Одна кровь.

Запах свежей крови, разлитой по улицам, не давал сосредоточиться. Девушка бежала, всё глубже, пытаясь скрыться от грохота. Земля дрожала; крики людей становились громче и казалось, этому не будет конца.

— Что ты наделал? — положив ладони на уши, она пыталась заглушить звуки, взрывающие голову. — Почему ты решил именно так? — красные лужи становились всё больше, город превращался в труху. — Эрен.

***

      — Аканэ? — Петра дергала девушку за плечо. Тело неприятно ныло, что ещё можно было ожидать от вчерашней уборки? Пропади пропадом этот Оруо и Капитан Леви, со своими принципами воспитания. Дисциплина важна в наше время, но, где справедливость? Неужели, Бозард может легко задирать всех, понимая, что это останется безнаказанным?       Йегер резко открыла глаза, полные злости: голова раскалывалась, руки отваливаются, ноги ватные и ощущения просто отвратительные. Столько лет учиться убивать титанов, чтобы, попав в штаб разведкорпуса, вылизывать всё помещение.       Мысли захлестнули девушку, глаза стали наливаться кровью, пока внутри бушевало чувство неконтролируемой агрессии.       — Эй? — Рал снова дернула девушку за плечо, на этот раз сильнее. — Всё в порядке? — вскинув бровь, она осматривала солдата с ног до головы.       — А?       — Ты в порядке? — повторила девушка.       Аканэ медленно села, пытаясь понять происходящее. Такое поведение было чуждо, и этот всплеск эмоций… Будто совсем не она. Петра похлопала глазами, и бросив пару слов, удалилась из комнаты, оставляя Йегер одну.       Что со мной происходит? Я помню сон… Такой странный сон. Находясь, словно не в нашем мире, помню: боль, опустошение и агрессию; мёртвых детей и женщин, стариков молящих бога всё прекратить, мужчин пытающихся спасти свои семьи и… Странного человека. Он смотрел на меня стеклянными глазами, прося о помощи. Говорил, что не хотел этого, но выбора нет. Пытался плакать, только слёз не было. Больше нет. Внутри него ничего нет, пустышка, не более. Он зол на себя, зол на мир, и в этом человеке нет ничего хорошего.       Запах крови всё ещё четко ощущался в комнате, словно всё происходило именно в этом месте. Дышать было просто невозможно, хоть Петра ничего не чувствовала. Аканэ решила оставить окно открытым, чтобы проветрить помещение, и пулей вылетела оттуда.       На первом этаже, благо, пахло какими-то пряностями. Легко вздохнув, девушка решила перекусить, пока у неё есть такая возможность.       — Надо выпить лекарство, — разговаривая сама с собой, она шла в сторону кухни, оглядывая каждый уголок. Внутри коридоров висели разные картины, какие-то приборы, предназначение которых было загадкой. Всё же, это чей-то бывший дом, возможно отряд просто не стал тратить силы, чтобы делать полную перестановку. Кого волнуют эти рисунки и картины? Просто висят, создавая иллюзию уютной атмосферы, когда разведчики возвращаются с очередной поимки гигантов. — А где Эрен? Интересно, его уже увели на… Ой, — перед Йегер стоял Главнокомандующий, Эрвин со смешком посмотрел на смущенную девушку. Мужчина был достаточно выше, поэтому ситуация выглядела довольно забавно, но, лишь для него. — Извините, я нечаянно.       — Понимаю, — мягко улыбнувшись, Смит отошёл в сторону, пропуская девушку. Немного растерянно, она прошла вперёд, абсолютно забывая, зачем вообще вышла из комнаты.       — Если ты голодна, в корзинке на кухне есть бутерброды, можешь позавтракать, — мужчина кивнул в сторону двери. Аканэ поблагодарила и поспешила удалиться, но, заметила, что он идёт в ту же сторону. — Забыл бумаги на столе, — парень быстро обошёл хрупкую девушку, открывая и придерживая перед ней дверь. Его забавляло покрасневшее лицо Йегер, замечательная картина, на которую можно очень долго смотреть, запоминая все детали.       — С-спасибо, — промямлила, проходя вперёд. Теперь, было даже неловко брать еду, предложенную Смитом. — Главнокомандующий…       — Просто Эрвин, — взяв стопку бумаг, он, кончиками пальцев, легонько перебрал листы, подсчитывая каждый вслух. Девушка терпеливо ждала, принимая всё больше нарастающую неловкость. Из этого штаба хотелось выйти на улицу, и не возвращаться обратно; день только начался, а у Йегер уже происходит что попало: непонятная агрессия, запах крови, дружелюбие блондина и главное, это идиотское чувство смущения.       — Я… Мне неудобно Вас так называть, это же…       — Аканэ, считай это за просьбу, — пожав плечами, мужчина сел за стол, чуть ближе подвигаясь к нему; доставая бутерброды из корзинки, поставил их на чистое блюдце, подвинув чуть дальше, напротив, к свободному стул. — Поешь, выглядишь очень бледной, приятного аппетита, — отказаться невозможно. Придется проглотить всё смущение и принять эту участь. Как же хотелось провалиться прямо на месте, чтобы не ощущать этот взгляд кристально чистых голубых глаз.       Девушка послушно села напротив, начиная поедать предложенную еду. Оказалось намного лучше их ужина, состоящего из непонятной каши, и, залежавшихся овощей.       — Вчера должен был готовить Оруо, не представляю, как вы себя чувствовали, — Эрвин вздохнул, — как убийца титанов он хорош, но вот в готовке… — парень улыбнулся, предаваясь воспоминаниям. Он не произносил ничего, но, было видно, как глазами пролистывает всё, будто смотрит картинки, на которых были запечатлены дорогие для него моменты.       — Главноко… — Смит перевёл на девушку строгий взгляд, — то есть, Эрвин, — голос немного дрогнул, за что девушка хотела ударить себя по лбу. — А куда все делись?       — Ну, когда я приехал, то узнал, что наших подопытных титанов кто-то уничтожил, — парень скучающе смотрел в стену. — Ханджи сразу рванула туда, если не ошибаюсь, Эрен и Леви тоже там. Часть отряда поехала за продуктами, а часть из них сообщить об этом военной полиции и гарнизону.       — Но зачем? — прожевывая кусок, она стала выглядеть ещё забавнее.

