дай мне прыгнуть

      Ночью я практически не спал. Раны тихонько промыл по возвращении домой, но ничем не обрабатывал. Мама бы обязательно проснулась, услышав, как я вожусь с аптечкой, а расстраивать её я совсем не хотел. Поэтому всю ночь проворочался в постели, иногда забываясь в беспокойном сне. При каждом движении боль пронизывала все тело. Меня тошнило, казалось, что я был в каком-то бреду. Снились яркие, красочные сны, которые я путал с реальностью. Папа загрузил нас в свою машину и мы поехали в деревню к бабушке. Как только доехали помчались на речку, где ныряли в теплую воду, брызгались, прыгали с небольшого обрыва бомбочкой. Потом пошли на обед. На столе не было мяса, зато овощи, прямо с огорода мой папа пожарил нам на мангале. А нам, невероятно голодным после купания было все равно что есть. Я оглядел стол. Сережа, уплетал печеную картошку и весь вымазался в угле. Оксана налетела на кабачки — она их просто обожала. Дима, наоборот, почему-то ел свежие овощи. Папа смотрел на нас и улыбался, но ничего не ел. Я повернул голову в другую сторону. Рядом с Сережей сидел Арсений. Он тоже ничего не ел. Его появление в моем сне меня раздражало.       Когда наступило утро, я чувствовал себя так, будто по мне проехался каток. Все ещё немного тошнило, и я надеялся, что это пройдёт как можно быстрее. Вообще, были мысли не пойти на первый урок. Как я покажусь друзьям и как буду объяснять месиво у себя на лице? К тому же они быстренько сложат два плюс два и поймут с кем я дрался. Только если Арсений не Бог макияжа, в чем я сильно сомневался. Вспомнились слова Попова, что друзья думали как меня приободрить, а если я не приду в школу, то после нее они все завалятся ко мне домой. Я уверен, что с Арсением. Все же я встал и подошёл к зеркалу, которое теперь было открыто. Ужаснулся, увидев фиолетовые синяки на животе и ногах. Лицо было не лучше: губа рассечена, синяк на правой скуле, царапины. Обрадовался, что фингала не было, хотя разве было бы лучше?       Пришлось собираться в школу. На этот раз я взял с собой и пенал, и тетради. Не хотел думать о произошедшем вчера, просто хотел пожить как обычный школьник хоть один день, а потом уже разбираться. Я посмотрел прогноз погоды — было прохладно, поэтому сегодня позволил себе яркое, жёлтое, бесформенное тёплое худи и свободные джинсы с порванными коленками. Траур закончился, усмехнулся сам себе.       Я как мог тянул время, чтобы не выходить на кухню, так как мне придётся встречаться с мамой, поэтому для начала направился в ванную. Предварительно сняв худи, я умылся, почистил зубы и потянулся к аптечке в шкафу за зеркалом. Аккуратно намазал синяки на животе и принялся за лицо. Некоторые раны заклеил пластырем, но все было не скрыть, и, дождавшись, когда высохнет мазь на животе, я оделся и вышел на кухню.       Мама сидела за столом и пила кофе. Она услышала, что я вошёл, и сразу обернулась. Её лицо быстро переменилось — женщина переживала. Мне было стыдно, что я заставляю её волноваться. — Что случилось? — осторожно спросила она.       Мама никогда не лезла в мои дела, лишь изредка давала советы, но только когда я сам хотел поговорить, что случалось крайне редко. — Подрался с новеньким, — пожал плечами я, будто это происходило каждый день со мной.       Я вообще не любитель драться — считаю, что все конфликты можно решить словами. Да и по телосложению, мои тонкие руки и ноги не предназначались для драк, а лишь для того, чтобы получать. Но если бить начинали первыми, то ничего не оставалось, кроме как дать отпор. — Всё хорошо, мам, не переживай, — улыбнулся я, пытаясь уверить её в своих словах, — Жив, цел, орёл!       Мама ничего на это не ответила, лишь пододвинула ко мне тарелку с оладьями и предложила чай. Я отказался от еды и налил чёрный чай без сахара. — Я купила твоё любимое пирожное, — вспомнила мама, — Хоть его съешь.       Я заглянул в холодильник и вынул кусочек «красного бархата». Заулыбался как дурак, ведь уже давно забыл, что такое радоваться мелочам. И будто пирожное было вкуснее от того, что настроение хорошее. Я был безумно благодарен маме и пообещал себе, что подарю ей цветы сегодня. В школу отправился с улыбкой.       