Замёрзшие волны

Слишком много людей окружает двух девушек, заставляя поморщиться от громких разговоров со всех сторон. Рыжеволосая старалась как можно быстрее пройти регистрацию, но от неё мало что зависело, увы. И только Регина помогала отвлечься от гнетущих мыслей. Официантка боялась, что в последний момент передумает, но будет слишком поздно для того, чтобы вновь менять свою жизнь в другое русло. Все вокруг подумают, что она струсила и просто выбрала самый легкий вариант — сбежать от трудностей, как маленький и глупый ребёнок. Именно поэтому Ангелова сейчас стояла в очереди с натянутой, как стрела спиной, нервно теребя лямки своего рюкзака. Рядом стоящая подруга постоянно улыбалась Варе, уверяя, что всё не зря и они добьются своего. — Не переживай, — блондинка аккуратно приобняла девушку, поглаживая своей ладонью по плечу Вари. — Ты не одна. Это «ты не одна» звучало очень спокойно и размеренно, что окончательно прекратило бурю внутри девушки. Варя улыбнулась, легонько качнув головой, вмиг обращая своё внимание на громкие голоса позади себя. Громкая компания из нескольких парней медленно передвигалась по аэропорту, смеясь с собственных шуток. Ангелова лишь нахмурила брови, ведь считала, что вот так нагло и некультурно горланить посреди общественного места, и возможно нарушать чьё-то личное пространство — неуважительно и некрасиво. Видимо эти молодые люди не видят никого вокруг себя. — Разве это нормально? — продолжала наблюдать за компанией Варя, одновременно разговаривая с Региной, которая, в свою очередь, отчужденно сидела в телефоне, быстро пробигаясь между строк какого-то поста в Инстаграм, создавая собственный инкубатор, никого не пуская и не обращая ни на кого лишнего внимания. — Ты слышишь? — рыжеволосая прекратила так упорно рассматривать татуированных парней, глядя на Пажинскую. — Что, прости? — блондинка резко подняла свой взгляд, всматриваясь в серо-голубые глаза Варвары, вовсе не замечая в себе никаких странностей. — Ты подписана на Оксану Самойлову?! Ты видела вообще, как она комментирует ситуацию про… — Регина, я тебе говорила про другое! — официантка недовольно закатила глаза, ловя на себе вопросительный взгляд со стороны подруги. — Видишь вон тех парней? По-моему, они ведут себя, как дикари, ей Богу! — Ты как бабушка под подъездом, обсуждающая каждого прохожего, — усмехнулась блондинка, всё же взглянув на компанию парней. Регина прищурилась, ведь со зрением были небольшие проблемы, и внимательней пригляделась к ним: все были достаточно высокими, имели несколько крупных татуировок на видных местах, которые не заметить было невозможно, чёрные очки и осевшее напряжение внутри. Они постоянно оборачивались, рассматривая толпу людей, будто ища знакомое лицо, но оборачивались, так и не найдя знакомые выразительные глаза или короткие волосы, могло быть что угодно. Ангелова присмотрелась к одному из них, находя в нем что-то до боли родное. Парень стоял спиной к ней, что-то листала телефоне, абсолютно ни на кого не реагируя. Изредка он мог посмотреть по сторонам, и тогда были заметны огромные чёрные очки, которые не давали возможности увидеть его внешность. Да и ещё в кепке был, но несколько длинных прядей торчали и спадали на глаза, отчего он постоянно смахивал волосы. Неизвестный парниша был весь в чёрном: чёрные большие спортивки, чёрная куртка (не застегнутая!), чёрная футболка с ярким принтом, и только белые кроссовки от дорогого бренда придавали красок этому "мёртвому" образу. — Ты так смотришь на них, будто недовольство ушло на второй план, — Регина вернула рыжеволосую в реальный мир своим голосом, заставляя ту наконец оторвать свой любопытный взор от неизвестных ей людей, которые и так ищут глазами того, кто бы мог на них так упорно глазеть. — Видимо обыкновенные российские реперы, на западных не похожи. — Ощущение, будто одного из них я уже знаю… — Только не того с дредами, ладно? Я его уже себе присмотрела. — Ты как обычно, Регина! — покачала головой Ангелова, смешно рассматривая "влюблённое" выражение лица Пажинской. — Пошли, наша очередь, — бывшая фигуристка легонько ударила подругу по плечу, желая быстрее пройти регистрацию и пройти на второй уровень. Девушка за маленьким стеклянным окном быстро делала свою работу, за что девушки готовы были ее расцеловать, но вовремя опомнились. Подруги забрали свои загранпаспорта, проходя мимо людей в очереди, подымаясь на второй этаж. Регина мысленно была в Питере, рисуя картину в какой-нибудь уютной маленькой студии, слушая звуки дождя за окном. А вот в Варе сидело чувство тревожности, пока она не скрылась из виду тех самых парней. Она может и думала, что их с Региной наблюдения было незаметны, но сильно ошибались. Парень в "мёртвом" образе обернулся, глядя в спину ушедшей рыжеволосой бестии, грустно улыбаясь.

