Упавший на балкон

       Проснулась я от будильника на телефоне. Надеюсь, Кадара это не сильно разбудило. Но как выяснилось будить было никого. Другая половина кровати была пуста. Выйдя из спальни, я направилась на кухню, стараясь тихо прошмыгнуть мимо гостиной. Если мою маму разбудить рано утром, то это всё... Помню, как она не стесняясь жены Мити и их детей начала орать на всю дачу про то, что "она горбатилась на заводе 35 лет не для того, чтобы её будили в семь утра!" и тому подобное. Преодолев небольшое препятствие, я прошла в кухню, где сидел Кадар. Сидел он довольно опечаленный, я бы ещё добавила взволнованный. - Доброе утро? Плохо спал? - тихо спросила я, садясь рядом с ним. От этого он слегка подпрыгнул на месте. - Нет, Ника... - Ты заболел? Вид у тебя не очень. - начала беспокоиться я. - Нет всё хорошо, я здоров. Просто... Ника, я могу быть с тобой откровенным? - Конечно, ты можешь выкладывать всё, что тебя беспокоит. - Ника, понимаешь в последнее время я стал думать о том, что случилось со мной. С нами. Иногда мне кажется, что это падение было не зря. - и Кадар замолчал. - Продолжай, Кадар, я внимательно слушаю. - И...как бы это объяснить, там, в Масиафе, меня готовили быть ассасином, идти по стопам моего отца, деда... Знаешь, находясь там, тренируясь, выполняя задания, я понимал, чо вся это жизнь не для меня. Я...хотел сбежать, но это значило позор для моей семьи, а главное разочарование для моего брата - Малика. Потом это странное задание, про которое мне ничего толком не сказали... ранение. Но сейчас сидя здесь, перед тобой, я понимаю, что это то, о чём я в душе всегда мечтал - быть человеком. Жить, чувствовать, делать то, чего бы мне не удалось сделать в Братстве. А главное любить. - Любить? - спросила, понимая к чему он клонит, хотя я была не совсем уверена. - Да, Ника, я мне кажется, хотя нет не кажется... я люблю тебя, Ника. - и Кадар взял мою в руку свою и поцеловал её. - Кадар...у меня нет слов. - ответила я, чувствуя как бешено стучит моё сердце. - Я пойму, если ты не примешь мои чувства, я готов оставить всё как есть... - Нет, Кадар, я не об этом... я догадывалась, но думала, что это всё же мне кажется... - Нет, Ника. Я влюбился в тебя. Наверно, в тот день, когда я фотографировал тебя, в парке, помнишь? - Да, было весело. - улыбнулась я, поглаживая его руку. - Вот... вопрос: примешь ли ты мои чувства? - Да, Кадар. Конечно! - и кинулась к нему в объятья. Долго нам насладиться этим моментом не дали, так как на кухню зашла мама с Барсиком в руках. - Мы вам с Барсиком не помешаем? - весело спросила она и мы с Кадаром буквально отскочили друг от друга, как школьники. - Нет, доброе утро, Татьяна Викторовна. - сказал Кадар, подходя к плите. - Вы будете завтракать? - Какие манеры, с удовольствием позавтракаю. - ответила мама отпуская кота, который буквально подлетел к миске с едой. - Мы тебя не разбудили? Обычно ты спишь до обеда. - подметила я, ставя чайник. - Нет, всё хорошо. Я необычайно бодра и весела! - Вот и хорошо. - ответила я. - Мне нужно собраться на работу, проведёте время без меня? - Конечно, Ника. Иди спокойно, а мы после завтрака проведём урок русского языка, верно, Кадар? - и мама ему подмигнула. - Да, Татьяна Викторовна. - пробормотал Кадар чуть не уронив ложку.        После завтрака, мама пошла в душ, а Кадар решил проводить меня. - Я постараюсь вернуться побыстрее. Не скучайте. - ответила я, надевая куртку. - Хорошо. И вот ещё, Ника. - ответил Кадар. - Я люблю тебя. - И я тебя. - и я тут же поцеловала его в щеку. - Пока.        Выйдя из подъезда, я решила посмотреть на балкон. Моё чувство меня не подвело: там стоял Кадар, который махал мне рукой. Я не сдержала своей улыбки и помахала ему в ответ.

