Лес кровавой полуночи

      Полина подошла к Марии, вынула из её набедренных ножен кинжал и подала его лучнику, который принялся разделывать тушку оленя. Он отсёк пищевод, потом, завязав его в узел, вытянул вместе с желудком через надрез на животе, как обычно это делал. Цепкими пальцами он рассёк диафрагму и прорубил тазовый хрящ. Через несколько минут были вынуты все внутренности, а мясо поделено на равные части для каждого. За всё это время на его лице не было ни капли сожаления, лишь сосредоточенность на действиях и серьёзность.       Пока Полина старалась привести температуру тела Марии в норму, очнулся Дмитрий. У него кружилась голова, а тело требовало глотка воды. Пошатываясь из стороны в сторону, он направился к выходу из пещеры, игнорируя все вопросы лучника и зверолюдки. Около нагорья стояла грузовая телега, на которой рабочие из Земель гномов перевозили руду. Гном тихо охнул и мгновенно пришёл в чувство. Даже не имея компаса, он умел хорошо ориентироваться на местности. Дмитрий снова вгляделся в пещеру и узнал в ней бывшее неудавшееся место для сбора каменного угля. Прикинув приблизительное расстояние до Земель гномов, о своём плане решил рассказать под ужин. — Как там Мария? — хрипловатым голосом спросил у зверолюдки гном. — Тело очень ослабло, особенно после резкой смены температуры. Ведьма в сознании, но у неё абсолютно нет сил, даже чтобы открыть глаза, — ответила Полина и подложила в костёр несколько углей.       Мария лежала на медвежьей шкуре около костра. Волосы её растрепались по плечам, а кожа была холодна, как лёд. Полина, удостоверившись, что все на месте, решила отойти к стене пещеры и разобраться в своих мыслях. Её гложило своё же поведение в последнее время. Она перестала задумываться о народе и вежливости, хоть и пыталась. Королева стала нервной и эмоциональной, такие чувства были ей не знакомы уже два десятка лет. Ей хотелось вернуться в замок и не знать обо всём этом, представляя кровавую луну только в кошмарных снах. За такое поведение она хотела наказать сама себя, но не могла в настоящий момент, поэтому решила, что будет почаще ограничивать себя в словах, чтобы ненароком не оказаться в проигрышном положении.       Горячий воздух клубами вышел изо рта. Она обхватила голые плечи руками и вернулась на подстилку к ведьме с тем же холодным взглядом и ничего не выражающим лицом. Началась метель. Угли накалились, укрыв собой красное пламя. Мария бредила несколько минут после пробуждения, но увидев остальных, она успокоилась и накинула на себя несколько шкурок, смотря в центр костра, излучающего приятное тепло. Под глазами у неё были круги, а во взгляде виднелось сожаление, будто бы это она не смогла никому помочь и винила себя. При любой мысли о фамильяре, оставшемся в доме, её сердце обливалось кровью, а к глазам подступали слёзы, которые она незаметно от всех смахивала. Мария верила, что он выбрался, остался жив и найдёт к ней дорогу, которую она сама к нему скоро проложит. Лучника не брали ни холод, ни усталость. Он верил в хорошую развязку, даже несмотря на его сокрытые ото всех счёты с Виктором. От Александра отвернулись его же преданные люди, но он любой ценой хотел вернуть их расположение. Молодой король не зацикливался на главном деле — поднятии священного камня на гору, его волновало общее благополучие и состояние всех существ. Дмитрий обдумывал, как бы рассказать о своей догадке и не остаться в этих холодных местах одному. Гном подсел к костру и проткнул кусок оленьего мяса вымытой Александром веткой. Все сидели молча, единственными звуками этого места были шумящий холодный ветер, дующий с западной стороны и потрескивающие угли, иногда стреляющие в воздух мириадами искр, словно красочный фейерверк.       Мясо покрылось румяной корочкой, а вертеп пропитался ароматом жареной оленины. Александр и Дмитрий сразу преступили к яству, даже не имея в запасе ни щепоти соли или пряных трав. Мария дрожащими и обессилившими руками рвала мясо на части и долго жевала, чтобы не наедаться слишком быстро. Зверолюдка же сидела и с поджатыми губами и дольше всех коптила свой кусок, не в силах съесть его. Но другой еды нельзя было найти в такой снег, поэтому, пересилив свои чувства, она приняла ужин, поблагодарив добытчика и успев сотню раз проклянуть обстоятельства.       Гном прокашлялся и начал рассказывать: — Я хорошо знаю это место, поэтому могу точно заключить, что мы находимся около Земель гномов, до которых придётся идти максимум двадцать километров прямо на север от этой горы, — Дмитрий указал рукой на стену пещеры и перевёл взгляд на спутников, ожидая их ответа.       Мария прикрыла сонные глаза и кивнула, Александр сделал то же самое через несколько секунд. Полина внутренне разрывалась над возможностью попасть к себе и командному решению. «Будь проклят весь этот мир жрицей Магдаленой» — крутилось в мыслях у девушки. Она также вспомнила это место и растояние до ворот, но поняла, что сама просила никого внутрь не впускать. В ней металось сомнение — предательством будет пойти к своему заклятому врагу без охраны, но другого выхода и не было. В холодном лесу мала вероятность, что её никто не заметит и вообще впустит в королевство, поэтому логика победила над принципами и королева зверолюдов также ответила согласием на предложение. — Завтра утром выйдем, метель может стихнуть, — говорил гном, поудобнее размещая животную шкурку для ночлега. Александр направил энергию тепла на костёр, из его пальцев снова потянулись огненные нити к свежим, но уже сухим веткам. Оранжевое свечение снова осветило пещеру. — Я на дежурстве, — оповестил всех лучник и сгорбленно присел, оперевшись на стену и взяв в левую руку рукоять лука.       Красная луна дошла и до этой части леса.