Любовь по расчету.

Глава 3. POV. Женя. Утром я встала с огромным трудом, хоть и знала, что на этот день назначена ответственная миссия. Будильнику пришлось прозвонить три раза, прежде чем я нехотя выбралась из царства морфея, осознала, что сегодня за день, и поняла, что мои долгие сборы в школу могут вызвать у отца нежелательные подозрения. Чтобы сэкономить немного времени, я наспех умылась, побросала в рюкзак самое необходимое, а сверху положила книги так, чтобы они немного выглядывали. Много одежды я взять не могла: папа сразу бы все понял и нашел бы способ меня удержать. Выбирать одежду времени не было, поэтому я впервые за долгие годы надела школьную форму: темно-синюю юбку клеш выше колена, белую блузку и темно-синий пиджак с желтой эмблемой школы на груди, а вот с макияжем пришлось повозиться, скрывая красные глаза и немного опухшее лицо - свидетельства моего ночного времяпрепровождения... Наконец, окончательно приготовившись и взяв из тайника деньги, которые я давно откладывала на поступление в институт, я спустилась вниз. Отец не спал, но и на работу не ушел. Меня начало наполнять чувство, что моя затея не принесет ничего хорошего, а вчерашний разговор с Ликой и её ярые протесты против моего плана это чувство только подпитывали, заставляя расти. Все время пока я ходила по дому, изображая ежеутренний ритуал сбора последних, нужных для занятий мелочей, отец пил кофе и не сводил с меня виноватого, но напряженного и жесткого взгляда. Я решила не реагировать на это и даже не смотреть в его сторону, чтобы мои глаза не выдали меня, и операция не провалилась. Когда же папа попытался заговорить со мной, а Марта запихнуть в рюкзак приготовленный сандвичи, я просто не дала им шанса: выскочила за дверь и села в машину, где меня уже ждал Энтони. Только в машине я немного успокоилась и позволила себе улыбнуться, поняв, что первая часть плана выполнена. Осталась вторая, но уговорить Энтони остановить машину у дома Лики, убедить, что дальше я поеду с подругой, и избавиться от водителя оказалось труднее, чем я думала. Он все время твердил, что должен доставить меня до пункта назначения, проследить, что я вошла в здание, и со мной все в порядке, а потом дождаться окончания занятий и привезти домой, но под натиском уговоров, давления на жалость и вчерашних событий, мужчина все же сдался, пожелал мне удачи и уехал, сказав, что будет на школьной стоянке еще до конца последнего урока. Стоило только шоферу достаточно отдалиться, как Лика тут же набросилась на меня с обвинениями. - Да ты с ума сошла! - воскликнула она, повысив голос и для пущей убедительности вытаращив глаза. - Сбегать из дома - не выход! -А что мне еще делать? Я же говорила, что отец непреклонен. Вчера вечером он снова накричал на меня за то, что я не стала разговаривать с тем парнем, который приходил, чтобы удостовериться в том, что сделка в силе, а потом заявил, что сделает все, чтобы его затея осуществилась. Ты не понимаешь? Он же правда выдаст меня замуж! Понимаешь? Выдаст! - Но не действовать же так радикально! - гнула свою линию подруга. - Предложишь другой план? - подчеркнуто сдержанно поинтересовалась я, но ее паника уже начала передаваться мне. Я поняла, что на самом деле мой план совершенно не продуман, с множеством изъянов, неточностей и неудобств, но отказываться от своей затеи не собиралась. - Нет. Мы обе замолчали. Я ждала, когда Лика отдаст мне ключи от отцовского мерседеса, а она переминалась с ноги на ногу, боролась с желанием погрызть ногти и пыталась принять окончательное решение. - Лика, пожалуйста. Ты - единственная, кто может мне помочь, - постаралась я вновь использовать старый прием и заставить меня пожалеть. - Наташа отказалась сразу, как только услышала фамилию папиного конкурента, а Стас и вовсе не стал меня слушать. - Ты действительно этого хочешь? - наконец спросила она после очередной паузы. Я уверенно кивнула, после чего блондинка покачала головой, будто бы говоря "А черт