tenderness.

***

      — Дилюк, я позвал тебя сюда, чтобы сказать что...       Слова тонули в нескончаемом потоке ливня, градом обрушившегося на Мондштадт, оплакивая смерть мужчины и женщины.       Родители умерли этим днём, предоставляя подростков самим себе.       Кэйя не мог сдерживать себя: ему хотелось пролить свет на правду, перестать нести этот груз лжи столько лет, с тех пор как... попал на винокурню Рассвет. В окружение любящих друг друга членов семьи, заботливой Эстелл и глупого, по мнению Кэйи, Дилюка. Их родители спокойно приняли его в свой тёплый дом, также называя сыном и заботясь о его благополучии. Но когда те умерли, он почувствовал... опьяняющее чувство свободы, словно стало легче дышать. И стало очень стыдно за свои чувства и помыслы, поэтому он намеревается высказаться Дилюку. От этого же должно стать легче?..       — Я шпион, посланный в Мондштадт из Каэнри’ах.       Неяркая вспышка озарила рубиновую радужку. По прилипшим к бледному лицу алым прядям, теперь же казавшимися потускневшими, стекали ледяные капли. Но Дилюк не обратил на это внимание, все мысли заняли нарастающие чувства разочарования и гнева в тяжело вздымающейся груди. Он же заметил, но не принимал это к сведению... первое время Кэйя всегда был отстранённым, идущий на контакт только с первым поставленным к нему человеком, то есть с Эстелл. Тогда красноволосый просто не хотел думать об этом, поэтому и не воспринял...       Он же его брат.       — То есть, всё это время ты... — кристальная слеза очертила дорожку на щеке, смешиваясь с каплями дождя, — Но почему?..       — На самом деле, это сложно объяснить, — нервно усмехнулся Кэйя, рассматривая наполовину разрушенную каменную стену за спиной Дилюка. Сейчас они находились в заброшенных руинах, подальше от винокурни.       — Ты уж постарайся, — ледяным тоном отрезал парень, призывая из пространственного кармана свой меч и наливая его пламенем. Яркое пламя вспыхнуло, озаряя всё вокруг, теперь же Дилюк ориентировался только на увесистый предмет в руках, отдающий маниакальным жаром. Рациональность перешла на второй план, уступая место заволокшей глаза гневом пелене.       — Дилюк, пожалуйста выслушай меня!       Эстелла прикрыла рот ладонью, захлёбываясь истеричными рыданиями. Тело окоченело, она больше не могла стоять на ногах, скатываясь по холодной и мокрой стене вниз, к каменному полу. Было ужасно холодно, насквозь промокшая, в длинном чёрном платье она стояла здесь всё это время, не веря словам Кэйи. Должно быть он шутит? Этого же не может быть!       Девушка чувствовала себя отвратительно. Она только-только оплакивала смерть родителей, теперь же потеряла опору окончательно, не понимая, что будет дальше. И будет ли оно вообще?       Скрежет настоящего метала неприятно отозвался в голове беловолосой. Теперь же здесь не было цели оставить Кэйю незапятнанным. Дилюк хотел убить Кэйю. За всё то время, пока они были счастливы в его лжи. Втроём. Он не забыл про девушку, это же и подогревало его нарастающую ненависть в груди окончательно.       Внезапный залп льда вылетевший из меча Кэйи заставил парня остановиться на миг, прежде чем снова атаковать. Он попросту не обращал внимания ни на что, даже не заметил небесного цвета две неяркие вспышки.       Сражение длилось долго, пока в какой-то момент Дилюк не остановился как вкопанный.       — Проваливай, — сплюнул красноволосый, — Чтобы мои глаза тебя больше здесь не видели!       Что он скажет Эстелл, оставляя Кэйю в таком состоянии? Да и что в целом?.. Она сильно дорожит своим братом — от этого парню становилось всё более паршивее. А синеволосый пусть и входил в ряды Ордо Фавониус, но не обладал особыми качествами в фехтовании, по сравнению с Дилюком. Поэтому сейчас у него не было и шанса.       Окровавленный меч исчез в пространственном кармане, пока Дилюк быстро скрылся с места сражения.       Синеволосый смотрел на отдаляющуюся спину остекленевшим глазом, переводя взгляд с неё на висевшую на поясе круглую стекляшку с изображением снежинки. Царица даровала ему ещё один шанс на жизнь? Но зачем теперь ему эта жизнь, если она больше не имеет смысла?..       — П-пойдём со мной, — вышла из-за стены продрогшая Эстелл, с идентичной вещицей в руке. Парень не был удивлён её появлению, ведь заметил вспышку глаза Бога, нежели потерявший рассудительность Дилюк.       — Оставь меня.       — Нет!       — Ты не понимаешь...       — Это ты не понимаешь, — угрожающе нахмурилась девушка. В темноте нельзя было разглядеть как выглядел парень, но она заметила насколько была продырявлена и прожжена его одежда, — Я сказала пошли.       Та схватила его за руку, но Кэйя негромко заскулил от невыносимой боли, заставляя её обеспокоено обернуться и ослабить хватку.       Он не знал, куда они шли. Попросту не видел этого, но вскоре почувствовал, как их выплюнуло из телепорта посреди городской площади в Мондштадте.       