Monologues

Тэхён успел подготовить себя ко встрече с большой семьёй своего альфы, но продолжал чувствовать себя неуверенно, не отходя далеко от Ингука. Его отец лебезил перед братьями, что только вызывало смех. Самый старший Мигён, явно недолюбливал Бёнхона, на все его высказывания только цыкал. Тэхён быстро состряпал в голове психологический портрет омеги, который интересовался только своими двумя детьми. Возможно, из-за гипер опеки папы, они всё ещё не вышли замуж. Да и супруг Мигёна был слегка пришибленным. Аин был младше его на год, казался Тэхёну намного проще и усидчивее. Он один растил троих детей, что разбежались по дому, не желая слушать стариков, Ким их понимал. Больше всего омеге импонировал Донук, совсем не выглядящий на свой возраст. Альфа всем мило улыбался и, кажется, трезво оценивал ситуацию в доме, которая накалялась каждую минуту. Пару раз Тэхён выходил с ним пропустить по бокальчику вина, альфа оказался эстетом и заядлым ловеласом, говорить с ним было интересно. На себе Ким не чувствовал лишних взглядов, будто родственникам Ингука было совсем наплевать с кем племянник встречается. Похуизм был в крови у каждого, но не у Бёнхона, который то и дело смотрел на Тэхёна из-под бровей. Когда приехал Чонгук, народ слегка приободрился. Омега с ним не здоровался, сидел на ручке кресла, в котором расположился его альфа, но за Чонгуком поглядывал. Он, может, и не хотел показывать злость или грусть, которые в его глазах преобладали, но спалился перед братом и его омегой. Чонгук ещё когда мимо Тэхёна прошёл, ощутил как сильно омега пахнет Ингуком. То видео всё ещё мелькало перед глазами. Старший долбанный извращенец, который измывался над шлюхами остаток дня и ночи, ставя в коленно-локтевую, представляя всё того же Тэхёна. — Скоро полночь, где он? — Дэким бегал за прислугой, которая не успевала подносить гостям напитки. — Милый, он собирался вообще? — Дедушка приедет, пап, — ответил Ингук, больше всех ожидая встречи с Лукой. Альфа не часто опаздывает, но значит на то есть причины, Чон ждал его, потому что дедушка единственный мог заткнуть всех родственников и прекратить анархию. Лука подъехал к половине двенадцатого, вошёл в дом, как самый настоящий король. С губ Тэхёна тут же сорвалось: прекрасен. Несмотря на свой преклонный возраст, альфа выглядел хорошо. На нём был чёрный смокинг, а седые волосы средней длины убраны назад. Он улыбнулся, обнажая белоснежные зубы, и стрельнул глазами в младшего сына, первым здороваясь именно с ним. — Я так по вам скучал, — в его словах Тэхён уловил иронию. — Каждый год бы так собираться, правда? — Ингук рассмеялся и альфа перевёл на него взгляд, направляясь в сторону сидящей в кресле пары. — Внучок, — парень поднялся, чтобы обнять дедушку. — Что за нимфа рядом с тобой? — Мой омега, Ким Тэхён, — подал руку альфа и омега поднялся, кланяясь мужчине. — Тэхён? — изменился в лице дедушка. — Да, — вернулся на место Ингук, утягивая Кима на колени. — Как видишь, не только Чонгук может иметь постоянные отношения. — Точно, — отозвался Лука, Тэхён не мог понять, что в нём было не так. Удивился ли альфа тому, что его взбалмошный внук мог иметь омегу, или его смутило что-то ещё. Они не так часто виделись с дедушкой, вряд ли его хоть как-то волновало то, с кем Ингук встречался. — Надо выпить, — сразу ушёл к столу альфа. — Я ему не понравился, — надул губы Тэхён. — Неправда, — целовал его в щеку Ингук, — он просто с дороги устал. Меня больше Чонгук напрягает. Интересно, когда он уже взорвется? — За ним интересно наблюдать, — ухмыляется Ким, так же смотря на старшего. — Как в зоопарке, — Ингук рассмеялся. Часы бьют двенадцать, Тэхён держит за руку Ингука, не хочет желание загадывать, он целует альфу и выпивает шампанское. Все рассаживаются вокруг стола, снова начиная