с тобой, делай, что хочешь", и отдала мне ключи от машины, на которой мне предстояло доехать до Питера в кратчайшие сроки, при оптимальной скорости. В Санкт-Петербурге у мамы была квартира, в которой она жила до знакомства с папой, и которая сейчас пустовала. Там я и собиралась пожить, пока все не уляжется. Конечно, вероятность, что отец быстро найдет меня, очень велика, но, я надеялась, что пока он поймет, где меня искать, я уже придумаю что-нибудь еще. - Береги себя, и удачи тебе, - обнимая меня за плечи, пожелала Истоцкая. - Я буду прикрывать тебя столько, сколько смогу, но обещай, что все время будешь на связи и позвонишь, как только приедешь. - Обещаю. - я мысленно поблагодарила родителей Лики за то, что они сейчас в командировке, и раздобыть машину не составило большого труда, и села на водительское сидение, а через тридцать минут уже мчалась по главному шоссе в сторону Петербурга. POV. Костя. Утро выдалось просто отвратительное: не успел я открыть глаза, как услышал стук капель по стеклу, затем глянул на часы, понял, что должен был встать еще час назад, скатился с кровати, понесся в душ, а после начал судорожно натягивать светло-синие джинсы и голубую рубашку. Но на этом мои беды не закончились, и мне поставили диагноз "безответственный" все, кому не лень. Так что, когда я спустился к завтраку, настроение было не самое радужное. Войдя в светлую столовую, я увидел, что вся семья в сборе, исключая Магдалину, которая уже ушла в школу. Поздоровавшись, я сел за стол и взялся за чашку с кофе. Ни пить, ни есть не хотелось, но сидеть с пустыми руками было бы глупо. - Ты совершенно безответственный, - заявила мать, вскинув подбородок и чопорно поправляя рукава своей кремовой блузки. - Как можно было опоздать на собственный поезд? Что теперь делать с билетом? Я посмотрел на мать, надеясь успокоиться и не ответить ей так же резко, как звучали ее вопросы. Чуть вытянутое лицо, зеленые раскосые глаза, тонкие губы, бледность которых скрыта яркой морковной помадой, вьющиеся крупными локонами светлые волосы средней длинны и ужасный характер. В этом вся моя мать. - С кем не бывает, - стараясь говорить миролюбиво, но помимо воли все больше мрачнея, ответил я. - Билет я просто сдам. - Совершенно безответственный! - в сердцах воскликнула мама, бросила скомканную салфетку на стол и покинула столовую. Я скосил глаза на папу, молча спрашивая, что случилось, но он лишь покачал головой, призывая не обращать на это внимания, и продолжил читать газету и пить кофе. - А ты почему снова не занятия? - спросил я, не надеясь получить нормальный ответ, и начиная думать, что домой я вернулся зря. Но сестра ответила неожиданно спокойно, и в ее тоне прослеживалось смущение. - Я слышала, что ты сегодня уезжаешь, и подумала, что ты поедешь не один. Я тут же понял, о чем она говорит, отодвинул поставленную передо мной тарелку с едой в сторону, понимая, что утро окончательно испорчено, проводил тяжелым взглядом прислугу и еще больше нахмурился, пытаясь придумать, что дальше делать с моей сестрой. - Опять? - прищурившись и понизив голос, чтобы не слушал отец, спросил я. - О чем ты? - попыталась сойти за дурочку, переспросила Соня. - А то я не знаю! - хмуро посмотрел я на сестру, давая понять, что мне действительно известно то, что Соня активно пыталась скрыть. - Ян не для тебя, у вас разница в шесть лет! - И что?! - взвилась девушка, привлекая внимание отца. Он оторвался от газеты, удивленно посмотрел на детей, но ничего не сказал. - У вас разные интересы, понимаешь, о чем я? - настойчиво пытаясь отстоять свою точку зрения, проговорил я. - Мне все равно, понимаешь, о чем я? - тем же тоном отозвалась она, выделяя голосом последние слова. - Даже не думай! - прошипел я, вставая из-за стола и наклоняясь к сестре. Ответить она не успела - я отвернулся, бросил отцу пару прощальных слов и вышел из дома. Вчера меня посетила безумная идея поехать на машине, так что я был даже рад тому, что опоздал на