Хозяйка

Похоть — дитя роскоши, изобилия и превосходства, и рассуждать о ней могут лишь люди, имеющие определенные для этого условия, те, к кому Природа благоволила с самого рождения, кто обладает богатством, позволявшим им испытать те самые ощущения… Маркиз де Сад «Жюльетта, или успехи порока»

В жизни почти каждого родителя наступает такой неловкий момент. Когда нужно провести очень серьезный разговор с родным чадом на тему "откуда берутся дети". Старое доброе "Смотритель на реакторном уровне нашел" перестает действовать, когда молодых и глупых начинает тянуть друг к другу. Однако Лилиан была умной девочкой и к своим шестнадцати перечитала всю папину библиотеку от корки до корки, включая медицинские книги, и, разумеется, знала правду. Но Джеймс все же был вынужден поговорить с дочерью на эту неловкую тему. - Пап, - Лилиан все еще не знала, как воспринимать подобную новость, - хочешь сказать, что я совсем-совсем, на сто процентов, абсолютно никогда не буду иметь детей. - Да, Лили, - отцу, казалось, было это нелегко произносить, - ты абсолютно стерильна. Это хромосомная патология, я ничего не могу поделать. Она не знала, как реагировать - детей она не планировала, так что возможно стоило бы порадоваться, но вот отец такой реакции точно бы не оценил. - Спасибо, что честно сказал мне об этом, - Лили, наконец, подобрала наиболее удачные слова. Выходя из кабинета, она столкнулась с Джонасом. - Прости, - девушка быстро прошла мимо Палмера. Лилиан вертела в руках плюшевого медвежонка, когда в комнату постучались. По-хорошему, медведя нужно было отнести на «склад старых-новых вещей». Так называлась комната, куда относили старые игрушки, маленькие комбинезоны, ненужные пип-бои и оставляли там, так сказать, до востребования. Но детей в убежище сейчас не было, поэтому Лили позволяла себе хранить эту милую игрушку. - Входи, - это был Джонас. Без своего обыденного белого халата он смотрелся немного непривычно. - Зачем пришел? - Лилиан быстро убрала медведя с глаз долой, чем вызвала только усмешку. - Я думала это Амата. - Я все знаю. - Это очень смелое заявление. Думаю, оно даже достойно диагноза: "мания величия". - Я про то, что ты бесплодна, - Лилиан поморщилась. - И опять-таки слишком смелое заявление. Если плодами называть только детей, то не приравнивает ли это нас к животным. Человек, чей разум все еще функционирует - не бесплоден. Я все еще могу созидать: лечить людей, изобретать, писать научные труды или рисовать комиксы, в конце концов. Я не бесплодна. - А я говорил твоему отцу прятать учебники по психологии и философии. - Н-да… В воздухе повисло неожиданное молчание. - Ты так и не сказал, зачем ты здесь. - Ты мне нравишься. - Ты тоже мне нравишься, Джонас, но что с того? Палмер переменился в лице. - Ты знаешь, что в убежище серьезные конфликты недопустимы. Если позовешь на помощь, только навлечешь беду на себя и своего отца, - Джонас снял очки и аккуратно положил их на стол. Лилиан и не думала звать на помощь. Что такого страшного может сделать родной, привычный Джонас Палмер? Ей было даже интересно, что будет дальше, но точно не было страшно. Он потянулся к застежке ее комбинезона, и она рефлекторно отпрянула. - Тебе лучше подчиняться, - он выглядел таким смешным без очков, пытаясь командовать. Впрочем, Лилиан уже поняла, чего он от нее хочет. Она встала с кровати и направилась к двери. Палмер попытался остановить ее, но девушка засмеялась. Мужчина опешил. Она заблокировала дверной замок. - Я же сказала, что ты тоже мне нравишься, Джонас, - Лилиан сама расстегнула свой комбинезон. - Я надеялась, что ты станешь моим первым, - она сбросила с себя майку и осталась в одних трусиках, - любовником. Джонас не ожидал такого поворота, но когда он увидел обнаженное тело девушки, то понял, что кровь резко отхлынула от его мозга. У него не было секса слишком долго. Еще два года назад он начал засматриваться на дочку коллеги, но тогда она была еще слишком маленькой. Теперь ее тело было почти женским. Палмер приблизился к ней и положил ладони ей на плечи. Медленно повел ими вниз. Он даже сглотнул от напряжения, просто гладя ее молодое невинное тело. Она не сопротивлялась, не пугалась, она с интересом рассматривала голое тело Джонаса, наблюдала его действия. Вот только почти не возбудилась. К счастью, у него была смазка. В конце концов, он ведь пришел ее насиловать. Лилиан знала, что первый раз не будет великолепным, но Джонас казался ей идеальным партнером. Лишь бы отец не узнал – это было бы крайне неловко. Джонас неприятно целовался. Все же Лилиан не понимала, что может быть приятного в обмусоливании чужих губ. Но Палмеру похоже нравилось это занятие, и она решила не обращать на это внимания. Легкий страх возник, когда они уже легли на кровать. Джонас находился так близко, что она чувствовала поднимается и опускается его грудь. Тогда она ощутила давление, а после и боль. Джонас медленно ввел головку. Легкими толчками он стал продвигаться дальше. Лилиан просто терпела и пыталась расслабиться. Джонас начал движение с постоянной амплитудой. Все оказалось быстрее, чем она думала. Джонас дернулся и скорчил нелепую рожу. От усмешки Лилиан удержала только боль. Она ощутила нечто теплое, разливающееся внутри нее. Джонас отделился от нее и девушка, нет, теперь уже молодая женщина, чувствовала, как медленно вытекает из нее смесь смазки и спермы. Тем временем Джонас спешно одевался. - Значит вот как. Даже не полежишь со мной, не приобнимешь? - Не смешно, Лили. Если твой отец узнает, то из убежища оба вылетим. Тут Джонас посмотрел на Лили самым грозным взглядом, на который был способен. - Не смей никому рассказывать. - Хватит строить из себя злого насильника. И кто еще из нас плохой шутник, двери убежища запечатаны навсегда… - Ну да, как же, - пробурчал Палмер себе под нос, застегивая комбинезон. - …пока мы тут все не выродимся, что судя по всему уже началось, раз у меня какие-то генетические отклонения, - Лилиан замолкла, понимая, что Джонас сам того не сознавая, сболтнул лишнего. В тот вечер она не стала его расспрашивать. Но в глубине ее души поселилось нечто, сильно смахивающее на надежду. Зато в тот вечер она отнесла плюшевого медведя на склад старых вещей.