Любовь по расчету.

Глава 1. В ночь на 7 июля... POV. Женя. - А воду взяли? - обеспокоенно спросила я. - Взяли. - коротко ответила Наташа, пытаясь обогнать едущий впереди ауди и сигналя обгоняющему её джипу слева. - А тарелки? - снова спросила я. - Взяли, - чуть резче ответила подруга, не отрывая взгляда от дороги за лобовым стеклом. - Нет, ну ты посмотри на него, нет, ну ты только посмотри! Он мне ещё и сигналит! - высовываясь из окна, прокричала длинноволосая брюнетка вслед уезжающему черному джипу. - Я бы тоже сигналила, - сказала сидящая на заднем сидении Лика. - ты же тащишься на сорока километрах в час. - Не учи меня водить. - огрызнулась явно нервничающая Белова. Я предпочла не влезать в завязавшийся спор и уставилась в боковое зеркало, рассматривая собственное отражение. Длинные темные волосы, овальное лицо, светлая, будто светящаяся изнутри, кожа, легкий румянец на щеках, прямой нос, чуть пухловатые губы и большие светло-голубые глаза в обрамлении густых черных ресниц. На свою внешность я никогда не жаловалась но и первой красавицей себя никогда не считала. Я была обычной и никогда не ловила восхищенных взглядов, как Лика, да и твердым характером, как Наташа, внимание не привлекала. - Ты вообще знак, кругленький такой, с числом 90 видела? - продолжала нападать Лика. - Так вот, он обозначает максимальную скорость , а не количество дней, через которые мы доберемся до твоей дачи. Кстати, когда мы туда уже приедем? - Скоро. - по-прежнему коротко ответила Наташа, но скорость все же прибавила. - Насколько скоро? - не унималась Истоцкая. - Нет, Жень, ты слышала? Мы уже три часа едем и до сих пор не добрались! - Лика, да уймись ты! - устало сказала я, опираясь головой на руку и изучая медленно проплывающий пейзаж за окном. Я сама не горела желанием ехать в лесную глушь и отмечать какой-то русский народный праздник с языческим уклоном, но сначала настоял мой парень, а потом уговорили подруги. От долгого сидения в одном положении все мышцы затекли, а тело ломило, но я терпела. Июльская жара приятных ощущений не добавляла, но и её я переносила с поразительной стойкостью, помня об обещанной Наташей прекрасной экологии и свежем, почти горном воздухе. Лика продолжала возмущаться, жаловаться на жару, временное вынужденное отсутствие цивилизации, долгую дорогу, и через каждые пять минут спрашивала, когда мы приедем, пока Наташа не взяла правее и не свернула на проселочную дорогу. Я фыркнула, подумав, что теперь остальные водители могут вздохнуть спокойно и наконец прибавить газу - мы исчезли с горизонта. Подруга подъехала к деревянному зданию на берегу реки и остановилась. - Выметайтесь, приехали. - довольно бодро проговорила она и первой выскочила из машины. Я облегченно выдохнула и выбралась из старенького шевроле камаро яичного цвета. Лика с Наташей продолжали спорить, теперь уже о прелестях и недостатках отдыха на природе, а я взяла из багажника два пакета с продуктами и пошла в дом, предоставив перетаскивать остальное девочкам. Снаружи одноэтажный дом на высоком фундаменте казался не слишком большим, но внутри был вполне просторным. Забросив пакеты на кухню, я пошла осматривать выделенную мне комнату, которую из-за намечавшихся гостей мы должны будем делить с Ликой. Она оказалась не такой просторной, как мне описывали, но и не слишком маленькой. В левом дальнем углу был туалетный столик из светлого дерева, на стене перед ним висело зеркало, в которое запросто могли смотреть двое. Прямо напротив входа было широкое прямоугольное окно, а у свободных стен стояли две односпальные кровати. Вот и весь интерьер. Не пятизвездочный отель, но одну ночь я гостевую комнату и светлые обои в мелкий цветочек как-нибудь вытерплю. Бросив сумку на длинном ремне на кровать, я вышла из дома. Никто, кроме нас, ещё не приехал, и находиться внутри одной было попросту скучно. Спустившись по деревянной лестнице, прошла по пристани, которая в длину была не больше четырех метров, и остановилась, осматривая местность. Сзади дома Беловых была узкая полоса