поезд. Мое авто уже стояло перед домом. Сев за руль, я увидел, как Виктор складывает с вечера собранные мной чемоданы в багажник. Закончив свое дело, он похлопал по дверце, добродушно махнул рукой, а через две минуты я уже мчался по шоссе в сторону Питера. Прошло около часа, но я успел уже проехать солидное расстояние. Все время я старался придерживаться скорости в сотню километров в час, и это был далеко не предел моих возможностей. Город уже давно остался позади, и теперь слева от меня тянулось поле, а справа - сплошной лес. Меня так захватил вид, что я не сразу заметил едущий впереди меня мерседес и чуть в него не врезался, но вовремя сбросил скорость. Некоторое время я терпеливо тащился со скоростью около сорока километров в час, но такое положение дел мне быстро надоело, и я решил обогнать машину. Я убедился, что на встречной полосе, как и в предыдущие полчаса, нет машин, включил поворотник и пошел на обгон. Но не успел снова встать на свою полосу, как почувствовал сильный толчок сзади, меня бросило на руль, а машину завертело. Я резко нажал на тормоз, но остановиться не получилось из-за высокой скорости. Прежде чем я успел предпринять что-то еще, машина врезалась в дерево, в салон посыпались осколки от разбитого бокового стекла и треснувшего лобового, а я потерял сознание. POV. Женя. Я ехала уже очень долго. Почти сразу, ка отъехала, я сбросила скорость до 50 километров в час и ехала так назло всем водителям, которые сигналили и даже высовывались из окон, чтобы крикнуть мне вслед что-нибудь непристойное. Я всех попросту игнорировала. Энтони как-то пытался научить меня хорошо водить машину, и я даже усвоила всю теорию, но с практикой вышло сложнее. Я была в постоянном напряжении, если скорость превышала 70 километров в час, дергалась и шарахалась от обгонявших меня машин. Однажды даже чуть не стала причиной ДТП, так что теперь я предпочитала плестись с черепашей скоростью, пусть это и мешало остальным. Вскоре машины стали попадаться реже, а потом и вовсе пропали из вида. Справа от дороги были видны лишь деревья, а слева нескончаемое неухоженное поле, которое я лицезрела уже на протяжении двух километров. Окончательно я сдалась и признала, что заблудилась, когда сбилось и зашипело радио. Отчаявшись найти дорогу самостоятельно, я полезла в бардачок за картой. Сбавив ход еще больше, я развернула кару и попыталась понять, где нахожусь, изредка бросая взгляд на пустую дорогу. Но не успела я различить и знака, как последовал сильный удар, меня встряхнуло и чуть не выкинуло через лобовое стекло. Тут же я поняла, зачем в автомобилях нужны ремни безопасности, бросила карту, практически порвав ее, обеими руками вцепилась в руль и ударила по тормозам. Моя машина тут же замерла на месте, а вот второму водителю не повезло: сквозь лобовое стекло я видела, как он потерял управление, машина закрутилась, врезалась в дерево и остановилась. Из под капота повалил дым. Наступила мертвая тишина, будто здесь и не было никакой аварии... Все мое тело будто парализовало, умом я понимала, что нужно выйти и посмотреть, что со вторым водителем, но сдвинуться с места не могла. Лишь когда в салон пострадавшей машины упал кусок стекла, я медленно открыла дверцу и вышла из машины. Сделав пару шагов, я в испуге замерла. Из машины в нескольких метрах от меня не доносилось ни звука, и не было никаких признаков того, что там кто-то жив. На несколько секунд мне показалось, что, возможно, я убила водителя, и внутри все похолодело, но я тут же отогнала от себя эти ужасные мыслии на трясущихся ногах подошла к черному БМВ. Стекло со стороны водителя было полностью выбито и стеклянной крошкой ссыпалось в салон. На водительском месте сидел парень, который, как мне показалось, был без сознания: руки и голова покоились на руле, а на левом рукаве светлой рубашки растекалось красное пятно. Я дрожащими руками открыла дверь с его стороны и еще раз оглядела парня, не решаясь до него дотронуться. Мне