Как очистить историю перерождений

      Сюань Юнь положил Лин И на кровать и принялся измерять его пульс. Он был в замешательстве — это тело абсолютно здорово, он внимательно следил за его состоянием и даже сейчас не мог сходу выявить причину внезапной боли и потери сознания.       — Аппендикс отсутствует, печень и почки в норме, желудок и кишечник в порядке, все кости целы…       Сюань Юнь тщательно исследовал тело Лин И, пытаясь найти хоть какой-то изъян.       — Ци в беспорядке… — отметил он. — Но что именно к этому привело?..       Разобраться было непросто, в конце концов, это могла быть реакция на чёрное духовное ядро Сюань Гуанъяня. Быть может, время пришло?       Сюань Юнь поймал себя на мысли, что этот вывод не вызывает у него ровным счётом никаких эмоций — ни радости, ни злости. Ровно как и недавние поцелуи — ничего кроме эгоистичного вожделения. Его больше не смущало, что это тело принадлежит старшему брату, а то что Лин И может уже никогда не проснуться… Нет, эта мысль все так же вызывала у него отторжение, но какими эмоциями сопровождалось это чувство? На ум приходила разве что — жадность. Эгоистичное желание заполучить обоих и не отказываться ни от кого. Но если так не получится, что тогда?       Конечно же, он выберет старшего брата, ведь он так долго к этому шёл, положил на это столько усилий. Старший брат должен возродиться — это непреложная истина. Единственный допустимый исход. А всё остальное… детали и нюансы.       Сосредоточившись на обследовании, Сюань Юнь, наконец, обнаружил кое-что странное.       — Это еще что?       Он отпустил руку Лин И и задрал его рубашку. Коснувшись его живота, Сюань Юнь направил ци напрямую в то самое место.       — Это… осколок льда?!       Он узнал эту энергию.       — Мо Бинхуа!       Ледяная Паучиха! Неужели перед смертью она успела оставить в теле Лин И своё ядовитое семя? Но ведь она мертва, даже её чёрное духовное ядро угасло. Впрочем, если воля, обида или злоба демона сильна, то он вполне способен оставить после себя предмет с частичкой своей силы, такой как маска Гу Фэйиня или портрет Сы Жэня. Такие предметы считаются артефактами и могут обладать самыми непредсказуемыми эффектами.       Осколок льда был таким крошечным, что Сюань Юнь даже мне замечал его, пока его сила не проявилась. Получается, всё это время семя было неактивно, но что-то заставило его пробудиться. Сюань Юнь попытался уничтожить его, но понял, что это только вредит Лин И — как физически, так и духовно. Осколок льда действовал не только на плоть, но и на духовные меридианы а значит мог навредить и старшему брату. От него необходимо было избавиться, но следовало найти подходящий способ.       Сюань Юнь отстранился. Пока он не воздействует на осколок, тот находится в покое и его эффекты слабы. Убрать его необходимо быстро и без сопутствующих потерь. Сюань Юнь задумался, затем вытянул руку и произнёс:       — Ледяные демоны. Клан Мо.       Одна из книг откликнулась на его призыв. Поймав её, Сюань Юнь принялся изучать древние записи.       Клан Мо — заклинатели льда. Они были последователями тёмного пути, но лишь Ледяная Паучиха Мо Бинхуа сумела стать Хэйсинь. Она в совершенстве овладела всеми техниками своего клана и научилась вытягивать духовную энергию из своих жертв при помощи льда. Всё это уже давно было известно Сюань Юню, но ледяное семя в теле Лин И обладало иными свойствами. Оно не поглощало энергию из его тела, а просто-напросто стремилось убить.       Сюань Юнь отчаянно пытался понять, какую именно информацию ему искать. Он занёс ладонь над книгой и произнёс:       — Ледяное семя.       