деревьев, её трудно было назвать даже лесопосадкой, зато за речкой, на том берегу, начинался настоящий густой лес. Даже страшно становилось при воспоминании о том, как Наташа рассказывала о животных, которые водятся там. Но, тем не менее, на том берегу все же строили дома. Один такой находился прямо передо мной. По сравнению с этим домом, деревянный домик, в котором находились мы с подругами, смотрелся просто жалко. Высокое, двухэтажное здание из стекла и кирпича, в котором лишь кое-где прослеживались деревянные элементы, полностью его затмевало. В стилях я разбиралась плохо, но, по-моему, шикарный загородный дом был выполнен в стиле модерн. Или хай-тек. Сосредоточиться не давало его величие. С моего места можно было разглядеть даже подобие террасы возле дома. И там, похоже, тоже кто-то готовился к предстоящему празднику. Не желая больше смотреть, я направилась в дом, собираясь помочь девчонкам с подготовкой. Наступил вечер, дом наполнился друзьями и знакомыми Наташи, кругом стоял шум, гам и смех. Некоторые люди были мне знакомы, но большинства я не знала, и от этого не могла найти подходящую компанию. Приходилось бесцельно шататься по огромной территории и рассматривать полупьяный народ. Ната заставила всех, в том числе и меня, переодеться в национальную одежду древних славян, как она объяснила - это для придания празднику достоверности, и теперь я ходила в льняном сарафане чуть ниже колена низ которого и рукава-фонарики были расшиты цветами и бисером. Выглядела я, на мой взгляд, до ужаса глупо и радовалась, что удалось отвоевать у подруги свои волосы и не заплетать их в косы с ленточками. У маленького костра сидели не знакомые мне парни и девушки и рассказывали сказки и легенды. Один из парней только что начал рассказывать легенду о цветущем папоротнике, но я, не являясь поклонницей легенд и выдуманных историй, не стала её слушать и направилась в дом. К тому же в сарафане вечером я успела порядком замерзнуть и накормить всех комаров в округе, которых было не мало. В доме в основном сидели девчонки - сейчас был час гаданий. В одной из спален бросали кольцо в воду, загадывали желание и считали количество кругов. Четное - сбудется, нечетное - не повезло, но в последнем случае девушки нарушали правила и бросали кольцо до тех пор, пока число не становилось четным. В другой гадали по зеркалу, пытаясь увидеть "суженого", и визжали при любом отблеске света на зеркальной глади. В третьей загадывали желание на звезду, наивно полагая, что она его услышит и исполнит. Наташу я нашла на кухне, она и ещё две девушки гадали на расплавленном воске свечи. - Я тебе говорю, в два лица сложился! Смотри, даже рядом плывут. - доказывала одна из девушек. - Да нет же, в кольца. - упорствовала другая. Наташа молчала, внимательно вглядываясь в восковые фигурки. Видимо, сейчас гадали ей. - А по-моему это две бесформенные кучи воска. - вставила я свое слово. Девицы зашикали на меня и сказали, чтобы, если настроена так скептически, не мешала процессу. Пришлось удалиться. Я снова вышла из дома. Справа ещё сидели ребята и баловались легендами, а слева уже разжигался костер побольше. "Кажется, намечаются прыжки через костер". - подумала я и направилась к раскидистому дубу неподалеку от намечающегося источника огня. Усевшись прямо на траву, я вздохнула и посмотрела на противоположный берег реки. Гулянье там шло полным ходом. Громкие разговоры и дружный хохот долетали даже до нас, а судя по музыке и запаху жареного мяса, там отмечали не только праздник Ивана Купалы, но и ещё что-то. Наши же парни сегодня запаздывали абсолютно во всем. Я отсюда видела, что они только нанизали мясо на шампура, а до момента, когда разгорится большой костер, было ещё как до луны. - О, Женька, ты за цветочками не присмотришь? - ко мне подошла Лика, таща ворох полевых трав, как вязанку дров, обхватив двумя руками. - Зачем тебе столько? - я еле сдержала смех, когда блондинка сбросила всю траву, которую она называла цветами, мне под ноги. - Венки плести буду. - ответила подруга с таким