Несмотря на то что на классном часу нам выдали пропуски, очередь в школу не уменьшилась. Дети все так же толкались, а на первом этаже дежурила Валентина Сергеевна, мимо которой мне не удалось пройти. Она мигом позабыла о своих обязанностях и схватила меня за шкирку, как провинившегося кота, на глазах у всех. Я даже не понял, как у нее это получилось, ведь был очень высоким. — Ты что себе позволяешь, Шастун? — закричала женщина, — Мало того, что опять без формы, так ещё умудрился покурить на виду у всей школы!       Я и слова не смог вымолвить. Было ужасно неловко и некомфортно. Хотелось убежать домой, спрятаться под одеялом и никогда не выходить на улицу. В этот момент я пожалел, что решил пойти в школу. — Давай сюда сигареты! — прогремел голос Валентины Сергеевны. — У меня нет сигарет, честно, — только и смог сказать я, но мне не поверили. — Его сигареты у меня, — только Арсения мне не хватало.       Но парень уже отдал свою пачку Валентине Сергеевне. Удовлетворившись, женщина вернулась к своим обязанностям. Почему она вообще поверила, что мои сигареты вообще у какого-то другого человека? Или ей просто было важно хоть у кого-то отобрать сигареты и отчитаться? Хорошо, хоть не вызвала на воспитательную беседу. Арсений с презрением посмотрел на меня и, развернувшись, поспешил удалиться. — Я куплю тебе новую! — только и успел прокричать вслед, быстро удаляющемуся от меня Попову.       Немного успокоившись, я пошёл к шкафчику, попутно открывая расписание в телефоне. Кольца внутри не оказалось, значит Дима в школе. Меня обрадовало это, я соскучился по другу, да и с Арсом не надо будет сидеть. Вчера я так и не зашёл ни в одну социальную сеть, даже не знаю, что происходило в беседе. Сверяясь с расписанием, я пытался отыскать нужные учебники.       Вдруг кто-то ударил меня по плечу и быстро заговорил: — Представляешь, там Арсений с кем-то подрался! — тараторила Оксана, — У него губа разбита, синяк на лбу, но он не рассказывает ничего.       Я засмеялся. Признаюсь, в какой-то момент мне показалось, что смеюсь, как злодей из мультиков, но эта ситуация была очень глупой. Обернулся и взгляд Оксаны рассмешил меня ещё больше. — Только не говори, — начала подруга. — Молчу, — я закрыл шкафчик и направился в класс. Оксана побежала следом. — Когда вы успели? — расспрашивала девушка, — Ты же домой ушёл после прогулки, да? И почему ты со вчерашнего вечера не онлайн?       Я отмахнулся от подруги, как от назойливой мухи, и вошёл в класс. Галдеж прекратился, взгляды метались от меня к Арсению и наоборот. Мне стало некомфортно, почувствовал себя клоуном в цирке, поэтому поспешил за свою четвертую парту третьего ряда, где меня уже ждал Дима. Я был рад увидеть друга, который как всегда припёрся в форме, наверное, единственный из всей параллели. Поддерживает статус отличника. Видели бы этого медалиста пьяного или зелёного, переевшего чипсов с гастритом. За ним, на последней парте в одиночестве устроился Арсений, который залипал в телефон. Я не стал долго смотреть на него. Оксана села на соседний ряд, тоже на четвертую парту с Серёжей. Они сидели вместе очень давно. Их шипперил весь класс, даже деньги ставили, но ничего не подтвердилось. Подруга была в брючном костюме, который мы купили вчера. Ей очень шло, она красавица, а вот Матвиенко был вообще в каком-то мешке: бесформенные штаны, такое же худи и знаменитый хвостик на голове. — Что с твоим лицом? — засмеялся Дима, даже не здороваясь, — Ты реально с Арсением подрался или это просто совпадение? — Да, со мной, — нарочито громко прогремел голос с последней парты, удовлетворяя интерес одноклассников. Дима развернулся к Арсению и спросил: — Что случилось? — Спроси у Антона, — ответил Попов и опять уктнулся в телефон. — Шаст? — в голосе друга слышалось раздражение. — Я не хочу об этом говорить, — прошептал я, — Правду рассказать не могу, а отмазку не придумал.       Повисло неловкое молчание.       Я молился всем богам, чтобы урок начался как можно скорей, но по закону подлости этого не происходило.       