Ничего не произошло.       — Нужно подумать… Что же его спровоцировало?..       Внезапно его осенило:       — Поцелуи?.. Сексуальное возбуждение? Чувства?       Сюань Юнь попытался снова:       — Семя любви.       Поисковое заклинание не дало результатов.       — Осколок любви.       Страницы зашевелились и неуверенно перелистнулись. В тексте высветились отдельные слова: «осколок» и «любовь». Сам текст гласил: «Осколок разбитого сердца — жестокая месть за неразделенную любовь».       Далее следовала история некой Мо Ху — заклинательницы из клана Мо, которая не смогла заполучить желанного мужчину и применила к нему описываемую технику. Женившись на другой женщине, в первую же брачную ночь он умер. Эта же Мо Ху позднее влюбилась в другого мужчину, но и он не ответил ей взаимностью. Он скончался на следующий день в публичном доме. Мо Ху, которой явно не везло на мужчин, провернула это и в третий раз, но её третьей жертвой был заклинатель из школы Неиссякаемого Пламени. Из этой передряги ему помогла выкрутиться заклинательница из Храма Лазурного Древа.       — Парное совершенствование, — прочёл Сюань Юнь и захлопнул книгу.       Вполне логично. Если этот осколок реагирует на сексуальную энергию, избавиться от него можно, взяв эту энергию под контроль. В процессе можно будет изолировать осколок и аккуратно вытянуть его из тела через ближайший меридиан. Не так уж и сложно. Было лишь одно «но» — нет такой заклинательницы, которой Сюань Юнь мог бы доверять, а парное совершенствование с Хэйсинь — это очень плохая идея.       Он прикрыл глаза и погрузился в раздумья. Некоторое время спустя, он вытянул руку перед собой и без особой надежды произнес:       — Парное совершенствование с Хэйсинь.       Где-то в глубине зала послышался стук. Стопка забытых, так и не разобранных книг обрушилась, подняв облако пыли. К удивлению Сюань Юня вскоре в его руке оказалась какая-то потрёпанная книжонка. Выглядела она так, будто кто-то зачитал её до дыр. На обложке красовалась надпись:       «Трактат о парном совершенствовании».       Ниже была ещё одна:       «Сюань Юй: Как я научился не волноваться и полюбил Хэйсинь».       — Сюань Юй?.. — пробормотал себе под нос Сюань Юнь. — Отец?..       С некоторым сомнением он открыл книгу. Первая глава носила длинное и витиеватое название: «В первый день чаша с эликсиром должна опрокинуться трижды, прежде чем журавлю будет позволено испить из источника».       — Как… многообещающе… — подметил Сюань Юнь. — Почему звучит так знакомо?..       Тан Цзинхэ снял номер в дешёвом отеле, за дополнительную плату можно было обойтись без документов. По дороге он решил, что везти Син Линя к себе домой — так себе идея. Их точно видели вместе в школе, и салага Чжань быстро это выяснит. К гадалке не ходи — карьере конец. Хотя, если Чжань Ян решит сначала позвонить ему, а не побежит к начальству, тогда у него, возможно, ещё будет шанс выкрутиться. Но загадывать смысла нет. Вот когда позвонит, тогда он и подумает об этом.       Син Линь всю дорогу молча кусал губы, глядя в окно. Была ли у него раньше такая привычка?       В отеле он уселся на кровать, с вызовом посмотрел на Тан Цзинхэ снизу вверх и заявил:       — Короче, не знаю за кого ты меня принимаешь…       Тан Цзинхэ ринулся к нему и повалил его на спину.       — Эй! Какого?..       Шэнь Сю не на шутку перепугался, особенно когда тот задрал его футболку, схватился за пояс штанов и потянул вниз.       — Ты… Эй! Да блядь! Пусти!..       Отчаяние на лице, неуклюжие попытки отбиться, предательская дрожь в руках… Откуда вдруг такая слабость? Или это он слишком сильный?..       — Ты думал я про это забыл?! — выпалил Тан Цзинхэ, указав на три родинки в ряд, в том самом месте — внизу живота.       Шэнь Сю тяжело и часто дышал, глядя на него мокрыми от слез глазами. Брови и губы дрожали. Тан Цзинхэ чувствовал, что должен извиниться, но он был зол.       — Я помню всё, что ты мне говорил! Всё! Каждую мелочь! Я искал тебя! Где ты был?!       Шэнь Сю молчал. Тан Цзинхэ слез с него и сполз на пол.       — Прости… — прошептал он дрожащим голосом. — Я не в себе… не сплю вторые сутки… дух ещё этот… на психа, наверное, похож…       — Ага… — не стал отрицать Шэнь Сю.       Он поднялся и потер лицо ладонями.       — Что ты там говорил про заклинателей?       — А арест тебя не волнует? — усмехнулся Тан Цзинхэ.       — В чем там меня я хотят обвинить? — спросил Шэнь Сю.       — В поджогах.       — В каких ещё поджогах?       Тан Цзинхэ пристально посмотрел ему в глаза.       — Давай будем друг с другом откровенными. Я правда хочу тебе помочь.       — Да не знаю я ни про какие поджоги!       — Я правда хочу тебе верить. Но у меня сейчас плоховато с доверием.       Шэнь Сю тихо усмехнулся, пытаясь скрыть отчаяние.       — Хочешь поговорить начистоту? Ладно, давай. Ты прав. Я — Син Линь, твой пропавший сводный брат. Я сразу узнал тебя, но у меня были причины не подавать виду. Теперь ты. Как ты узнал меня?       — Пояс Ориона, — произнёс Тан Цзинхэ.       — Серьёзно? Не помню, чтобы мы пересекались в одном сортире.       — Я видел твои фильмы.       Ухмылка исчезла с лица Шэнь Сю. Он завалился на спину и уставился в потолок.       — Я соврал. Я не Син Линь. Не понимаю о чем ты, — наконец, произнёс он.       — Что произошло? — проигнорировав эти слова, спросил Тан Цзинхэ. — Почему ты пропал? Куда? Где ты был? Как ты попал в порно? Ещё и гей-порно! Почему изменил лицо?..       — Сколько вопросов… и с какого начать? Ты сказал, что знаешь про заклинателей? — припомнил Шэнь Сю.       Тан Цзинхэ взобрался на кровать и устроился рядом с ним. Глаза его были красными, то ли от недосыпа, то ли ещё от чего… От него крепко пахло сигаретами.       — Если боишься, что твоя история прозвучит невероятно, не переживай об этом. Пока искал тебя, стал свидетелем нескольких происшествий в этой школе, которые не вписываются в рамки официального законодательства и судебной системы. Так и познакомился с теми ребятами.       — Ты про Янь-Сяо-Тянь? — уточнил Шэнь Сю.       — Насчёт последнего не уверен, а вот впервые двое… Они за минуту перенесли меня в Шаньси, а потом вернули обратно, через какой-то портал… У них там даосский храм или орден — как они его называют.       Тан Цзинхэ сделал паузу, затем уверенно произнёс:       — Кажется, я сейчас чему угодно и готов поверить. Даже если скажешь, что провалился в другой мир… но, пожалуйста, будь со мной честен…       — Значит, правду хочешь узнать, да? — уточнил Шэнь Сю.       — Да, — подтвердил Тан Цзинхэ.       — И готов принять её несмотря ни на что?       — Да.       Шэнь Сю какое-то время молчал, а потом тихо усмехнулся. Перевернувшись, он вдруг взобрался на Тан Цзинхэ и навалился сверху. А затем прошептал ему в приоткрытые губы:       — Правда в том, дорогой братец, что я пожирал тебя глазами с тех самых пор, как ты появился в моей жизни. Я не понимал, что это за чувство — восхищение старшим братом? Желание подражать? Жажда внимания? Я не понимал, пока не нашёл у тебя пару журналов… В тот миг мой мир перевернулся. Я не испытал отвращения или непонимания… Я осознал, что хочу трахаться с тобой. Везде. В своей постели, в твоей постели, за обеденным столом, в душе, в машине, в школе… Хочу, чтобы ты скрутил и поимел меня, прямо как в твоих журналах. Хочу сам забраться в твою постель, связать тебя, если потребуется, и трахнуть. Я думал об этом постоянно. Каждую минуту. Ты, наверное, и не подозревал, что творилось у меня в голове… Не важно — рядом ты или далеко, я постоянно думал о тебе. А мысль о том, что ты трахаешься с другими сводила меня с ума… Как тебе такая правда?       