галдеть. Лука потупил взгляд в бокал, отвечая на все вопросы Бёнхона смазано, поглядывая на Тэхёна и Ингука. Омега сбежал курить на улицу, забывая о куртке и зажигалке, но возвращаться уже не стал. Спустя минуту одиночества к нему присоединился Лука и Ким не знал, чего ожидать. Альфа подкурил ему сигарету, шутя о вреде здоровья. — Извини, что я так пялился, — признал ошибку мужчина. — Ингук никогда не знакомил омег с семьёй. Как вы познакомились? — У нас так часто об этом спрашивают, — смеётся Ким. — Думаете, я не достоин его? — Нет, загвоздка в другом. Я рад за внука, но теперь буду волноваться за тебя. Ты много знаешь об Ингуке? — У каждого свои скелеты в шкафу и, если вы рады за него, то не стоит портить моё мнение о нём. — Раньше я над судьбой смеялся, не верил, но когда тебя увидел, у меня пропал дар речи, — смотрит в темное небо альфа. — Дай угадаю, Чонгук к тебе так же неровно дышит? — Вы меня пугаете. — По нему всё заметно, он постоянно смотрит на вас и много пьёт, только алкоголь не поможет забыться. Я бы не приехал, если бы не Чонгук. Бёнхон не успокоится, пока не отпишет ему компанию, но просто так он этого сделать не может, хочет с семьёй посоветоваться. Кстати, он уже начал вещать, но это так скучно, что я сбежал, — улыбается он, — очень обидно за Ингука, правда? Я всё гадаю, как брат может с ним так поступать. А потом понимаю, что это забота. — Забота? — Конечно, ведь Чонгук ходит по тонкому льду. Наркотики никогда не доводят до хорошего, — удивляет своим высказыванием омегу и Тэхён сразу смекает, что Лука знает больше всех в этом доме. — Мне всё равно, чем занимается Чонгук, — отрешенно отвечает Ким, пальцы начинают каменеть от холода. — Пусть хоть сам колется, плевать. — Знаешь, почему именно наркотики? — наклоняется к омеге Лука. — Это опасный бизнес в нашей стране, но успешный. Настоящий король преступного Сеула идеально скрывается и не имеет никакого отношения к наркотикам. И не дай, Боже, Чонгуку с ним связаться. Думаешь, мальчики ужасны, потому что воюют друг с другом? Нет. Они-то себя сожрут взаимно. — Откуда вы всё знаете? — выбрасывает сигарету омега, обнимая себя за плечи. — Они мои внуки, моя обязанность знать, чем они занимаются. Их дела могут разрушить нашу империю, но по правде говоря, я тоже начинал с наркотиков. Так вот, будь осторожен, Тэхён. Это мой внук тебя не достоин, потому что рано или поздно он снова сядет, либо его убьют, а тебе с этим всю жизнь жить, — уходит в дом Лука. У Тэхёна взрывается голова и хочется остаться на холоде, подумать, но он возвращается. Слышит где-то сквозь вакуум, что Бёнхон Ингуку тоже какие-то акции собирается отдать. Значит, не обделит сына, уже приятно. — Останемся? — спрашивает Чон, когда гости распределяют комнаты в особняке. — Нет, я хочу домой, — поднимается омега, Ингук отдает ему ключи просит подождать в машине, Тэхён прощается со всеми и выходит, не замечая отсутствия Чонгука. Ким открывает машину, пока направляется к ней, но стоит ему коснуться дверцы, как Чонгук вырастает за спиной и Тэхён вздыхает, потому что ему только разборок не хватало. Он оборачивается, на альфе нет лица. Его не жалко, он получил то, что получил, смотря на то, как брат зажимался с Тэхёном. — Слушаю, — поглядывает на двери дома омега, а Чонгук не знает, что сказать. — Надеюсь, новый год принесет тебе много счастья. — Я уже счастлив, — закатывает глаза омега. — Чего подошёл-то? Ты дал понять, что я тебя не интересую. Так бывай, Чонгук, — открывает дверцу машины Тэхён. — Или мне сказать тебе что-то ужасное? Галстук к костюму не подходит, — усмехается омега и садится в салон, захлопывая дверцу. — Тебя к нему магнитом тянет? — выходит Ингук, зыркая на брата. — Предупреждать больше не буду, начну в морду бить, — садится за руль альфа, выезжая со двора.