***

— Я понимаю и готов следить за Эреном, но, почему они решили приставить к нам этого поросёнка, — Леви вдохнул, откидываясь на диване. — От этой девчушки совсем нету толка.

— Ты недооцениваешь ее, Леви, — главнокомандующий смотрел куда-то вдаль. Звезды сияли сегодня ярче обычного, трудно было оторваться от такой красоты.

— Почему же? Что ты в ней видишь? — парень глядел на друга, пытаясь уловить в нём ноты правды, без лишних загадок, которые Смит так любил давать, вместо того, чтобы сказать всё прямо.

— Помнишь вылазку, которая происходила без тебя, ведь там была она.

— Я знаю, Ханджи говорила, — Капитан кивнул, — но я всё ещё не могу уловить эту нить.

— Девочка выжила после нападения на Шиганшину, выросла под надзором Хиро и… Пиксиса, — Эрвин повернул голову, ощущая на спине озадаченный взгляд. — забавно, правда? Она была отрезана от всех, но почти убежала от титана… Да, и, проткнула ему глаз, будучи ребёнком. Стала солдатом, поехала с нами, поймала титана, через пару минут, как мы начали операцию, — мужчина становился серьезнее с каждым произнесенным словом. — Он не трогал её, просто смотрел, и кричал, когда мы прикасались к Аканэ, — блондин сел за стол, продолжая цепочку мыслей: — Мы с Ханджи были удивлены, но, на следующий день, он пытался откусить Йегер голову. Когда я возвращал студентку обратно в кадетский корпус, прикоснувшись ко мне, Аканэ совсем поменялась в лице. Она начала уходить, но тут же упала, произнося что-то про отца и ничтожество, — голубоглазый произносил всё, словно с записного блокнота. Леви каждый раз удивлялся такой способности всё запоминать, позже, связывая абсолютно каждую деталь. — Я не стал подходить, хотел посмотреть, что будет происходить, но, какой-то парень с веснушками унёс её в лазарет. Мало того, что у неё брат — титан.