видом, будто это было очевидно. Я не выдержала и все же рассмеялась. - Зачем тебе ещё? - послышался голос сбоку, и к нам подошел Стас - мой парень. - Боишься, что первые пять никто не поймает? - Перестраховаться никогда не помешает, - ответила Лика, не заметив сарказма, и снова повернулась ко мне. - Так ты присмотришь? - Присмотрю, иди купайся. Сумерки уже. Лика ушла, на ходу стягивая сарафан и оставаясь в купальнике, а мы со Стасом остались. Он подошел ближе, тоже сел на траву и приобнял меня за плечи. Сразу стало чуточку теплее. - Тебе здесь не нравится? - поинтересовался он. - Нет, все нормально, - ответила я, всё ещё глядя на другой берег, где собрались в основном неизвестные мне парни. Девушек было мало. - Просто немного скучно. - Включить тебе музыку? - Давай. - Хорошо, - сказал он, поцеловал меня в висок и поднялся на ноги. - Сплетешь для меня венок? - Они тебе не идут. - фыркнула я, игнорируя игривый взгляд и улыбку, но пару полевых цветов и травинок в руки взяла. Через минуту заиграла какая-то бодренькая музыка в тему к празднику, а Вишневецкий отправился возиться с мясом. Ещё через пять минут разгорелся главный костер, и народ заметно повеселел. Кто-то водил хороводы, кто-то плавал в речке в купальниках и нагишом, а некоторые даже порывались идти искать цветущий папоротник. Но это, как правило, были самые смелые и самые пьяные парни. К счастью, отговорить их, предложив алкоголя, было не трудно, иначе потом пришлось бы отлавливать заблудившихся в лесу. И мы здесь были такие не одни. С нами праздновали ещё домов 12. Узнав об этом, Стас порывался перепрыгнуть через 12 заборов потому что слышал, что после этого сомнительного ритуала, сбываются желания, но я его отговорила, пообещав прыгнуть с ним через костер. И прыгнула. Древние славяне верили, что если пара, взявшись за руки, прыгнет через костер не разомкнув рук, и пламя их не заденет, то отношения укрепятся. Наш прыжок сопровождался дружными возгласами, криками, шутливыми репликами и редкими аплодисментами. Но в прыжке наши руки расцепились, а пламя подожгло штанину Стаса. Все, в том числе и мы, сделали вид, что ничего не произошло, и разошлись праздновать дальше, но все так же прекрасно поняли, что огонь не ошибается, и этот неудавшийся прыжок - вестник скорого расставания. Я вернулась под дерево и продолжила плести начатый недавно венок, изредка поглядывая то на костер, то на Стаса. Он же, наоборот, следил только за очередной порцией мяса и на меня не смотрел. Постепенно народ стал успокаиваться и переходить в ту стадию, когда хочется не громкой музыки, а тихих посиделок у костра с песнями под гитару. Тогда ко мне и подошла Наташа. - Споешь? - без лишних отступлений спросила она. Наташа знала, что уговаривать бесполезно, я либо откажу, либо соглашусь. Сегодня у меня не было настроения отказываться, да и праздник другим портить не хотелось. - Спою. Наташа протянула мне гитару, но я сказала, что аккомпанировать может кто-нибудь другой, а я спою и со своего места. Музыкального образования у меня не было, да и голос временами звучал по детски, но другим нравилось, а я не имела привычки отказывать в мелочах. Наташа передала гитару одному из парней, он взял первые аккорды, а подруга вернулась ко мне и села рядом. - Ты плыви, плыви венок, мой венок, ладу, ладу. Против солнца на восток, мой венок, ладу, ладу, - начала я тихим, успокаивающим голосом, дождавшись вступления. - Ты неси, неси, река, мой венок, ладу, ладу. Не топи его пока… - Ты плыви поверх реки, мой венок, ладу, ладу. Мою тайну сбереги, мой венок, ладу, ладу, - послышался голос Наташи. Она не отрывалась от своего венка, а я закончила свой и теперь смотрела на гладь реки и луну, ярко сияющую на небе. - Только в срок остановись, мой венок, ладу, ладу. Кому надо пригодись… Вся музыка разом смолкла, только в отдаленных местах ещё звучали биты и басы, но сюда долетали еле-еле. Здесь будто стояла какая-то сказочная тишина, нарушаемая только нашими голосами. Смолкли даже ребята на том берегу, а о нашей компании и