***

— Ты забыл, на какой помойке я тебя нашёл? — разрывается альфа, выкидывая омегу из дома. — Как у тебя только хватило наглости? — Всего пару тысяч! — отряхивается от снега парень. — Ты не даешь деньги, так я сам возьму! — Как ты код от сейфа узнал? — спускается по ступенькам Исин. — И куда тебе такая сумма? Сбежать вздумал, подлец? Я верну тебя туда, где нашёл! — хватает омегу за ворот толстовки. — Этот новый год ты у меня не забудешь никогда, — бьет с кулака в лицо. — Слышишь, Вихён? Десять минут назад альфа вошёл в спальню, где застукал омегу у сейфа, но деньги украсть Ким так и не смог. Ему не хватило времени до полночи, чтобы скрыться из дома. Альфа ударил его вновь, размазывая по лицу Вихёна кровь ладонью и откровенно наслаждаясь кровавым месивом вместо красивого лица. Омега не плакал, стойко выдерживая удары своего альфы, который часто бывает чем-то недовольным, но управы на него нет, и сбежать от него Вихён уже не может. Исин не просто парень, которого легко можно бросить и жить дальше своей жизнью. Он являлся известным в узких кругах мафиози, которому ничего не стоило убить Кима. Его ярость Вихёну понятна, и получает он наказание заслуженно, но это настолько осточертело, что выть охота. Исин контролирует его уже несколько лет, не даёт шагу лишнего сделать. Этот альфа не один из богатых любовников, которые осыпают подарками и выходят с тобой на публику, чтобы покрасоваться. Вихён для Исина дикая зверушка, над которой измываться можно сколько угодно. Омега вырос в детском доме и прекрасно себе жил после выхода. Государство предоставило скромную однушку на окраине Сеула, Ким нашёл работу, от которой не был в восторге. Вряд ли кто-то мечтал угробить молодость, будучи дворником, но денег хватало. Бывало, что становилось тяжело, но Вихён к трудностям привык. С Исином он познакомился пять лет назад, когда возвращался домой поздно ночью. Альфа заметил его первым, проезжая мимо Кима. После омега узнал, что неподалеку от района, где он жил, у Исина были разборки с недоброжелателями. Тогда он с легкостью познакомился с Вихёном и всё закрутилось, завертелось. Счастье долго не продлилось и альфа показал своё истинное лицо. Остаётся терпеть, потому что Исин кормит, одевает, деньги раньше давал, сейчас это сошло на нет. А Вихён быстро привыкает к новой обстановке, поэтому остался у него, но недавно понял, что ему было бы лучше одному. — Прости, — сплюнул на снег кровь омега, — я больше не буду. — Ты как ребенок! Не будешь? Кто бы тебе ещё позволил, — бросил его Исин, вытирая сбитые костяшки о брюки. — Я хотел сделать ремонт, клянусь! — И мне в это поверить? — Приедь ко мне и посмотри, в каком состоянии квартира! — кричит Ким. — Мне не на что там смотреть, проваливай, — поднимается в дом альфа. — Посиди в одиночестве и подумай над своим поведением, — Исин кивает охранникам, чтобы увезли Вихёна домой.

***

— Давно встал? — приглаживает волосы Ингук, выйдя на кухню, где у плиты крутился Тэхён. — Как видишь, — помешивает суп в кастрюле омега, которому совсем не спалось в новогоднюю ночь. Ингук подходит сзади, прижимая Кима к столешнице. — Не сейчас же, — ноет, а сам ластится, пока Чон засосы, оставленные несколько часов назад, вылизывает на его шее. Альфа сажает его на стол, сметая рукой грязную посуду, и раздвигает ноги Тэхёна, сам ещё обнаженным оставаясь. Он не тратит время на растяжку, отодвигает вбок полоску трусиков омеги и пристраивается, ухмыляясь. Ким хватается за его плечи, а сам на суп поглядывает, тут же молится, чтобы тумба не рухнула. Его кухня не предназначена для такого. Ингука уже ничего не останавливает, в его глазах животное желание, а в руках Тэхён, который стонет сладко его имя. Омега бьется головой о верхний ящик, закатывая глаза в удовольствии, которое ему больше не секс с Чоном приносит, а своя значимость для него. То, как Ингук одержим им — само по себе возбуждает. Альфа кончает в него, из-за чего получает злобный взгляд и пару матерных слов в свой адрес. Тэхён выключает плиту и бежит в душ, куда за ним следует Ингук. Чон просто так не отпускает, к стенке кафельной омегу прижимает, раздевая и целуя. Пока не насытится — не отпустит, но ему всегда будет мало. — Что это? — замечает подвеску на Тэхёне в виде полумесяца. — Он с детства со мной. Приснилось, будто я его потерял, сразу полез в шкатулку. Нашёл и надел. Нравится? — встаёт на носочки омега, соединяя руки за шеей Чона. — Знал я парня, который тоже носил похожее, только солнце. Бесполезная безделушка. Хочешь я куплю тебе бриллиантовое ожерелье? Тебе бы очень пошло, — подхватывает Кима под ягодицы, затаскивая в душевую кабину. — Тебе нравится дарить мне дорогие подарки? — ухмыляется, пока Ингук медленно входит в него, оставляя поцелуй на шее. — Мне это очень нравится, — набирает темп альфа, пока Тэхён пытается дотянуться до крана и включить теплую воду, но ему не дают. Омега растворяется в чужом теле, ловко подпрыгивая на члене и полностью отключаясь от реальности. Ингук всё же дает ему принять душ только после третьего захода и выходит первым, успевая позавтракать и одеться, когда Ким возвращается. — Ты едешь на работу? — смотрит на альфу Тэхён, пока Ингук застегивает ремень. — Пару вопросов улажу и вернусь к тебе, — целует в щёку Чон и дверь за ним хлопает. Вопросы Ингука могут продлиться до самого вечера, поэтому Тэхён уходит к Намджуну, чтобы выпытать у друга всю правду о похищении. В целом омега историю знал, но ему было скучно сидеть одному дома в ожидании Чона. — Тебе не страшно? — спрашивает Намджун после своего рассказа. — Бёнхон понимает, что ты можешь в любой момент открыть рот, к тому же у него семья мутная, неизвестно, ещё чем промышляет его отец и братья. Он хотел меня убрать, человека, который ничего ему не сделал, а ты пришёл и сразу в лоб правду сказал. — Я тебя вытащил, как ты сказал, из вонючего подвала, где тебя бросили гнить, так что не надо мне тут. — Тебя убьют, — голос Намджуна от страха становится выше. — Убьют! — И пусть, — не отступает от своего Тэхён. — У меня была мысль обобрать Чонов на самом деле, но их дедушка озвучил много неприятных фактов, поэтому я в затишье. — Прости, что? Ты хотел денег? — Я хотел власти, но то, что сейчас происходит в криминальном мире, получше любого боевика. Как думаешь, мне бы пошло быть наркобароном? Хотя, это не совсем моё, но я бы создал какую нибудь фирму по найму и мочил всяких ублюдков вроде Канджуна. — Ты не справишься. — Сомневаешься в моих силах? Поверь мне, Намджун, если я чего-то очень сильно захочу, я это получу любой ценой. А сейчас я чётко понимаю, чего хочу. — У тебя же любовь с Ингуком? — Любовь? — улыбается Тэхён. — Это не любовь, мы зависимы друг от друга так же, как я был зависим с Чимином. До добра такие отношения не доведут, — огорчается омега, — но сейчас он мне, как воздух нужен. Понимаешь? Я же не совсем идиот, чтобы верить ему вообще. Вроде и знаю о нём достаточно, а кажется, будто совсем ничего. — Пока я буду на твоей стороне, Тэхён, но если что, — опускает глаза альфа, — на меня не рассчитывай, я на тот свет не собираюсь. Ты такую ношу не потянешь и здесь тебе даже Бёнхон не поможет. — Вот и посмотрим, — поднимается с кровати Ким, выходя на балкон, альфа идет за ним. — Мне нужен статус, а не величие. Больше я никому не позволю издеваться над собой.

