Как очистить историю перерождений

      — Мог бы и рассказать о ваших с Чжуан Шэнкаем планах.       Лин И лежал в постели Сюань Юня уже совершенно привычно, как в своей собственной.       — Эти планы и для меня стали неожиданностью, — признался Сюань Юнь.       — Так он действительно давно это планировал?       — Сомневаюсь. По всей видимости директор Ван рассказал ему что-то очень интересное. Настолько, что он за одну ночь развернул эту свою образовательную программу.       — Такое действительно возможно провернуть за одну ночь? — удивился Лин И.       Сюань Юнь кивнул.       — С деньгами возможно все.       — И что же такое он узнал от директора Вана?       — Я как раз пытаюсь это выяснить, но у Чжуан Шэнкая, похоже, есть дела поважнее.       Сюань Юнь отложил свой смартфон в сторону. Лин И повернулся на бок и подставил руку под голову.       — А у тебя есть предположения? Если директор Ван и его предки — последователи тёмного пути и они намеренно построили школу в месте скопления всякой нечисти… что это может значить? Зачем им это?       Сюань Юнь задумался.       — Когда последователи темного пути собирают в одном месте большое количество людей, скорее всего идет подготовка к ритуалу с массовым жертвоприношением. Как правило — это ритуал перерождения в Хэйсинь.       — Жертвоприношение? Хэйсинь?.. — встрепенулся Лин И. — Что это значит? Кого принесут в жертву?       — Всех учеников и учителей, — ошарашил его Сюань Юнь.       — Что?! — Лин И приподнялся в постели. — И ты так спокойно об этом говоришь?! Их нужно остановить!       Сюань Юнь кивнул.       — Скорее всего поэтому Чжуан Шэнкай и перешел к решительным действиям. Но нужно будет выяснить у него подробности.       — Я ведь правильно понимаю, что директор Ван был не единственным последователем темного пути в школе? Есть и другие? Ученики в опасности? — не унимался Лин И.             Создавалось впечатление, что он готов прямо сейчас бежать неизвестно куда и делать неизвестно что во имя мира во всем мире.       — Чжуан Шэнкай знает что делать, и я ему помогу, — пообещал Сюань Юнь. — Для меня главное, чтобы ты был в безопасности. Будет лучше если ты уйдешь с работы и больше не будешь появляться в той школе.       — Мы это уже обсуждали! — напомнил Лин И. — Я не собираюсь бросать своих учеников!       — Твое присутствие или отсутствие ни на что не повлияет.       — Еще как повлияет! Если опасность будет угрожать мне наравне с учениками, ты будешь бдительнее и приложишь больше усилий к борьбе против последователей темного пути!       Сюань Юнь укоризненно посмотрел на Лин И, тот сопроводил свои выводы хитрой улыбкой, будто прекрасно понимал, как это звучит, и более того — добивался именно такого эффекта.       — А может быть, мне просто запереть тебя в призрачном чертоге? — пригрозил Сюань Юнь, нависнув сверху и придавив его к постели. Его волосы соскользнули с плеча и каскадом упали на подушку, создав мрачную завесу.       Он уже давно и вполне серьёзно обдумывал этот вариант, было только несколько весьма неприятных «но». Во-первых, он все так же хотел сберечь обоих — и Лин И, и старшего брата, даже если последний снова вернется в цинь и пробудет там еще две тысячи лет. Во-вторых, он до сих пор не придумал — как разделить их души, не навредив ни одной из них. И тут — странная энергетика школы Наньбэй будто предлагала лазейки, особым образом влияя на процесс слияния. Осталось только разобраться как именно это работает.       — Если запрешь, я с этим не смирюсь, — отважно глядя ему в глаза, заявил Лин И.       — И что же ты сделаешь? — поинтересовался Сюань Юнь.       — Так я и раскрыл тебе все свои козыри! — отшутился Лин И.       Если бы Сюань Юнь не был убежден в том, что небеса не властны над Хэйсинь, он решил бы, что волею небес на его голову свалилось испытание. Он понимал, как глупо отступаться от своей цели из-за мимолетного увлечения смертным, но в то же время чувствовал, что все гораздо сложнее и серьезнее. Это «мимолетное увлечение» сводило его с ума.       