Ночью вымощенные улочки этого города ощущались совсем по другому. Изредка в окнах домов можно было встретить свет, а проходя мимо таверны Доля Ангелов услышать неразборчивые песни пьяниц, вываливающихся уже как следует выпившие на улицу. Также на посту стояла городская стража, внимательно следящая за ночным передвижением в городе.       Кэйя же еле перебирал ногами по ступенькам в подъезде какого-то жилого дома вслед за Эстелл, уверенно идущей на третий этаж под самой крышей. Потом она остановилась под одной из двух тёмных дверей и начала нервно перебирать в руках связку ключей, подыскивая подходящий. Вскоре дверь отворилась и девушке с парнем предстал тёмный коридор, в воздухе которого ощущались запахи шоколада и небольшой сырости.       Беловолосая быстро зажгла настенную лампу и отвела парня на небольшую, но сразу видно уютную кухню, в данный момент поглощённую во тьме. Когда Кэйя уселся, скорее развалился от боли на стуле, в дверном проёме появилась застывшая Эстелла, только что щёлкнувшая по выключателю с аптечкой в руках.       Плечо парня было крупно рассечено, а распущенные волосы, обожённые на кончиках, растрепались по широким плечам. Если кратко, без ужаса не взглянешь... это ещё помимо остальных мелких ран. Девушка молчаливо обработала все ранения парня, обеззараживая и забинтовывая, но она понимала что скорее всего останутся шрамы.       После долгого молчания, которое нарушал Кэйя своим шипением, Эстелла откинулась на спинку стула и чуть стекла вниз по ней.       Было странно.       Родителей с ними больше не было, а брат вроде как оказался предателем.       — Твоя привязанность когда-нибудь сведёт тебя в могилу или поставит в очень неудобное положение, о чём ты только думала приводя меня сюда?       — Это ты о чём думал?! — вокруг опасно завихрились колючие снежники, но тут же растаяли, — Ты мог бы подождать, пока Дилюк оправится после смерти... родителей. Да и к тому же я не понимаю! Почему ты сказал ему, а мне нет!       — Тебе было бы лучше если бы он стёр меня к чёрту с этой земли! — раскинул руки в сторону синеволосый.       — Вот и нет! — Эстелл осеклась, — Да и какой из тебя шпион, Кэйя... разве не ты тот десятилетний мальчишка пришедший к нам в семью невесть откуда, ищущий поддержки и понимания?.. ждущий, пока мастер Крепус приедет из своей поездки, тренирующийся с Дилюком и ждущий что-нибудь от нас с Аделиндой для небольшого перекуса? Тогда, в шестнадцать лет Дилюка, мы же обещались быть вместе! — горячие слёзы скатывались по щекам и замерзали, опадая на светлый паркет.       — Это ведь всё был ты... я просто не м-могу поверить, — беловолосая судорожно выдохнула, аккуратно припав к брату и обнимая его, стараясь не задевать бинты, — Я ведь так люблю тебя, ты прекрасный брат. К тому же, ты можешь начать новую жизнь... остаться в Мондштадте или уехать из него, посетить другие города, да и в целом, как тебе удобнее... я всегда поддержу твоё решение и буду рядом.       — Спасибо конечно, но как же Дилюк? — засмеялся Кэйя, девушка подняла на него удивлённые глаза, — Ему тоже сейчас требуется поддержка, но скажи мне... ты действительно ничего не замечаешь?       — Что именно?       — Так я и думал, — насмешливо фыркнул синеволосый, — Думал этот разговор оставить для более приятной атмосферы, но да ладно. Ты ведь любишь Дилюка?       Она не ослышалась? Эстелл выпрямилась и положила на щёки ладони, густо залитые румянцем, хотя скрывать уже и не было смысла.       — С чего ты это взял?       — Ааа, как же ты мило смущаешься. Не могу насмотреться на твоё прекрасное личико, — брат широко ухмыльнулся и обвёл помещение взглядом, снова останавливаясь глазами на собеседнице, — Мне кажется, только слепой этого не заметит.       — Ты слишком болтливый для душевно и физически раненного, — возмущённо вздохнула беловолосая и надавила парню на плечо, послышалось тихое шипение.       — Ладно-ладно, — поднял он руки в качестве жеста примирения, — Просто держу в курсе, что и вам бы следовало поговорить.       — Нам надо, мы и поговорим!       — Конечно, жду не дождусь, — наблюдал с усмешкой за хозяйкой квартиры Кэйя, та вскочила и прошла к кухонной тумбе, доставая из ящиков пакетики зелёного чая.       — Но вам с Дилюком тоже следует поговорить. И... — девушка слегка рассмеялась.       — Что-то не так? — Да нет, просто... В детстве, при нашем знакомстве мы хотели быть как наши родители... конечно, условия заключались немного в другом. Я хотела стать архивариусом Ордо Фавониус — как мама, а Дилюк рыцарем, как об этом мечтал его отец. Тогда мы поклялись на мизинцах и... хаха, так странно что я до сих пор помню о подобной глупости и она только что всплыла в голове. Не находишь?       — Это мило и ничуть не странно! Всё же, вы идеально подходите друг другу, — с дьявольской улыбочкой проговорил он и обратил внимание на упавшую на пол ложку и рассыпанный на столе сахар.       — Отстань!