***

Джо хотел бы верить, что Чонгук отправил принимать его товар, потому что стал доверять, а не по обычной прихоти. Альфа явно видел в Киме перспективы, а омега не смел перечить его приказу. В шесть утра Джо ехал с десятком альф на место встречи, что было не так далеко от центра. Всё чаще Чонгук стал проводить сделки прямо на глазах мирного населения, говоря о том, что подозрений меньше, нежели, когда его люди выезжали за город. Джо оставил машину у высокого забора, за которым проходила стройка, но та временно приостановилась из-за погодных условий. Омега забрал с собой альф и вошёл на территорию будущего дома. Света было катастрофически мало, а белый снег не спасал от темноты утра. Джо собирался позвонить Чону, чтобы удостовериться в том, что его не кинут. Но вскоре продавцы появились и Ким расслабился. Он проверил товар несколько раз и сказал альфам его загружать, пока расплачивался. Стоило Джо отдать в руки мужчин кейс с деньгами, как он заметил на своей руке красную точку. Света стало достаточно, чтобы увидеть людей в полицейской форме. Омега испугался, дернулся назад, а ему прямо под ноги выстрелили. Легавые со всех сторон сбежались, замыкая мужчин в круг и тогда Ким понял, что он попал по самое не балуйся. Их там же повязали.

***

— Чонгук! — забегает в кабинет альфы Сокджин. — Ты уже знаешь? По альфе всё становится понятно, даже скорее не по Чонгуку. Сокджин приехал к нему сразу, как только узнал, что Джо в полиции, придумал уже сотни историй, которые был готов скормить копам, лишь бы омегу и его людей отпустили. Начало нового года обещает быть незабываемым. Ким приехал за подробностями к Чонгуку, но на его глазах на альфу надевали наручники. Двое полицейских вывели Чона из кабинета, а Сокджин так и остался стоять в полнейшем шоке. — Вам следует с нами проехать, — обратился мужчина в форме к Киму. — Или вас тоже силой нужно брать? — Я поеду, — потупил взгляд альфа, волнуясь за то, что может уже не вернуться в свободную жизнь. Чонгука и Сокджина допрашивают о поставке. Джо со страху выложил достаточно информации, чтобы альф привлекли к ответственности. Чон не оставляет следов, понимая, что играет с огнём. Он не боялся полиции, потому что был уверен в том, что делает всё чисто. Кто-то мог лишь слух пустить о том, что альфа наркоторговец, но чтобы взять и сдать — не посмеют. Чонгуку светит пятнадцать лет, что в голове у альфы долго уложиться не может. Его жизнь прямо на глазах разрушилась. Он подозревал, что полиция заинтересовалась им, поэтому отправил на сделку Джо, не боясь, что тот сможет открыть рот или испугаться. А всё выходит совсем по-другому, и благодаря языку омеги Чонгук остаётся в полиции.