Глаза Шэнь Сю полыхнули огнём. В комнате стало жарко. Никто из этих двоих не ответил бы на вопрос — кто был первым? Кто кого поцеловал? Их просто захлестнуло непреодолимое желание, жажда долгожданной близости. Всю ночь Тан Цзинхэ пытался отвлечься, переключиться, настойчиво гнал из головы кадры тех чертовых видео… И вот их главный герой прямо перед ним — стягивает толстовку и футболку. Его длинные волосы рассыпаются по плечам. Тело — произведение искусства. И оно в его руках — воплощение самых смелых фантазий.       Минуту назад Тан Цзинхэ был уверен, что если слишком сильно моргнет, то уже не сможет открыть глаза, но откуда-то взялись силы. Он подмял Шэнь Сю под себя и навис над ним. Глаза… Знакомые, и в то же время — нет. Лицо — просто какая-то шутка… Это лицо другого человека, но глаза все же выдают различия. И губы немного другой формы. Не так уж эти двое и похожи. Шея…       Тан Цзинхэ провёл пальцами по этой прекрасной шее, а затем мягко обхватил её рукой. Шэнь Сю ответил на это прикосновение тихим возбуждённым вздохом. Сдавив чуть сильнее Тан Цзинхэ снова поцеловал его, опьяненный этим ошеломляющим стоном. Смяв его губы, он ощутил на языке привкус крови — изгрыз пока ехали в машине…       «Что мы творим? — маячил где-то на подкорке здравый смысл. — Сейчас уж точно не время».       Поддаться моменту и целовать, целовать того, кто так этого хочет. Умоляет каждым движением и взглядом. Потом они обязательно об этом пожалеют… А будет ли у них это «потом»? Еще столько неразрешенных проблем, а они… Чем они заняты?       Тан Цзинхэ осыпал поцелуями это божественное тело. Идеальное тело… Он же был тощим… И кто мог подумать, что он станет таким. Прямо как ему нравится… Три заветные точки внизу живота. Тан Цзинхэ нежно поцеловал каждую из них, а затем резким рывком сдернул с Шэнь Сю штаны вместе с трусам. Он застыл, глядя на абсолютно голого мужчину перед ним.       Он… действительно этого хочет? А может это вполне привычный для него способ манипуляции? Тан Цзинхэ до сих пор не знал, что с ним произошло, почему он исчез. Ну не может же быть все дело только в неконтролируемых чувствах к старшему брату?..       Если бы тогда Син Линь полез к нему с подобными предложениями это закончилось бы ссорой. Грязной, отвратительной ссорой… Тогда Тан Цзинхэ не был к такому готов и не справился бы с этим. Он скрывал и до сих пор скрывает от всех свою ориентацию. Вот только с годами он стал циничнее, меланхоличнее и злее, отчасти его таким сделало исчезновение Син Линя, и если кто-то, прознав о его ориентации, попытается что-то ему предъявить, он сможет за себя постоять и закопает обидчика. Тогда… Он закопался бы сам и причинил бы очень много боли Син Линю…       Что же теперь? Он действительно этого хочет. Еще как хочет. Он сгорает от желания. Чертовски горячий, сексуальный, развратный… Шэнь Сю развел ноги в стороны призывно глядя на Тан Цзинхэ.       — Нужно особое приглашение? — наконец, спросил он.       Тан Цзинхэ быстро расстегнул и стянул свои брюки. Он готов был наброситься на Шэнь Сю, но все же притормозил и осмотрелся по сторонам.       — У них тут по-любому должна быть смазка…       — В тумбочке, — уверенно заявил Шэнь Сю.       