Первая сдалась Оксана: — Погнали сегодня в кино, — осторожно начала подруга, — Там вышел фильм, который я давно ждала! — Отличная идея, — не очень искренне сказал Серёжа. — Ладно, — выдохнул я и почувствовал удар одобрения от Димки. — Арс? — девушка обратилась к однокласснику. — Я с вами, — улыбнулся он и прошипел от боли.       Уроки проходили спокойно, я даже пытался слушать. Было гораздо комфортней сидеть за партой с Позовым и слушать его шутки, которые от отпускал на каждую фразу учителя. Правда в его голосе слышалась обида, но друг пытался не подавать виду. Иногда чувствовал тяжёлый взгляд, прожигающий мне спину. Один раз обернулся и злобно посмотрел на Арсения, но он даже взгляда не отвёл, а продолжил наблюдать с вызовом.       На перемене я взорвался: — Ты прекратишь? Что ты пытаешься рассмотреть? — Я не смотрю, — скучающе ответил он и взял в руки телефон.       Он такой наглости опешил и не смог ничего ответить. Я же оборачивался, и он смотрел прямо на меня! Но Арсений абсолютно бесстрастно продолжал рассматривать что-то в телефоне. Решил не упускать возможность, и раз уж повернулся, рассмотреть его лицо. Синяк на лбу выглядел забавно, он немного припух, и я улыбнулся, почему-то вспоминая кота Тома из мультика. Царапины украшали левую щеку, будто он проехался ей по асфальту. Однако нос был все так же идеально ровным, магия какая-то. Рана на губе уже покрылась корочкой. Я задержал взгляд на ровном рубце. Периферическим зрением увидел, что парень отложил телефон. Я поднял взгляд, Арсений смотрел на меня своими холодными глазами и ухмылялся.       Я быстро отвернулся. Он видел, что залип на его губах! Теперь придумает что-нибудь! Я выдохнул и упал головой на руки. Так и провел всю перемену.       На следующей было время идти в столовую. Я не хотел идти, хотел хоть одну перемену побыть в одиночестве и в комфорте. Без обиды Димы и взгляда Арсения. И вообще, мне пирожного утром достаточно! Но Оксана посмотрела на меня столь убийственным взглядом, что я не выдержал и поплелся со всеми.       Немного отстал, чтобы поговорить с Димой: — Как тебе Арсений? — Нормальный парень, — ответил друг и задумался, — Правда, футбол не любит. А еще, походу, твой новый лучший друг, вон уже и секретки общие. — Дима, прошу! — взмолился я, — Он мне не нравится и раздражает безумно! — А вот Оксана с Серёжей от него просто в восторге, так что тебе придётся смириться, — улыбнулся друг. — Со всеми вами перестану общаться, — буркнул я и мы вошли в столовую.       От запаха еды меня воротило, тем более в школе. Но я не ел уже дня два, а съеденное утром пирожное не только не утолило аппетит, но и раззадорило его, поэтому даже не понимал, от чего мне плохо. Либо от запаха еды, либо от того, что я хочу есть. Но посмотрев, что сегодня предлагают, аппетит не появился. — Антон! — восторженно прокричала Оксана, — Там твои булочки любимые! А я говорила, что нужно было идти!       Маленькие мягкие булочки с сыром. Их готовили один раз в три месяца, и стоили они всего десять рублей. Вот это другое дело! Я взял сразу три штуки и чай. Настроение прибавилось, положил булочки на поднос с Оксаниной едой и направился ко столу.       Всю перемену подруга рассказывала о фильме, на который мы пойдём. Я особо не слушал, так как не любил супергеройскую тематику. Просто наслаждался булочками и компанией друзей. Ради такого стоит пожить ещё денёк. Слышать смех друзей, чувствовать вкус любимой еды, находится в тепле и комфорте. Я поморщился от своих мыслей, будто цитата из паблика в ВК. — А ты чего кольцо подогнал, кстати? — Дима обратился ко мне. — Захотелось, — пожал плечами я и опять почувствовал взгляд Арсения. — Спасибо, что ли, — друг по-теплому улыбнулся и обнял, видимо перестал обижаться. — А мне ничего не подарил, — обиженно сказал Серёжа. — Просто в моей коллекции нет сережек, — отшутился я, — Хочешь подарю? — Не шутишь? — подозрительно посмотрел друг. — Не шучу, — мне захотелось и ему сделать приятно. — Остался только я, — обратил на себя внимание Арсений. — И тебе что-то подарю, — отмахнулся я. — Ловлю на слове, — ответил он и вновь уткнулся в телефон. Да что у него там?       Остальные уроки и перемены прошли без происшествий. В кино мы договорились пойти на сеанс в семь вечера. До встречи было полно времени, чему я обрадовался.       