***

Бёнхон отказывается хоть как-то комментировать ситуацию с сыном, и кое-как пробирается к своему офису в окружении охраны. Альфа думает, что сможет выдохнуть, когда запрется в кабинете, но там его уже поджидает Ингук и отец не сдерживает разочарованного вздоха. — Знал, — кивает сам себе Ингук, смотря на отца с оттенком грусти на лице. — Почему ты молчал? — Ты знаешь, как дедушка начинал наш бизнес, а я не имел права перечить вам, — идет к столу альфа. — Это послужит вам уроком. — Ты хочешь, чтобы Чонгук сел? Он же твой любимый сын! — бьет себя по коленям альфа. — Кому же тогда империя достанется? — Он эту кашу заварил — ему и расхлебывать. — А может, ты ничего внятного сказать не можешь, потому что всё решает дедушка? — не хочет мириться с безразличием к брату Ингук. — Он над тобой и ты все его приказы выполняешь, как солдат. А дело касается семьи. Ты молчал. Почему? Какой урок? Ждал, пока нас обоих посадят? — Вы хотели быть самостоятельными, но выбрали не тот путь. Мы с дедушкой знали, что вы хотите сделать, и дали вам шанс шишки набить. — Нет, отец, тут другое. Ты просто не мог сказать ничего против. Ты же на Чонгука, как на икону молишься, какие запреты? Ему можно всё. Мне интересно, как ты дальше поступишь. Разрешил ему стать монстром, так плати за свою ошибку. Ты в принципе всех сделал монстрами, а на самом деле я вижу только одно чудовище. Ты, — бросает альфа, выходя из кабинета. На парковке его ждет Тэхён, облокотившись о салин. Омега смотрит в экран телефона, когда Ингук возвращается, ему так и не удалось выпустить пар, пока он уходит, всё так же кроет. — Ну что там? — обнимает альфу Ким, пытается поддержать Чона, чувствует, что если не сделает этого, то Ингука от злости разорвет. Тэхён не понимает его реакции на арест Чонгука, но и сам не в лучшем расположении духа. С одной стороны хорошо, что старшего рядом больше не будет, а с другой… трудно сказать, что происходит. Чонгуку не отвертеться, как и Джо, за которого Тэхён переживает меньше всего. — Он не будет его вытаскивать, либо я что-то не так понял, — в ухо говорит Чон, — мне нужно поговорить с дедушкой, пока он в городе. — Поехали? — альфа отпускает Тэхёна, давая сесть за руль. Лука на пару недель поселился в отеле, все его дети успели разъехаться, а альфа остался немного в городе, чаще всего пребывая у Бёнхона и его супруга. Ингуку нужны были ответы на вопросы, он так надеялся, что дедушка хотя бы не станет нести такой же бред, как его отец. Почему семья так резко отворачивается от Чонгука? Младший не топит за то, чтобы они вытащили его, потому что самому только на руку это, но сколько же всего на него может свалиться, пока брат в тюрьме? Ингук знает, каково там, долго Чонгук не выдержит, если попадет за решетку. И кто его знает, сколько на самом деле лет проведет за ней. Тэхён паркуется у отеля, хочет остаться в машине ждать, но Ингук утягивает за собой, вместе с омегой поднимаясь в президентский люкс деда. Лука встречает их с улыбкой, пусть и не ожидал гостей. В его номере слегка разбросаны вещи, а на столике в прихожей средства по уходу за волосами, омега усмехается. Ингуку смеяться некогда, он сразу уводит родственника в большую комнату, где ещё минуту назад работал телевизор. Дедушка куда-то собирался, но это Чона сейчас никак не волнует. — Отца я не понял, ты мне объяснишь, что вы собираетесь делать с Чонгуком? — садится на диван альфа, подзывая Тэхёна рукой к себе. — Моя семья долго отмывалась от криминала, — улыбки на пожилом лице больше нет, альфа смотрит на омегу, севшего рядом с Ингуком, — а вы снова эту кашу заварили. Это у нас в крови — жажда смерти. Думаю, ты и Чонгук понимали, что в какой-то момент отец может психануть и оставить вас без гроша. Вы поэтому не туда свернули? — Мы выросли среди подонков и грязи, как бы не пытался отец прикрываться святым. Он достаточно зла наворотил, чтобы пытаться осуждать нас. Это легкие деньги, это способ жить. Мне и Чонгуку. И я никому не позволю отобрать это у нас. Между нами может быть всё, что угодно, даже война, но, — альфа слегка пугает дедушку своими высказываниями, — я никому не позволю трогать Чонгука. Он мой. И в тюрьму он не сядет. — Смешно наблюдать за тем, как все притворятся, что ничего не знают. — Да, — сжимает ладонь Тэхёна альфа. Ким смотрит на ковер, у него чужое «он мой» в голову гвоздями вбилось. Что же с Ингуком было? Его резкие слова не вяжутся с тем, каким его себе представлял омега. — Ты весь в своего деда, в Вонхэ, — хочет выпить альфа, вспоминая уже усопшего супруга. — Такой же психованный, несдержанный, неуправляемый. — К чему ты ведешь? — Если ты не прекратишь вести себя так, то закончишь так же, как и Вонхэ, в психиатрической больнице. Ты же знаешь, что тебе подарок от дедушки достался? — тычет в голову внука мужчина. — Все знают, Ингук, что ты болен. Тэхён переводит взгляд на альфу, тот его руку отпускает. Хотел ли Чон, чтобы омега был осведомлен о его проблеме? Нет, потому что тогда Ким по-другому на него смотреть станет, поймет, что от реальных чувств там ничего нет, всё поддельное. Слова, поступки, их любовь. Тэхён не знает, что думать, нужно ли ему сказать что-то, или сразу развернувшись, уйти? — Психопатия — не приговор, но в твоём случае… — добивает Лука. — Ты со мной сюсюкался, потому что я такой