Мы ведь сможем жить, как раньше?

Все люди, которые когда-либо заводили домашних животных, должны меня понять. Ты берёшь на себя ответственность за их жизнь, здоровье, за их счастье и благополучие. В твоём доме неожиданно появляется существо, которое требует внимания. Однако это далеко не обычное сожительство. Ты впускаешь в своё сердце кого-то, он становиться твоим другом, твоей семьёй. А в прочем, не люблю обобщать. Для некоторых это просто живая игрушка, для других — возможность открыть в себе родительские инстинкты перед появлением собственного дитя, а единицы используют бедных существ для собственной наживы. Об этом можно долго спорить и доказывать свои позиции, но все сходится к одному: их жизнь зависит от тебя, они — твоя собственность. Вот и я столкнулся с этим. В детстве завести желанную на тот момент собаку было невозможно, у мамы была аллергия на шерсть. Да и отец животных недолюбливал. Ему они казались бесполезными тварями. Таким образом, пока одноклассники договаривались вместе выйти в парк со своими питомцами после обеда или напрашивались в гости, чтобы увидеть новорожденных котят девочки из соседнего двора, я печально отводил глаза в сторону своей тетрадки и рисовал на полях очередную мордочку щенка. Грезил я этой мечтой недолго. Уже к выпуску девятого класса вся моя голова была забита девчонками и экзаменами, но никак не домашним питомцем. Одна только мысль о раннем подъёме, постоянных прогулках и запахе корма отдавалась мурашками по коже. Сказать я могу это и о дальнейшей своей жизни. Вплоть до первого курса университета. К тому времени моя жизнь состояла из учебы, работы и сна. Желание жить отдельно от родителей заставило быстро съехать, но жильё вблизи университета стоило баснословных денег. Территориальные удобства мне никак не светили. В любом случае подработка быстро замаячила на горизонте. После сессии пик моей усталости достигал того, что от переутомления я стал быстро терять вес, да и здоровье мое стремительно катилось по наклонной. Хотя в сравнении я ничем не отличался от однокурсников. Но сейчас не об этом. Моя холостяцкая жизнь прекратилась одним весенним днём. Я выпросил себе выходной на работе, чтобы немного прибраться дома и приготовить себе еду на предстоящую неделю. Утро выдалось солнечным: ни облачка на небе, даже птицы наконец начали заливаться своими мелодичными трелями. Редкость для марта в Москве. Не раздумывая, я вытащил из морозилки остатки куриного филе и бросил в раковину, а сам побежал в «Пятёрочку» за тем, чего недоставало в полупустом холодильнике. Спуститься со второго этажа моей советской пятиэтажки и забежать в магазин на той стороне улицы не составляло труда, а занимало порядка пятнадцати минут. Но даже за такой короткий период времени маленький вор успел пробраться ко мне в квартиру. Первое, что я увидел на кухне — маленькое существо, безуспешно пытающееся откусить от филе хотя бы какую-то часть. Я был в большом замешательстве от этой картины. Видимо, ушастый пробрался через открытое нараспашку окно, но то, как он залез на второй этаж, для меня оставалось загадкой. Я до сих пор не сказал, что это был маленький котёнок. Не такой маленький, как вы можете себе представить. Возможно, ему было уже полгода. Взгляд этого малыша был не рассеянным, а четким и выразительным. Он смотрел на меня осознанно, с немым вопросом в глазах. Это самое смелое существо, которое мне приходилось встречать. Ушастый не испугался, даже когда я подошёл совсем близко, а только сильнее вцепился в кусок курицы. С этого и началось наше знакомство. Котёнок с интересом наблюдал за моими действиями во время готовки. Я отрезал ему небольшую часть с той стороны, где он кусал филе, а остальное просто помыл и пустил на стряпню. Позволить себе выкинуть целый кусок курицы в то время я не мог. Юнец, теперь сытый и довольный, улёгся на подоконник. Солнечные лучи его приятно согревали: кот быстро задремал, и только ушки время от времени дергались в сторону какого-либо звука. Только тогда получилось хорошенько его рассмотреть. Это был самый обычный дворовый кот. Шерсть у него была тепло-серого