казалось, что если я это сделаю, то почувствую медленно остывающее тело. В горле образовался комок, откуда-то из глубин начала подниматься паника, а я потянулась рукой к голове парня, следя за собственными движениями широко раскрытыми глазами. - Не самая романтичная обстановка для нежных поглаживаний по голове . - приглушенно проговорил парень, когда я пальцами осторожно коснулась его волос, и я с испуганным вздохом отдернула руку. - Я только хотела проверить, все ли с вами в порядке. - пролепетала я, чувствя, что робею от этого насмешливого голоса. - Я похож на человека, с которым все в порядке? - на этот раз в голосе слышались язвительные нотки. Я предпочла поместить этот вопрос в раздел риторических и промолчать. - Ладно, - снова заговорил парень, так и не дождавшись от меня ответа и будто на что-то надеясь и делая мне огромное одолжение. - сними с меня рубашку. Я уставилась на него не мигая и старалась удержать челюсть от падения на асфальт. Он ранен, сидит в куче осколков и разрешает мне снять с него рубашку? Можно было бы подумать, что у него не все в порядке с головой, но он, будто прочитав мои мысли, тут же опроверг это предположение: - Я, конечно, полностью поддерживаю фразу "С хорошм человеком и поговорить приятно", но вести диалог с самим собой мне уже надоело. Может перестанешь подражать фонарному столбу и поможешь мне стащить этот кусок ткани? Сидеть с осколками за шиворотом и не иметь возможности пошевелиться - то еще удовольствие, знаешь ли. - Да, конечно. - засуетилась я, поняв, в чем дело, но не зная, как подступиться. Блондину пришлось самостоятельно руководить процессом расстегивания пуговиц и морщиться от каждой оторванной пуговицы. Наконец мне удалось справиться с этим нелегким делом, но появилось новое: нужно было снять рубашку. Парень медленно снял руку с руля и чуть опустил её вниз. Пятно крови на плече увеличилось. - Подожди, сейчас. Я развела полы рубашки в стороны и еле удержала потрясенный выдох. Блондин был прекрасно сложен, таких парней я видела только на картинках и в рекламе. - Давай быстрее, я больше не могу терять драгоценные литры крови. - простонал он. Я опомнилась и спустила рубашку с плеч. Оттуда выпало маленькое, но достаточно острое, что бы поцарапать его, стеклышко. Я поймала острый кусочек и выкинула из машины на асфальт. Парень поспешил выпрямиться, но тут же снова поморщился - мелкие осколки оцарапали спину. Я хотела помочь, тем более теперь это было не трудно, но он сам пробормотал что-то нечленораздельное и со злостью сдернул рубашку, причинив и ей, и себе еще больший ущерб, и сделав порез на плече более глубоким, но сам этого, кажется, даже не заметил. Он бросил рубашку на соседнее сидение, вылез из машины и встал в полный рост, отряхиваясь от осколочной крошки. Двигался он так стремительно, что мне пришлось отскочить в сторону, чтобы он меня не сшиб. Пока блондин отряхивался, я беззастенчиво его разглядывала. То, что у него хорошая фигура, я отметила сразу, но я и подумать не могла, что у него такой рост. При моих 173 сантиметрах, было заметно, что он выше сантиметров на 15-20. Мне он казался просто огромным. Не скажу, что он был эталоном модельной внешности и имел широкие плечи, узкие бедра и гору мышц, пусть и выглядел хорошо, но скорее его можно было описать, как худого и длинного, но все равно внушающего уверенность в своей силе. - Чего уставилась? - подняв на меня взгляд, довольно не вежливо спросил парень. - У тебя рана на плече, - с секундной заминкой ответила я, не двигаясь с места. Я никогда не была из робкого десятка, но что-то в этом человеке заставляло меня бояться сделать лишнее движение. Может его грубость и то, что он даже не подумал поинтересоваться, как себя чувствую я, а может непредсказуемость и мое нежелание проверять, какую язвительную гадость он скажет в следующий раз. - И на бедре кровь. Он покосился на плечо, затем на левое бедро, где темные джинсы приобрели бордовый оттенок, но ничего