***

- Кадар, я вас не отвлекаю? - спросила меня Татьяна Викторовна. - Нет, я решил сделать перерыв. Я могу вам чем-то помочь? - Нет, просто хотела поболтать? Вы изучаете русский? - спросила Татьяна Викторовна, беря в руки словарь. - Да. Ваша дочь прекрасный учитель. Благодаря ей я многое смог узнать. - вежливо ответил я. - Вы воспитали прирождённого учителя. - Спасибо. Ника в студенческие годы занималась репетиторством. Ну знаете подготовка учеников к экзаменам, подтянуть знания. А вы давно в России? - Где-то месяцев четыре. Подумал, что было бы неплохо изучить эту страну. Ведь всю свою жизнь я жил только в Масиафе. Здесь я чувствую себя даже лучше, чем на родине. А вы? Вы были где-нибудь? - Ну, за свою жизнь я была только в Грузии, там моя родина. Иногда приезжаю к двоюродной сестре. Понимаете нет ни времени, ни денег. Одна двоих детей поднимала. - А отец Ники? - спросил я. - Умер, когда Нике было два года. У него было больное сердце. - объяснила мне она. - Простите. - Ничего. Главное, что сейчас мои дети могу обеспечить себя. А ваша семья? Она в Сирии? - Только брат. Мама и папа умерли, когда мне было двенадцать. - Ох, бедняжка. Надеюсь вы поддерживаете связь с братом? - Конечно, мы пишем друг другу, общаемся. - Ладно, давайте сменим тему. Что-то мы о грустном. - улыбнулась мне Татьяна Викторовна. - Вы любите мою дочь? - Да, очень. - честно признался я. - А когда вы планируете пожениться? - Мы...мы как-то об этом не думали? Но если Ника захочет этого, мы обязательно поженимся. - А что насчёт веры? Вы, надеюсь, не будите заставлять её принимать другую веру? - Уверяю вас, Татьяна Викторовна, я не буду настаивать на этом. Я человек современных взглядов и считаю религию не самой главной в любви. Важно, чтобы чувства двоих были взаимны. - Ох, как же вы грамотно и верно рассуждаете, Кадар. Нике просто повезло с вами. Вы такая душка. - Спасибо Вам. Вы тоже замечательная женщина и мать. Вы не возражаете, если вы поможете мне? Я тут учил новые слова и фразы, не могли бы вы их проверить? - Конечно, Кадар! С удовольствием вам помогу. - ответила она, беря в руки листок.

***

- Вот я и дома. Мама? Кадар? - ответила я, но меня ждал смех обоих из гостиной. Сняв обувь и куртку, я прошла в зал. Там на диване сидели Кадар и мама, разглядывая альбом. - А вот Ника на пляже, тогда она и научилась плавать. - ворковала мама, указывая на фотографию. - Показываешь мои фото в стиле ню? - спросила я, присаживаясь рядом. - Ну и что тут такого? Ты в детстве была такой миленькой и пухленькой. Так бы и съела тебя. - продолжала умиляться мама. - Ну, не надо так ярко описывать свою любовь ко мне. А то Кадар подумает, что ты людоедка. Кстати, что там на обед? - Забыла, там же курица. Сейчас посмотрю. - и мама скрылась на кухне. - А у русских традиция такая - фотографировать и показывать голых детей? - спросил меня Кадар, листая альбом. - В каком-то смысле да. Хорошо, что фотоаппарат изобрели не в двенадцатом веке. Кто знает, может и твоя мама показывала бы фотографии с твоим голым задом. - сказала я, представляя эту картину. - Хорошо, что такого не было. Иначе бы я сгорел со стыда. - ответил он. - А каким ты был в детстве? - Не знаю, по мне так обычный. Хотя многие старые женщины восхищались моими глазами и часто трепали по голове. - Ну у тебя и вправду красивый цвет глаз? В кого это ты такой? - У моей бабушки были такие. Так мне говорил мой брат, по крайней мере. - Ясно. Но мне кажется ты был милым и симпатичным ребёнком. - сказала, слегка потрепав Кадара за волосы. - Спасибо. - ответил Кадар, перехватывая мою руку. - Ты тоже красивая.        Я только ему улыбнулась. Решив быть смелее, я решила поцеловать Кадара "по-взрослому". Только наши лица и губы были в непосредственной близости, как мы услышали веселый крик мамы: - Обед!!! Пойдёмте! - Думаю, мы должны подождать. - сказал Кадар, легко улыбаясь мне. - Да, думаю ты прав. Пойдем? - Пойдём. - ответил мне Кадар, протягивая мне руку. До кухни мы дошли держась за руку, как пара...