Хозяйка

Спустивший с цепи тигра рискует быть им же и сожран. Маркиз де Сад «Тайная история Изабеллы Баварской»

Азрухал гадко улыбался, получив три тысячи крышек. Он не планировал получить больше двух за молчаливого наемника. Хотя какой он наемник – раб. Молодая женщина с неприятным взглядом подошла к Харону и подняла перед ним старую бумажку. Тот дернулся в сторону Азрухала. - Стоять! Громкий голос полный власти остановил наемника. - Ты не будешь делать ничего без моего приказа. Я знаю, кто ты, и знаю, что дает мне это, - женщина вновь показала контракт гулю. Харон захрипел от злости, но повиновался. В молчании покинула одинокая странница Девятый круг, и наемник пошел за ней, бросив полный злости взгляд на бывшего хозяина. Высокое здание Темпенни-Тауэр возвышалось мощным фаллическим символом посреди выжженной пустыни. Ей нравилось так думать. Она не стеснялась своих извращений. Она знала, кто она и принимала себя полностью. Этот мир не темное ненавистное убежище, где всем всегда правил смотритель и его глупая мораль. Этот мир полон свободы. Сто первая наслаждалась пустошью, как мучимый жаждой путник наслаждается радиоактивной водой. - Раздевайся, - приказ прозвучал, как только закрылись двери апартаментов. Харон не мог ослушаться. Отчасти ему было легче. Все-таки Азрухал иногда заставлял думать самостоятельно, в основном из-за собственной лени. Кроме того, Харон слишком много времени провел стоя и слушая разговоры гражданских. В компании этой женщины он почувствовал себя как двести лет назад, на войне, где существовал только приказ и тело солдата, незамедлительно воплощающее приказ в реальность. - Прекрасно, - произнесла женщина, оглядывая высокое, стройное тело. Женщина приблизилась и с тщательностью ученого стала осматривать кожу гуля, трогая ее пальцами, пробуя ее губами и прикасаясь языком. Ей нравились гули. Это была одна из ее многочисленных слабостей. Может от того, что впервые она мастурбировала на анатомический атлас, лежавший в домашней библиотеке ее отца. Харон напоминал ей сейчас изображение идеального человеческого тела, отчасти прикрытое, а отчасти освобожденное от кожи. Сколько раз перед сном она представляла себе этого безликого человека с оголенными мышцами и трогала себя при этом. Нынче первые сексуальные фантазии снова воплощались в жизнь. Ее приводило в восторг и то, что тело гуля было сильнее тела любого гладкокожего. Он пережил Великую войну. И прожил еще двести лет после падения бомб. В то время как кости его современников рассыпались в прах, его сердце все еще гоняло горячую кровь по венам. Одно из преимуществ быть живым мертвецом - почти полное отсутствие тактильных ощущений. Так по крайней мере считал Харон. Все нервные окончания в его коже давно сожжены радиацией. Он не чувствовал боли два века назад, когда от его лица стали отпадать первые кусочки плоти. И сейчас он не чувствовал, но только видел прикосновения хозяйки к его телу. По сравнению с другими гулями, с которыми приходилось бывать Сто первой Харон куда лучше сохранился. У него все, так сказать, было на месте. - А если я тебе прикажу, - женщина опустила руку к паху солдата, - у тебя встанет? - Не могу знать. - Тогда выясним на практике. Я приказываю тебе хотеть меня. Это что-то новое. В приказы никогда не входили указания что-то чувствовать, испытывать желание. Это было лишним. Харон ничего не почувствовал. Женщина с некоторым разочарованием отстранилась от гуля. - Значит будем по-плохому. Сто первая подошла к столу, на котором теснились десятки колбочек, химическая установка и бумажки с набросками формул и рецептов. Харон просто стоял посреди комнаты, пока она смешивала неизвестные ему вещества. Он почти сделал что-то не по приказу. Почти убил Азрухала. Она его остановила. Зачем ему вообще понадобилось убивать его? Он сам не мог вспомнить, что такого важного было в смерти владельца Девятого круга. Теперь важны были только приказы новой хозяйки. Пусть она странно им распоряжается, но его охватывает спокойствие, присущее оружию, находящемуся в умелых, пусть и нехороших руках. Не зря папа учил ее медицине. Экспериментальный состав готов, а подопытный не будет против. Женщина опустилась