говорить нечего. Все вслушивались в слова и смотрели куда-то вдаль невидящими взорами. Сложившиеся парочки жались друг к другу и улыбались, а я сидела у дерева смотрела в сторону и мечтала, чтобы Стас тоже подошел ко мне, но он стоял в стороне один и бросал на меня странные взгляды, заставляя меня вновь и вновь отводить глаза. - Заплетала слово за слово, за цветком вела цветок, чтобы стал еще прекраснее, кто наденет мой венок. - Ты плыви поверх реки, мой венок, ладу, ладу. Мое имя не реки, мой венок, ладу, ладу… Только в срок остановись, мой венок, ладу, ладу. Кому надо пригодись… Последние аккорды музыки смолкли, а все ещё сидели, будто завороженные. Положение спасла Лика, подскочив к своей охапке лугового сена, где валялись уже сплетенные венки, и заявив, что пора спускать их на воду. Идея была встречена бурным восторгом, и только я нехотя поднялась, отряхнулась и медленно пошла к маленькой пристани. "Кажется, его придется спустить на воду и попытать счастья..." - подумала я, опуская венок на водную гладь и оборачиваясь в ту сторону, где все ещё стоял мой парень. Сейчас он сложил руки на груди и не сводил с меня пристального, недовольного взгляда. Чем он был не доволен, я понять не могла, да и не хотела. Не я это начала, не мне и заканчивать. Я отвернулась, наблюдая, как все венки плывут к противоположному берегу, а мой медленно отплывает от берега и уплывает в сторону... POV. Костя. - Держи. - проговорил Ян, протягивая мне бутылку пива. - Я не пью пиво. - уже в сотый раз повторил я. - Ну, как хочешь. - пожал плечами друг и открыл одну бутылку, а вторую поставил на траву возле своего кресла. - Интересно? - спросил я, останавливаясь возле Артема - моего двоюродного брата. Он уже около пятнадцати минут пялился в бинокль на другой берег реки. Оно и понятно - недавно началось купание, хоть и позднее. И теперь Артем пялился на стройные девичьи фигурки в купальниках. - Ага. - он даже взгляда не оторвал. - Дай сюда. - я забрал из его рук бинокль, проигнорировав возмущенный возглас, и плюхнулся в соседнее кресло. Праздник начал сходить на нет не только в нашем доме, но и на том берегу реки. Праздник Ивана Купалы подходил к концу, остались только купание и пускание венков по реке. Именно сейчас все, кто праздновал, и купались. У нас же все просто расслабились и приглушили музыку. Возвращение Артема из Англии мы отметили. - Ты все ещё планируешь поехать в Шотландию? - поинтересовался друг. - Да, Ян, я хочу ехать. - безразлично ответил я, наблюдая за противоположным берегом. Мое внимание привлекла блондинка в купальнике, которая постоянно смеялась и брызгала на всех водой. Её смех был невероятно заразителен, настолько, что я сам улыбнулся. Она будто излучала свет и легкость. Именно такие девушки мне и нравились. - А Анжелика? - А что Анжелика? Не трудно было догадаться, зачем Ян упомянул свою сестру и мою девушку. Он не одобрял наши отношения, считая, что его сестренка слишком взбалмошна и своенравна для меня, но ещё больше он не одобрял моего отъезда и надеялся таким образом удержать меня. - Как ты объяснишь свой отъезд ей? Она же тебе глаза выцарапает. - Ты плохо думаешь о своей сестре, друг мой. - Я думаю о ней правильно, это ты её недооцениваешь. Так что? - Скажу ей в ближайшее время. Наш разговор внезапно прервала наступившая тишина, смолкла музыка, шум и голоса. Вначале я не понял, в чем дело, но через минуту кто-то начал петь. Благодаря хорошей акустике, песня разливалась над всей местностью, хоть девушка пела тихо. В песне не было особенных слов или мелодии, но она чем-то цепляла. Я снова посмотрел в бинокль. Теперь я понимал, почему Артем не отрывался от него - так он мог в подробностях видеть все, что происходит вокруг. И сейчас я этим пользовался, пытаясь найти ту, что пела. Это оказалось не сложно, девушка сидела на траве под деревом, прямо у дома напротив. В ней не было ничего выделяющегося, но голос притягивал. Я сидел в кресле, словно завороженный, и не мог пошевелиться. Остальные тихо переговаривались и, кажется, пытались