Твоим глазам так идёт луна

      Конец августа. Стояли последние теплые дни, ласкавшие холодные души людей. Уже веяло скорым осенним холодком, от чего становилось совсем грустно. Но еще было страшно.       Страшно от нового места, которое ожидало всех тех, кто оканчивал школы и переходил в другие учебные заведения. Новое место, новые люди, новые обязанности, новые эмоции.       Все это до ужаса пугало и вызывало много мыслей, которые впивались в голову и не хотели отпускать. Чего не скажешь о уставших второкурсников. Но как бы не было печально и страшно, все же, этот этап в жизни, как студенческая жизнь, имел много интересных моментов. Вечеринки, гулянки, друзья, общение, любовь. Что может быть интереснее любви? Так ведь?       — Ну что, пойдешь на второй курс? — спросила Оксана, зажигая сигарету в правой руке.       — Да… Еще раз увижу тебя с сигаретой, оторву каждый твой милый пальчик! — нахмурив лицо, осведомил Антон и выхватил из рук девушки отраву. Ему, как парню, было легко это сделать. А против его роста вообще не было смысла сопротивляться.       — Э-э-эй, куда? Я вообще-то сама на них зарабатываю! — возмутилась Оксана и начала подпрыгивать, чтобы забрать свое обратно. Антон поднял руку и всем своим ростом не позволял подруге достать до сигареты.       — Забавно наблюдать, как ты скачешь, — посмеялся Шастун и затушил ногой то, до чего так сильно старалась дотянуться девушка.       — Ну ты вообще! — закатила глаза Оксана и нагло достала вторую. Глаза Шастуна вовсе округлились от действий подруги, которая была такой маленькой и миленькой, что курение ей точно не было к лицу.       — Ты серьезно? Я сейчас всю пачку выкину! — рассердился Антон и начал пытаться выхватить все остальное из ее рук.       Как бы он не старался ничего не получалось, девушка довольно сильно отбивалась, пока Антон не решил прибегнуть к крайнему методу. К щекотке.       — Ай, ай, отпусти! Ну, Т-о-о-х-а-а! — вопила Суркова, не выдерживая пальцев Шастуна, которые бегали по всему ее телу.       — Это было легко! — улыбнулся Антон, когда все-таки забрал эту проклятую пачку из ее рук и, смяв, выкинул в урну.       — Ну чего ты докопался-то?! — недовольно вскликнула девушка, ударив парня по груди.       — Не хочу, чтобы ты связывалась с этой отравой, вот и все!       — И это мне говорит человек, который продает наркоту? — недоумевала девушка.       — Во-первых тише! Во-вторых, я продаю, а не употребляю. И в-третьих, я это делаю не от хорошей жизни! Стипендия и так маленькая.       — Да-да, я знаю, можешь не продолжать… — ответила девушка и приобняла парня перед уходом, — Мне пора. И да, Солнце, не забудь, с тебя новая пачка!       — Ага… — притворно кивнул головой Шаст и провожал глазами подругу, пока та не зашла за угол дома. Последний раз посмотрев на ту самую скомканную пачку сигарет Винстона в урне, Антон также отправился домой. Он был рядом, как рукой подать. Но из-за любви к прогулкам в наушниках, Антон добирался до квартиры, как до своего института, который в свою очередь был в двадцати минут от дома. Ну правда же, слушать свою любимую музыку, особенно одному в наушниках, всегда хорошо.

***

      Шастун лежал на кровати уткнувшись в подушку лицом. Так он обычно и проводил вечера. В наушниках играла группа «Нервы», а в голове перебирались строчки вечно любимой песни «Батареи». Их песни сильно заедали в голове и впивались в душу. Порой помогали, когда это было необходимо.       «Знаешь думать и париться — бесполезная тема. Мы с тобой поднимаемся, по лезвию в небо…» — Антон улыбнулся. Ведь как не странно, эти сроки олицетворяли его студенческую жизнь. Уже немного прикумарив, Антона будет звонок от знакомого ему номера телефона.       — Да?.. — взял трубку Антон.       — Привет, у тебя есть? — послышался женский голос, который казался весьма юным.       — Как всегда? — устало пробубнил парень, смотря на потолок.       — Да, и можно сейчас? — спросила девушка, волнительно дыша в трубку. Словно кто-то преследовал ее.       — Ладно… Встретимся как всегда, — ответил Антон и отключился, пытаясь подняться с кровати.       Проводив несколько раз пальцами по волосам и вздохнув, он все же нашел в себе силы встать с этого уютного гнездышка, обустроенным подушками. Шастун залез под кровать с головой и нащупал руками какой-то портфель, который открыл и проверил его содержимое.