же, как и дедушка? — усмехается Ингук. — Я для вас всех урод. Я это знаю, но мне хотелось бы верить, что ты не такой, как родители, — его выворачивает от правды, которую Лука на голову вываливает. А на омегу всё посмотреть в ответ не хочет, Ким более руки его не держал и Ингуку страшно, что больше Тэхён её никогда и не возьмет. — Здорово. Меня считали за дурачка, а в итоге проёбываюсь не я. Тебе что, правда всё равно на судьбу Чонгука? — Бёнхон вытащит его при одном условии, если Чонгук прекратит играть в опасные игры. Наша семья далека от этого и если что, вы вдвоём будете в этом вариться. Думаешь, мы не знаем о том, что ты пытаешься вернуть себе власть? Ты не король, Ингук. Ты и твой брат останетесь на улице, это я вам лично обещаю. — Закончил? — Я много могу тебе сказать. Ингук поднимается, забирая с собой Тэхёна, который оборачивается, смотря на Луку. Альфа так рассматривает его, что у омеги мурашки по коже бегут. А теперь они из-за Ингука бегут. Он действительно был психом, но не таким, как Тэхён считал. Дедушка одним своим высказыванием всё внутри омеги перевернул и теперь Ким снова на распутье. Что он там хотел? Нет, он останется рядом с Ингуком сейчас. — Говори. — Не хочу, — ведет машину молча омега, если начнет высказывать, его унесет не туда. — Ты имел полное право скрывать. — Ты важный для меня человек, — касается бедра омежьего альфа, — кто бы что ни говорил, ты мой омега. — Я должен признаться, — начинает плакать Тэхён, пугая Ингука. Скорость на спидометре высокая, а омега не в себе мечется. — Я не люблю тебя… — смотрит глазами мокрыми, — я хотел использовать тебя и Чонгука. Во мне столько ненависти к альфам, у меня крыша едет от того, что со мной было. Я хотел отомстить, мне нужна эта кровь… — задыхается омега, скорость сбрасывает, понимая, что уже не видит дороги перед глазами, паркуется на обочине. — Мне нужно не сильное плечо, мне нужно знать, что я могу защитить себя, что я не беспомощный. Тэхён выходит из машины, опираясь о неё рукой. Его накрывает с головой, он так не умеет играть, как Ингук. Ему нужно было сказать всё это, никому хуже или лучше не станет. Слова делают его обязанным. Альфа обнимает, пытается помочь ему справиться с истерикой. Слышать от Тэхёна «не люблю» неприятно, но это так и есть. Ингук тоже не любит. Истинность? Нет. То, что Ким его использовать хотел — больше шокирует. Он мог бы обдурить альфу? Что же задумывал этот омега и почему сейчас взорвался? — Я хочу быть частью твоей жизни, — воет в грудь Ингука Тэхён, — я хочу быть твоим, но мне от самого себя страшно. — Скажи, что мне нужно сделать? Я не могу твои слёзы переносить. Что тебя тревожит? — Разве тебя это волнует по-настоящему? — поднимает голову Ким, не видя в этом лице того Ингука, которого знал. — Я нужен тебе для чего? — Не знаю, это просто притяжение. — Чонгук сказал, — снова новым воем заходится омега, — что мы истинные. Ты и я, и он… а ты рядом… а он боится тебя, бросил меня. — Я тебя никогда не брошу, — крепче прижимает его к себе. Значит, Чонгук сказал. Он бы стал врать о таком? Тогда Ингук может объяснить себе, почему к Тэхёну тянет. И почему брата к нему тянет. Но тут другое. Старший поступает по-свински со своим омегой, Ингук был бы не против потягаться с ним, но страх. Все только делают вид, что боятся Ингука? Или так есть на самом деле? Альфа целует Тэхёна в светлую макушку, в машину на своё место сажает, Ким всё всхлипывает. Его нельзя прощать, он хотел жизни рушить, почему Чон не кричит на него, где истинный мотив? Альфа просто машину ведет и всё, его будто не волнует ничего. Он не чувствует, Тэхён понимает. Помнит, когда дело Бёнхона изучал, там про его папу было немного написано. Он болен. Так же болен и альфа. Ким уже где-то на подсознательном уровне хочет вытащить Ингука, помочь ему справиться с пустотой, потому что сам Тэхён знает, каково это. Чон спас его, так же омега хочет спасти альфу, если это возможно, в чём Ким сомневается. Ингук привозит Тэхёна к себе, всё ещё плачущего и истеричного. Альфа укладывает его на постель и ложится рядом, обнимая и убирая челку с глаз. Почти все слова Кима прошли мимо ушей. Если души нет — её ничего тревожить не может. — Я плохой человек, — шепчет Ингук, — у меня нет тормозов, как у Чонгука. Я понимаю, почему ты был таким, потому что тоже нежности не знал. Я не тот человек, который тебе нужен, но я могу помочь. Я не сумасшедший, просто не могу ощущать эмпатию, но рядом с тобой мне очень хорошо, — целует в лоб и в глаза смотрит красные, — Чонгук тебе соврал, ты не мой омега, но я хочу, чтобы был моим. — О чём ты говоришь? — хрипит в тисках Тэхён. — Я своё уже встречал и потерял. Тебя я не потеряю. Из-за того, что я не могу чувствовать, Чонгук часто издевался надо мной, когда у нас был один омега. Он говорил, что омега тот самый, а я не понимал. Я не могу отличить симпатию от любви. Но тебя я не отдам ему, ты мой маяк, мой свет, моя жизнь. — Ты лжешь? — Если хочешь так думать, прошу. У меня нет цели убедить тебя в том, что мой брат ужасен, ты это и без меня знаешь. — Хорошо, я верю, — утыкается в шею альфы. — Я всегда буду тебе верить, только не надо пользоваться этим. — Кто тебя сломал? — резко переводит тему Ингук. Тэхён смотрит ему в глаза долго, будто решается и всё же, он рассказывает свою правду.