Смертный? Сюань Юнь не мог отделаться от мысли, что его водят за нос. Лин И не лгал ему, он действительно ничего не знал, но кем был тот — внутри?       — Значит, у тебя все-таки есть секреты? — уточнил Сюань Юнь.       — Может да, а может и нет, — ухмыльнулся Лин И. — На то они и секреты.       Сюань Юнь облизнул губы.       При первом взгляде на ситуацию решение казалось очевидным — он должен следовать своему пути и не сворачивать с него ни при каких обстоятельствах, должен избегать соблазнов и пресекать в зародыше любые непрошенные чувства, которые могут стать препятствием на этом пути… Иными словами, во что бы то ни стало, он должен довести дело до конца — использовать душу этого человека, чтобы восполнить черное духовное ядро старшего брата. Иного сценария быть не должно. Не должно возникать даже мимолетных мыслей об отступлении от плана.       Так как же этому человеку удалось так сильно привязать его к себе? Неужели долгожданный успех вскружил ему голову и свел его с ума? Неужели… Нет. Все гораздо — гораздо сложнее. Дело вовсе не в странной психологической реакции, за всем этим стоит что-то большее. За всем этим стоит — кто-то.       — Что тебе известно о твоих прошлых жизнях? — спросил Сюань Юнь.       — Ты чего это, решил тему сменить? — удивился Лин И.       — Расскажи мне.       — О прошлых жизнях?.. Ты, конечно, имеешь в виду мою настоящую историю перерождений?..       Сюань Юнь внимательно смотрел на него, ожидая ответа на свой вопрос.       — Да то же, что и тебе… — его пристальный взгляд и неожиданная просьба почему-то смутили Лин И. — Семь жизней — хуже семи судимостей. Был бездельником, повесой и пьяницей, успеха добился лишь в прожигании жизни, возможно даже нарушал закон и ни разу не дожил до двадцати пяти лет.       Последнее замечание отозвалось ноющей болью в груди Сюань Юня. На его пути встречалось немало бездельников и пьяниц, но когда речь заходила о скоропостижной смерти, на ум приходило лишь несколько имен. Вот только ни один из этих мужчин не был настолько никчемным.       — Что? Неужели ты думаешь, что встречал меня в прошлых перерождениях? — догадался Лин И.       — А ты? — в ответ поинтересовался Сюань Юнь.       — Откуда мне знать? У меня нет воспоминаний о прошлых жизнях!       — Мое поместье разве не показалось тебе знакомым?       — Поместье?.. — Лин И задумался. — Бывают ведь такие уютные места, в которых чувствуешь себя как дома, хотя никогда там прежде не был.       — А про источник ты просто угадал? — припомнил Сюань Юнь.       Вспомнив о том, что они творили в источнике, Лин И густо покраснел, а его член напрягся. Это не укрылось от Сюань Юня и, коротко ухмыльнувшись, он протолкнул колено между его ног и плотно прижался к нему.       — Р-разве источник — это не обычное явление для такого поместья?.. — спросил Лин И.       Что еще он мог сказать? Он ведь действительно просто угадал.       — Вовсе нет, — покачал головой Сюань Юнь. — Колодец, пруд или даже озеро, но природный источник — это большая редкость.       — Не вижу разницы… — пробурчал Лин И. — Ты просто пытаешься меня запутать… Разве ты не говорил, что жил в том доме вместе со своей супругой?.. Не думаешь же ты…       — Это был мужчина, — перебил его Сюань Юнь.       — Что?..       — Хотя он одевался как женщина и многие принимали его за женщину. Мы с ним по определенным причинам притворялись супругами.       — Вот это поворот… и что?.. Неужели мы с ним так похожи?..       — Совсем нет. И в то же время — да. Сам не знаю.       Сюань Юнь глубоко задумался.       — Вот если бы ты прожил его жизнь, а он прожил твою… Трудно судить. Конечно же, нет никаких явных признаков и доказательств.       — А ты был бы рад, если бы я оказался его реинкарнацией?       