***

      Темнеть начинало рано и быстро. На часах было почти восемь вечера. Надев черную кофту и накинув на спину рюкзак, он направился в привычном для себя направлении. Антон проходил через парки, переулки, магазины, только для того, чтобы уйти в самое темное и безлюдное место, на котором и договорились встретиться Шастун с девушкой.       — Саш? — тихо позвал Антон, пытаясь разглядеть во тьме знакомую.       — Я тут, — подала знак присутствия девушка, которая вышла из-за угла.       — Давай только по-быстрому! — сказал шатен и достал из рюкзака какой-то маленький сверток.       — Да, сейчас, — уверенно произнесла и начала отсчитывать деньги, так называемая Антоном, Саша.       Перекладывая из левой руки в правую деньги, девушка закончила считать и протянула несколько купюр Антону. Он, не успев забрать все из рук Саши, отвлекся на странный шум кустов, который происходил явно не от ветра.       — Какого черта… — напрягся Шастун, когда заметил надвигающейся на них черный силуэт человека. Девушка испугалась не меньше, но выдохнула, когда узнала этого неизвестного.       — Ну сука, началось… — закатила глаза Саша и приложила ладошку ко лбу.       — Твою мать, Саша! Я же тебя предупреждал, — грозно вскликнул знакомый девушки.       — Это кто? — насторожился Антон, окинув взглядом незнакомца.       — Это мой горячо любимый братик! — повернувшись, ответила Саша и недовольно посмотрела на брата.       — А теперь я жду объяснений. Какого хуя ты опять употребляешь? — запыхтел парень и почти впритык подошел к сестре.       — Блять, Сень, не лезь куда не просят! — начала возмущаться и размахивать руками Саша, отталкивая брата.       — Ты гробишь свою жизнь! — продолжил семейную ссору брат, не обращая внимания на Шастуна.       — Это всего лишь трава… — начала выкручиваться девушка.       Шастун все это время наблюдал за этим спором и даже не знал, что делать в такой ситуации. В его голову пришла только глупая идея.       Аккуратно шагая назад, незаметно для всех, он решил уйти из поля зрения. Но это не получилось. Антон наступил на ветку, и она под тяжестью человека хрустнула. Это не осталось не замеченным тем самым, испортившим сделку братцем.       — А ты куда? — не сбавляя пыл, крикнул брат девушки. «Бля-я-я-ять. Хули тебе надо?» — пронеслось в мыслях. Но Шастун не решился озвучить их.       — А-а что? — сглотнув накопленную слюну, задал глупый вопрос Шастун.       — Какого хуя ты продаешь моей сестре наркоту? Ебучий барыга, который портит жизни миллионам людей! — все больше и больше он злился, сжимая кулаки.       — Братан, это вообще не твое дело! — вышел из ступора Антон и взял все в свои руки.       — А, да? — не по-доброму улыбнулся парень и схватив Шаста за кофту, начал бить его по лицу.       — А-А-А-А-А! — Испуганно закричала девушка, пытаясь оттащить брата. Позволив ему ударить несколько раз по лицу Антона, она все-таки смогла его успокоить.       — Если еще раз… Еще раз ты продашь ей хоть что-то, я тебе такой пиздец устрою, обещаю! — заверил напоследок братец и пошел прочь оттуда, схватив за руку сестру, которая все продолжала упрямо вырываться и возмущенно пищать.       Антон, поежившись еще немного на земле, встал и положил тот сверток обратно в портфель.       Пребывая все еще в легком шоке, он добрался до дома быстро, только иногда вытирая под носом кровь. Шум в голове убывал постепенно, но кружиться она не переставала.       Шастун бросил в коридоре свой портфель и сразу побежал в ванну, в которой он разглядывал лицо. Умывшись от неконтролируемых слез и от крови, которая уже успела засохнуть, Антон, еле перебирая ногами закинул рюкзак под кровать и завалился на нее сверху. «Блять!» — твердо оценил ситуацию Антон и накинул себе на лицо подушку, пытаясь все сильнее прижать ее руками.       Пролежав полчаса, не двигаясь и переваривая все мысли, он так и уснул с подушкой на голове, даже не ворочавшись всю ночь, он спал до самого утра, как убитый.