***

      Дилюк просидел на берегу озера у дома пока не начало рассветать. Думал он много и о всяком, голова болела и раскалывалась от переизбытка мыслей. Значит, в тот дождливый день они пригрели в своём поместье предателя? Но почему отец или Эрмелинда не замечали этого? Или же Кэйя слишком хорошо скрывался... а это уже не имеет значения, раз тот признался. Но на самом деле было больно, как бы Рагнвиндр этого не скрывал. Ему хотелось кричать, хотелось крушить и ломать. И это тоже было неправильно. Сам ведь когда-то смотря на Эстелл говорил, что ненужные эмоции лучше не показывать, а тут сам так сглупил...       Поместье встретило тишиной. Как странно. Он ожидал, что его дождётся Эстелл, но спустя пару минут его встречать так никто и не вышел. В её комнате никого не было, разве что аккуратно заправленная кровать, как всегда без единой складки и распахнутые настежь окна, впускающие свежесть с улицы после прошедшего дождя. Мысли вернулись к Кэйе, отчего парень крепко сжал кулаки и оскалился, захлопывая дверь. Страх на секунду промелькнул в голове, но почему-то уступил осознанию, что возможно она сейчас именно с ним. А не с Дилюком.       Когда-то давно, отец сказал ему, что возможно этот день настанет(как бы кто-либо этого не хотел) и тогда его будет ждать кое-что на самой высокой полке в крайнем правом шкафу небольшой библиотеки в кабинете мастера. Маленькому мальчику было любопытно посмотреть что же там, но видимо мужчина и рассчитывал на это, поместив что-то на самую высокую полку. Так даже со стулом мальчик не мог дотянуться, а со временем как-то и вовсе забыл.       Это была книга «Принцесса-кабан», которую так часто им двоим, на тот момент уже троим, читала Эрмелинда. В конце книги из дорогой бумаги был предложен конверт, аккуратно запечатанный багровым сургучом с фамильным гербом Рагнвиндр. Проводя пальцами по краям бумаги, Дилюк тяжело вздохнул и принялся за чтение.       «Дилюк, мой дорогой сын, когда-нибудь наступит день, когда вы потеряете нас. Я всегда буду гордиться тобой и твоими достижениями, сложно не заметить, как твоя пылкая натура затмевает всех окружающих, прошу, не заиграйся с этим и будь аккуратней. Приглядывай за сестрой и братом. Ты и Эстелла напоминаете нам с Эрмелиндой нас в молодости, забавно, не так ли? Всё своё наследство я оставляю на тебя, также как и винную индустрию, распоряжайся с этим как следует и сохраняй традиции наших предков. И пожалуйста, запомни, после тёмных времён своими лучами всегда озарит рассвет. Не вини себя ни в чём. Я люблю тебя».       Чернила растеклись непонятными кляксами по бумаге от солёной влаги, источаемой Рагнвиндром. Парень осел на диван, упираясь локтями в колени и зарываясь руками во всё ещё мокрую шевелюру, осевшую на плечах обтянутых сюртуком.       Он не понимал, что делать дальше. Сейчас было не до вина и его поставках в любой регион Тейвата, всё это можно оставить на работников и разобраться с непонятным инструментом отца, создающего неведомую силу... именно так он и поступил. Дилюк решительным шагом вышел из кабинета отца, закрывая тот на ключ и направился собираться в своё незапланированное путешествие.       Кэйя и Эстелла, простите, но кажется, завтра вы не застанете нового хозяина винокурни Рассвет на своём месте.       Пожалуй и послезавтра тоже, удачи вам!