутри себя. Что ему делать? Он мерзнет долго, пока не решается уйти в душ и смыть с себя следы Ингука. Более не спится. Тэхён снова поднялся на ступень выше и гордился собой, а что в итоге то? Пусто. Он не знает, зачем набирает номер Чонгука, но звонит альфе, сидя в уже холодной ванне. — Ты снова не один, — по голосам понимает, но даже не представляет, что чувствовал альфа, увидев присланное братом видео. Да, Чонгук тоже отрывался, но пришёл к тому, что ничто не заткнет в нём ненависть к брату. — Почему ты мне звонишь? — пытается не кричать альфа, он оставляет в спальне омег и выходит, закрывая дверь. — Не знаю… просто. — Разве Ингук не с тобой? — Он спит, а я не могу, ты мне приснился. Знаешь, я тогда этого не сказал, но, кажется должен, — пускает волны ногами в ванной омега, слезы глотает. — Ты правильно поступил со мной, но я считаю, что никакой любви с твоей стороны нет. Ты думаешь, что любишь, потому что мы истинные. Этот факт меняет тебя, но ты не знаешь меня. Ты не можешь любить меня, только потому что я твой омега. — Я не говорил, что люблю тебя… — закуривает на кухне Чонгук, — ты этого хочешь? — Я не знаю, чего я хочу, — уже в открытую рыдает Тэхён. — Мне приехать? — Ты не знаешь меня, а я не знаю тебя, но истинность. Думаю, если бы даже я не знал о ней, меня бы всё равно тянуло к тебе. Да, ты мне чужой, но это не отменяет того факта, что мы должны быть вместе. И мне так больно… больно от того, что ты бросаешь меня, как и все. Зачем ты так поступаешь? — Я уже сказал. — Возможно, любовь не самое важное в жизни, для тебя по крайней мере, но в таком случае не нужно было добивать меня своей истинностью. Мне и без неё жилось отлично. — За это прости, может и не стоило говорить. Главное ты счастлив. — Я тебя ненавижу. Твои страхи, твою слабость, твои слова. Я буду тебе назло счастливым, — заикается от рыданий омега, — а ты смотри со стороны и помни о том, что когда мой рай кончится, я устрою ад тебе. — Больше эмоций. — Что? — Скажи ещё что-нибудь такое, думая, что мне от этого станет погано. — С очередным утром, в котором нет меня, — бросает телефон на кафель Тэхён.