Воодушевленный, я попрощался с друзьями до вечера и пошёл домой. Но не успел даже сойти с крыльца, как меня остановили. Чья-то тяжёлая рука упала на моё плечо, и я невольно вздрогнул. — Ты должен мне сигареты, — произнёс ледяной голос Арсения.       Я посмотрел на парня. Он был в свободных классических клетчатых брюках и черной рубашке, которая была расстёгнута на пару пуговиц. Лицо он даже не пытался скрыть пластырями. Я задержал взгляд на его глубоких, голубых глазах. — Пойдём, — ответил и отвернулся.       Я был безумно рад, что ближайший магазин находился около школы. По закону же нельзя возле школ продавать сигареты и алкоголь? Но похоже, это никого не волнует. К тому же, тут постоянно продают школьникам без особых проблем. Говорят, что владельцы подкупили полицию, поэтому бизнес процветает.       Мы вошли в небольшой продуктовый под названием «Надежда». Я сразу направился к кассе. За ней стоял мой уже практически друг Костя, студент, подрабатывавший здесь. — Привет, Тоха, — взвизгнул парень и вышел ко мне на встречу, чтобы обняться.       Костя был супер тактильным парнем. Я уверен, что ему было безумно одиноко. Внешностью он не отличался, а если послушать его, то уши в трубочку заворачиваются. От глупостей, что он говорил иногда, было ментально тяжело. Уверен, что мой приход был самым интересным событием за весь его день. Костя даже не заметил Арсения и вернулся за кассу. — Тебе как обычно? — улыбался парень. — Две, — ответил я и кивнул головой в сторону новенького. — Прости, не заметил тебя, — смутился продавец. — Всё нормально, — отмахнулся Арсений и вернулся к телефону.       Я оплатил покупку, и мы вышли из магазина. Протянул Арсению пачку и хотел удалиться, но парень вновь остановил меня. — Почему такие дорогие? — одноклассник повертел пачку вишнёвого чапмана в руке, — Откуда у школьника деньги на такие сигареты? — Работаю, — пробурчал я. Разговор начал уходить в неприятное русло. — Не подскажешь, где? — спросил Арсений, закуривая сигарету и закрывая глаза от блаженства, — Тоже хочу столько денег. — Не думаю, что тебе это нужно, — я перевёл взгляд на кожаный брендовый рюкзак. — Кто тебе этот парень? — перевёл тему новенький. — Тебя это не должно волновать, — мне начал надоедать этот допрос. — Я лишь делаю то, что должны были делать твои друзья, — пожал плечами одноклассник. — Закрой свой рот, — отчеканил я и развернувшись, пошёл домой. На этот раз меня никто не остановил.       Дома я принялся делать уроки. Выходить в кино надо было через три часа, чтобы не опоздать. Если бы Арс не задержал меня, то времени было бы больше. За первые задания я принялся с энтузиазмом, как все школьники первого сентября каждого года обещают себе, что «ну вот в этом году я точно буду отличником».       Начал я с литературы, которой у нас сегодня даже не было, но наша учительница Елена Николаевна всегда задавала домашнее задание и после урока, и перед уроками отправляла в классную беседу. Биография Чехова заняла больше листов, сил и времени, чем я предполагал. Поэтому решил, что остальные предметы буду делать прямо перед уроком, а не заранее. Я отложил тетрадь по литературе и прилег на стол. Невольно начал вспоминать произошедшее вчера. Как Арсений оказался на мосту? Как он понял? Почему Арс, а не мои друзья? Что вообще он из себя представляет? Картинки начали плыть в голове, и я провалился в сон.       Разбудил меня звонок. Обычно мой телефон стоит на вибрации, и если бы я уснул на кровати, а не на столе, то я бы ни за что не услышал. Поднялся, шею пронзило болью, но несмотря на это пришлось потянуться к смартфону, который не прекращал противно пищать.       Звонила Оксана: — Шастун, ты где? — подруга злилась.       Посмотрел на часы над столом. Я уже должен был быть в кинотеатре. Перевел взгляд на стол. Он был улит слюнями, от чего засмеялся, что только больше разозлило Оксану. — Что смешного? — прокричала подруга в трубку. — Прости, уснул, — пролепетал я, — Скоро буду. — Ждем, — ответила девушка и бросила трубку.       Я надел первую попавшуюся одежду, что висела на стуле. Это было все то же худи, в котором ходил в школу. В коридоре долго надевал украшения, но я просто не мог уйти без них. Наспех чмокнув маму, что вышла проводить меня, в щеку и оповестив, что буду поздно, так как иду в кино с друзьями, я вышел.       