Если бы Сюань Юню нужно было ответить не задумываясь, ответ был бы утвердительным. Он был бы счастлив вновь повстречать Тяньмэя и сделать все возможное, чтобы тот прожил долгую и счастливую жизнь без бед и лишений. Вот только Сюань Юнь собственными руками превратил Лин И в жертву, и если Лин И действительно реинкарнация Тяньмэя…       — Это было бы слишком невероятное совпадение… — наконец, признал Сюань Юнь.       — Это «нет» или «да»? — уточнил Лин И.       Отец рассказывал Сюань Юню, что небесные псы способны полюбить лишь однажды, и если возлюбленный не ответит взаимностью, небесный пес будет обречён на тоскливое одиночество до конца своих дней. Какая-то романтическая чушь. Одиночество никогда не пугало Сюань Юня, он не видел ценности в любви и даже не задумывался об этом. А теперь, повстречав этого человека, он то и дело задавался вопросом: это и есть любовь? Он испытывал к Лин И необъяснимую тягу, дорожил временем, проведенным вместе и боялся его потерять. Но если это любовь, то что он испытывал к Тяньмэю? Неужели не то же самое? Разве что всякие пошлости не приходили ему на ум… А если бы пришли?       Если копнуть глубже… Можно вспомнить еще нескольких мужчин, к которым Сюань Юнь испытывал похожие чувства. Если все это можно назвать «любовью», стоит ли верить словам отца, о том, что небесный пес способен полюбить лишь однажды? Впрочем, Сюань Юнь был небесным псом только наполовину, на другую половину он был демоном-кровопийцей. Ни от тех ни от других он не унаследовал всех достоинств и недостатков. И вот теперь, оглядываясь в прошлое и старательно анализируя настоящее, он отчаянно пытался понять — это эгоистичное желание повергнуть мир в хаос, лишь бы остаться рядом с этим человеком и есть любовь? Вместо ответа на вопрос он опустился ниже и поцеловал Лин И. Слабый протест быстро сошел на нет, губы податливо разомкнулись, бедра приподнялись, позволяя руке проскользнуть под поясницу.       Мог ли он попросту угодить в ловушку? Стать жертвой коварного обмана? Или же сработал божественный защитный механизм? Добыча умудрилась соблазнить охотника, привязать его к себе, лишить его воли… Заставила отступиться от своих целей. Свернуть с пути. Повернуть назад.       Сюань Юнь стиснул зубы на шее Лин И и с силой сжал пальцы на его бедре.       Нет, нужно успокоиться. Нельзя действовать бездумно.       Прежде всего необходимо установить духовную связь. Мягко направить ци по духовным каналам. У обычных смертных они очень хрупкие, их усиление и прокладка бессмертных духовных вен требует обстоятельного подхода, самоотверженности, но прежде всего — выдающегося таланта. У посредственностей на это могла уйти целая жизнь, а успехов они достигали лишь к глубокой старости. Однако, был один способ значительно ускорить процесс, вот только среди совершенствующихся он не приветствовался и порицался — парное совершенствование с демоном.       Демоны, конечно же, не отличались чувством такта и, как правило, кичились своими любовными похождениями, выставляя на показ свои гаремы, потому, у того, кто лёг под демона не было ни единого шанса сохранить это в тайне. К счастью Лин И был далек от предрассудков мира совершенствующихся, а Сюань Юнь не собирался ставить ему на лоб клеймо. Лин И, вероятно, даже не догадывался, что с ним происходит, в то время как Сюань Юнь раз за разом старательно укреплял его духовные каналы и прокладывал бессмертные вены. Направляя по ним свою ци, он стремился изучить каждую частичку его духовного тела, упорядочить его и настроить под себя. Он очень аккуратно подбирался к черному духовному ядру старшего брата, проникал меж нитей души и внимательно ощупывал его своей ци, будто снимая слепок, и фиксируя положение каждой крошечной детали.       Лин И напряженно дышал, его живот вздымался и опускался. Он чувствовал движение ци в своем теле, хоть и не мог в точности определить направление потока, движения казались ему беспорядочными. Каждый раз он думал: можно ли как-то ответить на это напор, сосредоточиться и направить на встречу собственную ци? В этот раз, немного привыкнув к ощущениям он решил попытаться.       