не сказал и зашагал к моей машине. - Что ты делаешь? - спросила я, следя за его перемещениями. - Осматриваю твою машину на предмет повреждений. - ответил парень, по-хозяйски открывая капот, но не успел он заглянуть внутрь, как чертыхнулся и уставился на колеса. Две шины были испорчены. - Потрясающе, - изрек он, поворачиваясь ко мне лицом и разводя руками. - Скажи, кто учил тебя водить? И кто вообще выдал такой неумехе права? Я смутилась и потупила взгляд, удержав замечание о том, что у меня нет прав, а за город я выехала только благодаря потрясающеу везению, при себе. - Твою руку нужно обработать, рана может доставить много проблем, если ей не заняться прямо сейчас. - проговорила я, отчасти потому, что желала увести его от скользкой темы, отчасти из-за того, что с детства не переносила вида чужой крови, хотя на свою смотрела спокойно. - У нас уже достаточно проблем. - блондин покорно, что не могло меня не удивить, открыл дверцу и присел на переднее сидение моей машины. Я достала аптечку и вылила на марлевый бинт почти половину обеззараживающего средства. - Сейчас будет немного больно, потерпи. Он пробурчал что-то вроде "плакать не буду, не маленький" и тут же судорожно дернулся и зашипел, когда я прикоснулась марлей к ране, а я усмехнулась. Он, видимо, это заметил, потому что больше не издал ни звука, пока повязка не была хорошо закреплена на его плече, только морщился. - Теперь бедро. - Ну уж нет! - вытаращив глаза, проговорил он и довольно резво вскочил с сидения. - Если не обработать, будет большее. - предостерегла я, заметив, что каждое движение причиняет ему боль. - Я сказал нет! - рявкнул он и зашагал в сторону леса. - Пойду осмотрюсь. Если ты еще не поняла, то мы здесь надолго. - Вовсе нет, нужно просто позвонить в ГАИ, и нас заберут. - уверенно заявила я, доставая телефон. Парень презрительно фыркнул. - Дерзай. Удачи. Тебе повезет, если хотя бы гудки пойдут. Я бросила ему в спину презрительный взгляд и отвернулась. Если он так хочет потеряться - пусть. Я не буду ему мешать, тем более, что за свою помощь получила лишь насмешки, обвинения и хамство. Парень скрылся за деревьями, а я села в машину, набрала номер и поднесла телефон к уху, но вызов действительно не пошел. Не услышала я гудков ни на второй, ни на третий раз - противный сигнал и механический голос сообщали, что нет сети. Я наконец заволновалась. В любой другой ситуации я сделала бы это раньше, но до сих пор мне помогал сдерживаться вид пострадавшего парня, а теперь я поняла, что даже самая незначительная авария в подобном месте - это серьезно, и совершенно не представляла, что делать. А единственный, кто, видимо, знал весь план необходимых действий, ушел осматриваться десять минут назад и до сих пор не вернулся. Волнение медленно перерастало в панику, а я все чаще бросала короткие взгляды на деревья, надеясь, что сейчас блондин появится, но этого не произошло. Выбравшись из машины, я медленно пошла к деревьям. Диких лесов я боялась еще больше, чем ДТП, но выбора не было - за время, проведенное на месте аварии, мимо не проехала ни одна машина. Стоило мне только сойти с дороги на траву, как тихий щебет птиц перекрыл знакомый голос, я вздрогнула от неожиданности. - Иди сюда, я кое-что нашел. Обрадовавшись скорее не его неизвестной находке, а тому, что нашелся он сам, я прошла вперед, ориентируясь на звук его голоса. - Где ты? - Здесь, ты почти пришла, я тебя вижу. Торопясь тоже его увидеть, я ускорила шаг, зацепилась ногой за какой-то вьюнок и неожиданно рухнула в чьи-то объятия. - Ты не только водить, но и ходить не умеешь, - вынес вердикт парень. Я же цеплялась за его голые плечи и снизу вверх смотрела в яркие голубые глаза, горящие иронией. - Ладно, идем, я тебе кое-что покажу. Я наконец отлипла от парня и пошла рядом, опустив взгляд себе под ноги. - Как тебя зовут? - неожиданно спросил он. Я встрепенулась, оторвала взгляд от туфлей, в которых ходила в школу, и снова зацепилась за какой-то