что-то сказать мне, но я не слышал и очнулся только тогда, когда голос смолк. - Эй, ты чего? - ко мне подошел Артем и положил руку на плечо, заставляя вздрогнуть от неожиданности. - Я тебя уже минуту зову. - А он заслушался. - ответил Ян вместо меня и, запрокинув голову, расхохотался. Я не обращал на них внимания, продолжая разглядывать девушку. Она встала и прошла к маленькой деревянной пристани. На нашем берегу наметилось заметное оживление, хоть мы и не праздновали Ивана Купалу, но позабавиться и поймать венок какой-нибудь девчонки хотелось всем. Пока все ловили прибившиеся к берегу венки, я встал со своего места и внимательно наблюдал за одним единственным. Музыку больше не включали - пели сами. Как раз в соседнем доме, где по моим сведениям, жил банкир, не признающий ничего языческого, затянули какую-то грустную песню, а я все ещё был под впечатлением от прежней. - Эй, ты куда? - прокричал Ян, увидев, что я быстро иду вдоль берега к мосту неподалеку. - Хочу поймать венок. - Возьми другой, смотри сколько их здесь. - Я хочу именно этот. - тихо проговорил я, входя на мост. POV. Женя. Истоцкая ликовала, все её венки прибились к другому берегу, и почти все забрал один и тот же парень. Наташа за своим не следила, но я успела заметить, что его тоже кто-то выловил, а мой венок уплывал все дальше, заставляя прийти к выводу, что мне сегодня не везет. У дома напротив веселились едва ли не больше, чем у нашего, но вдруг смех и возгласы сменились криками. Один из парней быстро шел вдоль берега, изредка бросая взгляды на мой уплывающий венок. Все, кто стоял рядом со мной, придвинулись ближе, а кто находился на поляне, подошли, ожидая чего-то необычного. - Смотри, смотри, прыгнет же сейчас! - Лика почти повисла на моем плече и временами подпрыгивала на месте, наблюдая, как парень, стоя на мосту, стягивает рубашку. - Вернись, придурок! - неслось с другого берега. - Там же темно. - выдохнула девушка слева от меня. - И камни на дне. - поддержала та, что стояла справа. Я молча стояла и во все глаза смотрела на разворачивающуюся картину, ожидая, чем все закончится. И вдруг он встал на перила, балансируя руками, и прыгнул. Кто-то вскрикнул, кто-то чертыхнулся, ругань же с другого берега не прекращалась. - Утонул? - поинтересовалась Лика, глядя на меня большими, наивными глазами. Я не ответила, глядя на Стаса, который так и не сдвинулся с места и не переменил позы, только взгляд стал более холодным. - Утонул! - выкрикнула какая-то девица, обращая внимание всех на то, что парень долго не всплывает. Я отвернулась от Стаса и испуганными глазами уставилась на место, куда нырнул парень, и где ещё по воде шла рябь, а в голове стучала назойливая мысль, от которой все внутри похолодело: утонул из-за меня. - Да вот же он! - крикнул парень, стоящий рядом с Ликой, и указал на мост, где уже стоял тот, кто недавно прыгнул в воду. Облокотившись о перила, он смотрел на нас всех и вертел в руках венок. Лица его я не видела из-за темноты, только фигуру, освещенную луной, но мне почему-то показалось, что этот взгляд насмешлив и направлен прямо на мое побледневшее лицо. Круто развернувшись, я направилась к малому костру. На место паники и беспокойства пришли раздражение и откровенная злость за такую выходку, изредка разбавляемые гордостью за то, что кто-то незнакомый смог прыгнуть ночью в реку, чтобы достать всего лишь мой венок. Но последние мысли я настойчиво отгоняла, объективно полагая, что я здесь не при чем и парень просто захотел потешить свое самолюбие и выделиться среди друзей. Но, при этом, я рискнула снова посмотреть на мост только спустя 15 минут, когда все снова собрались вместе и занялись своими делами, за исключением Наташи, которая побежала на тот берег, прихватив с собой камеру, чтобы запечатлеть возвращение "героя". Мост был пуст. Я облегченно выдохнула, стараясь за выдохом скрыть разочарование. И мне бы это удалось, если бы не назойливое чувство, что на меня направлен чей-то взгляд. Я постаралась осмотреться так, чтобы не привлекать лишнего