— И, всё? — после некоторой паузы произнёс Аккерман.

— Нет, я видел её в далеком детстве, — Леви хотел что-то произнести, Как Эрвин тут же перебил её, — видел, уже достаточно взрослой. Она была на могиле моего отца, — мужчина задумался, — этот взгляд… Эти глаза. Я четко их помню.

— Даже не знаю, что сказать, — Капитан закинул ногу на ногу, положив руку на спинку дивана.

— Просто поверь мне, — Смит улыбнулся, — у Йегеров одна кровь, что-то мне подсказывает, что странности есть не только у Эрена.

***

      — Так вот, почему поросёнок, — блондин хмыкнул, произнеся так, чтобы Аканэ не услышала, не желая получать от неё вопросов. — Полиция и гарнизон будут проверять УПМ, это сделал какой-то человек, имеющий своё личное устройство.       — Но, зачем кому-то вообще может понадобиться смерть титана, которого изучают? — девушка сделала вид, будто не расслышала поросенка, внутри себя проклиная Капитана Леви за идиотское прозвище.       — Кто-то не хочет, чтобы мы копали глубже, в сторону правды о нашем мире, — мужчина с громким звуком кинул стопку на стол, чем немного испугал Йегер, — прости.       — Ничего, — Эрвин резко стал хмурым, от чего, желание продолжать диалог совсем пропало. Аканэ вздохнув, решила доесть бутерброд в тишине, с надеждой, что у собеседника появились такие же мысли.

***

      Девушка скучающе смотрела на каменную стену, будто пыталась увидеть в ней что-то необычное. Такое же, чем являлась она сама. Было ли Йегер страшно? Да. Пред ней встал тяжёлый путь, тянущий судьбу вниз: видения, девианты, брат-титан. Каждый день происходило что-то, что останавливало её веру в хорошее. То, что заложила в ребёнка Карла.       — Мам, — Аканэ прикрыла глаза ладонью, пытаясь привести себя в чувство. Слёзы бессовестно лились по щекам, совсем не слушая солдата. Накатывающая истерика, приводила тело в дрожь, а окружающие виды в одну серую массу. — Мама… Прости меня, прости, — сжимая руку в кулак, девушка беспощадно плакала. Её душа была разбита на миллион осколков, врезаясь в еле живую оболочку, причиняя всё больше боли. — Я так хочу тебя обнять, мне так не хватает твоей улыбки, мама, прошу… Мама, — Вы бы могли поверить в то, насколько сильно может быть ранен человек, чтобы не чувствовать ранения, которые причиняет сам себе? Кровь медленно стекала по подбородку, оставляя алые, полупрозрачные следы. Внутри Йегер происходила ужасная буря их эмоций.       — Аканэ… — резкий голос, совсем не вырывающий её из состояния. Солдат падала в пропасть, глубже и глубже, без борьбы с душевными терзаниями. С некоторыми монстрами совсем бесполезно драться. — Аканэ? — голос стал мягче, но она всё никак не могла разобрать кто это. Теплые руки приобняли девушку за плечи, немного потряхивая. — Эй, поросёнок, ты…       — Я так… Мне так… Я… — не могла произнести слова из-за всхлипа, или кома в горле. Так страшно, что кто-то её видит, в этом ужасном состоянии. Какой она солдат, какая разведка? Маленькая девчушка, мечтающая быть поваром, в надежде, скрыться от мира куда дальше. В надежде, не видеть всех ужасов. В надежде, сохранить то последнее прекрасное, что ей дало небо.       — Тише-тише, — парень сел рядом, подставляя своё плечо. Аккерман вздохнул, вытирая кровь с лица девушки. — Губу прокусила, — прошептал Капитан: он понимал, что девушка пережила многое; понимал, насколько сильно изменились жизни людей после нападения; понимал, какую боль все проносят через себя. Видел много слёз, много ненависти и так мало любви, поддержки. Ему было жаль, что жизнь Йегер сломалась так рано и настолько быстро, заставив её жить мыслями о мести.       Месть — огромным, бездушным чудовищам, у которых даже нет собственного сознания. Что они ощущают, когда откусывают голову очередной своей игрушке. Ведь, это происходит даже не из-за голода. Твари выплевывают их через время, для ощущения облегчения и освобождения места, чтобы снова разрушить чью-то жизнь.       Леви чуть повернул голову, услышав мольбу о прощении.       — Всё в порядке, Йегер, — она всхлипнула, — давай ещё недолго посидим здесь.       Теперь Аккерман был уверен, убирать двор сегодня никто точно не будет.