кустарник. Парень удержал меня от падения. - Женя. - быстро ответила я. - А тебя? - Ян. Меня зовут Ян. - после неловкого минутного молчания ответил он и повернулся ко мне лицом, на ходу разглядывая. Я поежилась, но ничего не сказала, только косилась на него исподтишка. Покосившись на него в очередной раз, я снова споткнулась, готовясь упасть, но он решительно схватил меня за руку и потащил за собой. Я спотыкалась о коряги и путалась в стелющихся по земле растениях, засматриваясь на проникавший сквозь листву зеленоватый свет, но больше так ниразу и не упала. Мы шли около пяти минут, пока наконец Ян не остановился и не указал рукой на какую-то деревянную, полуразвалившуюся, покрытую мхом лачугу. - И что? - раздраженно поинтересовалась я, выдергивая свою руку из его ладони и рассматривая его довольную физиономию. - Не "и что", а твое новое место жительства на ближайшие сутки. - Что? - возмутилась я. - Ты предлагаешь мне жить в этой лачуге, которая может рухнуть в любой момент? - А ты предпочитаешь остаться в машине, где тебя во время сна может порезать осколком? - тем же тоном поинтересовался он. - Там гораздо удобнее и безопаснее. - Я бы так не сказал, - задумчиво проговорил блондин. - В домике лесника хотя бы есть кровать. - Ты туда уже заходил?! А если бы там кто-то был? - Если бы там кто-то был, это было бы нам только на руку. - А если бы это был дикий зверь?! - Здесь мало диких зверей, здесь разрешена охота, - спокойно сказал Ян и, засунув руки в карманы, направился к дому. - Ты как хочешь, а я остаюсь здесь. Ты сама сказала, что найдут нас не раньше, чем через сутки, а спать на пустом шоссе в сломанной машине мне не улыбается. Я минуту постояла на месте, а потом с криками, чтобы он меня подождал, и снова путаясь в высокой траве, бросилась за ним. Если ему одиночество просто не нравилось, то меня перспектива остаться в незнакомом месте совершенно одной откровенно пугала. Я с детства плохо ориентируюсь на местности и могу блуждать по этому лесу неделю и так и не найти дорогу к машине. Дом оказался маленьким и неухоженным. Здесь явно жил старый и неаккуратный человек, скорее всего отшельник или лесник - такой беспорядок мог быть только у них. Комнат было всего четыре: предбанник, две крохотные спальни и кухня. Если отодвинуть кухонный стол, можно было обнаружить небольшой погреб, но туда рискнул спуститься только Ян - я побоялась. По лачуге я ходила медленно, то и дело шарахаясь от пауков, которые шустро бегали по стенам. Мне все время казалось, что сейчас кто-то заорет и выскочит из-за угла. Паутина, скрипящие доски и затхлый воздух оптимизма не добавляли. Пока Ян ползал где-то в погребе, непонятно что там выискивая, я принялась за посуду, горой сваленную на деревянном столе. Мыть я ее не собиралась, просто свалила в уже переполненную миску с грязными тарелками и мутной водой. Отыскав тряпку, я стерла засохшие пятна со стола и смахнула крошки, после чего полезла по буфетным шкафам и тумбам, расставленным по периметру кухни. Они были пусты, нашлась только половина зачерствевшей булки хлеба. Яну повезло больше: в погребе обнаружились куски вяленого мяса и сушёной рыбы и два мешка сухофруктов.Там было ещё много банок с купоркой, но её мы трогать побоялись - неизвестно, когда её делали. Как оказалось, выжить можно в любых условиях. К вечеру мы более менее освоились. Я заняла ближнюю комнату. Она правда была довольно тесной, но всё же уютной: буфет с кое-где надколотой по краям, но крепкой на вид посудой и маленькими глиняными фигурками зверей, кровать с матрасом и тумбочка с лежащим в ней старым, затёртым, но без дырок постельным бельем. Шиковать не приходилось, но в сложившейся ситуации я была рада и такой находке. Ян ушел в дальнюю комнату, как только узнал, что я по натуре жаворонок и люблю вставать рано, - он оказался любителем поспать. Занятые им апартаменты были обставлены не лучше моих, если не сказать хуже: железная кровать с матрасом и тумбочка, больше