***

— Спишь? — Варя чуток толкнула подругу, дабы убедиться, что она спит или наоборот. Регина повернулась к Ангеловой, сонно смотря ей в глаза. — Нет, я очень бодра и заряжена на все сто! — начала кривляться блондинка, наблюдая как Варя начинает смеяться с ее выражения лица. — У нас через несколько минут начнётся посадка, а я сплю, как-то странно… — улыбнулась Регина. — Я забывала тебя спросить. Как ты рассказала близким про то, что уезжаешь навсегда? — Ну, во-первых, не навсегда, как только налажу все дела в Питере, то буду летать к ним в гости, — пожала плечами Варвара. — Все отреагировали не очень положительно, но это всего лишь вопрос времени. Я давно хотела уехать подальше. — От них? — И от них тоже. Я очень люблю своих близких, но им бывает нравится указывать на мои ошибки, чтобы задеть. Хотя я взрослая девочка и сама разберусь в своей жизни. Только Мама всегда была более тактичной, чем остальные, за что я ей благодарна. — Наверное тебе было сложно сказать, — Регине было на самом деле интересно слушать, что же происходило в тот момент, когда Варе было сложно переступить через себя. — У меня было достаточно времени собраться, чтобы рассказать с поднятым подбородком и не боясь, что они не одобрят. С того дня, когда девушки приняли решение переехать прошло чуть меньше месяца. Нужно было найти жильё в самом Питере, приготовиться к переезду и оповестить своих родных, что являлось самым сложным.

