Замёрзшие волны

— Я дома! — крикнула блондинка, заходя на маленькую кухню с большими пакетами продуктов, ибо в холодильнике мышь повесилась достаточно давно, а купить еды никто не решался, ссылаясь на срочные дела или ещё какую-нибудь мелочь. — Варя, ты где? — Регина аккуратно опустошала пакет, параллельно напевая песню из "Папиных дочек", немного пританцовывая. Ответа не последовало, поэтому в следующую секунду юная художница обернулась, хмуря брови и недоумевая, почему подруга не оповестила ее о своём уходе, очень некрасиво получается. Пажинская вытащила мобильный из маленькой сумочки, в которой был полный беспорядок, и найти что-то нужное было просто невозможно. Блондинка быстро набрала выученный наизусть номер, ставя на громкую связь, кладя телефон на барную стойку, продолжая разбирать пакет, топая левой ногой от волнения. "Абонент временно недоступен или находится вне зоны действия сети, перезвоните позже" — вещал голос девушки из динамика, на что блондинка нервно сбросила трубку и налила себе холодной воды в прозрачный стакан, переживая о нахождении своей неусидчивой подруги, которая, к слову, ни разу так внезапно не пропадала за три месяца их проживания в Питере. Регина слышит звук открывающейся двери и устремляет свой взгляд на вход, складывая руки на груди, желая высказать всё своё недовольство молодой особе. Рыжеволосая аккуратно переступила порог съёмной квартирки, явно не подозревая, что за ней пристально наблюдают. — Для кого стараешься, ниндзя? Я вижу тебя, если что, — блондинка помахала рукой, обращая внимание подруги полностью на себя. Ангелова резко замерла в неудобной позе — она снимала кроссовки, наклонившись. Варя медленно подняла голову и косо улыбнулась. — Ты самая настоящая засранка, Варя! Нам через час выходить, ты успеешь собраться? Пажинская возмущённо уставилась на девушку, желая добиться хоть какого-нибудь ответа, ведь ее неловкое молчание лишь добивало и так взволнованную художницу. — Извини за нескромный вопрос, но куда мы идём? — Варвара всё же расправила плечи, глядя на Регину, которая стояла на достаточно большом расстоянии. Девушка виновато чесала затылок, готовясь к самому страшному — поеданию мозгов со стороны подруги. — Ангелова, только не говори, что ты забыла куда мы сегодня собирались! Я твои сигареты вонючие засуну тебе в задницу, чтобы не пряталась от меня на лестничной клетке, — блондинка враждебно наставила указательный палец на подругу, догадавшись где же пропадала Варя. — Ну прости, ты же знаешь, что у меня голова дырявая, — усмехнулась рыжеволосая. — Так, куда мы идём? — На выставку к Юлии, она нас пригласила с тобой в прошлую пятницу в ресторане на нашей улице, вспоминаешь? — Я вспомнила. Единственное, что меня тогда впечатлило — это красное сухое, — закатила глаза Варя, махая одной рукой, проходя ближе к подруге. Ангелова щелкнула по носу напротив стоящей девушке, противно улыбаясь. — Может не пойдём? Закажем чего-нибудь вкусного и посмотрим "Эмили в Париже", вроде хороший сериал, да и в Париже побывать — это моя мечта. — Вот и мечтай дальше, Эмили ты моя! Нет времени на бессмысленные разговоры, нужно собираться. Ты, кстати, что надевать будешь? — Регина вопросительно уставилась на заставшую врасплох бывшую фигуристку. — Никаких джинсов, слышишь? — Слышишь, — вновь закатила глаза, показывая язык. — Надеюсь там будет красное сухое… — Сопьёшься так, Эмили, — тихо посмеялась блонди, толкая в спальню Варю, чтобы та начала побыстрее собираться. — Я не Эмили! Прекрати называть меня так. Да и я в Париже не была. А Париж без Эмили — не Париж, и вообще! Дай мне одеться, а то опоздаем, — перед носом Пажинской закрыла чёрную дверь. — Я специально буду называть тебя Эмили, — крикнула художница, в итоге скрывшись за дверьми ванной комнаты, оставляя в покое Варвару.