***

      В десять утра Антона будит звонок в дверь, которые повторяется с маленьким интервалом времени, раз пять. Открыв глаза, парень увидел белый цвет наволочки и испугался, изначально не поняв, что это такое.       Убрав подушку с лица, перед глазами начало все плыть, и Шастун попытался проморгаться, что получилось не сразу. Когда все же вышло, рядом на кровати начал вибрировать телефон, на котором было написано «Окси=)» с милым и глупым смайлом в конце.       — А? — замычал Антон, пытаясь проснуться окончательно.       — Хули-а? Открывай давай! — послышался из телефона недовольный голос Оксаны.       — Чего открывать? — глупо усмехнулся Антон и начал тереть глаза.       — Сука, я сейчас дверь выломаю! Ну Т-о-о-о-х-а… — завопила Окси и позвонила еще один раз в дверь.       — Да сейчас… — зевнул Антон и подпрыгнув с кровати, медленно открыл дверь подруге.       — Ты чего… Нихуя себе! Это что? — резко перевела тему девушка, увидев лицо друга.       — Да так, неважно, — еще раз глубоко зевнул зеленоглазый, направляясь на кухню.       — Неважно это когда тебя кот за жопу укусил, а это уже что-то похуже… Может в полицию? — предложила Оксана и взяв за подбородок, начала поворачивать голову Антона в разные стороны и рассматривать синяки.       — Не вариант, это сделал брат моей покупательницы. Если настучу, то тогда уже я сяду, — засмеялся Шастун, покосившись на Суркову.       — Придурок! Когда ты уже бросишь это дело? Ты же понимаешь, что это в конце концов может закончится и правда тюрьмой, — дала подзатыльник и начала ругаться Оксана.       — Естественно понимаю, но где деньги брать? — спросил Антон и заглянул в пустой холодильник, откуда достал только засохший кусок колбасы.       — Как нормальные люди, устроиться на работу и зарабатывать. Или найти свое дело, которое будет приносить деньги! — ответила девушка и скорчив лицо, выкинула этот кусок колбасы в мусорное ведро.       — Вот я и нашел свое дело. И вообще это был мой завтрак! — недовольно покосился на Оксану Антон.       — Да успокойся ты, я сейчас пойду и куплю продуктов, ясно? А то, ты так до тюрьмы не доживешь… — вздохнула девушка и пошла обуваться.       — Ладно, и чем я буду тебе обязан за это? — мило приподнял уголок губы Шастун, опираясь плечом об кухонный дверной проем.       — А да, точно, я же не просто так пришла! Я поссорилась с мамой и теперь буду жить у тебя!       — Э-э-э-э? — непонимающе, промямлил Шастун.       — Не благодари! — сказала Суркова и захлопнула за собой дверь. Антон только нахмурил брови и продолжил смотреть на входную дверь, которая была уже обшарпанная временем.       — Ну ладно… — сам себе промолвил Антон и направился в гостиную.       На самом деле он был чертовски рад тому, что подруга поживет у него, хоть и недолгое время. Ему было иногда сильно грустно. Тишина ломала голову, только голоса из телека разбавляли эту мрачную атмосферу одиночества. Но с одним телеком так всю жизнь не проживешь.

***

      — Так тебе правда нравится учиться на режиссера? — чавкая супом, спросила Оксана, когда они вечером сели ужинать.       — Да, это интересно, — ответил Антон, вводя ложкой по нетронутой никем тарелкой супа, — По крайней мере это больше всего мне подходит, не то что безумная математика и химия…       — Ну, когда я стану прекрасной актрисой, а ты великим режиссером, я снимусь в твоем лучшем фильме! Да? — замечталась девушка и уперлась щечкой об свой маленький кулак.       — Ага… — ответил Шастун и продолжил водить ложкой по краю тарелки.       — Что-то не так?       — Да просто я терпеть не могу рис… Да и кто вообще добавляет в суп рис? — сморщился Шаст, отбросив ложку от себя.       — Эй, не гони на мой суп! Я чуть кухню не сожгла при готовке… — возмутилась Суркова, смотря на Антона с некой грустью.       — Да не парься, я уверен, что суп правда вкусный, просто не для моего уебанского предпочтения. Да и не для моей аллергии, — успокоил Шастун и перевел тему. — Так ты надолго у меня?       — Не знаю… С мамой напряженка. Привела мужика в дом, думает, что я его папой называть буду. Ага, щас!       — А что с ним не так?       — Да типичный альфонс. Аж тошнит от таких… — растроено взглянула Суркова, положив руки на коленки.       — Ну лучше такие родители, чем никаких. О своих я ничего, кроме детских воспоминаний не могу рассказать. Но не будем об этом, у нас есть проблемы похуже!       — Например? — спросила и прищурила глаза Оксана.       — Завтра на учебу… — приуныл Антон и поднял глаза на потолок.       — Да ладно тебе, этот год будет таким же веселым, как и прошлый.       — Пиздец ты оптимист, Сурок! — потрепав подруге волосы, Антон направился в свою спальню.       — Эй, а кто будет мыть посуду? — вскликнула Оксана.       — Тот, кто ел! — крикнул из спальни Антон и уволился на кровать.       — Чертов Шастунишка… — вздохнула Оксана и начала недовольно собирать тарелки со стола. В доме настала настоящая семейная гармония, которой не было тут никогда.