Тан Цзинхэ открыл прикроватную тумбочку и в самом деле обнаружил там банку интимной смазки и упаковку презервативов. Он покосился на Шэн Сю, тот пожал плечами.       — Где ей еще быть?       Банка была наполовину пустая и, кроме того, липкая.       — Это… Омерзительно… — выдохнул Тан Цзинхэ.       — Поебать, — отрезал Шэнь Сю, нетерпеливо шлепнув его голой пяткой в грудь. — Трахни меня или я сам тебя трахну.       Разобравшись с презервативами и смазкой, Тан Цзинхэ навалился на него и жадно поцеловал. Шэнь Сю обхватил его ногами и спросил:       — Какой из моих фильмов тебе больше всего понравился?       Тан Цзинхэ не ответил.       — Дай угадаю, — усмехнулся Шэнь Сю. — Про копа и заключенного?       В яблочко.       Чувствуя с какой звериной яростью пальцы впиваются в его бедра и как твердый скользкий член нетерпеливо трется о его зад, он прошептал:       — Можешь не церемониться.       Другие слова были излишни. Тан Цзинхэ отстранился, пристроился и решительно подался вперед. Шэнь Сю тихо всхлипнул.       — Больно?..       — Не останавливайся…       От его голоса голова шла кругом. Руки дрожали, хотелось быть грубым и нежным одновременно. В комнате стояла невыносимая жара, капельки пота скатывались по спине. Как можно быть таким горячим?..       — Шевелись! — приказал Шэнь Сю.       В этот момент Тан Цзинхэ словно отпустили с поводка. Он резко вошел глубже и получил в награду еще один стон, полный болезненного наслаждения. Ритмичные движения вырывали все новые и новые стоны вперемешку с жалобными скрипами кровати. Все мысли, все тревоги вылетели из головы, значение имел только он — мужчина, бьющийся под ним в экстазе, изнывающий от удовольствия, такой щедрый на стоны и всхлипы…       «Я нашел тебя, — думал Тан Цзинхэ. — И больше не отпущу».       Он почувствовал, что если продолжит в таком темпе, то скоро кончит, нужно было притормозить. Шэнь Сю недовольно застонал, ощутив замедление, но неожиданная смена наклона и пара уверенных движений, заставили его задрожать и моментально кончить. Он изогнулся, комкая пальцами покрывало и возмущенно прорычал, стиснув зубы:       — Какого?!..       — Какого… — в тон ему повторил Тан Цзинхэ, замерев на месте.       Вот только причина его ошеломленного «какого» была совершенно в ином. Он тряхнул головой, пытаясь избавиться от наваждения, но глюки никуда не пропали.       — И на что ты уставился?! — сердито махнув полосатым хвостом и дернув круглыми ушками, выпалил Шэнь Сю.       — Я… — Тан Цзинхэ не находил слов, за что снова получил удар пяткой в грудь.       — Свали!       — Ну не-ет… Нет уж! Кое-кто был плохим мальчиком.       — Чего?! — опешил Шэнь Сю.       — Дай-ка посмотреть поближе.       Тан Цзинхэ отстранился, довольно ловко развернул его и поставил перед собой на колени.       — Ух ты… Вот так прямо из спины и растет…       — Ты на что там пялишься?! — выпалил Шэнь Сю, но тут же захлопнул рот.       По его телу вдруг прокатилась волна возбужденной дрожи, когда Тан Цзинхэ ухватился за основание его хвоста.       — Вот это реакция… — довольно протянул тот и надавил большим пальцем на место под самым хвостом.       — Тебя там вообще ничего не смущает?! — выкрикнул Шэнь Сю, умирая от стыда.       Стыднее всего ему было от того, что ему стыдно. Тан Цзинхэ усмехнулся.       — В последнее время ничего.       