***

— Больше не буду пить, чтобы больше на пьяную голову не соглашаться ходить на такие скучные мероприятия, — рыжеволосая медленно отпила вино с прозрачного бокала, неспеша проходя мимо, как казалось Регине, незаурядных картин Юлии, прищуриваясь, дабы разглядеть и, возможно, понять смысл сего произведения. — Ну вот что это? — возмущённо указала ладонью на огромную картину с линиями по всему холсту разного цвета, — Разве такое кто-то купит? Что в этом таинственного, интимного, захватывающего? Может я чего-то не понимаю. — Ты многого не понимаешь, дорогая. Юлия вряд ли бы написала картину ради денег. Она вложила в неё душу! — внимательно рассматривала панно повешенное на белой стене блонди, негативно относясь к словам подруги. — А кто-то возникает по поводу твоих дизайнов и твоего вкуса в одежде, но тебя же это не волнует. — Не волнует, потому что это моё хобби, которым я живу изо дня в день, не всем же должно нравится то, что я делаю, — развела руками Ангелова, вновь делая глоток приятного спиртного напитка, которое только повышало настроение. — Надо было не слушать тебя и надевать джинсы, а то в юбке непривычно, — разговаривала сама с собой девушка, резко сменив тему для диалога. — Ничего страшного, я не так часто тебя о чём-то прошу, Эмили, — издевательски оттенила последнее слово блондинка, улыбаясь белоснежной и ровной улыбкой. — Я, пожалуй, пройдусь в другой конец помещения. Без тебя! — Как хочешь, — равнодушно пожала плечами Регина, продолжая разглядывать репродукции. "Эмили" спокойно расхаживала по залу наполненным людьми, немного сковываясь в движениях, ведь ощущение, будто за ней наблюдали сотни человек — не самое лучшее. Глаза выискивали ещё чуть-чуть алкоголя и какой-нибудь еды, ибо с важным видом рассматривать картины нет никакого желания, пришла сюда с Пажинской исключительно из вежливости, но не к Юлии. Юлия Басарская — знаменитая художница, хорошая знакомая Регины. Варя не любила "подруг" блондинки, считала их странными и глупыми, не было в них той умеренной кокетливости, искры и женственности. Чего-то было чересчур много, а чего-то — мало, или не существовало вообще. На это Ангелова благополучно закрыла глаза, понимая, что не ей с ними дружить, и ей вовсе не обязательно зацикливаться на них и переживать по поводу того, что она воспроизведет не то впечатление. Бокал любимого вина всегда способен успокоить рыжеволосую бестию. Варя остановилась возле стола с напитками и остальной "ерундой", обращая внимания на громкую компанию. Ее перенесло на три месяца назад, когда она стояла в очереди на регистрацию в аэропорту, кривясь от невоспитанных парней. Сейчас же была похожая ситуация, только среди, казалось, воспитанных и взрослых людей, которые ценят искусство, а не некультурность. Бывшая фигуристка повернулась в сторону активных ребят. Парень в знакомой одежде общался с женщиной и мужчиной средних лет. Девушка видела только его спину, укрытую черной футболкой. На нем были всё те же спортивные штаны, только на этот раз красные, и кроссовки были желтого цвета. Намного живее выглядит, чем в прошлый раз. Варя точно знала, что видела его в аэропорту, узнавала в нем того загадочного незнакомца. Легонько улыбнувшись, Ангелова обновила бокал с вином, расстёгивая одну пуговицу на рубашке, расправляя лопатки, продолжая свой недолгий путь ближе к интересующей ее картине, на которой была изображена голая пара, но остановило ее входящее сообщение. Регина Пажинская: Эмили, как смотришь на то, чтобы вежливо поблагодарить Юлию за приглашение и поехать домой? Думаю, что ты не откажешь. Варя мило улыбнулась, печатая короткое: «Я согласна», находя глазами Регину, чтобы вместе с ней найти виновницу торжества, сказать пару ласковых и уйти как можно быстрее. Отчиститься от грязных взглядов, которые только нервируют Ангелову. Девушка быстрым шагом подходит к подруге, краем глаза смотря на ту самую неприятную компанию, закатывая глаза, снова. — Ну и где твоя художница высшего уровня? — шустро допивает вино, морщась от того, насколько быстро она опустошила бокал. — Я домой уже хочу. — Вот она, — Регина заметила мимо проходящую брюнетку, аккуратно касаясь ее оголенных плеч. — Юлия, здравствуй! — Девчонки, рада вас видеть! Думала, что не придёте, всё же вы не выглядите как люди, которые увлекаются живописью, — высокая девушка высокомерно взглянула на Варю, давая понять, что последние слова именно про неё. — Надеюсь вы насладились моими картинами сполна и остались довольны. — Да, всё великолепно. Но нам нужно уйти, — вежливо улыбнулась Регина, желая увидеть ту же самую эмоцию Юлии, на что "Эмили" только усмехнулась, не понимая для кого так распинается подруга. Юлия неприятный человек, который не вызывает абсолютно никаких позитивных эмоций. Вот что-что, а чувствовать людей насквозь Ангелова умеет лучше, чем адекватно вести себя при большом количестве людей. Волнение руководит разумом намного ловче, чем сама девушка, чего не стоит допускать. Нужно научиться контролировать свои эмоции. — Как жаль! — наигранно надула губы Басарская, огорчённо мотая головой. — Надеюсь, что мы ещё встретимся, девчонки, — подмигнула Юлия, хлопая в ладоши и удаляясь от гостей всё дальше. — Какая же она противная особа! Фу таких, — Варя укоризненно посмотрела в спину уходящей брюнетки, цокая языком. — Давай уедем уже, противно находиться в таком обществе. — Прекрати, Варя. Общество вполне адекватное, просто ты не совсем нормальная, — посмеялась блондинка, идя в сторону выхода, заставляя плестись за собой подругу. — Зато сейчас покушаем чего-нибудь вкусного, и «Эмили в Париже» посмотрим. — Ты издеваешься? Почему нельзя была так поступить пару часов назад? В Ад бы тебя, Регина, — Ангелова легонько толкнула девушку, которая не стесняясь смеялась во всё горло. — Пошли уже.