Рабочее название: "Одержимость"

Стеныстеныстены, они сводили с ума, - Мерлин! - как много стен, как много страха, как много боли. Драко не знал ни дня, ни ночи, он знал только стены, только давящее чувство - внутри и снаружи. Где-то за этими стенами был его Гарри, его милый возлюбленный; он ждал его, Гарри ждал его, Гарри любил его. Гарри... Драко не знал ни сна, ни реальности - всё смешалось в нём, всё перепуталось, перемололось в крошево из кошмарной яви и горького видения, где был он, Гарри, и Гарри звал, и плакал, и снова звал, и что-то спрашивал. Мерлин!.. помоги. Помоги вернуться к нему, помоги сломать эти стены, найти ответы, найти дорогу сквозь кромешный мрак к Гарри, милому Гарри, любимому Гарри. Гарригарригарри... Гарри, помоги. Драко не знал ни тьмы, ни света: он блуждал в пустоте, он кричал, но никто не слышал; он кричал так сильно, что кашлял кровью, но ни звука не покидало разодранной глотки; он кричал так отчаянно, что трещали рёбра от стука сердца, но никто не отзывался, никто не приходил к нему, Гарри не приходил к нему. Гарри забыл его?.. Нет. Нет! Гарри любил его. Драко знал лишь боль, нескончаемую, выворачивающую суставы, тянущую жилы боль. И страх. Страх пропитал его насквозь, налип, как мокрая от пота футболка, прошил раскалёнными нитями ужаса. Страх никогда не увидеть Гарри. Страх навсегда остаться с ней. Она поселилась в голове Драко и вокруг, она заполнила собой всё - пространство и мысли, она не уходила ни на минуту, не замолкала ни на минуту! Она всё твердила, какой Драко ничтожный и жалкий, как радуется Поттер, потрахивая Генри Селвина, радуется, что избавился от обузы Драко, такого мерзкого, некрасивого, сумасшедшего. Она лгала: Гарри никогда бы не предал его, никогда бы не бросил, не променял бы, не забыл. Драко ждал. Ждал, когда Гарри спасёт его. Когда он придёт и заберёт его отсюда, из душащей пустоты; когда снова выдернет из пламени. Драко сгорал. Он метался в агонии, бился в стены и кричал, кричал, кричал! Было так больно, так страшно, так невыносимо. Так одиноко. И пусто внутри. А потом всё закончилось.