***

      Первое сентября. Школьники и студенты не очень любят все, что связано с этой датой. Родители считают это праздником, но дети не понимали, в чем веселье. Каждый день вставать с утра и приходить домой ближе к вечеру. Потом домашнее задание и спать. Никакого личного времени.       И Антон не был исключением. Он всегда любил лето. И никогда не любил учёбу. Что в пятом классе, что на первом курсе.       В соседней комнате прозвенел будильник, оповещая, что пора вставать. Через два часа, нужно было присутствовать в аудитории, где будут очередные какие-то скучные рассказы, которые Антон пропустит мимо ушей. Шастун, услышавший сигнал будильника, перевернулся на другой бок и засунул голову под подушку. В семь часов поднять Антона возможно, но сложно.       — Тошка-Тотошка, вставай, — улыбаясь, крикнула Оксана, проходя мимо комнаты Антона. Шаст даже не пошевелился. Оксана посмотрела на лежащего Антона и закатила глаза. Не так-то просто поднять ночного работника.       — Анто-о-о-он, — позвала друга Суркова и подошла к кровати с намерением потрясти его, чтобы разбудить. Спящий не пошевелится даже после тряски, устроенной Оксаной.       Оксана махнула рукой и направилась в ванну. «И что делать? Сейчас его даже танком не разбудить», — Оксана обернулась и ничего не изменилось. Антон все также спал.       Вж-ж. Дисплей телефона Антона засветился.       Журавль. 8:00.       Надеюсь, что       ты не проспишь)       Оксана выглянула из ванны с щёткой в руке. «Попытка номер два», — Оксана улыбнулась, потрясла Антона за ногу и скинула с него одеяло на пол.       — Тош, там тебе твоя пассия пишет, — Суркова откинула подушку с головы Шастуна. Откуда-то снизу послышалось недовольное ворчание.       — Отдай подушку, Сурок. И одеялко тоже.       — Не-а. То есть ты не отрицаешь, что у тебя кто-то есть, — ответила Оксана и отошла от кровати, чтобы Шастун не смог дотянуться и отобрать подушку.       Антон поднял голову и огляделся в поисках пропавших предметов. Заметив, что одеяло на полу, Шаст протянул руку за ним и ухватился за уголок.       Суркова, отбросив подушку в сторону, проворно подскочила к кровати и потянула одеяло с вцепившимся в него Шастуном.       Ещё сонный Антон, не ожидавший сопротивления, съехал с кровати за одеялом.       — Суркова, отвали, — буркнул Шаст, поднявшись на ноги. Немного покачнувшись, Антон плюхнулся на кровать и косо посмотрел на Оксану.       — Хватит дрыхнуть, опоздаешь, — ответила Оксана, посмотрев на друга.       — Похер. Я спать.       Оксана недовольно глянула на друга и вышла из комнаты. Антон проводил глазами подругу и оглянулся в поисках подушки. Увидев предмет поиска возле стола, он пошёл за ней. «Успею ещё, сейчас буквально пять минут досплю и встану», — Антон шёл к кровати, волоча подушку по полу.       — Ну смотри, если проспишь, твоя вина, — крикнула Оксана.       — Не просплю, — буркнул Шаст в ответ, надеясь, что Суркова не услышит. И она не услышала за грохотом тарелок на кухне.       Положив подушку и одеяло на кровать, Шастун плюхнулся следом. Устроившись поудобней, Антон уснул.

***

      Хлопнула входная дверь. Оксана направилась в институт, чтобы успеть, ведь путь занимал минут двадцать. «Осталось полчаса до начала, надеюсь, что Тоша успеет», — тревожные мысли не покидали Оксану на протяжении всего пути до здания.       Вж-ж. Телефон Шаста засветился вновь.       Окси=). 8:50.       Антон, ты добрался?

