Цена молчания

Даже крепкий алкоголь не до конца расслабляют уставший разум, пусть тело уже и слегка ватное, но мозг все равно где-то не тут, витает в облаках и думает об одном мужчине, нагло засевшем в твоей жизни с самых пеленок. И зачем эта доброта? Зачем эта забота? Волнуется? Переживает? Плевать ты хотела на все эти «отцовские чувства», хочется нормальной любви, так хочется… — Хэй, — рядом опускается подруга, подавая очередной сладкий коктейль, от которых потом хочется пить лишь сильнее, осматривая тебя с ног до головы. — Все в норме? — Да, месяц был трудным, — улыбаешься, беря слегка влажный стакан в руки, пробуя жидкость на вкус через черную толстую трубочку. — Расскажешь? — Было бы что, — отмахиваешься ты, переводя тему в совершенно другое русло, теперь слушая постельные истории своих подружек. Вы расходитесь во мнениях: они согласны на простой перепихон по пьяни, пока ты готова отдать свое тело только любящему парню или мужчине, в котором будешь уверена больше чем на 200 процентов. Девственность забрал парень в далекие 15 по обоюдному желанию, и ты нисколько не сожалеешь об этом, даже наоборот, чуточку гордишься. На часах только три, а ты уже устала, неимоверно хочется домой, оказаться в своей постельке, приятно пахнущей кондиционером для белья. Щуришь глаза от яркого света экрана, что ты включила для набора СМС по выученному наизусть номеру. «Забери меня». Намджун не отвечает, но ты знаешь, что он не спит, ждет твоего звонка, и уже собирается, надевая пальто в такое прохладное время. И все эти мысли заставляют тебя улыбаться, словно дурочку, потому что каждую его привычку знаешь наизусть, готова просчитать его шаги на несколько вперед и будешь уверена в своей победе. Как и сейчас, когда спустя двадцать минут раздается звонок в дверь, а ты прощаешься со своими подругами, берешь сумочку и спускаешься вниз, прямо к машине. — Спасибо, — киваешь ты, присаживаясь в кожаный салон авто, где за рулем тебя ждет мужчина в привычной черной рубашке и кашемировом пальто, как ты и думала. Хмыкаешь, пытаясь пристегнуться трясущимися руками, за чем с любопытством смотрит мужчина, а после цокает, сам щелкая ремнем безопасности, приближаясь к тебе лицом. — Ты рано. — Хочу домой. — Как прикажете, госпожа, — привычно улыбается он, а ты теряешь весь свой стальной настрой, что рушится на мелкие крошки к ногам, стоит ему склонить голову в бок и показать милые ямочки на щеках. «Звиздец, приехали» — думаешь ты, прикрывая глаза и стараясь дышать как можно глубже. Все внимание занимает дорога, светящиеся вывески кажутся более чем интересным и занимательным, чтобы не пялиться на сплошной фетиш под названием: Ким Намджун за рулем. О Боги, пьяная выдержка трещит по швам, стоит ему положить ладонь на твою ручку и чуть сжать пальцы, все так же не отвлекаясь от движения. — Я везу тебя к себе, — говорит мужчина. — Не хочу будить твоих родителей. — А как же твоя девушка? — фыркаешь ты, вызывая легкий смех у Кима. — Что? — Так это из-за нее ты не хотела приходить ко мне в дом? Это не моя девушка, так, легкое увлечение и доступный секс, ты взрослая девочка, должна понимать… — Должна, но не хочу. — Не веди себя как ребенок. — Ты же сам сказал, что я ребенок, — не унимаешься ты, сама не понимая, чего хочешь добиться. — Тебе пора заводить семью и жену. — Не каждая хочет быть на месте девушки босса мафии, — спокойно проговаривает Намджун. — Я хочу. Хочу, но ты меня в упор не замечаешь, — уже хнычешь, отворачиваясь к окошку. — Ты просто дурак, хоть и глава мафии, но такой тупой, сначала к себе привязал, а потом… Знаешь, иди ты к черту, Ким Намджун! Чтоб я еще раз в тебя влюбилась. — Ты совсем меня не боишься, да, малышка? — А то что, пулю пустишь в голову? — усмехаешься ты, облизывая губы. Даже не замечаешь, как машина съезжает на обочину где-то в небольшой лесопосадке, через которую была проложена дорога к твоей подруге. — Знаешь, что меня проще убить. — Засранка, — хмыкает он, заглушая мотор и ставя машину на ручник, чтобы отстегнуть ремень безопасности и потянуть тебя за подбородок к себе. — Какой воспитал, — шепчешь ты ему в самые губы, разделяя одно дыхание на двоих. — Воспитал, для себя воспитал и с собой заберу, не отвертишься, — хрипит он прежде чем коснуться твоих губ своими, мягко перебирая их, впервые пробуя на вкус что-то столь сладкое и нежное, чувствуя, как жар окутывает тело. Так просто ты от него не отвертишься.