внимания - мне его сегодня уже с лихвой хватило, но ничего не обнаружила. Даже рискнула посмотреть прямо перед собой, но у дома напротив увидела только Белову, порхающую от одного парня к другому и снимающую всех крупным планом. "Расслабься, все нормально. Подумаешь, какой-то ненормальный прыгнул в речку, тебя это не касается. Все уже закончилось". - мысленно пыталась убедить себя я и вдруг наткнулась взглядом на темную фигуру. Он стоял в пяти метрах от меня, прислонившись к стволу дерева. Пламя костра освещало только ноги и немного торс, так что все, что выше локтей, я уже не видела, но по венку на голове могла предположить, кто стоит передо мной. Минуту мы смотрели друг на друга не отрываясь. Глаз в темноте я тоже не видела, а свету от луны мешали пробиться ветви деревьев, но каким-то шестым чувством ощущала, что его пристальный взгляд снова направлен на меня. Внутри появилось странное волнение, которое несомненно отразилось на лице. Я подумала что теперь выгляжу не лучшим образом, в отличии от него. Хоть на нем и были потяжелевшие от впитанной воды джинсы, а рубашка прилипла к мокрому телу смотрелся он просто прекрасно. Мне вдруг захотелось подойти и посмотреть на его лицо проверить, так ли оно красиво, как и тело. Я даже встала с бревнышка, на котором сидела, но не успела сделать и шага, как за руку меня поймал Вишневецкий. - Что? - я вздрогнула и обернулась. - Пойдем, посмотрим, что сняла Наташа. - сказал он, смотря на меня виноватыми глазами. Я сразу поняла, что это был жест извинения. Стас почти никогда не извинялся открыто и с помощью слов, но всегда умел делать это глазами. И всегда я его молча прощала, как сделала это сейчас. - Пойдем. - вздохнула я и крепче сжала его руку, когда же обернулась, чтобы посмотреть на деревья и темнеющий возле них силуэт, там никого уже не было. *** - Трипутник-попутник, живешь при дороге, видишь малого и старого, скажи моего суженого. - Что ты делаешь? - с ироничной улыбкой поинтересовалась я, входя в комнату. Лика сидела на одной из кроватей и запихивала какой-то сорняк под подушку. - Подорожник заговариваю, - с самым серьезным видом ответила подруга. - Если правильно его заговорить и на ночь положить под подушку, приснится будущий муж. - Судя по тому, сколько ты туда уже засунула, тебе приснится рота солдат. - фыркнула я, осматривая гору примятого подорожника и подушку, возвышающуюся на ней. - Не смешно. - А это что за солома? - спросила я, раздевшись, повернувшись к своей кровати и улицезрев на ней охапку полевых растений, названия которых я, если напрячься, ещё могла бы с трудом вспомнить. Обидевшаяся и приунывшая Лика, после вопроса снова зажглась. - Это полевые травы. Их тоже заговаривают и кладут под подушку, и если утром насчитается 12 разных, то сбудется или сон, приснившийся в эту ночь, или загаданное перед заговором желание. Глаза Истоцкой фанатично сияли, а на лице расплылась такая радостная улыбка, что я не нашла в себе сил отказать и, сев на кровать, молча начала читать заранее написанный для меня на бумажке заговор в стихах. - И этот бред нужно произнести вслух? - возмутилась я, когда чтение было окончено. - Ну я же их собирала, когда вы смотрели с Натой видео... - заныла девушка и состроила несчастную мину, но тут же встрепенулась. - Кстати, она сняла того парня? Он симпатичный? - Нет. Его там не было. - ответила я в который раз убеждаясь, что у дерева передо мной стоял именно он. Скривившись, я вновь перевела взгляд с подруги на бумажку и на букет цветов. Дважды я открыла рот, чтобы произнести эту языческую ахинею, но так и не смогла. - А черт с вами, - сжимая растения в руке, проговорила я, - просто покажите мне будущего мужа. - и засунула их под подушку, укладываясь сверху. Лика только покачала головой, выключила свет и тоже легла. Всю ночь мне снились синие глаза, губы, искривленные в ироничной усмешке, и какой-то мерцающий во тьме огонек. А когда утром я проснулась разбитая и посмотрела на другой берег реки, дом был пуст. Наташа сказала, что все уехали ещё в шесть утра.