***

      — Аканэ, положи метлу, — Капитан серьезным тоном заставил вздрогнуть всех, кто находился во дворе. Парень смотрел с окна на удивительную картину: молодой солдат что-то нашептывая себе под нос, мела листья, собирая их в кучу. И это после недавней истерики. Не сказать, что ему было какое-то дело до происходящего, всё же, она взрослый человек, отвечающий за себя, но… Что-то всё же не давало должного покоя. — Меня плохо слышно?       — Тут немного осталось.       — Это приказ, — она продолжала спокойно мести эту листву. Аккерман помотал головой, — я спускаюсь.       Что вам сказать… так быстро Йегер никогда не убиралась. Если бы Карла такое видела, мало бы здесь было одного лишь удивления. Девушка смотрела на кучу, с довольной улыбкой. Леви же, сложив руки на груди, думал, кого выкинуть первым, солдата или метлу. Первый вариант был лучше всего, потому, этот вариант прямо сейчас лежал на листьях, свободно порхающих по всей округе.       — Я же только всё сделала, — Аканэ возмущенно подняла голову, осматривая своё положение. Листва стала мягкой подушкой, но часть успела упорхнуть, превращая всё время работы в пыль.       — Ты же так хотела побольше потрудиться, — парень пожал плечами, и, развернувшись, решил удалиться. — А Эрен тебе поможет.

***

      — Как думаешь, — начал парень, — ребята ещё не передумали идти в разведку? — Йегер смотрел на запыхавшуюся сестру, она сметала листья с огромной скоростью, пытаясь наконец покончить с этой работой и кинуть метлу на место.       — Не знаю, Эрен, после того, что случилось… Я не буду никого осуждать, — на секунду, предаваясь воспоминаниям, Аканэ остановилась. Некоторые вещи хочется забыть.       — Я тоже, — парень склонил голову. Сестра была удивлена такому признанию, обычно, парень, всегда говорил о трусах, или грубо осуждал чьи-то мысли, отличавшиеся от него, но… Кажется, недавние изменения немного сломали его.       — Я всегда буду с тобой рядом, — Эрен поднял зеленые, мутные глаза, в которых появилась небольшая искра надежды. В ней же, не было стали, о которой говорили многие, он видел туманный, загадочный лес, завлекающий любого. Темные ели, мягко приглашающие тебя пройти внутрь, там нет страха, есть только ощущение спокойствия.       — Спасибо.       Они так мало говорили друг другу о ценности. Оба вообще, мало разговаривали о чем-то душевном после встречи. Как думаете, трудно ли смириться со смертью человека? Насколько же тогда является трудным, принять, что он жив. Иногда, Йегеры воспринимали настоящее за сон, длинный и непрекращающийся, тяжелый кошмар, заглядывающий в глубину твоего разума, так крепко цепляющий корнями. Он притаится, но лишь, чтобы сделать ужасающую боль, в самый неподходящий момент.