оттенка с какими-то бурыми полосами, что появлялись то пятнами, то ровными реечками. К лапкам шерсть светлела, а ушки наоборот к концам были почти чёрные. Светлое пятно на грудке я заметил гораздо позднее. То, что действительно привлекало внимание, был хвост, а точнее его отсутствие. Складывалось ощущение, что бедолагу цапнула дворовая шавка и оттяпала больше половины хвоста. Но его это ничуть не смущало. Будто тот только мешался. Парень мне попался что надо. Я был твёрдо уверен, что это парень. Мысли о том, что котёнок теперь мой, не было. Я, наверное, слишком привык к одиночеству и даже не задумался о мнении своего гостя. У него были совершенно другие планы. Ушастый пробыл со мной до самого вечера. Поначалу он нежился на подоконнике, но после стал ходить за мной по пятам. Пока я занимался готовкой, уборкой и учебой, он спокойно сидел на моем рабочем столе, и меня это забавляло. В перерывах между делами я поглядывал на него: кот с интересом рассматривал комнату, но ходить в открытую опасался, только туда, куда иду я. Видимо то филе его подкупило. Не знаю, что за жизнь у него была до этого момента. Может где-то и была его мать, может он сбежал от другого хозяина, а может кто-то вообще пытался утопить этого живучего парня. Жаль, я не мог этого спросить. Наверное, единственный минус домашних животных — их неразговорчивость. Когда стемнело, ушастый спрыгнул с моего стола и скрылся в открытом окне. По силуэту можно было догадаться, что забрался он ко мне по стволу дерева, которое росло чуть ли не впритык к дому. Скрылся вор тем же путём. — Теперь будет скучно, — сказал я себе тогда. И, к сожалению, не соврал. Весь следующий день я думал об этой встрече. У меня было чувство, словно ко мне забежал не кот, а свежий ветерок. Я надеялся прийти после пар домой и увидеть на подоконнике того самого котёнка. И, о Боги, мои желания были услышаны. После обеда полил дождь, а в тёплой квартире, на крашеном белом подоконнике лежал маленький дрожащий комочек. Дальше он не пошёл, ждал, пока настоящий хозяин квартиры вернётся и позволит войти. Я в тот день был несказанно рад. Это продолжалось на протяжении недели. После учебы ушатый обязательно появлялся у меня дома, но вечером убегал на улицу. Я не сопротивлялся этому, однако через какое-то время самому захотелось одомашнить это создание. Все мои мысли на этот счёт со времён школы испарились. Я будто вернулся в детство и просто хотел иметь друга. Маленького пушистого, с уникальным характером и невероятно умными глазами. Меня как будто подменили. Однажды он остался у меня на ночь. Это точно был переломный момент. Не знаю, что его на это сподвигло, но такое безграничное доверие меня поражало. Наутро я уже возвращался из зоомагазина с мисками, паштетом, лотком, который в итоге так и не пригодился, и маленькой звенящей игрушкой. Пришлось потратить немного денег, но я был доволен собой. Вскоре парень стал пить и есть из мисок, все чаще оставался у меня на ночь и играл с моими рваными носками время от времени. Игрушка ему оказалась совершенно не интересна, так же, как и лоток. Справить нужду он выходил исключительно на улицу. Пришлось привыкнуть к постоянному сквозняку на кухне. Хорошо, что юнец вскоре смекнул, что стоит только подать голос или пару раз поскрести когтями, и я тут же прибегу открывать злополучное окно. Что только не сделаешь для него. Отдельной наградой стали моменты, когда ушастый забирался ко мне на кровать. Обычно он ночевал возле неё или на тумбочке рядом, но однажды я почувствовал, как что-то тёплое тихонько пристроилось ко мне под бок. То состояние не передать словами. Я будто получил негласное «Люблю» от своего соседа. Так неожиданно и приятно, что голова кругом пошла, а улыбка до утра не сходила с моего лица даже во сне. После того раза я забеспокоился о его здоровье. Очень эгоистично с моей стороны — подумать о здоровье кота только после себя. Однако меня сильно беспокоило, что дворовый кот спит в моей кровати. Поход к ветеринару был тяжелым. Пришлось взять спортивную сумку и выловить этого сорванца. Раньше я никогда не брал его на руки, а