***

      Тем временем, Антон нежился в тёплых объятьях кровати, не собираясь просыпаться. Лучи солнца падали на изголовье кровати, словно пытались вырвать Шастуна из царства Морфея.       Антон проснулся, прищурился и сел на кровать. Солнце заливало все помещение, как будто выведывая хорошо спрятанные секреты хозяина квартиры.       — Доброе утро, Антошка, — зевая, произнёс Шастун. Встав с кровати, Антон пошёл на кухню и по пути заглянул в комнату, где расположилась Оксана.       — А где… — Шаст помчался на кухню, где на стене висели часы.       — Ебана рот! Я опоздал на сорок минут, — Антон вернулся в комнату, чтобы одеться. Пока искал свою любимую клетчатую рубашку, телефон в который раз завибрировал.       Шаст собрался за рекордное для него время. «3 минуты, да это рекорд», — Антон схватил рюкзак с тетрадкой и ручкой внутри, и побежал в универ. По дороге он заглянул в телефон.       7 пропущенных от Журавля       10 пропущенных от Окси=)       6 пропущенных от Поза       «Пиздец», — выдохнул Антон и убрал телефон в карман. Идти оставалось десять минут, поэтому Шастун решает ускориться.       Зайдя в здание, Антон был мрачнее тучи. «Опоздать в первый же день, ну пиздец, молодец Шастун», — с этими мыслями Антон зашёл в аудиторию, где куратор их группы вещал о чем-то. Стараясь незаметно дойти до парты, Антон поглядывал на куратора.       — Шастун, с твоим ростом тебя не заметит только слепой, — произнёс Павел Алексеевич, глядя на парня, который сжался.       Антон повернулся и виновато посмотрел на преподавателя. Вся группа повернулась в сторону Шастуна.       — Извините, Павел Алексеевич, я не специально.       — В первый и последний раз, Шастун, — Добровольский устало помотал головой и вернулся к теме своего разговора. Антон кивнул и прошёл к пятой парте, откуда на него смотрели две пары рассерженных глаз.       — Ну ты, конечно, та ещё засоня, Шаст, — прошептал Позов, когда Антон присел рядом.       — Да, я думал, что на пять мину прилягу и ничего не случится, — оправдывался Антон, поглядывая то на преподавателя, то на Димку.       — Мы тебе около двадцати минут звонили, — вклинился в разговор Журавлев, — Паштет с нас чуть три шкуры не спустил, так как знает, что только мы с тобой общаемся.       — Да, понял я, что виноват перед вами, — чуть повысил голос Антон.       — Молодые люди, я вам не мешаю? — спросил Добровольский, но в ответ тишина, — Так-то лучше.       «Мешаешь», — подумалось троице, но никто мысли озвучить не захотел. Всё остальное время парни сидели тихо и слушали нудную речь куратора.

***

      Все пары прошли достаточно быстро, ребята что и делали, так это только болтали и иногда записывали что-то минимальное в тетрадь. На последней паре преподаватель сообщил работу на ближайшую неделю, которую нужно выполнить без исключения всем.       — Вам будет необходимо написать собственный сценарий для постановки театральной группы соседнего филиала, который потом вы и передадите постановщику этой группы, — объявил учитель, — Вам будет дана ровно неделя, вся информация и критерии я пришлю вам в наш общий чат.       — Пиздос… — вымолвил Антон, на что кивнул в знак согласия Позов. После окончания последнего урока все пулей вылетели из аудитории, и Антон направился встречать Оксану с учебы. Еще вчера он лежал в кровати, смотря свои прекрасные сны, а уже парится насчет домашки…       — О-о, долго ждешь? — радостно вскликнула Суркова и запрыгнула на Антона, уткнувшись носом в его грудь.       — Не-а, минут десять, а чего ты такая счастливая? — улыбнулся Шастун и подергал Оксану за щеку.       — Да не знаю, сегодня мы в тупую слушали монотонные лекции преподов, но все же, я рада была находиться там. И надеюсь, что скоро начнется практика! — рассказывает Суркова пока они возвращаются домой.       — Кстати, мы сценарии будем писать, походу для вас.       — А, да, нам сказали об этом. Если что, я тебе помогу, — сказала Суркова и резко повернулась на Антона с недовольным видом, прищурив свои глазки, — Так ты опоздал сегодня?       — Да, на час где-то…       — Боже, завтра разбужу тебя холодной водой, и попробуй только лечь обратно еще на пять минут!