Сюань Юнь вздрогнул, ощутив слабые колебания ци. Не может быть, чтобы Лин И, который ни разу в жизни не совершенствовался и по всем признакам был обделен талантом, сумел самостоятельно привести в движение свою энергию. Это не шутки, такому нужно усердно обучаться под надзором наставника. Даже если ученик талантлив от природы, самостоятельные попытки управлять внутренней ци могли привести к духовным травмам и искривлению бессмертных вен. Однако действия Лин И были очень аккуратными и мягкими, его ци раскрывалась навстречу и обволакивала выстроенные Сюань Юнем каналы, не нарушая поток, а встраиваясь в него.       Дрожь пробрала Сюань Юня, прошлась по спине от затылка, до поясницы. Необычное, но смутно знакомое чувство. Тихий стон скользнул по щеке и застыл на кончике уха. Лин И обнял его за шею и притянул к себе, бедрами подавшись навстречу. Горячий поцелуй едва не лишил Сюань Юня концентрации, но он сумел удержаться. Навязчивые ощущения внизу живота перетягивали все внимание. Он все же дал слабину, позволил этому лихорадочному чувству захлестнуть себя. Всему виной этот человек в его объятиях… Каждое движение, каждый поцелуй отзывался обжигающим импульсом, разносился по телу бурным цветением. Энергия переплелась и слилась воедино, Сюань Юнь ощутил, что это больше не односторонний поток. Но откуда? Как такое возможно? Его переполняли противоречивые чувства — желание дотянуться, разобраться во всем, и вместе с тем — желание отпустить и отдаться этим бушующим волнам, позволить им захлестнуть себя с головой, не думать ни о чем — ни об инструкциях отца, ни о старшем брате… просто слиться с этим человеком духовно и физически, поглотить его, сделать своим, позабыв о долге… о долге? Кому он задолжал?..       Движения стали быстрее, а стоны слаще, пальцы беспомощно комкали одежды. Опьянев от беспорядочных мыслей и чувств, Сюань Юнь крепко сдавил Лин И в объятиях, и вжался в него всем телом, судорожно содрогнувшись. Тело под ним сотряслось ответной дрожью и застыло, а затем медленно обмякло. Не спеша отпускать Лин И, Сюань Юнь попытался вновь вернуть себе контроль над потоками ци, но что-то неуловимо изменилось. Он ослабил объятья, приподнялся и взглянул в лицо человека, лежащего под ним.       Затуманенный взгляд и тяжёлое дыхание… Грудь вздымается и опускается, тело все еще слегка подрагивает…       В глазах промелькнул странный блеск. Выражение лица Лин И вдруг стало испуганным, будто он не узнал Сюань Юня, или наоборот — узнал, но совсем не ожидал увидеть… Он вскинулся и отталкиваясь ногами пополз назад. Вжавшись в спинку кровати, он застыл в напряженной позе.       Сюань Юнь сперва растерялся — неужели… старший брат?.. Однако, быстро пришло осознание, что Сюань Гуанъянь скорее оторвал бы ему член, если бы застукал в такой момент. Тогда… Неужели тот — другой?..       Сюань Юнь подался к нему, пристально глядя в глаза.       — Кто ты?! — взволнованно спросил он.       — Никто! — выпалил Лин И.       Его глаза закатились и он потерял сознание.       — Кто он?! — требовательно спросил Сюань Юнь, ворвавшись в номер Чжуан Шэнкая и застав его с зубной щеткой во рту.       Тот внимательно осмотрелся по сторонам, вынул щетку, сплюнул зубную пасту и произнес:       — Да нет тут никого, совсем уже от ревности крыша поехала?       — Ты знаешь о ком я!       — Ненавижу такую манеру подачи информации. У меня несколько вариантов, я что должен угадывать — какой именно подорвал твою жопу прямо сейчас?! Дай зубы почистить! Иди пока и сформулируй вопрос нормально!       Сюань Юнь пошел на уступки и дождался, пока его приятель закончит с утренними процедурами.       — Ну и? — Чжуан Шэнкай вышел из ванной с полотенцем, вытирая лицо и руки. — Ты про директора Вана? Думаю, ты уже понял — мне есть что рассказать…       — Я не об этом, — перебил Сюань Юнь.       — Ты не поверишь, но…       — Я не об этом!       — Что значит не об этом?! Это сейчас самое главное! — не выдержал Чжуан Шэнкай.       — Кто. Такой. Лин И?! — сорвался на него Сюань Юнь.       — Да как же ты меня достал! — в тон ему прокричал Чжуан Шэнкай, швырнув полотенце. — Лин И — это Лин И, чего тебе еще надо?! Каких ты ждешь от меня откровений?! Он — идеальный сосуд для Сюань Гуанъяня! Кем ещё он может быть?!       — Почему он — идеальный сосуд?!       — Потому что ему не повезло! Вот и все! Нет в этом никакого тайного умысла. Он просто милый парень с дерьмовой судьбой.       — Нет, не просто, — Сюань Юнь покачал головой. — Я снова встретил его.       — Что?.. Кого?       — Того, что у него внутри, который все знает!       Чжуан Шэнкай с трудом сдержал порыв призвать свою алебарду и треснуть ему промеж глаз       — Как?! — выдавил он. — Где ты его встретил?!       — Его сознание проявилось в теле Лин И на несколько мгновений.       — И? Он что-то сказал?!       — Он повел себя странно, будто узнал меня и испугался. Когда я спросил кто он такой, он ответил «никто» и ушел…       — Ушел? — переспросил Чжуан Шэнкай.       — Отключился, — пояснил Сюань Юнь. — А потом Лин И пришел в себя, он ничего не помнил. Также, как когда в его теле проявлялось сознание старшего брата.       — Ладно, допустим, — взяв себя в руки, выдохнул Чжуан Шэнкай. — Ну и с чего ты взял, что я в курсе?       — Ты всегда знаешь больше, чем рассказываешь.       — А-а! И ты туда же! Я, конечно, немало усилий приложил к созданию своего образа, но не думал, что и ты поведешься! Я прямо сейчас пытаюсь рассказать тебе все, что мне известно, но тебе это не интересно! Тебе интересно копаться в несуществующих альтернативных личностях твоего парня!       — Почему ты так убежден, что его не существует? — непримиримо спросил Сюань Юнь. — Разве докапываться до сути невероятного — не твое любимое занятие?       — Да! — согласился Чжуан Шэнкай. — Если это имеет смысл!       — Это имеет смысл!       — Хорошо! Я это обдумаю! Сейчас мне нечего тебе сказать по этому поводу. У меня есть более важная информация! Ты выслушаешь меня или нет?!       — Старейшина Гуанминь?! — выпалил Цзинь Шэ.       После разговора с Сюань Юнем, Чжуан Шэнкай связался по видеосвязи с Орденом Десяти Тысяч Мечей.       — Разве ты не одолел его?!       — Одолел, но он нашел способ вернуться к жизни, — ответил на выпад Чжуан Шэнкай.       — Речь идет о той же технике, с помощью которой Сы Цзянь сумел возродиться после разрушения своего черного духовного ядра? — догадался У Цзыюань.       — Верно, — подтвердил Чжуан Шэнкай. — Существует некий предмет, в который старейшина поместил часть своего черного духовного ядра. С тех пор, как я узнал об этой технике пару столетий назад, я был готов к тому, что старейшина рано или поздно восстанет из мертвых и делал все возможное, чтобы отыскать этот предмет. Вам, должно быть, известно, что я продолжаю охоту на последователей темного пути по всему миру, и, по мере своих возможностей, разрушаю их коварные планы. Несколько раз мне удавалось предотвратить их чудовищные ритуалы, но я не находил явных следов или упоминаний старейшины. До недавних пор. Директор Ван оказался последователем темного пути. От него я узнал, что школа Наньбэй напрямую связана со старейшиной Гуанминем. В этой школе готовится ритуал по возрождению старейшины, поэтому я и купил ее, а не потому, что вы там себе напридумывали.       — Ты! — рассерженно выкрикнул Цзинь Шэ, но У Цзыюань прервал его жестом.       — Значит, тот предмет сейчас находится в Наньбэй или появится там, когда последователи подготовят все необходимое для ритуала? — уточнил он.       — Верно, — подтвердил Чжуан Шэнкай.       — И ты хочешь подгадать момент, когда они будут вынуждены воспользоваться этим предметом, чтобы уничтожить его? Стало быть, ты не планируешь предотвращать ритуал жертвоприношения?       — Мы будем действовать осторожно и сделаем все возможное, чтобы ученики и учителя не пострадали, — заверил Чжуан Шэнкай.       — Не слишком умно было покупать школу, тебе не кажется? — хмыкнул Цзинь Шэ. — Не боишься спугнуть их раньше времени?       — Нет, — Чжуан Шэнкай покачал головой. — Это место особенное, они очень долго подготавливали его и не сбегут так просто. Вряд ли они не заметили, что мы взяли директора Вана, и если бы мы после этого совершенно ничего не предприняли, это выглядело бы куда подозрительнее. Покупка школы — это отвлекающий маневр. Дадим им возможность подкорректировать планы, пусть думают, что ситуацию еще можно удержать под контролем. Расставим очевидные ловушки, которых они смогут избежать, пусть думают, что мы их недооцениваем. С их стороны это будет выглядеть так, будто мы не можем совладать с необычной энергетикой Наньбэй, что будет вполне логично — эта школа непростое поле для игры. А когда будут расставлены настоящие сети мы объявим, что здание будет закрыто на капитальный ремонт, а уроки будут проходить в другом месте. Это заставит последователей темного пути поторопиться с ритуалом. Таким образом ситуация будет полностью под нашим контролем.       — Хорошо, — обдумав услышанное, У Цзыюань кивнул. — Что касается Санъянь-цзюня, — он решил не ходить вокруг да около. — Вы с Сюань Юнем заинтересованы в его возрождении или нет?       — С Сюань Юнем? — переспросил Чжуан Шэнкай.       — Только не делай вид, что впервые слышишь это имя! — гаркнул Цзинь Шэ.       — Да чего вы все сегодня на меня орете? — обиженно протянул Чжуан Шэнкай. — Как с цепи сорвались! Какое зло я вам причинил?       — Мы всего лишь хотим расставить точки над «и», — спокойно произнес У Цзыюань. — Чего скрывать? Ситуация довольно напряженная. Наши предки приложили немало усилий, чтобы не позволить Императору в траурных одеждах возродиться, потому что он принес миру очень много бед. Если помните — это по его вине была сломана печать на вратах Бездны духов, наложенная его отцом, и только после его смерти эти врата вновь удалось запечатать. Предки опасались, что с возрождением Санъянь-цзюня врата Бездны духов разверзнутся вновь. И мы уже нашли этому немало подтверждений.       У Цзыюань выдержал паузу.       — В последнее время увеличилось количество инцидентов, связанных с различными чудовищами. Это говорит о том, что зловещая энергия Бездны духов вновь начала просачиваться в наш мир. А эта школа — Наньбэй — сама выглядит как Бездна духов.       — Глава У хочет сказать, что врата в Бездну духов разверзнутся в Наньбэй? — уточнил Чжуан Шэнкай. — В общем, я бы не удивился. Однако я более чем уверен, что за этим, как тогда, так и сейчас, стоит вовсе не Сюань Гуанъянь, а старейшина Гуанминь.       — Эту песню мы уже слышали, — Цзинь Шэ закатил глаза. — Нам хорошо известна твоя история с этим старейшиной, да только как-то он подозрительно всплыл тут ни с того ни с сего! Будто ты пытаешься отвлечь наше внимание от возрождения Санъянь-цзюня!       Несмотря на то, что Чжуан Шэнкай, как и всегда был в темных очках, было достаточно очевидно, что он тоже закатил глаза.       — Я готов передать вам записи допроса директора Вана, чтобы вы убедились, что я это не выдумал, — предложил он. — Цифровую или магическую? У меня есть обе.       — А что насчет его самого? — поинтересовался У Цзиюань.       — Он мертв, — отрезал Чжуан Шэнкай. — На нем было очень мощное темное заклятье, запрещающее ему затрагивать определенные темы. Это было долговое заклятье, поэтому снять его не представлялось возможным, я сумел лишь немного продлить ему жизнь, чтобы он успел выложить как можно больше. Все есть на записи, но предупреждаю — зрелище не из приятных.       Долговые заклятья и в самом деле были необратимы. В момент клятвы человек убивал себя, предварительно завещав годы своей жизни заклинателю, а затем продолжал жить «в долг» до нарушения клятвы, причем срок его жизни, с дозволения заклинателя, мог во много раз превышать изначальный. Такой человек не был живым мертвецом в привычном понимании, но вернуть ему годы жизни было уже невозможно. Впрочем, нельзя было исключать, что такой человек мог переродиться Хэйсинь. Быть может, на это директор Ван и рассчитывал.       — Что ж, — У Цзыюань заложил руки за спину. — Присылай обе. И ты так и не ответил на вопрос — вы с Сюань Юнем заинтересованы в возрождении Санъянь-цзюня?       Пауза затянулась, наконец, Чжуан Шэнкай ответил:       — Я заинтересован. Но вы, наверное, и сами уже догадались — я желаю выслушать его версию событий, так сказать, из первых уст. Но это вовсе не означает, что я жажду погрузить мир в хаос! Вам ли не знать — я буквально единственный, кто на протяжении сотен лет боролся со старейшиной, в то время как вы все закрывали глаза на его деяния! Вы видели, что я разобрался с Ракшаси и помог вам положить конец возрождениям Сы Цзяня. Я не терплю подобных тварей и если Санъянь-цзюнь окажется таким же, я собственными руками уничтожу его. Вот только я уверен, что к открытию врат Бездны духов он не имеет никакого отношения. За этим стоит старейшина Гуанминь. Я собираюсь разделаться с ним раз и навсегда. Помогите мне или не мешайте.       На этот раз пауза получилась еще длиннее.       — Хорошо, — некоторое время спустя, произнес У Цзыюань. — Я все обдумаю и приму меры.       На этих его словах экран монитора погас.       — Ни «здрасте», ни «досвидания», — проворчал Чжуан Шэнкай.       — Они тебе не доверяют, — заметил Сюань Юнь, все это время молча следивший за переговорами со стороны.       — Ну и пожалуйста, — фыркнул Чжуан Шэнкай. — То, что я до сих пор позволяю им путаться у меня под ногами — исключительно жест моей доброй воли. Нужно было объяснить, зачем я купил школу, чтобы они не начали фантазировать и бедокурить.       — Похоже, ты неплохо все продумал, — подметил Сюань Юнь. — А что, если твой план даст сбой?       — Ну, я и на этот случай уже все продумал, — усмехнулся Чжуан Шэнкай. — По меньшей мере на десяток сбоев вперед. Кстати, тебе не пора в школу? Занятия скоро начнутся. Я уже отправил нового директора.       — Меня зовут Ма Цинсюй, — во время утреннего собрания представился новый директор.       — Какой молодой… — тихонько шептались учительницы. — И телосложение спортивное! Его костюм точно не на зарплату директора куплен! А вы уже видели его машину?.. Интересно, он женат?..       — С этого дня я буду руководить этой школой, — невозмутимо продолжал объект их воздыханий. — Изменения будут вводиться постепенно по специально разработанному плану, который появится в открытом доступе на сайте школы, поэтому у вас будет время подготовиться. Ни о чем не переживайте, учитесь и учите как обычно.       Из ученических рядов один ученик смерлил его взглядом, полным ненависти. Это была Тао Сянмэй. Не выдержав, она развернулась и, растолкав своих одноклассников, умчалась прочь. Такое не могло остаться незамеченным, послышался осуждающий и в то же время любопытный ропот. Лин И какое-то время мялся с ноги на ногу, но все же решился догнать ее.       — Тао Сянмэй! — окликнул он.       Сунув руки в карманы форменных спортивных штанов, она стремительно шла к школьным воротам. Лин И едва поспевал за ней.       — Я уже понял, что у вас какой-то конфликт, но тебе не кажется, что это ребячество! Ради общего блага стоит взять себя в руки!       Она резко обернулась и опалила его гневным взглядом. Глаза ее блестели от слез.       — Ребячество?! — выпалила она. — Да ты хоть знаешь, сколько мне лет?! Ты столько не проживешь! Нихрена ты не знаешь! И не надо мне тут наставительных речей! Ты мне не учитель! Ты мне вообще никто!       Она развернулась и воспользовавшись цингуном в мгновение ока умчалась прочь, оставив Лин И одного, неловко топтаться у школьных ворот.       — Барышня Курочка, ты это видела? — тихонько прошуршал, прячущийся в кустах, парень в поношенной красной куртке, погладив по голове свою курицу. — Тот, что умчался — явно совершенствующийся, а второй… Никогда такого не видел! Кто он? Он учитель в этой школе?..