там не было ничего. Даже буфета с посудой. Парень, по этому поводу, по-моему даже не огорчился. Ян принес наши вещи из машин и сгрузил их под кухонный стол. Разбирать мы их не стали, договорившись хранить все в сумках, чтобы в случае чего быстро покинуть дом. Я попыталась узнать, что он подразумевает под "в случае чего", но он отмахнулся, заявив, что пора бы поесть. Он запланировал быстрый перекус, но это затянулось практически на два часа. Я никак не хотела есть сушеную рыбу, а вяленое мясо тем более. Зато Ян, кажется, мог есть за двоих или даже за троих и еще успевать задавать вопросы. Я скептически смотрела на тонкие полоски мяса, исчезающие в его рту, и рассказывала. Как-то незаметно получилось, что за разговором он узнал все о том, как я жила последние три месяца, включая "радостную новость" и мой побег. За рассказом даже я съела несколько тонких полосок вяленого мяса, стараясь как можно быстрее проглотить отвратительное на вид кушанье и не почувствовать вкуса. Оно не нравилось мне еще со времен детских походов с отцом, когда мне было лет восемь. А вот парень наоборот, будто мне назло, откусывал по чуть-чуть и жевал медленно, с прищуром глядя на меня и нахально улыбаясь. Я морщилась от каждого кусочка, но уйти мне мешало желание проверить, насколько серьезна рана на бедре, и обработать ее. - Снимай штаны. - как только он поел, заявила я. Парень удивленно на меня уставился, но я продемонстрировала аптечку. Удивление сменилось страдальческим выражением. - Нет. - попытался увильнуть парень, но я не дала ему даже встать, опустившись на одно колено рядом со стулом. - Снимай. - Нет. - упрямо повторил он. - Снимай, или их сниму я. - тихо и угрожающе проговорила я, сурово глядя на блондина снизу вверх. Не знаю, что на него подействовало, но он все же встал и взглядом попросил дать ему выйти. Поняв, что победа за мной, я тоже встала и посторонилась. Ян вышел и отошел на пару шагов, на ходу расстегивая джинсы. Я вначале старалась не смотреть и пыталась спрятать не знающий за что зацепиться взгляд, но потом подумала, что это глупо и бесполезно, и продолжила спокойно смотреть. - Так а что плохого в том, что ты выйдешь замуж за того старичка? - неожиданно спросил парень. - Если он такой богатый, как говорит твой отец, и такой старый, каким запомнила его ты, то скоро окочурится, а ты станешь богатой вдовой и найдешь себе кого-нибудь. - Ты правда не понимаешь? - удивилась я, смотря, как он снимает одну штанину и возится со второй, где отпечаталось красное пятно. - Мне же не известно, когда он отойдет в мир иной, может он еще десять лет проживет, а может двадцать, и все двадцать лет мне его терпеть? И спать с ним? - Кто тебе мешает изменить? - с искренним удивлением воскликнул парень. - Я не смогу, - убежденно ответила я, не понимая, как Ян мог так спокойно мне это предложить. - Меня воспитывали не так, это против моих принципов. К тому же, я не хочу уподобляться ему. Он мерзок в своих ярких костюмах, с сигарами в зубах и голыми девицами на коленях, для меня он падший человек. - последнее предложение я произнесла с особым чувством, а Ян дернулся. - Повтори. - напряженно попросил он. - Он... - начала я, не понимая, что его так взволновало, но он перебил, подскакивая ко мне и отбирая аптечку. - Я сам все обработаю, иди к себе. - Что с тобой? - уловив в его голосе какие-то не понятные мне нотки и удивляясь реакции, спросила я. - Ничего, иди к себе. - отрезал он, усаживаясь на стул. - Но... - Вон я сказал! - рявкнул он, бросив на меня уничтожающий взгляд. Я попятилась, глядя на него широко распахнутыми глазами, но у самого порога прищурилась и решительно выскочила из кухни, направляясь в свою комнату. Меня задел его тон и то, как быстро он, бывший на моей стороне во время рассказа, переметнулся, как только я высказала свое мнение о пожилых прожигателях жизни. Первые секунды я действительно не понимала, чем это вызвано, но сейчас, лежа на неудобной кровати и подложив