***

В квартире прохладно. Вихён кутается в одеяло и пытается отыскать в шкафчике на кухне хоть что-то съедобное, но его поджидает только старое яблоко и пакет сока. Довольствоваться приходится малым. Омега уверен, что Исин скоро забудет о неудачной попытке кражи и вернет Кима домой. А пока приходится в прямом смысле выживать, что не ново. На кнопочном телефоне Вихён смотрит время, почти десять вечера. Спать не хочется. После скромного ужина омега уходит в душ, смывает с лица кровь и намазывает ссадины кремом. Включив телевизор, который показывал изображение в чёрно-белом цвете, Вихён залез на диван, укрываясь одеялом, с которым не хочет расставаться. «Сын нефтяного магната Чон Чонгук задержан полицией, — говорит телеведущий, омега присаживается, смотря на альфу, которого в наручниках выводят из машины и ведут к зданию, окруженного репортерами. — Стало известно, что Чонгук несколько лет являлся одним из главных действующих лиц в преступной группировке, которая занималась распространением наркотиков по территории страны. Ведется следствие». — Что же ты творишь, Чонгук? — всё на альфу смотрит, который пытается лицо закрыть от снимающих его камер. — А я вам говорил! — бросает маленькую подушку в экран омега, начав от нервов теребить кулон в виде солнца на груди.