Он за хвост подтянул к себе его зад и снова вошел. Шэнь Сю застонал так, как сам от себя не ожидал. Такой широкий эмоциональный спектр в одном стоне специально не изобразить… То что он испытал в этот момент невозможно было описать словами. Он занимался сексом множество раз, перепробовал всякое и с кучей мужиков, и был абсолютно уверен, что на этом поприще он уже не сделает новых открытий. Но прямо сейчас он чувствовал себя так, будто у него помимо ушей и хвоста вдруг появились новые органы из-за которых все ощущалось совершенно иначе.       — Еще… — взмолился он, задыхаясь от восторга. — Сильнее…       Не в силах сдержаться, он и сам принялся активно двигать задом.       — Эй… Точно все нормально?.. — сипло выдохнул Тан Цзинхэ.       — Быстрее…       Ему и самому хотелось быстрее… Этот очаровательный хвостик подпрыгивал при каждом толчке, а под хвостиком все хлюпало, будто смазки стало в два раза больше. Каждое движение отзывалось звонким шлепком.       Зазвонил мобильный. Тан Цзинхэ сначала хотел проигнорировать его, но вдруг подумал, что разговор по телефону — отличный способ продлить удовольствие. Это был Чжань Ян. Все же решил позвонить шефу Тану. Хороший знак.       Тан Цзинхэ дотянулся до телефона и ответил на звонок.       — Шеф Тан! Вы сейчас где?       — Да как тебе сказать…       Шэнь Сю, явно недовольный таким раскладом, вцепился зубами в подушку и принялся еще активнее подмахивать бедрами.       — Вы там что, бегаете?.. Преследуете кого-то?       Тан Цзинхэ вздохнул, пытаясь выровнять дыхание.       — Чего тебе? Давай к делу!       — А… Да я заезжал в Наньбэй за этим Шэнь Сю… Странное дело.       — Ну.       — Он на работу не вышел, ученики уверяют, что не видели его, но такое чувство, что они его покрывают, будто у них там банда, понимаете?.. Или они его боятся… Не знаю. Один проболтался, что вроде видел его утром, а потом переобулся, мол, это был другой учитель, который очень на него похож. Директор Ван подтвердил, что у них там действительно есть еще один учитель, очень похожий на этого Шэня. Хрень какая-то. Так вы где?       — Ладно, я понял, — проигнорировав вопрос, произнес Тан Цзинхэ. — Давай я сам разберусь с этим Шэнем.       — Как раз хотел предложить! — обрадовался Чжань Ян. — Вы все-таки в Наньбэй уже как родной.       — Ага. Займись пока чем-нибудь другим.       — Так точно! Работы — вагон, без дела не останусь.       — Ага…       — А вы там… не переусердствуйте… В вашем-то возрасте!       — Все, отбой!       Тан Цзинхэ отключил звонок и в тот же момент, наконец, позволил себе кончить. Его будто обдало волной прохладного воздуха. Так долго сдерживаемое напряжение, наконец, выплеснулось наружу, вместе с протяжным сдержанным стоном.       — Тащишся от такого?.. — сквозь зубы процедил Шэнь Сю, зыркнув на него. — Знал бы, давно ответил бы директору Вану, который мне уже час трезвонит!       — Так ответь, — усмехнулся Тан Цзинхэ.       — Обойдется! Эй! Куда?!       Он хотел вытащить, но Шэнь Сю ему не позволил.       — Ты разве еще не все?.. — уточнил Тан Цзинхэ, хотя он прекрасно знал ответ, от него не укрылось, что пока он болтал с Чжань Яном, Шэнь Сю успел еще пару раз кончить.       — А ты уже выдохся? — осклабился тот. — Я только разогрелся! Давай еще!       — Ого… Впервые вижу кого-то такого ненасытного, — произнес Тан Цзинхэ. — Это из-за…       Он снова сжал основание хвоста, по телу Шэнь Сю прокатилась дрожь и он с трудом сдержал очередной странный стон.       — А знаешь что… — выдохнул он. — Давай-ка поменяемся!       Он довольно ловко перевернулся и бросил Тан Цзинхэ на кровать, затем уверенно оседлал его.       — Все внимание только на меня! — хищно оскалившись, прорычал он.       Тан Цзинхэ ощутил, что снова готов к бою. В этот раз куда быстрее, чем обычно…       — Только на тебя, — окончательно сдался он.