под голову одну из свернутых в рулон простынь, потому что подушек в доме не нашлось, а другой укрываясь, я поняла, что Ян сам является таким человеком, и в будущем его ждет именно это. Он останется один и до старости будет вести разгульный образ жизни, превращаясь в престарелого бабника. Жалкое зрелище. Еще немного полежав на кровати всматриваясь в темноту, я наконец расслабилась, отбросила все мысли в сторону и позволила себе провалиться в сон. Видимо, на мне сказалось сегодняшнее приключение, потому что заснула я довольно быстро, даже не потрудившись напоследок узнать, все ли в порядке с Яном и его ногой. Разбудил меня какой-то шорох. Открыв глаза, я поняла, что до утра еще далеко, источником света служит желтоватая луна, отбрасывающая на деревянный пол полосу света, а в выделенной мне комнате кто-то есть. Аккуратно приподняв голову, чтобы не привлекать внимания и не дать понять, что уже проснулась, я посмотрела в сторону, откуда исходил звук.На корточках у моего рюкзака сидел Ян и перелистывал страницы какого-то документа. Приглядевшись, я поняла, что это мой паспорт, и не смогла сдержать удивленного возгласа. - Что ты делаешь? Парень вздрогнул, медленно выпрямился и повернулся ко мне лицом, продолжая держать в руках документы. Растерянность, которая отобразилась на лице блондина, четко дала понять, что оправданий у Яна нет. - Зачем тебе мои документы? - задала я новый вопрос, приподнявшись на локтях и не сводя глаз с Яна. Он по-прежнему молчал, только голубые глаза сверкали в темноте, да пальцы нервно мяли обложку паспорта. Мне вдруг стало не по себе, я в полной мере осознала, что так быть не должно, и он не имеет права трогать мои личные вещи, а тем более документы. И мне на секунду стало страшно. Я хотела возмутиться и потребовать объяснений, но какое-то странное чувство внутри меня остановило. Я вспомнила, что мы находимся посреди леса, местность и живность которого хорошо знает только Ян, и я полностью от него завишу. К тому же неизвестно, что еще может сделать этот человек, ведь я его совсем не знаю. Может это ночь и страх на меня так действовали, но мне казалось, что он способен на все. - Прости. - тихо произнес Ян, бросая мой паспорт на деревянную тумбочку. С глухим шлепком документ коснулся поверхности, а я чуть вздрогнула. Ян это заметил, поморщился и отступил к двери, а после еще раз пробормотал извинения и вовсе вышел из темной комнаты, прикрыв за собой дверь. Я услышала, как хлопнула входная дверь - он вышел на улицу. До самого рассвета я не могла больше уснуть, кровать казалась жёсткой, простыни подо мной слишком нагретыми и не приятными для тела, к тому же мне не давала покоя мысль, что заставило Яна рыться в моей сумке? На вора он похож мало, на любителя копаться в чужих вещах ещё меньше... К тому же он рассматривал именно мой паспорт. Зачем? Принял меня за лгунью? Но я не дала повода. Когда я не смогла придумать этому логическое объяснение и решила заняться этим завтра, в голову закралась другая мысль: куда он ушел? Сейчас ночь, темно, людей поблизости нет, а лес огромный. Хоть парень и говорил,что диких животных тут нет, исключать вероятность нападения на него не стоило. Мои раздумья постепенно повергали меня в волнение, а затем в панику. Успокаивало и одновременно волновало меня лишь воспоминание о том,как он стоял в лунном свете по пояс обнажённый и смотрел на меня, как вздымалась его мускулистая грудь при дыхании и что я чувствовала в это время. Это было странно, раньше со мной такого никогда не случалось. Конечно, я и раньше видела полуобнаженных парней, но никогда их тела не привлекали меня настолько. "Успокойся!" - мысленно приказала себе я. - "Это всего лишь лес, на тебя так действует экстремальная ситуация, а в парне нет ничего особенного. За день могла бы и притерпеться". Уговоры, видимо, подействовали, потому что я наконец крепко уснула, пропустив тот момент, когда вернулся Ян, устроился в отведенной ему комнате и тоже уснул.