тут аж в сумку запихнул, так и унёс в непонятное место. Благо меня уверили, что с ним все в порядке и никаких паразитов он с собой не носит. Прописали лишь таблетки для профилактики, но я сомневался в том, что котёнок вообще захочет к ним прикасаться. В той же ветеринарной клинике меня попросили завести на домашнего любимца документ. Он оказался достаточно молодым, чтобы сразу начать курс необходимых прививок. Я пытался объяснить, что этот кот уличный, да и в то время я ещё не считал его своим. Но меня заверили, что так будет лучше. Так что пришлось придумывать имя. — Эй, друг, как же тебя назвать? — я ведь никогда не думал о его имени. Но через мгновение в голове появился идеальный вариант. — Как на счёт Филе? Наше знакомство началось с куриного филе. Так пусть и кот будет носить это благородное имя в честь прекрасного кошачьего деликатеса. Мои друзья попадали от смеха, когда узнали имя моего незапланированного питомца. Это была та ещё умора. С того дня Филе ни разу не сбегал ночью. Всегда спал со мной и привык к моим руками. Ластился ко мне, мурчал от почёсываний и смотрел, смотрел с такой преданностью, будто два великих одиночки сделали друг друга счастливее. В конце концов, мы привыкли друг к другу. Я смирился с рваными обоями, а он — с походами к ветеринару. Правда кастрация ему вряд ли понравилась, но Филе вроде не держит обиду. Лучше уж так, чем подарить миру ещё кучку бездомных котят. Всё шло как по маслу. Я уже и не представлял жизнь без пушистого паренька рядом. Год пролетел незаметно. А потом счёт сбился. Мы просто жили. Может сыграл случай, может распорядилась судьба. Я не философ, чтобы рассуждать на такие серьезные темы, а обычный студент, поступивший на факультет архитектуры, только потому, что любил рисовать на полях в тетрадке. Я московский парень, который не отличается от тысяч других. На что же мне такой подарок? Не уверен, что это вообще можно назвать подарком. Вот мы подходим к избавлению моего монолога. Осень. Третий курс. Когда наконец утвердили расписание пар и заранее назначили первые коллоквиумы, я первым делом махнул к родителям. Они жили на восточном конце синей ветки метро. По времени не больше часа — сущие пустяки. Отец обещал занять немного денег на съём квартиры, а мама просила забрать пару пакетов с овощами и соленьями. Почти вся моя зарплата ушла на материалы для учебы. К сожалению, конечно. Что-то просить у отца себе же хуже, но иначе я не протяну. Наши отношения только-только стали налаживаться. Разговор с родителями не помню. Наверное, ничего необычного не было: какие-нибудь дежурные фразы и настояния от матушки. Возвращался я не в потёмках. Было ещё светло, но людей на удивление мало. Вагон поезда был совсем пустой. Я не обращал на это внимания, слушал музыку, опустив взгляд в пол. Меня занимали разные мысли. Табло на выходе из подземки замигало яркими красными буквами. «Реклама», — подумал я. Вот только подобные надписи стали появляться и на рекламных щитах, и на экранах торговых центров. Даже быстрая строка в экранчике автобуса с маршрутом имела то же содержание. В смысл написанного я не вникал, но как-то неосознанно напрягся. Не хватало ещё какого-нибудь чрезвычайного происшествия в городе. Действия происходили на автомате. Нажать код домофона, подняться, открыть дверь, поставить сумки, крикнуть: «Фил, я дома!» — сделать всё без задней мысли. Чётко, как всегда. Я прошёл на кухню, чтобы убрать банки в холодильник. Если кот не встречал меня у двери, то точно спал на своём подоконнике. Вот только до холодильника я так и не дошел. Оливковые глаза напротив уставились на меня. Пакеты с характерным звуком упали на пол, а я не смог издать ни звука. От удивления в горле пересохло. На белом крашеном подоконнике сидел далеко не кот, а молодой парень примерно моего возраста. На нём совсем не было одежды. Беспорядочная копна волос непонятного цвета ниспадала с его головы. Я не рассматривал детали, мой шок зацепил только общую картину. По нам обоим было видно, что мы в недоумении. Выражение его лица передавало искреннее непонимание. — Саша, почему я выгляжу как ты?