на колени перед Хароном и ввела смесь в вену. Вынула шприц и игриво посмотрела вверх, но Харон вовсе не глядел на нее, его взгляд был устремлен вперед и только. Она резко встала и схватила его за подбородок, заставляя смотреть в глаза. - Смотреть только на меня. С этого момента мутные глаза не отрывались от нее. Ей нравилось, ее это возбуждало. Она обняла Харона, почти нежно, почти с любовью. И тут наркотик достиг его мозга. Он почувствовал то, что ощущал последний раз очень давно. И наверное задолго до войны. Похоть. «Я приказываю. Хотеть. Меня» - отдалось эхом в его голове. Гуль почти накинулся на молодую женщину. Он впился ей в губы грубым поцелуем, то глубоко проникая языком в ее рот, то кусая ее губы. Ей нравилось. Она отвечала ему тем же, все сильнее прижимаясь к нему всем телом. Его руки блуждали по сильному женскому телу, до боли сжимали грудь, пытались порвать одежду. - Постой, - оторвавшись от поцелуя сказала женщина. Раб повиновался. Старый сине-желтый комбинезон упал на паркет. Зазвенели выкатившиеся из патронташей пули, глухо ударился о дерево боевой нож. Она заметила, что средство действует как планировалось. Член, полностью лишенный не только крайней плоти, но и кожи вообще, находился в состоянии эрекции. - Продолжай, - гуль снова приник к своей хозяйке. Спотыкаясь о ее одежду, он и она в обнимку подошли к огромной постели и упали на нее. Хароном управляли инстинкты, Сто первой управляли пороки. Она взяла его руку и приложила к своей промежности, заставляя ласкать ее. Харон, похоже, не был способен на мягкие или сколько-нибудь нежные движения в этом состоянии. Он сжал ладонь, до боли надавив тем самым на клитор. Женщина вскрикнула. Харон прикусил ее кожу на плече и, пристроившись, вошел. Сначала почти аккуратно, а потом все резче и быстрее, рыча как лишенный разума зверь, не замечая, как женские пальцы сдирают со спины лоскутки кожи. Сто первая задыхалась, пытаясь цепляться то за сальные простыни, то за мягкую кожу гуля, прижимаясь к нему и приказывая не останавливаться. Но гуль вдруг замер, дернулся, и она почувствовала внутри себя теплое бесплодное семя. Зверь о двух спинах наконец расцепился, и Харон, и его хозяйка, потные и задыхающиеся, молча разлеглись на широкой кровати. Дыхание Сто первой восстанавливалось, а глаза сами закрывались. Не прошло и минуты, как она погрузилась в крепкий спокойный сон. Харон лежал рядом, разглядывая трещины и пятна на потолке апартаментов. Гормональная буря в нем утихла, и разум, насколько это было возможно, прояснялся. Гуль бесшумно встал с кровати. Хозяйка не шелохнулась. Харон накинул на себя легкую одежду, стремясь спрятать свое медленно разлагающееся тело от самого себя. На глаза ему попалась ветхая книжонка. Она лежала на письменном столе посреди каких-то записок, гильз и мусора. Это был дневник Хозяйки. Глаза и разум гуля все еще позволяли ему читать. С желтых страниц каллиграфическим почерком маньяка смотрели на Харона все поступки Сто первой. Синими довоенными чернилами взрывалась на бумаге Мегатонна, унося с собой всех своих жителей, умирали гули станции Уоррингтон, шли небольшим караванном дети Литтл-Лэмплейта в Парадиз-Фоллз, шутки ради сгорали хижины мирных жителей, умирали случайно попавшие под раздачу люди. Большинство смертей Сто первая описывала с интересом, останавливаясь на деталях вроде предсмертных слов или запаха пузырящейся от огня человеческой кожи. Харон всю ночь стоял, читая страницу за страницей, и смотрел иногда на мирно спящую молодую женщину, совершенно не казавшуюся опасной в эти минуты. За окном начало светлеть, когда Харон аккуратно положил дневник обратно на письменный стол. Он подошел к кровати. Рука гуля дрожала, может быть, первый раз за последние двести лет. Боевой нож вошел в грудь Воплощения зла почти без звука. За полсекунды до этого интуиция заставила ее вытащить револьвер из-под подушки и направить его в сторону гуля. Но силы покинули женщину и ее рука безвольно упала на кровать, а револьвер с грохотом стукнулся о двухсотлетний паркет.

*Если уволить Харона при значении кармы «Очень злой», он станет враждебным к Страннику и попытается его убить, как и Азрухала. ru.fallout.wikia.com