***

      — Интересно, главнокомандующий точно уверен, что такая речь подойдет для новобранцев? — Аканэ переводила удивленный взгляд с Эрвина, рассказывающего о том, сколько в процентах может умереть человек, на пожимающую плечами Петру.       — Он знает, что делает, — резко ответил Леви. — Нам не нужны те, кто резко струсит и бросит отряд, увидев титана.       — И то верно, — тихо произнесла девушка. Аккерман немного пугал её, слишком закрытый.       «Тот момент истерики», — Йегер аккуратно повернула голову. Она и не замечала, что у них одинаковый цвет глаз.       — Что? — парень сбил все мысли, Аканэ отмахнулась, немного покраснев от стыда. Как объяснить, что ей бывает просто интересно наблюдать за людьми? Мало кто поверит, тем более, когда это касается Леви. Девушка помнит, как многие мечтали увидеться с ним вживую, Аккермана можно назвать: ходячая реклама разведкорпуса. В большей части для девушек. — Есть тут кто-то из ваших друзей? — снова сбил её мысли, немного подталкивая к огромной красной шторке, за которой ребята и находились.       — Да, — Йегер стало теплее, увидев своих друзей, она хотела вылезти, чтобы просто обнять каждого, но лишь за секунду, сердце раскололось надвое. Переживания были сильнее, радостных чувств. Вся эта компания может умереть, в первый же поход лишь из-за их цели возвращения Шиганшины. Точнее говоря: Эрвин, Эрен и Аканэ хотели попасть в подвал их дома, хранящий тайны человечества.       Я не хочу.       Я не хочу идти туда.       Почему они должны умирать за эту идею?       Жан, Саша, Микаса, Армин, ребята… Пожалуйста уйдите, пожалуйста, уйдите.       — Эй, Аканэ? — Леви с беспокойством тряс плечо девушки, пытаясь сдвинуть её намертво вросшее в пол тело. Глаза пугающе были направлены в одну точку, губы сжались, она словно не дышала. — Йегер, чтоб тебя, — парень дернул руку.       — А? — девушка большими глазами смотрела на Капитана, пытаясь понять, что происходит. Почувствовав вкус крови во рту, она немного испугалась.       — Тебе нужно отдохнуть, — Аккерман, нахмурившись, подал платок солдату. — Приложи к носу.       «Да что со мной происходит?»       — Йегер? — она смотрела на парня, испуганными глазами, бегая взглядом, — так, пойдем отсюда.

***

      — Что с ней? — Эрвин снова копался в бумагах. Он делает это по привычке или действительно что-то ищет, пытаясь ответить на свои вопросы — тайна.       — Плохо стало, видимо перепугалась за друзей или воспоминания нахлынули, — Леви пожал плечами, — сказал отдохнуть, кажется, спит в своей комнате.

Смотря на Капитана, я видела лишь боль, израненную душу, охотно желающую смерть. Весь в бинтах, в крови, ослепший на глаз из-за ранений, он не двигался. Молчал.

— Аканэ, не делай этого.

Я пыталась разобраться, правда это или выдумка. Мне страшно.

— Я прошу тебя, — что-то вызывало жар, будто я нахожусь рядом с огнем. Начало тошнить, и снова этот запах крови.

      Воспоминание отзывалось ужасной болью в голове, Йегер облокотилась о стену, подбирая под себя ноги. Страх витал вокруг, больно царапая её кожу. Раньше видения не были настолько ужасными, они изменились, как только изменилась жизнь её брата.       — Мы ведь одной крови, — она тихо плакала, не понимая, больно ей или настолько тепло, от того, что брат рядом. Аканэ легонько вытирала слезы рукавом, пока Леви решался зайти в комнату.       Парень мялся у двери, он понимал, что не умеет правильно поддерживать людей. Его не научили. Только вот, оставлять своего солдата в таком состоянии не хотелось.       — Ты зайдешь? — Эрвин с улыбкой смотрел на друга.       Аккерман молча, решал спор внутри себя. Не понимал, чем может помочь, какие слова подобрать и как задать вопрос, чтобы не ранить ещё больше.       — Наверно, — он выдохнул, — нет.       — Как хочешь, — главнокомандующий, пожав плечами, продолжил идти дальше, оставляя Капитана в смятении, — я не буду ничего говорить, это твой выбор, Леви, на такое приказы не раздают.       Эрвин, порой, читал друга как книгу. Аккерман помотал головой, взглянув последний раз на дверь. Всхлипы прекратились, из комнаты исходила только мертвая тишина.       — Уснула… — парень отдернул ладонь от ручки, заново погружаясь в свои мысли. Ему Хотелось понять, что же на самом деле происходит с этой девушкой.       — Ушёл… — Йегер выдохнула, сбрасывая слезы с щек.