Кинотеатр был в пятнадцати минутах ходьбы, но даже если бежать, то я все равно опоздаю, так как сеанс начнется через пару минут. Но все же решил дать ходу, может друзья подождут меня.       Но в фойе друзей уже не было, да и в сети в социальных сетях тоже. Значит, они уже в зале. Я поплелся к кассе, отчаянно пытаясь вспомнить название фильма, о котором весь день болтала Оксана. — Пошли скорей, — кто-то схватил меня за руку.       Я обернулся и увидел Арсения во всей красе. Он был в худи и широких брюках. Сразу узнал бренд, так как сам любил его. И он явно был не из бюджетных. Но долго смотреть мне на Арса не пришлось, ведь он потащил меня в зал. Я повиновался и позволил проводить себя.       В зале было темно, фильм еще не начался, шла реклама. Я увидел друзей на пятом ряду. Оксана помахала рукой. Но зал был полон, поэтому мы поднимались вверх, пока не дошли до последних рядов. На удивление, они пустовали, а мне стало неловко. Фильм идет два часа, и это время я буду находиться в компании Арсения. Но делать было нечего, друзья ведь меня хотели развлечь, поэтому решил занять свое внимание фильмом и по-минимуму контактировать с новеньким.       Но спустя несколько минут я так и не заинтересовался шедевром кино. Арсению, по-видимому, тоже было все равно на фильм, и он сидел в телефоне, поставив его на минимальную яркость. Меня же клонило в сон, несмотря на очень громкое кино. Решив, что друзья все равно не узнают, а сама судьба благоволит, я поднял подлокотники и лег, растянувшись на сидения во весь рост. Под голову положил рюкзак и забылся крепким сном, который не получил ночью.       Проспал я недолго, опять ворочался и дергался во сне. Но проснулся я не от этого, а от того, что кто-то аккуратно, словно боясь сломать, гладил по голове. Я лежал головой на коленях Арсения. Да, мог бы вскочить и оттолкнуть, а потом со скандалом уйти из кинотеатра, но не стал. Я чуть ли не мурлыкал от теплых рук и нежных движений. Не знаю, что переменилось в новеньком, но мне нравилась эта забота. Поэтому я вновь закрыл глаза и погрузился в сон.       На этот раз я проснулся от воскликов Димы: — Оксана, ты сфоткала? — друг пытался посмотреть в телефон подруги. — Ну покажи!       Свет в зале уже горел. Я все так же лежал на коленях Арсения, но он уже не гладил меня по голове. Одна рука брюнета лежала на моей голове, а второй обнимал меня за талию. Было тепло и безумно уютно, не хотелось вставать, но и выдать себя не мог. Я скинул руки Арсения и встал, хмурясь. — Какого хуя? — прошипел я, злобно смотря на новенького, который тоже уснул. — Мы спали, — скучающе ответил он, — Не выспался? — Не смей больше никогда в своей жизни прикасаться ко мне! — выпалил я и вышел из зала.       Ну и дурак. Сам лежал, чуть ли не мурчал от удовольствия, а тут «не трогай меня!». Вот он и не будет тебя больше трогать. Легче стало? Я разговаривал сам собой и выходил из кинотеатра, чтобы закурить.       Меня нагнал Дима: — Тоха, что с тобой? — он принял сигарету, которую я протянул ему. — Бесит меня этот Арсений, вот и все, — сказал я, — Зачем он вообще в кинотеатр поперся, если ему не интересен был фильм? — А ты? — усмехнулся Позов. — Чтобы с вами время провести, кто же знал, что весь зал будет заполнен, — пытался оправдаться я, — Где они? — Они восторгаются Арсом, он позвал нас в ресторан, сказал сам все оплатит, — рассказал друг, — Пойдешь? — Ни за что, — ответил я и собрался домой. — Ну и я тогда не пойду, — улыбнулся Дима и похлопал меня по плечу, — Погнали домой.       По пути мы говорили о футболе, о предстоящем ЕГЭ и поступлении. Зашли в цветочный, я не забыл о своем обещании купить букет маме. Но Дима подозрительно скосился на цену. — Слушай, давно спросить хотел, — неуверенно начал он, — Откуда у тебя столько денег? — Работаю, — они что, сговорились с Арсением? — Слушай, а можешь за меня словечко замолвить, я тоже работать хочу. — Не могу, — простонал я, этот разговор был невыносим, — Я фрилансер.       Несколько минут мы шли в гробовой тишине. Я думал обидел ли Диму, либо он просто не знал значения слова «фрилансер».