Plavi, plavi

      Журналисты, болельщики, представители других клубов ХНЛ увольняют его с завидной регулярностью: по три раза на дню. Реже у них не выходит, яд надо сцеживать, а то недолго самим отравиться. Безумная победа над «Тоттенхэмом» — первый его матч в качестве главного тренера «Динамо» — давно забылась, истерлась, истрепалась, растаяла в осеннем тумане вместе с двойной короной прошлого сезона, вместе с историческим четвертьфиналом Лиги Европы.       Из его собственной памяти тоже.       Нельзя жить прошлыми победами, невозможно выезжать на прошлой славе — к тому же не своей, заемной, случайной. Та победа была победой Зорана, это Дамир осознает так хорошо, как никто другой. Что сломалось в «Динамо» летом? Не понять, не объяснить. Не пережить.       — Как вы относитесь к тому, что после каждого матча звучат предложения вас уволить? — спрашивает его журналист на предматчевой пресс-конференции. Ариян рядом тихо хмыкает, сцепляет пальцы в замок. Дамир смотрит на журналиста — Томо Ничота, Sportske novosti, один из тех, кто о «синих» пишет регулярно. Дамир мог бы ответить: так проходит мирская слава, нет ничего эфемерней восторгов болельщиков. Они — дым от файеров, который растворяется в ночном небе, эхо песен трибун, ритм барабанов в ударах сердца. Дамир мог бы напомнить: каждый первый после того «Тоттенхэма» требовал поставить памятник Миславу перед Максимиром, дать ему пожизненный контракт; теперь же Мислава поливает помоями — каждый первый. Дамир мог бы усмехнуться: помните Златко Кранчара, «синюю девятку», который трижды приходил в «Динамо» главным тренером — и трижды же уходил? — сколько ему досталось тех же вопросов…       — К должности главного тренера такие вопросы прилагаются по умолчанию, — улыбается он. — Я знал, когда соглашался занять этот пост, что мне их будут задавать. Я привык.       Он с вызовом смотрит на Томо — съел, дескать? Утерся? Ловит взгляд Арияна: капитан «Динамо» не глядит на журналистов, скосил глаза на Дамира — тревожно и сочувственно. Они оба знают: что-то в «Динамо» сломалось. Не нащупать, не понять, не починить. Как будто выдохлись.       — Не люблю «Осиек» и «Хайдук», — говорит ему позже, уже на тренировке Ариян, задумчиво жуя травинку. Сплевывает ее, продолжает: — И «Риеку» не люблю. Ну не суки ли, а?       Дамир морщится, но кивает: суки, как есть.       — Как считать, сколько мы благодаря европейским победам в фонд солидарности внесем и сколько кому достанется, это они первые, — отрывисто и зло продолжает Ариян, — а как самим хоть сколько-нибудь прилично выступить — так нет, блядь, за всех нам отдуваться.       Дамир переводит взгляд на лодыжку Арияна: все так и есть, из-за ранних вылетов других клубов «Динамо» вынуждено стартовать в еврокубках с первого квалификационного раунда Лиги чемпионов, календарь — врагу не пожелаешь. «Пожелаешь, — поправляется он. — Пусть бы не только у нас лазарет был переполнен».       Их ждет четвертьфинала кубка. Их ждет «Риека». Дамир усиленно гонит от себя мысли о том, что «Риека» всегда была для «Динамо» несчастливым клубом.       Не получается: ни прогнать мысль, ни вцепиться «Риеке» в горло. Бессилие, безволие, падение в пропасть. В Аду не жарко, думает Дамир, стоя на бровке, в Аду динамовцы каждый день играют с «Риекой» на пронизывающем холоде. Не в ногах, не в руках, не в головах. Играют — и проигрывают. Вечерний Максимир — репетицией Ада.       В перерыве Дамир входит в раздевалку, пытается понять, что должен и может сказать. Слова горчат фальшью.       Сломалось.       — Ладно, — говорит он. — Пусть так.       Он выходит под недоуменные взгляды, за спиной что-то кричит Ариян, ругаясь с Бруно. Пусть так. Он еще попробует встряхнуть свою команду. Несмотря на череду неудач. Попробует прорваться через апатию.       После матча он подходит к забору, смотрит сквозь сетку на стелу, посвященную Златко Кранчару, шепчет вполголоса: «"Риека" всегда была для нас несчастливым клубом».       Решение принято. Он подходит к журналистам, дожидается, пока они выстроят свет и настроят камеры.       — Нет ничего превыше «Динамо», — говорит он. — Ничего не может быть выше клуба. — Дамир на долю секунды прикрывает глаза и продолжает, не давая себе ни мгновения, чтобы вздохнуть, ни секунды, чтобы передумать, — клубу нужен позитивный шок. Я ухожу с поста главного тренера.