***

Рыжеволосая переступает порог родной квартиры, в которой провела 18 лет своей жизни. Здесь она росла, формировалась как личность, училась на своих ошибках, падала и вновь вставала. Стены слышали невероятное количество истерик, чуть ли не дрожали от криков, которые никто и никогда не слышал. Вряд ли услышит. Девушка долго жмёт на дверной звонок, нервно стуча ногой. Слышны неспешные шаги, и Варя узнает свою маму, которая явно не ожидала внезапного визита неизвестного ей человека. Также неуверенно открывает дверь, высовывая голову, дабы посмотреть кого же принесло в такое позднее время. — Варя? — женщина лет сорока изумлённо рассматривала дочь, укутываясь в атласную ночную накидку. — Почему ты так поздно? Что-то случилось? — Мне нужно вам кое-что рассказать, папа дома? — Дома. Виктория отошла в сторону, давая возможность пройти вглубь квартиры. Ее сердце бешено стучало, чует же, что что-то неладное случится. Ангелова медленно разулась и сняла с себя мешковатый пуховик. Девушка боялась реакции родителей, потому что они были не сторонниками внезапных предложений, считали, что это очень глупо со стороны взрослой девушки. Из-за их позиции боялась заикнуться о каком-либо решении. — Варечка, ты меня пугаешь! — мать ходила за дочерью, пытаясь всё-таки разузнать хоть что-то. — Где папа? — остановилась Варя, смотря в глаза маме. — Как думаешь, он не будет злой на то, что я так поздно? — Нет, конечно! Доченька, ты давно к нам не заезжала, так что он будет рад, — улыбалась белоснежной улыбкой Виктория, гладя по плечам Варю. — Он в гостиной, проходи. Девушка не спеша переступила порог комнаты, заглядывая внутрь. Отец сидел в кресле и читал книгу, всё время поправляя очки. — Привет, пап, — Варя облокотилась, теребя лямки рюкзака. — Мне вам нужно рассказать кое-что, точнее оповестить. Мужчина медленно поднял взгляд на девушку, глядя из-подо лба, демонстративно громко закрывая книгу, постукивая указательным пальцем по обложке. — Здравствуй, дочь, — мужчина продолжал рассматривать растрёпанный вид своего чада, закидывая одну ногу на другую. — Надеюсь после сказанного тобой я не сильно огорчусь. — Я тоже на это надеюсь, — шепотом произнесла девушка, чтобы никто кроме нее самой этого не услышал, но отец наоборот навострил уши. — Мам, присаживайся, — Варя указала матери на диван. — Я познакомилась с одной девушкой, и мы стали хорошими подругами. Папа Регины очень хороший человек, и он помог ей устроить свой небольшой бизнес в Санкт-Петербурге, и она пригласила меня развивать свое желание к дизайну одежды. Ангелова-младшая тяжело сглотнула, всё время смотря то на мать, то на отца, в надежде понять, что они чувствуют внутри и к какому разговору готовиться. — И я согласилась. Виктория резко подняла свой взор на бывшую фигуристку, разглядывая ее саму. На лице женщины дрогнула легкая улыбка, но почувствовав строгий взгляд мужа быстро скрыла её. — Варвара, ты хоть понимаешь, что это небезопасно. Санкт-Петербург большой город, да и ты с этой девчушкой знакома, я уверен, не больше месяца. Никуда ты не поедешь, поняла? Мы твои родители и мы волнуемся за тебя, так что без обид, — будто поставил точку, Олег открыл обратно книгу в надежде дочитать любимый детектив, даже не подозревая, что разговор на этом не закончился. — Я приехала сюда, чтобы поставить вас перед фактом, а не для того, чтобы спросить разрешения, — девушка впервые за такое долгое время перечит словам отца. — У меня через две недели вылет, и это не обсуждается, папа. Мужчина нахмурил брови, гневно глядя на рыжеволосую, не вставая с кресла. — Какая же ты глупая, — гадко усмехнулся, заставляя поморщиться Варю. — Но знай, если ты всё же улетишь туда, то сюда можешь не приезжать вовсе. Не знаю, как Вика, но я тебя здесь не жду, и чтобы я тебя не видел в моём доме. Девушка дрожащей рукой смахнула слезу, продолжая смотреть в глаза папе. — Я тоже не хочу тебя видеть больше. Наконец мне хватило смелости оставить тебя, и к тебе я больше не вернусь, Олег, — Ангелова развернулась, чувствуя на себе прожигающий взгляд мужчины, понимая, что вскоре на том месте останется след от его ненависти к ней. Варя быстро оделась и обулась, выбегая за порог квартиры, пока ее не окликнула мать. — Доченька, прости нас. Я очень рада, что ты наконец забываешь фигурное катание и идёшь туда, куда тебе хочется. Возможно, в Питере ты найдёшь себя, свою любовь и то, чего ты захочешь. Кто ищет, тот всегда найдёт. Я люблю тебя. Пиши и звони мне, прошу. Я буду тебя ждать, — девушка резко обернулась, подошла к Виктории и крепко-крепко обняла, слыша плач, которого бы не хотела слышать. Ей было больно невыносимо, но больнее всего было маме, она это понимала, но не могла ради кого-то оставаться там, где ей не нравится. Варя отошла от женщины и шепотом произнесла короткое: «Пока»

***

— А Вероника что? Ну, твоя сестра. — Я ей написала смс, она прочитала, но ничего не ответила. Не знаю, не хватило смелости, что ли, увидеться с ней вживую, — пожала плечами Ангелова, кладя голову на плечо Регины, тепло улыбаясь. — Всё будет хорошо, Варь. Отец ещё одумается. — Может быть.