***

Сокджина выпускают под подписку о невыезде, но альфа не может успокоиться, всё думая о том, как вытаскивать Чонгука. Плана совсем не было. Ким не говорил ни с кем из родственников Чона, но понял, что те никак участвовать в освобождении альфы не собирались. Сокджин поехал в клуб Тэхёна, без мысли накидаться, Ким сидел за пустым от алкоголя столиком и просто думал. Он хотел увидеть Ингука, узнать, что думает Чон насчет брата. Но альфы не было нигде, Сокджин не мог дозвониться до него и найти. Тэхён казался выходом, только был таким же замученным, как и альфа. Тэхён давно заметил Кима в клубе, но подошёл чуть позже, не хотел красоваться перед клиентами своего заведения опухшим от слёз лицом. Омега забрал Сокджина в свой кабинет, там допивая ром. — Где Ингук? — Я не знаю, — смотрит в стену Тэхён. — Он пропал два дня назад. — С ним что-то могло случиться? — Я рассказал ему кое-что… кажется, он поехал мстить. — Что ты рассказал? — дергается на стуле альфа, а Тэхён на него стеклянными глазами смотрит. — Это не важно, Чонгук… — икает и выпивает Ким, — что с ним будет? — стук в дверь. — Извините, — входит охранник, — Сокджина хотят видеть. — Кто? — поднимается на ноги альфа. — Он представился Исином. — Зови, — по-новой наполняет стакан омега. — Тебе же нечего скрывать? — Я не знаю его, — возвращается на стул Ким. В кабинет входит Исин в сопровождении двух альф, которые остаются у закрытой внутри двери. Тэхён и Сокджин рассматривают неизвестного гостя в строгом костюме и явно дорогой шубе. На лице играет ухмылка, человека радует отчаяние в глазах напротив. — Ты кто? — Вы можете звать меня Исин, — убирает руки в карманы мужчина, — я хотел поговорить с тобой, Сокджин, — переводит взгляд на омегу альфа и тут же теряет дар речи. Вихён. — Я слушаю, — напрягается альфа, Тэхён без стеснения достаёт пистолет из-за стола и демонстративно кладет его на стол. Не может быть такого, чтобы Вихён за несколько дней настолько преобразился, да и как он попал в такое место, что делает рядом с Сокджином? Альфа запутался. — Тэхён, — машет головой Ким, чтобы омега не делал глупостей. Тэхён. Это не омега Исина, альфу отпускает, но сходство просто поражает настолько, что завораживает. Сам парень не хотел бы встретить своего двойника, это как-то слишком жутко. Да и на шее у омеги не солнце, там луна. Почему луна? Исин быстро переключается с Тэхёна на Сокджина, диалога с которым хотел. — Это лишнее, — добавил Исин, — никто не собирается устраивать пальбу. Вы должны знать, кто сдал вашего друга. — Ты? — одними губами выходит у альфы. — Да кто ты такой? — Меня в народе по разному называют. Ещё много лет назад Чоны позарились на мой бизнес. Увы, наркоторговля очень опасна в нашей стране, но, видимо парни этого не понимали. Нужно быть достаточно бесстрашным, чтобы сделать такое. Чонгук продержался долго. — Это конкуренция? — пьет омега. — В моём распоряжении проституция и игорный бизнес, на котором в своё время Чонгук мог бы ненадолго подняться. Я бы его не трогал, честно, если бы он под моё крыло присел, но Чонгук выбрал иной путь. У него с братом, кажется, война. — Тебе они чем мешают? — не выдерживает Сокджин. — Чонгук расширяться планировал, уже купил пару зданий, замахнулся на моё дело. Я курирую в стране весь криминал, а ваш друг обошёл меня мимо. Получил то, что получил. — Сука, — бросается на Исина Сокджин, охранники вовремя останавливают его, начав держать. Тэхён подходит к мерзавцу, задирая голову и дыша на мужчину алкоголем. — Не надо, Тэхён! — Я ничего не сделаю, — поднимает руки омега. — Мне хочется посмотреть в глаза, — и он смотрит, не моргая смотрит, подпитывая в себе ненависть. Ким видит человека в первый раз в жизни, но уже проклинает за совершенное. — Нужно было убивать Чонгука, потому что он выйдет на свободу и тогда не жди пощады. — Какой ты милый, — гладит омегу по волосам, а по запаху чувствует, что парень занят. — Думаешь, я боюсь твоего Чонгука или его брата? — А их бояться не надо. — А кого? Тебя? — не отстает от него Исин, наслаждаясь такой родной красотой, ему хочется вернуть Вихёна. — Почему? — Может быть, потому что я пальцем щелкну и они могут за тобой прийти? Ты подожди, мой альфа вернется домой, я в красках поведаю ему об этой встрече, — делает шаг назад Тэхён. — А сейчас покинь мой клуб, не вынуждай вызывать охрану. Исин посмеиваясь, уходит, а в кабинете продолжает висеть напряжение. Сокджин оседает, хватаясь за голову. Ему нужно срочно узнать об альфе больше, чтобы понимать с кем Чонгук связался. Им всем, кажется, будет худо, но Тэхён будто этого не понимает. Снова как не в себя пьёт. — Нам нужен Ингук, — обреченно говорит Сокджин и телефон омеги на столе вибрирует. — Юнги что-то прислал, — открывает скинутую ссылку Тэхён, ожидая увидеть очередной прикол от друга, но шутки не было. — «Чон Ингук задержан полицией при попытке к бегству с места преступления». — Что он сделал? — не может поверить словам омеги Сокджин. — Убил четырех человек, — телефон из рук падает на стол.